Полная версия
VII
Никогда ещё я не испытывала таких противоречивых чувств.
Казалось бы, вот он, способ избавиться от врага — просто не возвращать ему перстень. Ярвенн не сможет причинить никому зла. С другой стороны, пока маг зимы не совершил ничего плохого. Что, если это не он бросился следом за мной в портал? Тогда здесь, в другой версии прошлого, всё могло пойти совершенно иначе. И оставить себе перстень означало попросту обокрасть невиновного, ни о чём не подозревавшего человека!
«Так ли должна рассуждать принцесса, которая хотела стать советницей, а затем королевой? — возражал мне внутренний голос, пока я летела назад в Арифанию. — Что насчёт принципа меньшего зла? Если Ярвенн натворит дел, если пострадают люди… ты будешь виновата!»
Я прекрасно всё это понимала, однако же хотела вернуть перстень. Словно он не давал мне покоя. И чем ближе я была к сонному городку Эйпри, тем сильнее во мне крепла тревога. Что-то стряслось, я знала, я это чувствовала.
Как и в прошлый раз, решила сократить путь через лес. Не хотелось привлекать к себе лишнее внимание в близлежащих деревнях. Но, вылетев на залитую лунным светом поляну, я ахнула от ужаса.
К высокой сосне был привязан человек. Ярвенн! Полуголый, со следами ожогов и побоев на теле, живой, но без сознания, он обмяк в путах, и меня сковал ужас. Выронив перстень, я обернулась человеком, бросилась к Ярвенну и приподняла его лицо за подбородок. Коснулась пальцами его разбитых губ, искренне сожалея о том, что магия белых драконов — не целительская. Увы, единственное, на что я была способна, это осторожно сжечь верёвки. Так я и поступила. А затем поддержала глухо застонавшего Ярвенна и помогла ему сесть. Хорошо, что я прилетела, успела вовремя! Что, если бы несчастного сожрали дикие звери?!
— Кто… ты? — выдохнул Ярвенн. Он ещё не открыл глаза, однако чувствовал мои прикосновения. Его собственная кожа была тёплой на ощупь, а значит, текущая в жилах магия уберегла его от мороза. Но вот отбиться от негодяев, привязавших его к дереву, Ярвенн уже не смог.
— Риатэль, — назвав своё имя, я поколебалась и всё-таки спросила: — Ты ведь помнишь меня?
Ярвенн прислонился спиной к гладкому стволу дерева, покривился от боли — сурово же с ним обошлись! — и ответил не сразу:
— Почему я должен тебя помнить?
Либо он правда ничего не знал, либо его выдержка оказалась столь велика, что Ярвенн и в таком бедственном состоянии мог притворяться.
— Я принцесса, — и, глядя прямо в серо-голубые глаза, добавила: — Принцесса фей.
Ярвенн облизнул губы. По его лицу по-прежнему нельзя было ничего понять.
— Диадему я вижу. И свечение твоё тоже… принцесса. Случайно не ты, — в его голосе медленно зарождалась злость, — украла мой перстень, а?
Не успела я отстраниться, как Ярвенн схватил меня, и вырваться из этих сильных рук было нелегко.
— Кто ещё, как не фея, мог незамеченным прокрасться в мой дом? Кто осмелился бы? — прошипел Ярвенн, пока я задыхалась в его хватке. — Не городские же увальни, способные лишь толпой накинуться на одного?!
Мне вспомнилась толпа с факелами, искавшая неизвестного преступника. Вот оно что! Как мне сразу в голову не пришло! От гнева и возмущения во мне так и вскипела драконья магия. Ярвенн вовремя отпустил меня, иначе не миновать бы ему волдырей на руках! Попятившись, отряхивая шубку, я зло проговорила:
— Не надо было мне помогать тебе! Уж наверное, за дело и побили, и привязали!
— Глупая девчонка, — выплюнул Ярвенн, поднимаясь на ноги. — Если б ты знала…
Кажется, что-то похожее он и во сне говорил. Но не успела я додумать свою мысль, как меня закрутило снежным вихрем и кинуло в сугроб. Кашляя и отплёвываясь, я поняла, что Инне ошиблась: чары алмаза сковали не всю магическую силу Ярвенна. Велика же она была! А пока я вставала на ноги, призывая драконье пламя, злодей успел схватить перстень и надеть себе на палец.
Так мы и стояли друг напротив друга: я — с огоньками, готовыми ринуться в бой, а Ярвенн — с ледяными кристаллами в руках.
— Может, поговорим, принцесса? — нехорошо оскалился он. — Например, объяснишь мне, по какой причине столь высокая особа ночью прилетает в чужой дом и крадёт оттуда чужие вещи? Если расскажу, не поверят!
Я сузила глаза.
— А ты сам ничего не хочешь рассказать, маг? Например, объяснить, почему тебя здесь оставили в таком виде, и какое злодейство ты совершил?
— Мои злодейства тебя не касаются, — ухмыльнулся Ярвенн распухшими губами. — Арифания ещё, слава местным богам, под ваше фейское влияние не подпала!
Я уже думала окружить его огоньками, требуя, чтобы этот мерзавец честно во всём признался, как услышала срывающийся, хриплый мальчишеский голос:
— Ярвенн! Яр!
Маг убрал кристаллы, а я — пламя, и спустя пару мгновений на поляне появилось третье действующее лицо. Мальчишка не старше одиннадцати или двенадцати лет, худой, темноволосый, в серой рубахе, штанах и сапогах, без верхней одежды. Словно второпях забыл о ней. А пока он пытался отдышаться, Ярвенн нахмурился:
— Рэйб? Что ты тут делаешь?
— Хотел… тебя… отвязать, — тот перевёл на меня изумлённый взгляд своих больших тёмных глаз. — Ты… вы…
— Риатэль, — я благоразумно решила не представляться своим титулом, а вместо этого начала расспрашивать мальчика, что случилось. К счастью, он оказался куда разговорчивей Ярвенна.
В городе и его окрестностях, как объяснил Рэйб — сын местного булочника, — раз в год или два пропадали люди. В основном из бедняцкого квартала, поэтому никто не поднимал особого шума. Кроме того, считалось, что это происки нечистой силы, и мне вспомнились одновременно и демоны, и чудовищные найры. Стараясь не коситься на Ярвенна, я дослушала всю историю до того момента, когда исчезла младшая сестра Рэйба, восьмилетняя Ави.
— И тут, — он шмыгнул носом и потёр замёрзшие уши, — когда поиски ничего не дали, отец и мать пошли к Скейде. Она и раньше… помогала. Иногда… Хотя и про неё слухи всякие были…
— Кто такая Скейда? — деловито спросила я, и на это мне ответил уже Ярвенн, до сих пор стоявший в хмуром молчании:
— Местная ведьма. Знает толк в зельях, снадобьях и лечебных порошках. Есть давние подозрения, что Скейда явилась из моего мира. Хоть и не болтает о себе много.
Мальчишка продолжал свой рассказ. Скейда, как выяснилось, зашла дальше в лес, чем поисковые отряды, и обнаружила Ави. Бедную девочку целиком заковали в лёд, и, узнав об этом, отец Рэйба пришёл в ярость. Все ведь знали, что в городке проживает маг зимы! Собрав толпу с факелами, булочник потребовал, чтобы Ярвенн снял чары с девочки. В противном случае ему грозила мучительная смерть — разъярённые жители Эйпри готовы были растерзать злодея. А городская стража предпочла сделать вид, что ничего не происходит.
— Как ты понимаешь, — Ярвенн повернулся ко мне и кивнул на перстень, — снять чары, хотя они были вовсе не мои, а чужие, я не сумел.
— Это надо ещё доказать, что не твои! — ощетинилась я.
Рэйб переводил глаза с меня на него.
— Я им… помешал твой дом сжечь. Сказал… пойду, попробую тебя убедить. А на самом деле отвязать хотел. Я верю, что это не ты виноват! И градоправителю скажу, когда разбираться начнут! Яр, спаси Ави! Помнишь… когда твоя мама болела, и денег не было, я ей зелье принёс… украл у Скейды…
— Всё я помню, — скупо обронил Ярвенн. На его лице не отразилось никаких эмоций, либо он очень умело скрывал их. — Я и сам хотел помочь Ави, как только услышал дурные новости, но не мог. Думаешь, если б с моей силой всё было в порядке, твой отец и остальные сумели бы одолеть меня, притащить сюда и привязать к дереву?
Рэйб смущённо хмыкнул.
— Я слышал, ты крепко дрался… Так не всякий сумеет. И вихрь снежный вызвал пару раз.
— То-то, что пару раз, а больше не сумел. Но Риатэль мне помогла, — под насмешливым взглядом Ярвенна мои щёки покраснели не хуже, чем уши этого мальчика, — она знаешь кто? Добрая фея.
— Фея?! — По-новому оценив мой красивый наряд и серебряную диадему, Рэйб восторженно поклонился. — Простите, госпожа фея, я… не знаю, что говорить, не научен…
— Не надо ничего говорить, — живо перебила я, злясь на мага, который наблюдал за мной всё с той же насмешкой. Хорошо ещё, не сказал, что я принцесса! Вдруг Рэйб самостоятельно не догадается, что диадему не всякая фея носит. — Я сюда не за почестями прилетела, а… помогать. Хорошо? Ну, а теперь отведи нас туда, где Ави…
— …да побыстрее, — закончил Ярвенн.
VIII
Ярвенн шёл впереди, и мой взгляд то и дело останавливался на его широкой спине и плечах, пусть отмеченных ожогами и синяками, но внушавших уважение. Маг зимы был сильным мужчиной, и тем, кто схватил его и связал, досталось не меньше его самого. Во всяком случае, Рэйб мимоходом упомянул, что отец не сумел удержать его от побега в лес, потому что лежал и охал, а вокруг суетилась жена. Я спросила, почему мальчишка так верит в невиновность Ярвенна.
— С детства его знаю, — объяснил Рэйб. — И я, и Ави. Он добрый, всегда поможет и словом, и делом.
Вот оно как. Дети наивны, а такому красивому и обаятельному человеку, как Ярвенн, было бы нетрудно обмануть их. И всё же, чем дальше мы шли, тем сильнее крепли и мои сомнения. Зачем Ярвенну накладывать на девочку ледяные чары? Он мог принести её в жертву демонам; говорили, что обитатели Нижнего Мира любят чистые, неиспорченные детские души. Но оставлять Ави в лесу как свидетельство своих преступлений… Ярвенн не был настолько глуп!
— Налево, — прервал мои раздумья хриплый голос Рэйба. Эх, не простудился бы он! Я понимала, что сейчас выдам свою тайну, что скоро вся Арифания заговорит о фее, владеющей драконьим волшебством. Но беспокойство за мальчика оказалось сильнее, и, предупредив его, чтобы не пугался, я зажгла огоньки.
— Не знал, что феи такое умеют! — с восторгом произнёс Рэйб, греясь и осторожно подставляя огонькам свои ладони. — Ави тоже надо будет согреть, как снимем с неё лёд!
— Обязательно, — кивнула я.
Не проронивший ни слова Ярвенн покосился на меня, на Рэйба. И, раздвинув кусты, вышел на поляну, очень похожую на ту, где привязали к дереву его самого. Вот только посередине замерла девчушка, целиком закованная в лёд.
— Фьерне исена, — вполголоса произнёс Ярвенн, протягивая руку к Ави и делая такой жест, словно стряхивал что-то на землю. На глазах у меня и затаившего дыхание Рэйба лёд стал медленно осыпаться с неподвижной фигуры девочки. Спустя некоторое время она шевельнулась, и Рэйб тотчас кинулся к сестре, подхватил, не дав упасть. Пока Ави всхлипывала, уткнувшись в грудь брата, а мои огоньки грели обоих, я повернулась к магу:
— Когда ты напустил на меня снежный вихрь, а потом ледяные кристаллы наколдовал, я не слышала никаких заклинаний!
Ярвенн скользнул по мне взглядом, словно решая, объяснять или нет, и, наконец, ответил:
— Слово, произнесённое вслух, да ещё с заученными жестами, усиливает чары. Но взамен отбирает у мага больше силы. Если постоянно орать во время боя, можно выдохнуться ещё до того, как он закончится! А вот когда нужно один-два раза и со всей мощью применить магию, — Ярвенн указал на плачущую Ави, — этот вариант отлично подходит.
— У драконов и фей магия работает иначе, — задумчиво произнесла я, но тут же спохватилась. Ещё не хватало болтать с врагом, как со старым приятелем! Я напомнила себе, как ледяные шипы Ярвенна убили Сиэна в несостоявшемся будущем, и, стиснув зубы, отвернулась. А затем, подавив боль и злость, поднявшуюся внутри, шагнула к брату и сестре. Пусть Ави расскажет, как всё случилось.
— Не бойся меня, — ласково заговорила я с девочкой. — Меня зовут Риатэль, я фея и прилетела, чтобы помочь вам. Кто заковал тебя в лёд? Ты сможешь узнать этого человека?
Ави вытерла курносое личико потрёпанным рукавом. На ней была толстая тёмная накидка и серое платье. Девочка оказалась очень похожей на старшего брата.
— Госпожа фея, — робко отозвалась она, — это… не человек был. Демон.
— Что?! — поразилась я. Выходит, нечисть заморозила свою жертву и ушла, не выпив её душу. Скорей всего, кто-то спугнул демона, но, так или иначе, он здесь был, и его кто-то вызвал! Я резко обернулась к Ярвенну, поймала его мрачный взгляд и недобро прищурилась:
— Интересно, кто бы в вашем городке мог оказаться демонопоклонником?
Слишком много совпадений, думала я. Это не могло оказаться случайностью!
— Откуда я знаю? — Ярвенн скрестил руки на могучей груди. — Возможно, тот, кому было бы выгодно повесить все свои преступления на меня? Осталось только выяснить, кто это.
— Квизари разберутся, — процедила я сквозь зубы, одновременно пытаясь сосредоточиться и прочитать мысли стоявшего передо мной мага. Интересно, как же это делается? Отец утверждал, будто мысли людей можно читать, как страницы книги, и это настолько просто, что даже совсем юные дракончики…
— Квизари? — вновь прозвучал голос Ярвенна, и все мои попытки сосредоточиться растаяли, как лёд, что недавно сковывал бедняжку Ави. — Это ещё кто такие?
Я посмотрела на него в упор.
— Драконы, которые расследуют преступления и ловят всяких злодеев!
Надо отметить, мой пристальный взгляд нисколько не смутил Ярвенна.
— Значит, драконы. Ну ладно, и то хорошо, что не феи. А то, сдаётся мне, — протянул он, — большая часть преступлений осталась бы нераскрытой.
Я глубоко вдохнула и выдохнула, думая, что пара лишних ожогов Ярвенну сильно не повредила бы, а только образумила, когда за моей спиной раздался жалобный голос Ави:
— Домой, пойдёмте домой! Здесь страшно оставаться!
Рэйб спохватился, что не поблагодарил нас за спасение сестры. Низко поклонился мне, а выпрямившись, протянул, как взрослый, руку Ярвенну. И, когда тот пожал её, мальчик серьёзно проговорил:
— За мной долг.
Казалось, он хотел сказать что-то ещё, но никак не решался, и Ярвенн поторопил его:
— Выкладывай, Рэйб.
— Ты же не будешь мстить нашему отцу? Он с горя… не со зла. Не будешь же? Я людям расскажу, как всё по правде было.
Ави прильнула к плечу старшего брата, глядя на нас ещё мокрыми от слёз глазами. Мои огоньки трепетали чуть поодаль, источая уютное тепло, и большой сугроб снега под ними полностью растаял.
Ярвенн помолчал, раздумывая.
— Кому другому отомстил бы, — признался он. Почудилось, будто я поймала его мысль, как мелькнувшего среди тёмных облаков белого орла, но она тотчас же исчезла. — Только ради вас с Ави, — продолжал Ярвенн, — не стану. И вот что… Ещё раз подойдёт к моему дому хоть один человек с факелом — и его, и факел превращу в сосульки и оставлю висеть на крыше!
Повеселевший Рэйб с облегчением засмеялся, обнимая сестру:
— Куда там! Побоятся они теперь.
Огоньки сопровождали нас до самого города. Как только мы приблизились к воротам, я потушила пламя и объяснила расстроившимся детям, что не могу прийти к ним в гости.
— Я должна вернуться в Мэйчестру, — говоря это, чувствовала на себе пронизывающий взгляд Ярвенна. Пусть смотрит, ничего мне его взгляды не сделают. — Как-нибудь в другой раз…
— А я хотел благословения попросить, — смущённо сказал Рэйб, и Ави энергично закивала. Я порадовалась, что девочка пришла в себя, и с ней всё будет в порядке. Уж старший брат позаботится об этом!
Благословив обоих, под радостные восклицания я приняла фейский облик и взлетела повыше, сияя золотыми крыльями. Задрав головы, Рэйб и Ави смотрели на меня, исполненные благоговейного трепета. А вот Ярвенн оставался всё таким же холодным:
— Так и не рассказала, зачем тебе понадобился мой перстень, добрая фея. Может, хоть письмом объяснишь? Или, — голос мага зазвучал громче и насмешливее, — тоже благословить хотела?
Я фыркнула и, прежде чем он успел бы что-то сделать, осыпала его золотой пыльцой с крыльев. И, набирая высоту, слыша, как смеются брат с сестрой, а Ярвенн ругается и чихает, крикнула:
— Светлой ночи!
IX
Ярвенн. Будущее, которого не случилось
Первый раз я услышал имя младшей принцессы фей от её же отца, благородного Дааля из рода Хэг.
Его самого я называл просто «Хэг», опуская слово «господин», с которым люди обращались к драконам. В моём родном краю, Ванхольне, так смиренно говорили только рабы. А я, как человек свободный, не имел привычки заискивать и лебезить.
Хэг и не нуждался в чём-то подобном. Достаточно было того, что я уважаю его, как справедливого и разумного дракона. В своё время он помог мне скрыться от преследования. И обещал, что я смогу шагнуть в прошлое. Вынудить того, кто зачаровал алмазный перстень и был ещё жив пять лет тому назад, снять чары.
Я знал, что дракон не обманет меня. Но когда Хэг уже провёл один эксперимент с порталом, угрозой нашему плану стала та самая принцесса. Риатэль.
— У меня есть новости, — сказал Хэг через пару дней. И по его голосу я сразу понял, что новости это не просто плохие, а очень плохие.
Нашим прибежищем была огромная пещера на одном из Северных островов. Как обычно, мы собрались втроём за огромным плоским камнем, который служил нам столом, и Келли разливала травяной чай. С её фейскими талантами выращивать всё, что угодно, и подчинять своей воле зверей и птиц, мы были обеспечены едой и питьём надолго. А для всего остального существовали артефакты Хэга.
— Какие ещё новости? — нахмурилась Келли, поставив металлический чайник на подставку. Даже без своей серебряной диадемы, в простом крестьянском платье старшая принцесса фей выглядела и держалась совсем по-другому, нежели простолюдинки. Я находил её красивой, но влечения к ней не испытывал, и хвала всем богам! Были дела поважнее.
— Я только что получил письмо, — Хэг умолк, потирая лоб — у него участились головные боли. В последнее время дракон сильно измучился и постарел, и я беспокоился за него. Выдержит ещё один эксперимент с порталом или нет?
— Наше убежище раскрыли?! — Келли замерла, широко распахнув фиалковые глаза.
— Да. Роника, которой я всецело доверяю, написала, что сегодня в небесном дворце состоялось тайное собрание. Обсуждали, как остановить меня... и что со мной делать. Сошлись на том, чтобы надеть сдерживающие магию оковы и посадить меня под стражу. К счастью, никто не винит тебя, Келлиэль, считая, что это я заморочил тебе голову…
— Что мне с того?! — Девушка придвинулась ближе и взяла его за руку. — Главное, что обвинили тебя! После всего, что ты сделал хорошего, после твоих огромных заслуг перед драконьим миром… Какая несправедливость!
Келли буквально задыхалась от возмущения. Я отлично понимал её, но думал, что сейчас не время для эмоций. Нужно было подождать, пока Хэг скажет всё, что намеревался сказать. И условиться, как мы будем действовать.
— А теперь самое неприятное. На собрании присутствовала та, — Хэг мрачно усмехнулся, — кому я под влиянием глупых сантиментов доверил нашу тайну… Риатэль.
Старшая принцесса процедила сквозь зубы:
— Риа! Предательница! Кто ещё мог рассказать о нашем убежище!
— Мы должны быть снисходительнее к ней. Ведь Риатэль находится под сильным влиянием своего супруга, — всегда прямой и с гордо поднятой головой, сейчас Хэг сгорбился и отвечал безучастным тоном. — Но всё равно я не ожидал, что она так поступит… Ведь речь идёт о возвращении её матери!
Келли скривила тонкие губы:
— Риа была любимицей мамы, но сама всегда думала только о власти и короне! Я же помню, как она стала советницей и старалась взять на себя половину дел, которые вела мама! А потом… Когда та умерла, — голос Келли дрогнул, — Риа даже слезинки не проронила. Всё была занята! Прикрывала своё желание сесть на трон заботой о народе! И этот её Сиэнгви…
Я стиснул зубы, чувствуя лютую злость при одном упоминании имени проклятого фея.
— В общем, скоро явятся драконы, посланные Ниарвеном. А значит, нам пора лететь на Тэльмеранскую равнину, — наконец Хэг поднял голову. Взгляд его был решительным, несмотря ни на что, а голос звучал твёрдо. — Там я открою новый портал, и на этот раз всё пройдёт, как нужно. Да, я планировал отдохнуть и сделать это завтра, но, похоже, без спешки не обойтись.
— Ты сможешь, отец? — с явным беспокойством спросила Келли, и он слабо улыбнулся ей.
— Смогу. У меня с собой золотой эликсир, а значит, я восстановлюсь, как только захочу. Ярвенн поставит нам ледяной купол.
Я обдумал его слова.
— Мне придётся вылететь позже вас. Сначала организую дополнительную защиту, пока вы будете уходить через тайный ход. Вдруг драконы Ниарвена ближе, чем мы думаем... А потом я присоединюсь к вам.
— Тогда не будем медлить, — Хэг одним махом осушил кружку травяного чая и поднялся из-за стола. — Келлиэль, собери всё, что нам понадобится. Я прихвачу артефакты, из которых ещё можно вытянуть силу для открытия портала. Ярвенн…
Я шагнул к нему, ожидая каких-то особых распоряжений или просьб. Очень уж значительно дракон произнёс моё имя.
— Если кто-то успеет прилететь раньше, сражайтесь, временно замораживайте их, но постарайтесь никого не убить. Что бы ни думал мой... рассудительный друг Ниарвен, я вовсе не хочу жертв. Договорились? — Он посмотрел на меня уставшими, красными от бессонных ночей глазами, под которыми залегли тёмные круги.
— Конечно! Удачи вам, Хэг. И тебе, Келли, — я с чувством пожал руку сначала ему, затем белой драконессе. Она приподняла уголки губ в улыбке, больше похожей на гримасу плача.
— Будем ждать вас на Тэльмеранской равнине, — плотнее закутавшись в чёрный плащ, Хэг ушёл собирать свои артефакты. Келли побежала за ним. А я отправился создавать ледяную защиту у входа в пещеру. Та, что стояла раньше, успела подтаять.
— Леег исбе скитель сее, — произнося это заклинание вслух, я поднял руку и начал создавать один ледяной слой за другим. У драконов — со всей мощью их огня — уйдёт немало времени на то, чтобы справиться с такой магией.
Занятый этим, я чуть было не пропустил незваного гостя — крылатого и звонкого. Но всё-таки изловчился, поймал в ладонь и торжествующе вскричал:
— Ага!
И тут же выпустил, услышав испуганный писк и сообразив, что это не Сиэнгви, будь он проклят, а девушка. Та приняла человеческий облик — золотые крылья за её спиной затрепетали и исчезли — и, придя в себя, потребовала:
— Немедленно уйди с моей дороги, маг. Мне нужно поговорить с отцом и Келли.
Я встретился взглядом с ярко-синими глазами — такими же, как у Хэга — и ухмыльнулся, загораживая ей путь:
— Нет, принцесса. Тебе удалось найти лазейку в моей защите, но дальше я тебя не пущу.
Риатэль вместо ответа атаковала меня артефактом, который, как выяснилось, был спрятан в её длинном рукаве. Отбив сноп сверкающих искр ледяными кристаллами, я поинтересовался:
— Что делает эта штука? Убивает?
— Лишает сознания, — фея снова выстрелила, но меня не так-то легко было одолеть. — Я — не ты, маг. Людей не убиваю, даже если они этого заслуживают! Да пропусти же меня!
— Ещё чего, — я воздвиг на её пути ледяной барьер, и Риатэль смерила меня яростным взглядом. — Что же не прилетел твой любимый супруг, так называемый Белейший фей? — Артефакт подрагивал в её руке, но принцесса медлила, словно выжидая. Напрасно. Я сохранял бдительность.
— Неужели он струсил? Послал тебя вперёд? А, ну да, — сделал вид, что раздумываю, — если ты погибнешь, ему же достанется трон…
Риатэль вскинула руку, и сверкающие искры едва не угодили мне в лоб. Я увернулся; искры стукнулись о мой барьер и пропали.
— Сиэн даже не знает, что я здесь, — мелодичный голос феи дрожал от злости. Если б мы не оказались врагами, я оценил бы её хрупкую, нежную, словно у цветка, красоту. — Я прилетела, надеясь отговорить моего отца от безрассудного поступка! Раньше, чем его схватят!
— Как благородно, — я отразил очередное нападение, думая, когда же ей надоест швыряться в меня искрами. — Учитывая, что ты же и выдала его убежище драконьим властям.
— У меня не было выхода, — она стреляла, как безумная, и в один миг я поставил перед собой широкий непробиваемый щит. Мы оба замерли. Не видя лица Риатэль, я слышал её частое, сбившееся от непрестанных атак дыхание. — Отец поддался своей тьме, и она же его погубит!
Щит медленно, но верно таял.
— Твой мир делится только на чёрное и белое, принцесса, — я скрипнул зубами, вспоминая, как Хэг оправдывал свою неблагодарную дочурку, и отражая сотую по счёту атаку. Наконец, удачным броском ледяного кристалла я заморозил артефакт. Риатэль уставилась на него, отшвырнула прочь и посмотрела на меня пылающими глазами.
— Ну же, давай. Преврати и меня в лёд. Или отдай демонам, как ты любишь. Неудивительно, что вы с отцом сговорились — оба находите со всякими жуткими тварями общий язык!
Я не стал отвечать. Лишь с помощью заклинания пробил в своей ледяной защите длинный коридор, по которому спокойно проползла бы средних размеров кошка. И кивнул на него Риатэль:
