Бракованная семья

Всё же не удалось обойти острых углов. Поджав губы, супруг недовольно засопел, выражая крайнюю степень обиды на меня.

– А тебе всё не нравится, – выдал он обвинительно, разводя руками, – чего не коснись. Мотался по всему городу, как идиот, искал Олечке подарок, цветочки, корил себя за грубость и вспыльчивость. И что в ответ?!

– Я очень благодарна, и мне приятно… – постаралась объяснить ему и снизить градус напряжения. – Просто подарок должен быть приятен не только дарителю. Вот представь, я бы тебе на день рождения подарила не смарт часы, как ты хотел, а стринги со слоненком…

– Ты хоть знаешь сколько этот комплект стоит? – хмыкнул Витя.

– Знаю, что оригинал стоит бешеных денег, но это, как я понимаю, удачная реплика? – ещё раз с сомнением уставилась в содержимое пакета, не понимая, как это вообще вязалось с обидными словами Вити ранее. Он словно ненароком унизить меня хотел подобным поступком.

– Ага, – как-то подозрительно отозвался муж, будто смог себе позволить потратить кругленькую сумму. Он развернулся, собираясь покинуть комнату.

Меня такой волной отчаяния охватило. Как будто, если сейчас что-то не предприму, то навсегда потеряю Витю. Одернула себя за ненужные тревоги. И правда, чего это я? Разве этот парень хоть когда-то умел выбирать полезные подарки? В этом весь он… Но старался же!

– Подожди, я не права. Спасибо, любимый… – остановила его. Подбирая слова и засовывая комплект обратно в пакет. – Он такой красивый! Я как в форму приду, мы обязательно устроим романтик, – подходя к Вите и обнимая его за шею, прошептала интимно.

– Не, если он тебе не понравился, я его верну, – поворчал больше для проформы супруг, тоже обнимая меня и больше не сердясь.

– Понравился, – упрямо мотнула головой. – Просто из-за этих комплексов, боюсь, что не смогу вернуть прежнюю фигуру и будет твой подарок лежать без дела.

На самом деле, я была уверена, что не надену его никогда. Уж лучше куплю что-то более прикрытое и в моем стиле. То в чем буду чувствовать себя комфортно и сексуально, а не сгорать от стыда, ища полумрак или прикрываясь пледом.

Глава 12 Оля

Время летело со стремительной скоростью. Череда однообразных, доведенных до автоматизма, действий стирала в памяти понятие “вчера”. Я уже запуталась в числах и днях недели. Для меня все они стали – понедельниками. Всё ждала того волшебного дня, когда “станет легче”, как заверяли все вокруг. Но сыну исполнился месяц, а я будто вчера только покинула стены роддома.

Оттого, сидя за столом в окружении родственников, я изо всех сил старалась скрыть свое раздражение. Это была моя идея пригласить их к нам на месяц Ромочки. Но видимо, я совершенно зря надеялась, что это будет радостная семейная встреча для моего сына. Я также не ожидала бесконечного потока непрошеных советов и постоянного восхищения, направленного исключительно в сторону моего мужа.

– Оля, – встрепенулась свекровь, которая явилась к малышу при полном параде, еще и духами облилась от души, – а ты молоко сцеживаешь?

Конечно, разве это не то, о чем следовало говорить за общим столом, в присутствии мужчин? И ладно здесь Витя, он и не такое видел и слышал, но мой папа и свекр!

– Да… – сквозь зубы выдавила из себя.

– Доча, – заметив это, подключилась моя мама, – а ты чего лицо кривишь? Мариночка правильно всё говорила: и про купание с марганцовкой и про то, что надо Ромочку бабке показать. Он напуганный, я сразу заметила, – с умным видом покивала женщина с двумя высшими образованиями, упорно верящая в мифы о сглазах и приворотах.

– А вообще, – подхватил папа, поднимая бокал, – я хотел бы выпить за главу семьи. За того, на чьих плечах держиться всё. Самый незаменимый…

Я же еле сдержалась, чтобы не закатить глаза. Родители весь вечер восхищались Витюшиными достижениями, тем, как он легко справлялся со своей работой, и как потом помогает мне с ребенком. Они словно в упор не замечали того невидимого бремени, которое я несла, управляя домашним хозяйством и воспитывая нашего сына практически в одиночку. Их бесполезное кудахтанье и невнимательность только усиливали мое разочарование.

– Может лучше выпьем за Олечку? Вы только посмотрите, как сияет наша молодая мамочка, – вмешалась в тост моя лучшая подруга. Она даже не скрывала ехидства, прекрасно видя, насколько сильно я была подавлена. И слова ее не обижали, напротив, я знала, что удар был рассчитан на всех, кроме меня. Она-то была в курсе всей ситуации, кому мне ещё душу изливать…

– Олесь, – вмешался Витя, остро реагирующий на любое слово моей подруги. Он ее буквально не выносил с самого первого дня нашего знакомства. – Тебя не учили старших не перебивать?

– А тебя — уважать и почитать женщину, которая подарила тебе сына? – в тон ему отчеканили она, прищурив глаза.

Олеся, впрочем, тоже искренне терпеть не могла моего супруга. Как и других мужчин, пренебрегающих своими прямыми обязанностями. Пережив непродолжительный и крайне неприятный брак, закончившийся изменой любимого и сокрушительный разводом, из милой и наивной она превратилась в циничную и уставшую от чужой лести девушку. Но это ей никак не мешало растить в одиночку свою маленькую принцессу Лерочку, которой в этом году уже стукнуло целых три года.

– У Ольги что-ли день рождения? – словно не замечая образовавшейся напряженной паузы, что повисла за столом, продолжал давить мой неугомонный супруг.

– Так, давайте уже выпьем за Ромочку! – торопливо взял на себя слово отец Вити.

Я же их не слушала, почти засыпая за столом. Мало того, что всё готовила почти с шести, так еще и каждое утро совмещала приготовления завтрака, уход за Ромой, поддержания порядка дома, в то время как мой муж отсутствовал. И ладно бы только по работе, но он, менеджер по продаже автошин, умудрялся находить какие-то колымы. Все тяготы семейной жизни и родительства лежали исключительно на моих плечах, в то время как он грелся в лучах их восхищения, не обращая внимания на мою дикую усталость и разбитость.

Я понимала, что все советы были даны во благо, но от этого они действовали на нервы ничуть не меньше. Родня словно подвергала сомнению все мои поступки как матери, высказывая свое мнение по поводу сна Ромки, его питания и купания. Будто я была сама дитем малым и не в состоянии сделать всё правильно. Но зато Витюша, который палец о палец не ударил, был, конечно, экспертом в любом вопросе.

Пригласив близких людей, надеялась на их поддержку, чтобы они оценили мои усилия, которые я вложила во все аспекты нашей семейной жизни. Но вместо этого вынуждена была улыбаться и кивать, скрывая растущее в душе негодование. Мне не хотелось ругаться с ними, тем самым создавая дополнительное напряжение и еще больше отдалиться. И так выходило из рук вон плохо поддерживать идиллию.

– Оля, – привлекла вновь мое внимание свекровь, – это что за салат? Столичный?

– Почти, – отозвалась без энтузиазма– Это салат импровизация.

– Ну вот я в такой добавляю копченую куриную грудку, и он гораздо лучше получается. А здесь прям пресный, – хоть она и старалась говорить так, словно давала совет от всей души, но голос ее буквально сочился надменностью. Будто она специально стремилась уколоть меня или принизить.

– Мариш, – подхватила моя мама, в упор этого не замечая и заискивая перед ней, – а я еще туда вмешиваю кукурузу и горох. Получается ярко и живенько…

– Кукурузу с горохом? Надо попробовать, – задумалась свекровь, хотя видно было, что исключительно ради вежливости. Едва ли эта женщина вообще слушала кого-то, кроме себя. – Ой, Ромочка проснулся!

– Еще нет, – беря стакан и пряча свое кислое выражение лица, пробормотала раз пятый за час. Они словно нарочно шумели и старались разбудить его. Относясь к малышу как к игрушке, с которой каждому хочется поиграть. А Ромка потом нормально спать и есть не будет от переизбытка внимания и эмоций. Еще и надышаться может этим сбивающим с ног шипровым парфюмом…

– Как это? – искренне возмутившись, вопросила Марина Николаевна. Глаза ее карикатурно раскрылись. – Я точно слышала! Ты его не пропусти, он же может одеялком накрыться и задохнуться…

Боже, дай мне сил. Когда они уже все разойдутся по домам?!

Поймала сочувственный взгляд Олеськи и невольно улыбнулась. А она шепотом, так, чтобы никто не слышал, подбодрила меня:

– Салат огонь.

Если быть откровенной самой с собой, то злилась я не на нерадивых родственников, не на бессовестного и эгоистичного мужа, а на себя. Сидела и не понимала, с чего молчу, терплю, подыгрываю. Ради чего? Они все встанут, оставят грязные тарелки, натопчут в моей душе и спокойно уйдут. Если им всем безразличны мои чувства, мысли, с чего бы мне щадить их? В голове было много вопросов к себе. А ком недовольства нарастал, превращаясь в гигантских размеров навес, который легко мог превратиться в неконтролируемую лавину, сносящую всё на своем пути. Не хватало легко ветерка.

Сжимала кулаки и призывала себя "терпеть", продолжая ждать того порыва, что сорвет все условности, мои выстроенные внутри барьеры. Кто вообще придумал эту чушь, что женщина обязана не перечить мужу, почитать свекровь?

Моя интуиция буквально вопила, что эта “мудрая” женщина меня не переваривает. Намеренно принижает. А ведь я лучше нее. На стороне Марины Николаевны лишь жизненный опыт и Витюша. По чести оба аргумента больше шли в минус, нежели в плюс. Сына она воспитала из рук вон плохо. Сейчас я была в этом точно уверена. Он был не в состоянии жить самостоятельно, брать на себя ответственность в свои-то 25, оставался юнцом. Карьеры свекровь нормальной не построила, образование имела посредственное, а с мужем вела себя как старуха из сказки “О рыбаке и рыбке”. И вот ее советы я должна была перенимать? По моему мнению она могла научить лишь тому, как не стоит поступать в жизни на собственном примере.

Сейчас я была слаба морально и физически, мне страшно, одиноко и просто плохо. Поэтому максимально старалась оградить себя от травмирующих ситуаций. Но! Наступит тот день, когда всё изменится. И либо моему дрожащему супругу придется относиться ко мне соответствующе, приструнив свою мать, либо нам будет просто больше не по пути с ним.

Глава 13 Витя

Сорок шесть, сорок восемь… Сбился! Палец нажал дважды на сенсор и добавил лишний клик. Черт, может и так сойдет?

Вытащил из нагревателя бутылку с молоком и капнул себе на запястье, как учила Ольга. Холодное! Поставил в нервном жесте бутылку на стол, то есть попросту бахнул ею от души. В комнате надрывался голодный сын. Его плач выкручивал нервы и терзал душу.

Надо же было проспать… Задремал вместе с ним и не разогрел заранее молоко. Теперь плясал возле этого нагревателя и никак не мог вспомнить, что мне втирала жена перед отъездом. Рядом на столе лежал альбомный лист полностью исписанный инструкциями Оли, что и в какой последовательности нужно было делать. Когда она мне его вручала, уезжая на прием к гинекологу, я дико психовал и злился.

– Расписала всё, как для дауна…

– Ты сейчас киваешь, как китайский болванчик, а уйду я, ведь забудешь половину, – нудным тоном вещала супруга, очень напоминая мне в этот момент мою маму. – Я тебе все пошагово описала. У меня прием на два, пока дорога, вернусь только часа через два. Я на всякий случай три контейнера оставила с молоком…

– Да едь, не волнуйся, – скривился, привалившись плечом к стене и со скучающим видом наблюдая, как она обувается. Видно было, что Оля нервничает и не хочет оставлять сына со мной. Будто я дите малое и не справлюсь.

– Может, мне остаться, перенесу на потом? – заволновалась она, выпрямляясь и сжимая в волнении в руках лямку рюкзачка. Такой растерянной и переполненой сомнениями давно ее не видел.

– Ага, – фыркнул, больше бахвалясь перед ней. На самом же деле ужасно боялся оставаться с сыном один. – Два месяца прошло? – дождался Олиного утвердительного кивка. – Покажись врачу и вернешься к своим супружеским обязанностям.

– Вить, ты о чем-то другом думаешь хоть иногда? – сокрушенно выдохнула она и решительно распахнула входную дверь. – Если что звони.

– Обязательно, – покивал, закрывая за ней.

Я наивно полагал, что Ромка будет спать всё это время, ну, на крайняк проснется поесть, а с этим я справлюсь. Но как показала практика — нет.

Пробудился я от надрывного плача малыша и сразу же ринулся на кухню. Достал бутылку из холодильника и вот уже добрых минут пять не мог совладать с нагревателем.

Так. Еще раз. Поставил, закрыл, выставил температуру… Сорок три… Сколько там надо-то?!

Ромка увеличил громкость рева и стал уже закатываться. Вновь чертыхнувшись, включил чайник. Поставлю бутылку в кипяток.

Сам же сорвался к сыну. Весь взмок, мысли как зайцы в голове скачут. Взял пацана из кроватки, нелепо суетясь на месте, и принялся судорожно соображать. Положить его на диван или вернуть обратно, пока ищу сухие ползунки?

И здесь в голове щелкнуло. А что если он захочет по большому? Это мне его мыть?! Схватил подгузник и поспешил упаковать в него сына. Пусть жена приезжает и решает этот вопрос как-нибудь сама. У меня от одной мысли о детских какашках начинались рвотные позывы. Я люблю этого малыша, переживаю за него, но это не значит, что готов с радостной мордой намывать его зад. Ведь не в этом заключается проявление теплых чувств… Сын же продолжал заливаться, совершенно не щадя нервную систему своего отца.

Казалось, я попал в ад. Кроме желания выбежать из квартиры и захлопнуть дверь, ничего в голове не было. Почему он так орет? Это вообще нормально?

Кое-как справился с переодеванием Ромки и подогревом молока. Может было немного горячевато, но уплетал он за обе щеки, а я, откинувшись на спинку дивана, подавил нервный смешок.

Вот если бы сейчас ко мне кто-то подошел с предложением переспать, послал бы его нахрен. Может поэтому Ольга такая отстраненная и холодная…

Но, как выяснилось, я рано обрадовался. Пытался уложить сына, как минимум, уже минут двадцать. Он сучил ножками и постоянно плакал, доводя меня до бешенства. Качал кроватку с упорством осла, желая из принципа победить малыша.

В этот-то момент телефон мой ожил, оповещая о входящем от начальника. Конечно, сложно же представить более не комфортную для общения с руководством ситуацию.

Однако, отпрашиваясь на выходной, я обещал ему, что буду на связи 27/4.

– Да, Антон Сергеевич, – зажимая динамик рукой и выходя на балкон, бодро поприветствовал я.

Дверь закрыл поплотнее, чтобы не было слышно ора Ромки. Оля, конечно, просила не оставлять сына одного. Но что с ним будет, полежит в своей кроватке какое-то время да и успокоится.

– Зорин! – рявкнул мне в ухо босс, отчего я поморщился и отодвинул динамик от себя. – Ты какого хрена доки по "ТранСибу" не дооформил? У них отгрузка на сегодня по плану, а из-за тебя… – он явно подавил рвущееся наружу ругательство, а я зажмурился, осознавая размер косяка. Поставка на лям и в случае нарушения нами графика — неустойка за счет фирмы. – Ты что, много зарабатываешь? – наигранно душевно поинтересовался Антон Сергеевич, явно издеваясь надо мной. – Так ты бы сказал, я тебя и так премии лишил. Сейчас же тащишь свой зад в офис и все закрываешь!

– Я не могу, – разрываясь между плачущим сыном и орущим директором, сокрушенно выдохнул я – Мне Ромку не с кем оставить…

– Не приедешь, тебе его кормить будет нечем. Понял? – рявкнул босс так, что я моментально всё осознал и нарисовал у себя в голове картину безработного Вити.

– Да, через двадцать минут буду, – отозвался бодро, нажимая отбой.

И как я так просрал такой серьезный договор? Вроде же все доделал. Хотя… Я спешил к Светке, она ждала внизу и, видимо, вылетело из головы.

Первым делом набрал свою маму, но она была недоступна. Всё же не хотел дергать до последнего Ольгу. Но когда ни моя, ни ее мать на связь не вышли. Стал истязать номер супруги. Она, словно, издеваясь не отвечала на мои входящие. Длинные телефонные гудки раздражали. Ромкин визг, впрочем, тоже. Олька издевается что ли?! Почему, когда она так нужна, ей обязательно приспичило не брать трубку, а когда не надо, названивает каждые три секунды?!

Сын же не успокоился ни через пять минут. Ни через десять. На тридцатой мне показалось, что я уже начинаю сходить с ума. Крик, бесконечный крик из-за стены спальной вызывал звон в ушах, заглушая все остальные мысли.

Психанув, ещё раз набрал Олю, но попытка в очередной раз оказалась тщетна. Что я вот должен делать с этим мелким существом? Чего он вообще постоянно ноет, мужик же…

Метался по квартире, совершенно бездумно закидывая вещи в детскую сумку. Просто нужно же было что-то собрать? Вот я и кидал. Надев на Ромку какой-то костюм на два размера больше его, вновь и вновь набирал Ольгу. А по второй линии мне наяривал злой как черт Антон Сергеевич.

Будто чувствуя мое взвинченное состояние, малыш наращивал децибелы. В какой-то момент мне показалось, что он охрип от собственного плача, так как издаваемый им звук стал какой-то скрипучий и квакающий.

Не знал, куда деваться от бессилия, хоть на стену лезь. Сжал покрепче руль и уперся в оплетку лбом, пытаясь не сойти с ума. И в эту минуту произошло две вещи. Первая – Ромка затих и уснул в своей автолюльке, а вторая – я подумал, что Светка, на моем месте, точно бы придумала, как поступить. Подняв голову и уставившись на наш двор, застыл истуканом, огорошенный осознанием.

Точно! Света!

Глава 14 Светлана

– Вероника, на сколько у нас последняя запись? – обессиленным голосом задала вопрос администратору своего спа-салона.

Я владела им уже несколько лет, раскрутив с нуля своими силами, и эта девушка работала на меня практически с открытия. Так что перед ней можно было не строить из себя злобную стерву, а побыть просто человеком. Усталым, отчаянно желающим потереть зудящие глаза.

– В 15:30, Светлана Дмитриевна. Сегодня не густо по клиентам, – все же немного опасливым голосом отчиталась моя подчиненная.

– Понедельник же, – попыталась приободрить ее. – К тому же после выходных нам точно требуется немного выдохнуть.

На мою фразу Вероника активно закивала, полностью поддерживая мою точку зрения.

С ужасом вспоминала прошедшие в безумном ритме три дня, в которые счастливые дамочки наслаждались всем арсеналом нашего салона перед своими праздниками. У кого дни рождения, круглые даты, у кого свадьбы на носу. И ладно бы приходили те, кто действительно нуждался в отдыхе и расслаблении. Так нет же! Прут молодые, исколотые и вылепленные пластическими хирургами пустышки, ни разу труда не знавшие. Ясное дело, за чей счёт они бока здесь отлеживали. На их образ жизни мне было глубоко наплевать, сама не фанатка высоких моральных ценностей. Главное, все оплачено. Но, уж простите, в психотерапевты к этим истеричкам я тоже не нанималась. Им же что не так, сразу — позовите директора.

За репутацию своего салона я готова была порвать. Но и пресмыкаться перед капризными малолетками не имела привычки. Так и провоевала все выходные, по ночам просыпаясь от кошмаров, где в очередной раз какая-то кукла заливала мне в уши, что тайский массаж должен делать таец, а не русская женщина. Чуть до нервного срыва не довели!

– Я тогда отъеду пораньше, если что набирай, – предупредила Веронику, покинув бездонную пучину своих размышлений. А потом спохватилась: – Хотя, нет, не набирай. Меня на сегодня нет.

– Хорошо, – кивнула с готовностью девушка, отвлекаясь на телефонный звонок.

Я же взяв из своего кабинета сумку и белое кашемировое пальто, поспешила на выход. Как же хотелось поскорее оказаться в своем доме. Принять расслабляющую ванну с душистой лавандой. Я буквально представляла, как погружаюсь в теплую воду, а упругие пузырьки окутывают моё тело. Невольно улыбка расцвела на моем лице.

Однако тут же громкое урчание желудка разрушило всё очарование момента. Не к месту стали всплывать в голове картинки еды, а подсознание противненько напомнило, что с утра в животе ничего кроме кофе еще не было.

Не долго думая, свернула на ближайшем светофоре и направилась к более-менее приличному ресторану по-соседству, параллельно набирая их номер и делая заказ. Сидеть в зале не было никакого желания. Другое дело после ванны включить камин, расположиться на диване и неторопливо насладиться всей палитрой вкуса блюда.

Всё сложилось как нельзя кстати. Девушка быстро приняла заказ, кухня оперативно всё приготовила, и мне даже не пришлось долго ждать.