В шаге от измены

Он, конечно, уверяет, что она всё придумала. Оговорила бедного мужика, так как уж слишком сильно мечтала выйти замуж за шефа, обосноваться в Москве, забыть про Камчатку и всё такое. Нервы мне потрепала изрядно. Больше всего я боялась, чтобы не дошло до детей, так как мы начали спать в разных комнатах и не завтракать.

Дыма без огня не бывает. Абсолютно уверена, что Андрон не устоял и пару раз бес его точно попутал. Никто не считал, естественно, сколько раз. Но как он умолял его простить! Это надо было видеть и запечатлеть на видео! Эх, я не сообразила! Он не признался, но на всякий случай просил прощения так, как будто было за что просить. Маша Ким была уволена, и след её простыл.

Лежу на массажном столе и думаю: а что, если эта история — повторение старого сценария? Только теперь не секретарша, а соседка. Не из Камчатки, а из соседнего дома. Не влюблённая кореянка, а миллиардерша с водителем-любовником. Может, у Андрона есть какой-то внутренний компас, который всегда указывает на проблемных женщин? Или это я слишком много думаю?

— Людмила Ивановна, просыпайтесь! — осторожно будит меня массажистка. — Мы закончили.

Я открываю глаза. Комната плывёт, как в тумане. В голове — каша из мыслей, догадок и подозрений. Но в груди — уверенность. Я ещё не знаю, что именно скрывает Королькова, но я знаю точно: она скрывает не любовника. Она скрывает что-то другое. Что-то большее.

Я встаю, надеваю халат и иду в другой кабинет. Здесь мне немного подкоротят волосы, подкрасят, причешут. Потом сделаю макияж и отправлюсь восвояси.

Завтра я начну копать. Сегодня я просто отдохну. Соберусь с мыслями. Потому что завтра начнётся моя собственная олимпиада. Только вместо медалей — правда. Или, возможно, вместо правды ещё больше загадок.

Но я готова. Потому что я — жена. А женщины, как известно, умеют ждать. И копать. Особенно копать.

На выходе из СПА, благоухающая маслами и сомнительными надеждами, я сталкиваюсь с Колей Пименовым. Он стоит у входа, как памятник самому себе — спортивный, улыбчивый, с лёгким налётом лоска, который появляется у мужчин после сорока. Они вдруг наконец понимают, что жизнь не ограничивается работой и друзьями. Старое и всем известное замечание.

Коля — тот самый парень моей подруги по универу, который участвовал в соревнованиях по плаванию, где мы с Андроном познакомились. С подругой они давно расстались, я тоже не знаю, где она и что с ней. Такая вот у нас судьба: одни уходят, другие появляются, а некоторые остаются навсегда, как старые джинсы.

С Андроном Коля всегда поддерживает отношения. Пару раз приезжал к нам в гости в этом году. У него молодая жена Даша, родившая двойняшек-мальчишек. Им сейчас по шесть. Понятное дело, что это прибавило забот и убавило свободное время. Родители близнецов всегда выглядят не как обычные родители: им всегда некогда, хочется спать и тишины.

Меня поразило, насколько самодостаточными были мальчики. Такое впечатление, что им было всё равно, где играть, — главное, что они играли вдвоём и понимали друг друга без слов.

— Дерутся постоянно, — удивил меня Коля. — Не хотят уступать. Хотя у них всё одинаковое, вплоть до трусов.

— А сделайте разное, не пробовали? — предложила я.

— Ты смерти моей хочешь? — засмеялся Коля.

Я думаю, Андрон и Коля довольно близкие друзья. Общая юность всегда этому помогает. И спорт. И то, что Коля умеет молчать, когда нужно, и говорить, когда не нужно. В общем, идеальный друг.

Тут я вспоминаю, что Даша-то адвокат! Да ещё и по уголовным делам! Боевая такая дама, жгучая брюнетка с белой, как молоко, кожей. Когда она делает красный маникюр, Коля называет её, естественно, Вампиршей. Но она не вампирша, она — моя надежда. Потому что если кто и сможет разобраться в этой мутной истории с Корольковой, так это тот, кто по долгу службы привык выуживать правду из-под груды лжи.

— Люся, ты всё хорошеешь! Какая стать! Причёска! — начинает Коля, как только мы сталкиваемся. Он любит раздавать комплименты и всегда поддакивает, оставляя у собеседника приятное чувство, что его слушали внимательно. Это у него профессиональное — быть приятным. Он в розничной торговле.

— Коля, вот ты-то мне и нужен, — отвечаю я на его приветствие. В его глазах мелькает лёгкое замешательство, но он быстро берёт себя в руки.