Курс строго на Север....

Рихеза смотрит на хлеб с ветчиной и мотает головой. А в её глазах слёзы бессилия.

- Я не могу, - тихо говорит драконесса, - Мне не позволяют брать еду у других. Меня накажут. И тебя тоже.

Мне хочется плакать, рвать и метать, орать от бессилия. Но я лишь повторяю:

- Ешь. Тебе нужно питаться, ты сильно истощена.

Слезы бегут из глаз драконессы. Она мотает головой и отказывается принимать еду.

Анна тихо шепчет, что рабский ошейник не позволяет Рихезе выполнить мою просьбу или утолить свой голод.

Я с ненавистью смотрю на этот проклятый ошейник и мысленно желаю сгореть в аду его создателям…. Требую, чтобы Рихеза начала есть, но драконесса как китайский болванчик мотает головой из стороны в сторону….

Я прихожу в еще большее бешенство и ярость от её и своего бессилия….

Это чудовищно, аморально требовать беспрекословного подчинения только из-за того, что на живого человека надели кожаный ошейник с магическими рунами. Разве магия, как дар не должна служить людям? Она должна нести добро и пользу. Магия не должна порабощать и унижать. Не должна превращать людей и драконов в бессловесных животных.

Я резко вскидываю руки к шее драконессы. Захватываю пальцами рук проклятый ошейник с двух сторон. Мгновение и резко тяну в стороны. Чувствую покалывание, резкую вспышку жара, слышу треск. И….

Ошейник падает на пол. Я ошалело смотрю на него и пытаюсь понять, что я только что сделала?

Рихеза Ормс также ошалело смотрит на меня. Через несколько секунд она касается рукой шеи, чувствуя натертую кожу, местами поцарапанную ошейником.
Неужели я сняла рабский ошейник с драконессы? Через несколько мгновений в моей голове всплывают слова монаха Урдольского монастыря в Корсуни, брата Ансельма....

Он говорил, что у меня редкий дар. Да, я не магичка, не ведьма, не полукровка….

Зато на меня не действует сила убеждения первородных драконов. Я не поддаюсь магии стихий, заклинаниям или проклятиям. На меня не действует ни белая, ни чёрная магия ведьм. Возможно потому, что я являюсь переселенкой из другого мира, по крайней мере так говорил мейстер Умлис, мой гном наставник в Академии.

И вот теперь я знаю, что у меня есть способность снимать рабские ошейники….

Кухарка и Анна с ужасом смотрят на меня и Рихезу Ормс. Переводя глаза от упавшего рабского ошейника к шее драконессы….

Твою дивизию….

Я сорвала с Рихезы рабский ошейник при свидетелях. Дура! Сто раз дура! Нашла место и время для подобных экспериментов….

Я надеялась еще протянуть пять дней и подготовить план побега. Ага, конечно. Да Одичалые убьют меня, как только узнают о моей способности снимать ошейники с пленников. Я и часа лишнего не проживу. И Ривас Блейк меня не спасет.

И надо же было так вляпаться? Да, Элен твой лимит везения исчерпал себя. Или нет?

_____________________________________________________

Дорогие читатели!

Читая ваши отзывы, поняла, что многим не нравится реалистичный стиль написания второй книги. Кто – то считает, книгу жестокой, чересчур пессимистичной и безнадежной…. Не буду ни с кем спорить, и не стану переубеждать.

Допускаю, что не каждому человеку подходит эта история для легкого веселого чтения. Если кому – то не нравится, то ничего не поделаешь. Моя книга не для Вас….

У каждой истории есть светлые и темные стороны. В каждой сказке есть свой смысл. Зерно жестокой правды, мораль и немного вымысла. А выводы каждый делает сам....

Я не великий писатель и не претендую на авторство бестселлера….

P.S. Истории Элен достаточно много лет. Не скрою, для меня она самая любимая и одновременно самая тяжелая из всех написанных мною.

Я писала первую и вторую часть, находясь в онкологическом отделении областного диспансера в качестве пациента. Не самый легкий период в моей жизни, и жизни моей семьи….

Большинство героев моих историй являются прототипами настоящих людей. Они много пережили, многого добились, кого-то уже нет в этом мире…. Но объединяет их две составляющие. Каждый из них оставил след в моей жизни и чему – то научил меня. И каждый был счастлив по своему….

_____________________________________________________

Что же касается главной героини и трудностей, с которыми она сталкивается, то могу сказать одно….

Счастье — это не конечная цель, а способ восприятия мира, когнитивный выбор, который мы делаем в каждый момент, несмотря на обстоятельства.

_____________________________________________________

Простите, если кого – то разочаровала моя книга….

Глава 14. Союзники или сообщники?

Четыре женские фигуры замерли в ожидании на кухне адского замка в лагере Одичалых.

Я, Рихеза Ормс с которой мне неожиданно удалось сорвать рабский ошейник подчинения. А еще кухарка, которая представилась как Анаит. И девочка подросток, Анна.

Я понимала, от того сдадут ли меня Одичалым Анаит и Анна сейчас зависит моя жизнь. Они обе пленницы, обе с рабскими ошейниками. И по большому счёту выбор у них не богатый. Или промолчать? Или рассказать и выторговать для себя хоть какие – то послабления со стороны своих мучителей.

Неожиданно Анаит закрывает дверь, ведущую во внутренний двор и требует, чтобы дочь принесла туесок с нитками и иголками.

Я удивленно смотрю на неё, значит Анна её дочь? Боги, сколько ужасов наблюдала всё это время эта девочка? Как они вообще сюда попали?

Я смотрю на Рихезу Ормс и вижу, как жадно она жуёт хлеб с ветчиной. Анаит подходит к драконессе и велит мне поднять с пола рабский ошейник. Пленники не могут прикасаться к чужим ошейникам самостоятельно. Иначе получат сильные ожоги рук.

Я перевожу взгляд на свои руки и замечаю на них красные полоски. Но ничего особо критичного. Переживу.

Анна приносит туесок с нитками и иголками. Её мать подбирает самую острую иглу, вдевает коричневую нитку и велит мне закрепить не шее драконессы рабский ошейник, пока никто из Одичалых не увидел, что я сделала.

Рихеза почувствовав, что я снова надела ей на шею рабский ошейник начинает истерически всхлипывать, а я начинаю делать стежки, пытаясь как можно незаметнее стянуть концы ошейника.

Анаит подходит к Рихезе, и резко дергая её за руку, велит молчать.

- Замолчи глупая. Хочешь, чтобы твою спасительницу вздёрнули на воротах? – говорит вкрадчиво и тихо, - Уймись, магическая цепь разорвана. Рабской привязки больше нет. Этот ошейник не имеет над тобой никакой власти. Просто кожаный ремешок и только. Но носить его нужно, чтобы никто не заподозрил, что ты освободилась.

Я спрашиваю, уверена ли она, что рабский ошейник теперь не работает? Анаит кивает головой и подтверждает свои слова. Печать взломана, магическая цепь разрушена.

Так, значит, она многое знает о том, что происходит в этом проклятом замке. И она видела, как я сняла ошейник с драконессы. Она свидетель. Но станет ли она моей сообщницей и союзницей? Сколько она и её дочь находятся в этом лагере? Их никто не пытал и не насиловал? По доброте душевной или за наивкуснейшую стряпню? Сотни вопросов и не одного ответа.

Да, они тоже носят рабские ошейники, девочка явно напугана, но Анаит не выглядит жертвой насилия. Кто она? Магичка или полукровка? Выдаст она меня или нет? Сейчас она помогла нам с Рихезой, но, что будет дальше?

Я подхожу к Анне и резко тяну руки к её ошейнику. Пара секунд и я срываю рабский ошейник с шеи девочки. Анаит со слезами смотрит на меня, и говорит, что её дочь теперь не рабыня.

- Ты Алира – освободительница, - восторженно шепчет Анна.

Вот глупышка. Мне даже стало немного стыдно. Я не освободительница. Я просто ищу союзников. Сорвав с неё рабский ошейник, тем самым, я делаю её мать своей сообщницей. Теперь я уверена, что Анаит не выдаст меня и Рихезу….

- Я всё ждала, когда ты придешь и освободишь нас, - шепчет девочка, - Мама перестала верить. А я знала, что эльф говорил правду и ты появишься и освободишь нас.

Эльф? В голове всплывают слова черной ведьмы Клары Жубер….

"Слушайся эльфа и помоги ему", так она сказала.

Эльф поможет найти выход и организовать побег из замка….

Подготовка к побегу – дело тонкое, требующее терпения и хитрости. Никто не должен заподозрить неладное. Всё, как и любое дело начинается с малого….
Первое: сбор информации. Кто охраняет, сколько их? Когда стражники спят, когда питаются? Где слабые места в ограждении?

Каждый обрывок информации, подслушанный разговор, брошенный взгляд – ценный кирпичик в фундаменте побега.

Второе: сбор запасов. Незаметно, по крохам, но нужно собрать припасы. Сушеное мясо, хлеб, сухари, крупа, украденная из котла, горсть ягод, спрятанная под одеждой. Каждая кроха может спасти жизнь в дикой местности.
Третье: найти сообщников и союзников. Доверие – редкий зверь в плену, но без него не обойтись. Я знаю, найдутся те, кто готов рискнуть всем ради свободы. Но также будут и те, кто боится мести и гнева, Одичалых до судорог. Значит, эти люди способны предать….

Каждый шаг должен быть рассчитан, каждое движение выверено. Я точно знаю, что адский замок не отпустит нас просто так, как и его обитатели. И я должна перехитрить всех.
Необходимо было изучить местность, понять структуру замка, расположение стен, фундаментов, коммуникаций. Каждая смена караула, каждый звук, каждый шорох должен учитываться. Важно определить, кто может стать союзником и сообщником….

Я прошу девочку налить шиповника для драконессы и по возможности сделать еще пару бутербродов. Анна кинулась выполнять мою просьбу….

- Где сейчас эльф? Как давно он попал в плен к Одичалым, - быстро спрашиваю я, обращаясь к Анаит.

- Он в самом дальнем подземелье. Три месяца, как его Одичалые приволокли из леса, - осторожно, оглядываясь по сторонам, шепчет кухарка, - Если бы не его кровь, я бы давно померла. Я подкармливаю его по вечерам, а он помогает мне.

На вопрос, зачем Анаит нужна кровь эльфа, женщина не стала сразу отвечать.

Повариха сказала, что расскажет свою историю ночью. Ночью? Почему не вечером?

А вечером будет оргия у Одичалых. По плану, так сказать….

Два вечера прошли тихо, значит, сегодня эти твари будут отрываться по полной программе. Пить, устраивать состязания по метанию кинжалов, стрельбе из лука по живым мишеням. В качестве мишеней выступают пленники. Потом кого – то вздернут и будут пытать. А женщин ждет худшая участь….

Моя задача держаться подальше от двора замка. А днем вымолить к Риваса Блейка возможность помогать мне по хозяйству Марысе. Забрать мою подругу из подземелья вместе с сынишкой нужно как можно быстрее. Всех мне не спасти, так хоть кому – то смогу помочь.

Значит в планах Одичалых сегодня оргия? Придётся вам господа изменить свои планы. Никто не позволит вам развлекаться, как вы обычно привыкли….

Что нужно сделать, чтобы изменить планы Одичалых?

Поджог? Наводнение? Увы, у меня нет магических способностей.

Государственный переворот со сменой власти? Боюсь, моих скромных талантов не хватит….

Значит нужно что – то более приземлённое. Тихое, бесшумное, но очень мощное, чтобы никто не остался безнаказанным….

Я спрашиваю у кухарки, когда будет готов обед? Сколько Одичалых в лагере? Сколько охраны? Когда, кто обедает? Что сегодня подают на обед?

Мясо, жареная рыба, хлеб, отвар шиповника, и снова жареное мясо.

Каша с мясом для стражников и рыбаков. Постный суп с крупой для пленников.

Отлично. Поджог отменяется. У нас начнётся эпидемия. Да, да, самая настоящая….

Замок старый, стены в плесени и грибке. Полнейшая антисанитария. Одичалые не соблюдают элементарную личную гигиену. Ничего удивительного, что вспыхнет эпидемия.

Итак, у меня на сегодня великие планы.

Первое: найти эльфа и расспросить его об особенностях лагеря Одичалых.

Второе: найти Марысю с сыном и осмотреть Томаса Брендана.

Третье: организовать масштабную эпидемию.

Четвертое: отправиться в ближайший лес и отыскать полезные растения, а также всё, что может пригодиться для организации побега. Ну и, конечно же, провести небольшую разведку….

Вперед девица Элен. Последняя песня ещё не спета.

А если побег будет сорван, и нам не удастся сбежать?

Тогда я должна сделать так, чтобы этот проклятый лагерь был стёрт с лица Большой Гардарики.

Богиня - мать мне свидетель, я не собираюсь умирать здесь. Моя крошка Николина потеряла обоих родителей. Она не может потерять ещё и меня. У Агнес никогда не было нормального дома и семьи. И я очень надеялась, что смогу дать ей всё это. Мне есть ради чего жить. Жить и бороться. Бороться, пока я жива….

Во время осады Корсуни, я считала бургомистра, продажных членов Городского Совета и магов олицетворением зла и виновниками всех несчастий, свалившихся на головы бедных горожан и жителей города. А сейчас я понимаю, что эти люди были просто продажными, жадными, трусливыми шакалами, каждый из которых стремился получить свою выгоду.

А настоящее зло здесь. В этом лагере. Зло, о котором не знают в Арконе, не догадывается Император. Одичалые, как вид, это худшее, что могло остаться по окончанию войны. Зло это Одичалые и рабские ошейники, дьявольское изобретение магов. И с этим нельзя мириться….

Глава 15. Подземелье….

Подземелье… Как много в этом слове.

В моей прошлой жизни любой режиссер согласился бы отдать почку, чтобы снять фильм, имея такие декорации. Я бы предпочла не видеть такие места никогда. Вот только моё мнение никого не интересует.

Мне пришлось разыскать Риваса Блейка и упрашивать его отправить Марысю с ребенком, работать на кухню. Также выделить мне прачку помощницу. В этом качестве мне подойдет Мэй.

Ривас Блейк согласно кивнул, заявив, что пленниц можно отправить работать в замок. Навредить они никому не смогут, так как на них уже повесили рабский ошейник привязки. Сам волк при этом выразительно смотрит на меня, как бы показывая мое привилегированное положение перед другими пленницами. Дескать, видишь, какой я хороший, даже рабский ошейник на тебя не надел. А ты не ценишь такого щедрого мужчину.

Ага. Очень хороший, не знаю, как спастись от его доброты.

Через минуту я, прочитав предводителю Одичалых краткую лекцию по гигиене, и заявила о полной антисанитарии в замке. Не удивлюсь если не сегодня, так завтра вспыхнет эпидемия «грязной болезни», или дизентерии.

Также я заявляю, что должна осмотреть всех узников, которые заперты в подземелье.

Перевёртыш не рад моей инициативе, но всё же даёт свое согласие.

В замковом подземелье, куда не проникает свет, царят вечный мрак и сырость. Там, в темных камерах, томились узники, обреченные на мучительную смерть. Стены подземелья хранят на себе следы отчаяния: царапины, надписи и кровавые пятна. Рихеза шепчет, что по ночам там слышны стоны и крики призраков, навечно заключенных в этих каменных стенах.

Я иду в сопровождении драконессы, которая еле переставляет забинтованные ноги, обутые в старые растоптанные мужские башмаки. Обувь нам дала Анна. Девочка сказала, что раньше башмаки принадлежали её брату. Нужно раздобыть одежду и подходящую по размеру обувь для Рихезы Ормс. За нами следуют двое Одичалых, которых приставили в качестве охранников и соглядатаев.

Я и не рассчитываю, что мне позволят передвигаться по лагерю без охраны. Однако, эти словоохотливые твари до судорог пугают Рихезу, у которой и так нервы расшатаны не на шутку.

Подойдя к подземелью, Рихеза задрожала всем телом. Я понимаю, что у девушки с этим местом связаны не самые лучшие воспоминания.

Разворачиваюсь и прощу Рихезу принести ведро чистой воды, таз, полотенце и пару чистых мешков. Она благодарно кивает и уходит. Я же командую одному из Одичалых взять факел и осветить дорогу. Тот недовольно кривится, но уступает дорогу, и зажигает факел. Я спускаюсь в темное, зловонное подземелье.

Влажный, затхлый воздух подземелья обволакивает, словно саван. Факел в руке Одичалого, отбрасывает пляшущие тени на сырые каменные стены. Я пробираюсь сквозь лабиринт коридоров, следуя за слабым освещением. В воздухе витает запах сырости и плесени, а холодные каменные стены казались, мягко говоря, неприветливыми.
Прохожу дальше и чувствую едва уловимый запах полыни. Запах полыни это признак эльфийской магии, пусть и сильно ослабленной.
Наконец, я достигаю небольшой камеры. В углу, скорчившись на грязном полу, лежит эльф. Его длинные, светлые, теперь уже грязные волосы спутаны и испачканы кровью. На его лице застыла маска боли, а губы беззвучно шепчут что-то на древнем драконьем языке. На его теле видны следы жестоких пыток: глубокие раны и синяки, которые говорят о том, что он долгое время находится в плену.
Я опускаюсь на колени рядом с ним. Его кожа холодная и липкая от пота. Осторожно касаюсь его лба, чувствую жар лихорадки. Раны многочисленны и глубоки, нанесены, судя по всему, тупым оружием.
- Тише, тише, - шепчу я, доставая из сумки камфотен, салфетки, бинты, обезболивающую настойку, и мази, - Я здесь, чтобы помочь тебе.
Эльф слабо открывает глаза. В них плещется страх и недоверие, но сквозь пелену боли проглядывает и слабый проблеск надежды.
Я начанаю свою работу, осторожно очищая раны и накладывая целебные повязки, надеясь, что смогу вернуть этого сломленного эльфа к жизни. Он моя единственная надежда выбраться из этого проклятого замка и организовать побег.
Его взгляд, наконец, сфокусировался на моём лице. Он пытается что-то сказать, но из горла вырывается лишь хрип. Я достаю из сумки небольшой стаканчик, высыпав порошок хинной коры, заливаю его водой, настоянной на травах, и осторожно подношу к его губам. Эльф делает несколько жадных глотков, и в его глазах появилось больше осознанности.
- Кто... ты? - шепчет он, его голос слабый и дрожащий.

- Я Элен, лекарь. Я пленница Одичалых, мы в их лагере, - шепчу я, стараясь, чтобы нас никто не услышал, - Не волнуйся, я не причиню тебе вреда. Как тебя зовут?

- Рид, - тихо шепчет эльф.

Я внимательно вглядываюсь в тонкие черты его лица, и пытаюсь понять, кого он мне напоминает? А потом до меня доходит. Он напоминает мне Катрину, мою знакомую по учёбе в Академии Корсуни. Мейстер Умлис говорил, что у Катрины в роду были эльфы. Даже был брат, которого она пыталась разыскать.

- Рид, ты брат Катрины? – спрашиваю я, - Я училась я этой девушкой в Академии Корсуни. У неё очень редкий дар, она может менять облик находящихся рядом с ней людей.

Эльф помолчал, словно собираясь с силами, а потом кивает, стараясь выдавить из себя улыбку.

- Ты сильно ранен. Я постараюсь помочь тебе, но это займет время, - я говорю тихо, понимая, что нужно срочно что – то придумать, чтобы вынести бедолагу из подземелья. Долго он здесь не протянет, - Тебе нужно будет довериться мне и помочь.

Я оборачиваюсь к Одичалому и требую принести носилки. Нужно вынести пленника на свежий воздух. Мне нужен свет и чистая вода, чтобы зашить раны на его голове. Одичалый возражает, что не было такого приказа. Пленник будет содержаться в подземелье.

Я вновь требую позвать Риваса Блейка. Тот нехотя идет к выходу и требует, чтобы второй его однокашник позвал предводителя Одичалых в подземелье.

Эльф снова закрывает глаза, и я уже думаю, что он потерял сознание. Но через мгновение он снова открывает их и слабо кивает. Этого достаточно. Я понимаю, что у меня появился ещё один сообщник. И пускай сейчас он находится в плачевном состоянии, но его знания с лихвой компенсируют его нынешнее состояние. Рид самый ценный союзник в этом лагере, без его знаний мне не обойтись. Значит нужно сделать невозможное, и уговорить Риваса Блейка перевести его в замок. Здоровье эльфа внушает серьёзные опасения.

Ривас Блейк не спешит меня навестить в этом мрачном подземелье. И когда он появился, то брезгливое выражение не сходит с его лица. Я объясняю, что состояние здоровья эльфа критическое. Ещё пара дней и он умрёт. Необходимо срочно вынести его из подземелья и оказать помощь, иначе будет слишком поздно.

Ривас возражает, заявив, что эльф пленник. Он много раз пытался бежать, поэтому и получил столько ран.

- Взгляни на него. Он никуда не сможет бежать в таком состоянии. Нельзя оставлять его здесь. Он умрет от заражения крови и ран через три дня, - громко убеждаю я, понимая, что этот эльф мой единственный шанс устроить побег. Также как и я, его единственный шанс на спасение, - Его можно запереть в любой комнате замка. Сбежать он не сможет, на нём рабский ошейник привязки.

Черный волк оборотень хмурится, обдумывая мои слова. Ему не хочется выпускать эльфа, но и отвечать за его смерть желания не имеется. Надо надавить сильнее.

- Какая тебе польза от его смерти? Если эльф умрёт, разве твой господин не спросит с тебя? – не умолкаю я, - Кто – то должен будет за всё ответить. Хочешь, чтобы тебя обвинили в смерти раненых пленных?

Ривас Блейк кривит губы, морщится, но по его лицу я понимаю, что он сомневается. И уж тем более он не хочет отвечать за смерть пленных перед хозяином. Через полминуты он даёт указание вынести пленного на улицу, а мне обработать его раны и сделать перевязку.
Предводитель Одичалых командует, чтобы освободили сарай возле конюшни, а пленницы навели там порядок. Там разместят всех раненых и больных.

Следующий час Одичалые пригоняют пленных и заставляют наводить порядок в сарае. Мужчины выносят старый хлам, грязную солому. Женщины подметают, моют пол. Рихеза и Мэй набивают тюфяки свежей соломой. Я проскользнув в кухню, сую незаметно Марысе еду для её сынишки и свекра.

Подруга умоляет меня вымолить разрешение у Одичалых перенести раненого Томаса Брендана в этот сарай, где я организую лазарет. Пожилого дракона сковали цепью и посадили в клетку, оставив на оружейном дворе под открытым небом.

Чёрт, придётся снова упрашивать Риваса Блейка сделать мне одолжение.

Проходя мимо печи, на которой тушится мясо, останавливаюсь и делаю вид, что у меня развязалась ленточка на туфле. Наклоняюсь, быстро достаю из чулка настойку аконита. Последний подарок мейстера Умлиса, найденный мною среди препаратов, которые она оставил мне, когда спешно покидал Корсунь. Поднимаюсь, резво одергиваю подол платья, снимаю пробку с пузырька. Поворачиваю голову и прошу Анаит налить мне кружку воды. Ловким движением руки выливаю половину пузырька в кастрюлю с мясом.

Анаит подает мне кружку воды, а я указываю взглядом на кастрюлю с мясом. Женщина едва заметно кивает. Она всё поняла...

Одичалые держат пленников на голодном пайке. Мясо им не перепадает. Можно не бояться, что кто – то из обслуги или пленных отравится.

Возвращаюсь к конюшне и вижу, как трое Одичалых недовольно высказывают Ривасу Блейку, что нет никакой необходимости устраивать лазарет. Пленники в подземелье и так помрут, естественным путём. А раненых стариков пустят на мишени. Их не нужно лечить. А мне как лекарю, найдется другое применение. При этом все трое загоготали. Удар, и один из них летит на землю. Ещё удар, слышится хруст сломанных пальцев.

- Что ты скажешь своему господину, когда он вернётся и узнает, что все пленники из подземелья передохли? – разъяренно кричит Ривас Блейк, - Что там с волчонком? Не подох ещё? Выносите его тоже в сарай. Пусть моя Алира лечит его. Он нам еще пригодится.

Волчонок! В подземелье сидит волк? Клара Жубер сказала, что я должна спасти волчонка. Он продолжит моё наследие...

Жертв становится слишком много. Смогу ли я всем помочь? Как мы сбежим с таким количеством раненых и искалеченных?

Ответ напрашивался сам собой. Никак. Кто – то должен будет остаться….

Глава 16. Волк….

Через несколько минут, сквернословя и ругаясь, трое Одичалых выносят во двор рычащего белого волка. Однако назвать его белым язык не поворачивается….

На грязном, изношенном покрывале ощерив зубы, тихо рычит израненный, измученный волк. На его шее рабский ошейник привязки….