Пари для босса

Судьба?

Нифига.

Злой рок, не иначе. Я закрыла рот ладошкой, чтобы не ругнуться матом. Мужчина пристально смотрел на меня: он был в том же шоке, что и я, а может, даже и больше.

С меня-то что? Взятки гладки.

Я зажравшаяся мажорка с дефицитом внимания. Но он?

Взрослый мужик, владелец крупной юридической фирмы, известная личность.

Кстати, не такой уж он и взрослый. Тогда в клубе, в темноте, он показался мне куда старше.

На вид ему до сорока. Красавчик. Сейчас, при дневном свете, он кажется высоким, немного строгим, но очень привлекательным. На нем шикарно смотрелся официальный костюм темно-синего цвета. Белая рубашка, галстук в тон костюма. На запястье блестели часы, дорогущие. Идеально подстрижены волосы, уложенные чуть вверх на макушке, а может, они просто так у него растут. Отросшая щетина что-то между «забыл побриться» и «а не отрастить ли мне бороду?»

Мы с мамой прошли в глубь кабинета и сели в мягкие кресла напротив стола Роберта. Я поджала губы, чтобы сдержать смех. Роберт перестал пялиться и переключился на маму, лишь изредка поглядывая на меня.

— Роберт, это моя дочь Николь.

— Приятно познакомиться, Николь. — Он слегка прищурился. Мужчина нервничал. Его пальцы неосознанно стучали по столу.

— А мне-то как приятно, — говорила я, сдерживая улыбку, но не сводя с него взгляда. Мужчина откашлялся.

— Все, как мы договаривались. Никаких поблажек, если выгонишь ее сегодня, я буду только рада. Десять шкур с нее сдирай.

Я хихикнула. Мама жгла.

Как бы мне хотелось, чтобы он с меня что-нибудь содрал. Например, мою блузку или юбку. Не буду врать, та шалость в стриптиз-клубе до сих пор меня будоражила. От воспоминаний начинало сводить живот и учащался пульс.

А сейчас, глядя на объект моего безумия, я чувствовала дикое возбуждение, несмотря на рядом сидящую мать.

— Хорошо. Я вас понял, Наталья Петровна.

— Роберт, мы давно знакомы, и я знаю, какой ты руководитель. Очень надеюсь, что Николь не доставит тебе проблем и за эти три месяца покажет себя с лучшей стороны.

— Со всех сторон покажу, мам. Тебе уже пора на встречу, дальше мы сами. Правда, босс? — Роберт снова закашлялся, а я гипнотизировала его своим игривым взглядом.

Ну как иначе? Это же так смешно.

Мама вышла из кабинета, и мы остались наедине.

— Ты специально это подстроила? — осмелел начальник после маминого ухода.

— Подстроила? — Вылупила я глаза на нахальное подозрение. —Я не меньше тебя сейчас офигела. Это судьба! Блин, ну какова была вероятность нам встретиться? — Смех я уже не сдерживала и вовсю хохотала.

— Ты хочешь сказать, что не знала, куда идешь работать? — В голосе слышалось недоверие.

— Говорю же, нет. Мне мама даже имя работодателя не назвала, чтобы я не смогла найти его в Интернете и не прошерстить подноготную. Тут она, конечно, конкретно просчиталась. — Я закатилась от смеха еще сильней.

— Слушай, хватит смеяться, это не смешно. Проваливай отсюда.

И почему ему не весело? Наоборот, начальник был зол. Свирепый хищник с диким взглядом. Он слегка покраснел, думаю, у него участился пульс и даже поднялось давление.

— Я не могу, — говорила я, вытирая слезы от смеха. — Ближайшие три месяца я буду работать здесь.

— Не будешь. У меня серьезная фирма, а ты, как я посмотрю, девушка взбалмошная.

— А что же ты тогда к такой взбалмошный в трусы полез? — Глаза Роберта распахнулись, он поджал губы. Его грудь вздымалась то вверх, то вниз. Он был в ярости. Казалось, он хочет наорать на меня, вышвырнуть из кабинета, но он держался.

— Говори тише. Не ори так. Все было по обоюдному согласию.

— Так-то оно так. Но вот мой возраст… — продолжала я играть на нервах мужчины. В гневе он был еще сексуальнее.

— Возраст? Ты совершеннолетняя.

— В этой стране да…

— Ты меня шантажировать вздумала?

— Ладно. Все. Успокойся. Мы оба должны успокоиться. Давай просто все забудем. По сути, ничего такого и не было, ведь так? Ну облизал ты мне сиськи…

— Закрой рот! — Он был в бешенстве. И чем больше он заводился, тем смешнее мне было.

— Ха-ха-ха. Не удержалась. Прости. Все. Клянусь. Больше никаких шуток. Пари? — применила я свой проверенный метод. И почему люди на него всегда ведутся?

— Пари? — Роберт нахмурил брови. Его заинтересовало мое предложение.

— Ага. Я проработаю тут три месяца, ты напишешь мне охренительную характеристику, чтобы мама прям прослезилась, а потом я исчезну.

— Зачем тебе это?

— Затем, что тот экспромт в стрип-клубе дошел до мамы в формате видео. И она не отпускает меня назад в Европу, а мне предложили контракт, ну не суть. У нас с мамой договоренность: я отрабатываю три месяца, она разблокирует мне карту и разрешит взять академ на год. Я свалю и буду жить как хочу, а ты обо мне больше не услышишь.

— А мне-то какая выгода?

— Ну, во-первых, я видела тот заваленный бумагами стол, сотрудник тебе ой как нужен. А во-вторых, я не скажу маме, что ты беспощадно лапал меня в стране, где мне это запрещено еще два года.

Роберт тяжело вздохнул.

— Так, Николь…

— О боже, я Ника. Только мама зовет меня Николь, больше никто.

— Ладно, Ника, давай так: у меня серьезная фирма. Я всего добился сам и горжусь этим. Мне не нужны проблемы. Если ты готова все забыть, перестать вставлять в разговор колкие фразочки, то ты сможешь тут остаться на три месяца.

— Отлично. Ты не пожалеешь, я способная. В институте я учусь на отлично, да и в общем не дура, так что сработаемся, босс.

— И не вспоминать стрип-клуб.

— Идет. — Я протянула руку боссу, чтобы закрепить нашу договоренность рукопожатием. Он нехотя взял ее. Его ладонь была огромной, пальцы длинными и толстыми. Но вот обручальное кольцо куда-то испарилось. Мне это интересно? Еще бы.

— Тогда иди на свое рабочее место. Разгребай завал на том столе. Я тебе сейчас пришлю свое расписание. Еще зайди в бухгалтерию и заполни все документы. Добро пожаловать.

— Спасибо, — сказала я и направилась к двери. Уже на входе я слегка притормозила и повернулась к боссу. Он продолжал смотреть на меня, а я смотрела на него. Ни намека на улыбку на его лице, сама серьезность. Надо бы немного расслабить.

— Но как бы там ни было, босс, мы знатно кончили тогда. — Я повела бровью, начальник не ответил. Лишь мимолетная улыбка промелькнула на его лице. Я заметила.

— Иди работай, — фыркнул мне в ответ начальник.

Но, несмотря на его строгость, он так же смеялся, только где-то там, внутри, своей черствой душонки.

Я села за стол и огляделась. Полнейший хаос. Я такое не люблю. Да, возможно, я немного эксцентричная, но что касается порядка, у меня пунктик, много пунктиков. Я собрала все ненужные обрывки бумаги, какие-то огрызки карандашей и выбросила в урну. Протерла компьютер, стол и принялась разбирать документы.

Я и не заметила, как наступил обед. Дверь в кабинет начальника открылась, и передо мной нарисовался Роберт.

— Почему не идешь на обед?

— Не обратила внимания на время. Тут такой бардак в бумагах.

— Вот и уберись, ты здесь именно для этого, — включил начальник более злого начальника.

— А я что, по-твоему, делаю?

— Мне некогда с тобой болтать. Иди на обед. У нас на этаже есть небольшой буфет, там едят многие сотрудники. Но в здании есть и приличные кафе, два ресторана, можешь обедать хоть где.

— Я выбираю буфет. С сотрудниками познакомлюсь. — Я повела бровью, случайно. Но этого хватило, чтобы снова выбесить Роберта.

— Держи язык за зубами, — процедил мужчина.

— Там он и будет.

— Вот и отлично. У меня встреча, вернусь к трем.

— Как скажешь, босс.

— Называй меня Роберт.

— Хорошо, Роберт. — Мужчина кивнул, сделал лицо еще серьезней прежнего, хотя куда уж больше, и пошел к лифту. Я же взяла сумочку и направилась прямиком в буфет.

Он был прав, общепит тут не очень. Главное, чисто. Подхватить кишечную инфекцию — так себе развлечение. Однажды мы с Луной поели сэндвичи в неизведанном месте, и нам было очень весело делить туалет в течение следующих трех дней.

Небольшое помещение, витрина, касса — все, как в обычной столовке института. Даже приборов нормальных нет, пластик. Чуть в стороне располагались столики и стулья. Почти все столы были заняты сотрудниками фирмы.

Блюдом дня был суп-пюре и три салата на выбор. Я взяла тот, в котором меньше майонеза и больше зеленых листьев. Чай здесь тоже был сомнительного происхождения, из пакетиков, но я решила рискнуть.

Обед почти ничего не стоил. Да, мама была права. Если я буду питаться в этом месте, мне точно будет хватать моей зарплаты, даже останется.

Я мельком оглядела помещение. Ага, девичий стол. Мне именно туда.

Я подошла к трем девушкам и попросила присесть, они с удовольствием согласились.

— Ты новый секретарь Роберта Альбертовича? — спросила меня девушка в очках.

— Да, я Ника.

— А я Маша, из бухгалтерии.

— Мне как раз нужно к тебе подписать какие-то бумаги.

— Можем сразу после обеда и сделать.

— Отлично. — Маша была ничего. Милая и улыбчивая.

— Я Лиза, рекламщик.

— А я Юля. Отдел кадров, — представлялись девчонки одна за одной.

— А юристы в этой фирме есть?

— Есть. Все мужчины. Роберт Альбертович в этом вопросе консервативен. Они обедают этажом ниже, в ресторане. Куда им до нашего буфета, — пояснила мне Лиза.

— Ясно. А прошлый секретарь почему ушел?

Мне хотелось расспросить здешних сплетниц. Да-да, именно сплетниц.

Ну а что? Молодые девушки, каждой еще и тридцати нет. Среднее звено, питаются в буфете, а значит, зарплата у них примерно, как у меня, копейки. Но, конечно, есть но. Одеты они были хорошо. Со вкусом, с дорогими атрибутами, но без обручальных колец. Уверена, что каждая из них уже пробила всю инфу про мужчин в этой компании, в том числе и про начальника. Они как никак ищут себе самца. Только не там ищут — нужно было идти в ресторан, этажом ниже.

— Она ушла еще, когда Роберт Альбертович был женат. Вроде бы жена ревновала, но это не точная информация, — Лиза трепалась больше остальных.

— И почему же он снова взял молодую девушку? — Меня интересовало их мнение.

— Развелся потому что. — И девчонки рассмеялись. — Но ты особо не обольщайся. Он хоть и холост, но противник любых отношений на работе. Всегда с таким строгим лицом ходит, аж мурашки по спине от страха. Вроде бы он и свободен, никто не знает, — объяснила мне Юля.

— Да я не в том смысле. Я тут ненадолго. На три месяца всего, мама заставила работать. Я еще студентка.

— А мама у тебя кто? — поинтересовалась Лиза и надула губки. Некачественная работа косметолога сделала из ее губ что-то непонятное. Нужно дать ей номер нормального врача, чтобы исправить это недоразумение.

— Мама у меня — Федорова Наталья Петровна.

— Федорова? Судья? — у девушек округлились глаза.

— Она самая, — сказала я как бы между делом, но девушки немного напряглись. Я даже перестала жевать.

— Да вы чего?

— Странно это все. И зачем тебе тогда тут работать?

— В целях воспитания.

— Ясно. Золотую девочку наказала мама, — съязвила Лиза. Она из них троих была еще и самая бойкая.

— Совсем нет. Перевоспитать да, но мне далеко до золотой девочки. Обычная я, как все. Сами увидите, когда познакомимся поближе.

— Значит, до осени ты будешь работать тут? — уточнила Юля.

— Да. Буду портить жизнь боссу.

— А он что, не может тебя уволить? — Прищурила глаза Лиза.

— Может, но не станет. Я неплохой работник, дайте время раскрыться.

— То есть ты тут на общих правах, никакого особого отношения? — снова спросила Лиза.

— Наоборот. Мать сказала за любой проступок меня сразу же выгонять, так что я просто тихо-мирно отсижу свой срок и свалю.

— Ну удачи тебе.

— Спасибо.

Мы болтали около часа. За этот час я узнала почти все о каждом сотруднике в этом офисе. Я выбрала правильный стол. Девчонки и правда оказались теми еще болтушками. Мне, незнакомому человеку, рассказывали все подряд.

Обед подошел к концу, бумаги в бухгалтерии были подписаны, и я вернулась на рабочее место. К трем часам приехал начальник.

«Пунктуальный сноб», — подумала я про себя, когда Роберт Альбертович появился в холле.

— Мне кто-то звонил? — строго спросил он.

— Да. Некий Симонян просил позвонить ему в четыре часа.

— Такие новости мне нужно сообщать сразу. Запиши мой номер телефона и впредь пиши сообщение.

— Поняла. — Я записала номер Роберта. Он оглядел мой почти порядок на столе и, не сказав ни слова, зашел в свой кабинет.

Странный он все-таки. Роберт в комнате для привата мне нравился куда больше. А сейчас он сдержан, зажат, груб.

Может, тяжелый развод? А может, он всегда такой, а в тот раз просто немного расслабился? Кто его разберет.

Офис потихоньку опустел, а я и не заметила, как задержалась на работе уже почти на час. Я закончила разбирать все документы и выключила компьютер. В ту же секунду босс вышел из своего кабинета.

— Ты чего тут? Рабочий день уже давно закончен.

— Мама всю неделю мне, как мантру, твердила, что плох тот сотрудник, который уходит раньше начальника.

— Это необязательно. Я могу и до ночи задерживаться.

— Я поняла. Просто только что закончила. Бардак тут был что надо. Можешь помочь?

— Что у тебя? — недовольно спросил Роберт.

— Не могу понять, к какому делу относится вот эта бумага.

Начальник подошел к моему столу. Немного наклонился и начал изучать документ. Запах его парфюма ударил в нос. Тот же запах, который засел в моих ноздрях уже давно. После очередного вдоха по телу пробежал электрический импульс, и меня слегка передернуло.

Мне срочно нужно название этих духов, я квартиру себе опрыскаю, запах нереальный.

— Это дело Власовых.

— Благодарю.

— Кстати, можешь начать его изучать. В пятницу пойдешь со мной на слушание.

— Зачем? — удивилась я.

— Затем, что ты студентка юрфака. И тебе будет полезно поприсутствовать на настоящем судебном заседании. Бесплатная практика. Может, что полезного вынесешь.

— Отлично. Я за. — Я сто раз была на судебных заседаниях. Даже после школы я шла не домой, а в суд. Делала уроки, пока моя мама выносила приговоры. У меня даже был собственный стол в здании суда. Но начальнику я об этом не сказала. Лучше провести день в суде, с ним, чем просиживать зад в душном офисе.

— Все, идем. Сейчас уже уборщица придет, — скомандовал Роберт, и я подчинилась.

Я схватила сумку и последовала за начальником. Лифт спускался целую вечность, а мне хотелось выбежать на воздух. Маленькая кабина лифта была буквально пропитана его запахом и моими флюидами. Эти духи выключают мой мозг и заставляют вспоминать то, что я тщательно пытаюсь забыть.

Наконец-то мы вышли на улицу. Я осмотрелась. Не увидев знакомой машины, я достала телефон.

Зачем меня забирать с работы? Сама-то с водителем ездит, а я должна на вонючем такси добираться до дома. Денег мне не дает, а такси недешевое, учитывая, что живу я совсем не рядом с офисом.

— Тебя подвезти? — спросил начальник, а я зависла. Не ожидала такой инициативы от него.

— А ты часто подвозишь своих сотрудников?

— Никогда.

— Тогда и не стоит. — Первое правило Ники — набей себе цену.

— За тобой заедут?

— Видимо, нет. Ты же не видишь здесь картежа из машин? Значит, поеду на такси.

— Идем уже. Сделаю исключение только на сегодня.

И что это он? Отцовская забота? Фу. Я рассматриваю его совсем иначе. Или это подкат? Хоть бы подкат.

— Хорошо, — быстро согласилась я, чтобы не профукать предложение, и последовала за мужчиной.

— И не могла бы ты обращаться ко мне на вы?

— Прилюдно?

— Всегда.

— Что за старомодные порядки?

— Обычная субординация. Ты моя подчиненная.

— Это будет трудно.

— Ну ты уж постарайся.

Мы прошли к машине. Роберт пикнул сигналку, и машина открылась. Естественно, он не стал открывать мне дверь, джентльмен из него так себе.

— Можно вопрос? — начала я разговор, когда мы отъехали от здания.

— Попробуй.

— Как Орловский Роберт Альбертович, известный адвокат, может иметь такое заведение, как стриптиз-клуб?

— Бизнес.

— А это законно?

— В той стране — да.

— Ясно.

— Встречный вопрос: как ты оказалась на сцене стриптиз-клуба? У тебя такая семья, адреналина не хватает?

— Какая у меня семья? Ты ничего обо мне не знаешь.

— Твоя мама занимает высокий пост, она уважаемый человек. Я ставлю себя на ее место: если бы мой ребенок творил такое, я не знаю, что бы с ним сделал.

— Я хочу стать актрисой. И пока я была у отца на каникулах за границей, ходила на пробы. И прошла. Нужно было сыграть стриптизершу. Вот и решилась, для роли.

— Актрисой? А как же юрфак?

— Это мамина мечта, не моя.

— А твоя, значит, мелькать в телике с голой жопой?

— Как грубо. Роли разные бывают.

— Ну-ну. Почему выбрала именно мой клуб?

— Ренат предложил. Сказал, у него там есть связи, и провел нас.

— Ренат? Мой сын? — повысил голос начальник и очень резко затормозил на светофоре. Я даже выставила руки вперед по инерции. Он уставился на меня.

— Он твой сын? — Я просто обалдела, опять. — Он сказал, что это клуб его знакомого. Офигеть! Надо же, с каждым разом становится все интереснее и интереснее.

— Он знает про… Ну… — Роберт не мог это произнести.

— Нет, конечно. Ты что? — лгала я ему, глядя в глаза.

Пришлось солгать.

Я рассказала Ренату про тот случай, но не упоминала, что мужчина был владельцем заведения.

Вроде бы.

— Вот и дальше молчи. Как вы с ним вообще познакомились? Только не говори, что он твой парень. — Роберт сморщил лоб.

— Боже, нет. Он мой друг.

— И вы с ним не…

— Фу. Нет. Говорю же, мой друг. Мы познакомились в универе года три назад. Он, кстати, без ума от моей подруги Луны, но пока не осознал этого.

— Что за подруга? Такая же, как ты? — Слова мужчины звучали с ноткой осуждения. Меня это обидело.

— А что со мной не так? — возмутилась я после такого высказывания.

— Даже не знаю, с чего начать.

— А не с чего начинать. Ты совсем меня не знаешь, вот и не суди. — Меня злили его намеки.

— Ну я бы так не сказал.

— Теперь ты позволяешь себе пошлые шуточки?

— Нет. Ты не так поняла, — пытался оправдаться начальник, но было уже поздно, я завелась.

— Я как надо поняла. И вообще я тебя уже давно раскусила, мистер неприступность. Чуйка у меня на людей. Дар, талант, называй как хочешь. Я как-то по-особенному разбираюсь в людях, ну ты и сам поймешь, когда мы узнаем друг друга поближе.

— Мы не будем узнавать друг друга поближе.

— Ты снова не о том. Я имела в виду в рамках работы.

— И что же ты во мне раскусила такого?

— Так я тебе все карты и раскрыла. Ага.

Роберт поджал губы. В этом диалоге я его уделала.

— Вбей свой адрес в навигаторе, — снова приказным тоном сказал начальник, и я послушно выполнила его просьбу.

— Я немного пообщалась с коллегами, и они мне рассказали, что ты развелся. Почему?

— Не твое дело.

Я закатила глаза. Вот же сноб. Трудно мне придется. Но ничего, осталось продержаться восемьдесят девять дней. Хотя кто считает?

— Я не могу ехать молча. Давай поговорим?

— Я хочу помолчать. Учитывая, что ты живешь не близко.

— Сам вызвался подвезти.

— Уже жалею.

— И часто ты пользуешься услугами своего же стриптиз-клуба?

Роберт слегка оттянул галстук. Мои вопросы выбивали его из колеи. Но останавливаться я не планировала. Какой, а? Судить он меня вздумал. Не прокатит. Понятно, что встречают по одежке, но не в моем случае.

— Мы же вроде бы закрыли эту тему?

— Ответь на последний вопрос и все.

— Никогда.

— Никогда? — Вот же врун. — А меня тогда зачем пригласил на приват?

— Я не приглашал. Ты не в ту комнату зашла.

— Ну не надо. Я тебя еще со сцены заметила. Ты там своими слюнями весь пол заляпал, так тебе мой танец зашел. — Я состроила ехидную гримасу.

— Я серьезно. Мужчина из третьей кабинки был возмущен, что не дождался своего танца, а я сидел в пятой.

— Да ладно? И нафига ты там сидел? — удивленно спросила я.

— Потому что это место — самое тихое в заведении, а у меня был важный телефонный звонок. Я не мог его проигнорировать и зашел в пустую кабинку. А потом ты туда ворвалась как снег на голову.

— Вот и не верь после этого в судьбу.

— Это не судьба, просто стечение обстоятельств. Ты же будущий юрист, Ника, мысли здраво.

— Мыслить здраво? По-твоему, какова вероятность кончить на коленях мужчины в одной стране, а потом прийти на него работать в другой?

— Перестань повторять это слово?

— Кончить? — Я улыбалась. Роберт смущался, а меня это дико веселило.

— Кончай.

— Без тебя не смогу.

Игра слов? Мне нравится. В ней мне нет равных. И вот, наконец, Роберт не сдержался и засмеялся. Так заразительно, что я тоже не удержалась.

— Это будут долгие три месяца, Ника, — сказал он, продолжая улыбаться.

— Ну наконец-то ты расслабился. Ты всегда такой?

— Какой?

— Чересчур собранный, сильно гордый. Безэмоциональный.

— Не всегда.

— Это хорошо. А то мне уже стало страшно, может, у тебя расстройство какое.

— Какое?

— Биполярное, например, ну знаешь, раздвоение личности, все дела…

— Я в курсе, что такое биполярное расстройство, и у меня его нет. — Он снова стал занудно строгим.

— Прости, что вспоминаю, но в тот вечер ты был другим.

— Я не был собой.

— А мне кажется, что тогда ты был именно тем, кем являешься. Ночь, темнота, уединение, нереально сексуальная девушка, да еще и незнакомка, вот из тебя бесы и полезли.

— Слушай, я уже сто раз пожалел о том, что было. Я улетел за границу выдохнуть. Мы с женой были на грани развода, но договорились, что попробуем еще раз. А потом ты.

— Что я?

— Как ураган залетела в ту комнату. С толку меня сбила.

— Не надо меня во всем винить. Ты был не против.

— Вот именно. Я не то что был не против, я понял, что мой брак умер давным-давно и уже не воскреснет.

— Принимаю благодарность, можно материально.

— Ника, я не шучу. Не ожидал от себя такого. Восемнадцать лет брака — это не просто так. Я никогда не изменял жене. Работал, растил сына. Думал, что еще немного, и вот она старость, внуки. А потом появляешься ты и… — мужчина тяжело вдохнул. Каким-то образом наш веселый разговор перешел во что-то грустное.

— И ты понял, что все еще в строю?

— Что-то типа того.

— Ты строг к себе. Ты секси. Богатый, умный. С телом у тебя все в порядке. Про член я вообще молчу, прости еще раз.

— Ника! — прикрикнул Роберт и крепко сжал руль.

— Что Ника? Я правду говорю. Мы же с тобой еще тогда решили не лгать, я свое слово держу. Тебе нужно гульнуть, босс, хорошенько так.

— Гульнуть?

— Ага. Девчонку себе найти, устроить ей пятьдесят оттенков. Включи того Роберта из стрипухи. Развлекись немного.