Стёртая грань

ГЛАВА 1. Нулевая отметка vs. Безмолвная страсть

Существует такая теория: вселенная и время бесконечны, а значит, любое событие неизбежно, даже невозможное. Так неужели наша встреча была изначально предрешена и неотвратима?

Автомобиль несся мимо мерцающих неоновых вывесок, ярко освещенных витрин магазинов, за окном жизнь била ключом — встречные огни машин, спешащие по своим делам люди, вечная городская суета... От быстрой езды закладывало уши, но именно это ощущение дарило чувство реальности.

Только ничего этого я не замечала, чувствовала лишь короткие и быстрые взгляды Рика — те будто оставляли ожоги на теле, словно внутри взрывалось несколько сотен бомб. Одновременно. И я никак не могла контролировать этот процесс. Знала, что рванет, а где и сколько разрушений за собой повлечет, не знала. Масштабы моих потерь умножались с чудовищной скоростью. Такими темпами Рик грозился и вовсе снести меня с лица земли. Но, видимо, этого он и добивался?

Мне было хорошо и при этом больно. Пальцы Рика коснулись моей руки, сжали, обхватили ладонь и вместе с ней вернулись на коробку передач. Казалось, весь мир сосредоточился в его изумрудных глазах Я ощущала тепло и легкое давление. Он переключал рукоять, а у меня сносило крышу, позволяя ему управлять вместе с собой не только автомобилем, но и своей жизнью. Черт бы побрал его мощную энергетику, которую я осязала всем своим естеством. Словно этот человек был источником бесперебойного питания, от которого я подзаряжалась, улавливая тонкую нить уверенности и отрезвляющей решимости. И откуда он только взялся на мою голову?

Чувства синхронно сменяли друг друга, вызывая приятную дрожь во всем теле. Наверное, в большей степени я была мазохисткой, потому что присутствие Рика убивало меня, стерало в пыль крохи и остатки самообладания. Рядом с таким отъявленным наглецом я ощущала себя падшим, безвольным существом и ничего не могла с этим поделать. Не хотела. Мне нравилось это самоуничтожение. Я желала его, трепетала от его прикосновений, один его голос вводил в прострацию, и я готова была упиваться этими звуками снова и снова. По кругу. И так до бесконечности.

Вместо визита к Логану я попросила его отвезти для начала меня домой, а уж потом, как приду немного в себя, пообещала, что отправимся в центр на обследование. Рик, пожал плечами и без каких-либо комментариев сделал так, как я попросила, продолжая держать мою руку и управлять вместе с ней коробкой передач.

Было в его поведении нечто, до этого момента на него непохожее. А я была не в состоянии искать какой-то скрытый смысл в его поступках и решениях. Не сейчас. И не сегодня.

Ноги дрожали от одной только мысли, что он был рядом и больше не собирался меня покидать. Радость и боль переполнили чашу, выливаясь, смешиваясь друг с другом, образуя мощный коктейль. Меня знобило от его присутствия, и ни о чем другом я была не в состоянии больше думать.

Стоило нам переступить порог дома, как наглец тихо подошел сзади и коснулся плеча, а у меня перехватило дыхание. Боже... какая же я была дура. Неужели я в самом деле считала, что смогу жить без него одними только воспоминаниями?

Палец неторопливо исследовал мое плечо, пока не коснулся наложенной повязки.

— Больно? — он нежно погладил кожу рядом, а у меня подкосились ноги.

Горячее дыхание вызвало шквал мурашек. Рик и нежность, несмотря на всю его решительность и твердость, были для меня такими естественными и простыми... жизненно необходимыми вещами.

— Болит, — тихо отозвалась я. — Но совсем в другом месте, — повернулась лицом к Рику и посмотрела в глаза. — А рядом с тобой эти раны затягиваются.

Боже, не хватит никаких слов выразить тебе благодарность за то, что ты послал мне этого человека. За все муки. За все... Я стану благодарить тебя каждый раз, когда эти губы будут касаться моего тела... И я без тени сомнения приняла бы все удары судьбы снова и снова, лишь бы чувствовать тепло любимого тела.

Рик коснулся пальцами моего лица и смотрел мне в глаза так долго, что закружилась голова. Почему в этот момент я забыла обо всем: о боли от потере ребенка, о том, что хотела остаться одна? Откуда вообще взялись эти нелепые мысли? Нет, правда, насколько бы хватило моих сил, чтобы в итоге не приползти к нему на коленях, моля о крохах внимания? Такая связь была губительна, всепоглощающа и так необходима. Рик был сама жизнь, а я собиралась лишить себя этого...

Я первой потянулась к нему и впилась в его рот поцелуем. Тело и разум жили отдельной жизнью рядом с ним. Прижалась к нему всем телом и углубила поцелуй. Сама. Наши языки сплетались в диком и жарком танце. Рик стянул с меня халат и бросил его на пол, подхватил меня под ягодицы и приподнял. А у меня сердце зашлось в бешеном ритме от одной мысли, что он окажется скоро внутри меня. Забыв о сломанной ключице, неприятной боли в плече, я жила этим мгновением.

Рик опустил меня на диван в гостиной, холодные и влажные руки коснулись затылка и снова прижали к себе с дикостью и желанием, не поддающемися контролю. Я застонала, вдыхая его запах.

— Думал, убью... — прошептал Рик мне в рот.

Я закусила губу, тело била судорога от безумного желания. Если бы могла двигать второй рукой, то уже бы стащила с него одежду и направила парня в свою сторону, в себя. Мне было жизненно необходимо почувствовать его внутри. Сейчас. Немедленно. Все разговоры оставим на потом. В это мгновение я до боли желала совершенно другого... Руки Рика сжали грудь, заставляя меня судорожно всхлипнуть, пальцы играли с сосками.

— Как узнал, что исчезла тогда думал, найду и убью... — он провел языком по шее и обжег кожу горячим дыханием.

Но все же у меня было две руки, и если одна была зафиксирована в плотной повязке, то другой я вполне еще способна выполнять простые действия. Потянулась к поясу брюк и погладила эрекцию Рика, выпирающую через плотную ткань. Не знаю, что возбуждало больше — его прикосновения, слова или ощутимый бугорок под моей рукой. Расстегнула ширинку и пробралась внутрь. Мерзавец оказался без белья, а меня это только сильнее разгорячило, и я выгнулась ему навстречу, когда он втянул в рот сосок и прикусил зубами. Уверена, теперь там останется ранка. След его любви.

— А когда узнал, что и Джей сбежал вместе с тобой, собирался убить обоих...

Я заглянула в безумные глаза, в которых плескалось столько злобы и желания, но мне было все равно. Пусть хоть придушит меня сейчас в порыве ярости. Только для начала хорошенечко проучит... Я широко развела ноги в стороны, продолжая гладить член Рика.

— И откуда ты только взялась на мою голову?

Почему рядом с ним я превращалась в безвольную куклу, которая жаждала его ласк, внимания, прикосновений? Интересно, эта Кэролайн так же стонала и извивалась под ним?

— Откуда... — повторил он, и это слово стало отправной точкой. Возврата не было и быть не могло.

Он перехватил мою руку, отнял от своих брюк, рывком стащил их вниз. Без всяких прелюдий и церемоний стянул с меня трусы, сорвал майку и навис надо мной. А я уже готова была биться в агонии, только бы снова ощутить внутри его плоть. Потянулась рукой к широкой загорелой груди и чуть ниже заметила шрам от пули. Я застыла. Воспоминания того дня вызвали новую волну дрожи. Не смогла бы пережить эту утрату. Просто не смогла бы и все. Аккуратно коснулась круглой выпуклой отметины и, будто это действие могло причинить ему боль, заглянула в глаза.

— Я... я... не хочу тебя больше терять... — наши глаза встретились. — Тогда... просто не отдавала отчета тому, что творю, — и снова потянулась к нему, позабыв о плече. Позабыв обо всем.

— Аккуратнее, не то отправимся в центр к Логану несколько раньше, чем планировали... — Рик прижал меня, когда я совсем забыла о ключице, ощущая лишь пульсацию между ног. — А я думал о том, что мало, ничтожно мало преподал тебе уроков по хорошему воспитанию.

Я закусила губу, сдерживая насмешливую ухмылку. Наглец и хорошее воспитание? Что-то новенькое.

Рик провел пальцами по животу, другой рукой прижал меня, чтобы я больше не предпринимала попыток привстать. Пальцем скользя по телу, спустился в самый низ, коснулся центра моего возбуждения, и я не смогла сдержать стон, меня выворачивало наизнанку от ожидания, что Рик скоро возьмет меня. Даже не знаю, что губительнее и крышесноснее: чувство близости и наполненности или предвкушение, томительное нетерпение...

Откинула голову назад и подалась вперед, навстречу настойчивым пальцам. Рик проник внутрь меня быстро и грубо, но я снова не смогла сдержать стон удовольствия. Я вообще не хотела себя больше контролировать. Нет, не так. Рядом с ним себя невозможно было держать в рамках. Рик склонился и оставил на губах поцелуй, вытащил пальцы. Я даже не успела почувствовать разочарования, что снова оказалась пустой, как в то же мгновение толчком он заполнил меня на всю свою длину. Одной рукой схватил меня за волосы, аж искры из глаз посыпались, другой прижал к себе так крепко, что в груди совсем не осталось воздуха. Я ощутила толчки, такие резкие и грубые, словно Рик наказывал меня за все те выходки и безрассудства, что я совершила в последние дни. Он словно выбивал всю дурь из моей головы, освобождая место для новых, правильных мыслей, желая, чтобы я забыла всю боль, оставляя только шлейф приятных ощущений.

Рик толкался в меня с какой-то неистовой силой, а мне хотелось лишь кричать, чтобы не прекращал, не останавливался, иначе я снова уйду, снова совершу какое-нибудь безумство, чтобы почувствовать этот накал, который мог обоих нас убить, засосать в воронку, на самое дно. Сердце колотилось, словно безумное, я ощущала скорую разрядку. Забыв о приличиях и обо всем на свете, я стонала под его телом, выгибала спину, врезаясь в его грудь, ощущая себя пьяной от возбуждения. Рик двигался внутри меня резко и мощно, и не в состоянии уже поддаваться в такт его толчкам, я обмякла, когда неестественно сильная дрожь прошла волной по телу, а в глазах показались слезы. Все казалось настолько уязвимым и тонким, прочным и несгибаемым одновременно. Словно я все это время двигалась вперед с поднятым ручником. И вот с появлением наглеца, тот опустил ручку, и теперь необходимо было искать новые тормоза, чтобы не так сильно заносило на крутых виражах. Иначе я просто сорвусь однажды в пропасть, черную бездну и не захочу подниматься наверх. Но, падая, непременно прихвачу за собой и его. Потому что в одиночку там было совершенно нечего делать.

Рик тяжело и судорожно дышал, прижимая меня своим весом, сокращаясь внутри меня. Мне было так хорошо, как не было уже давно. Рядом с ним можно было и в самом деле забыть обо всем. И даже не помнить себя и своей прошлой жизни.

Ночью он больше так и не дал мне уснуть. Словно и в самом деле мы занимались какой-то терапией, такой необходимой обоим. Разговаривали на особом языке тел, которые понимали друг друга без лишних слов. Восполняли в памяти пробелы и жили настоящим, позабыв о прошлом и не думая о том, что ждало впереди.

Видимо, все было так изначально предрешено, и если не сейчас, то наша встреча случилась бы несколько позже. Но ее исход был тем же. Всему свое время. Время разрушать и время строить. Время молчать и время говорить. Нам еще нужно было много сказать друг другу... Хоть ровным счетом никакие слова для меня ничего не значили, когда мужские руки держали меня в своем плотном кольце.

Наутро следующего дня, проснувшись в руках Рика, я блаженно улыбнулась. Нет, правда, я не рассчитывала, что все плохое разом останется позади. Не видела будущего и не представляла, чем все кончится. Но... какая разница? Жизнь сама по себе становилась бессмысленной, если в ней не было Рика.

— Подсматриваешь? — наглец приоткрыл один глаз, затем второй и потянулся, снова сжимая в своих объятиях.

Не припомню, когда так тихо и спокойно было у меня внутри. Как так могло случиться, что этот человек стал смыслом жизни? В какой момент? И что будет дальше? Он вернется к своей работе или... что? Нет, про себя я точно знала, что возвращусь в университет, закончу его, получу специальность психолога. После устроюсь на работу. Но что будет делать Рик? И разве полиция не станет нас искать? Ведь я убила человека. И даже не одного. Или...

— Собирай вещи, — сказал Рик, вставая с кровати.

— Что? Зачем? — я привстала, поморщившись от боли. Плечо неприятно тянуло.

— Поживём пока у меня. Тебе необходимо оправиться после аварии, восстановить руку, — он натянул рубашку и брюки. — А потом подумаем, как жить дальше. У меня осталось одно незавершенное дело. Как решим его, можем навестить Стэнли? — вопросительно на меня посмотрел.

Почему мне снова показалось, что он что-то не договаривает? Может быть, что-то случилось или кто-то мешал Рику? Какие еще могли у него остаться дела? Ведь он сам говорил, что хотел со всем покончить. Сейчас был прекрасный для этого повод.

— Где Вилсон? — не знаю, почему сейчас вспомнила о негодяе.

Рик замер, но всего на мгновение, а затем снова продолжил застегивать пуговицы.

— Льюис мертв, — уклончиво ответил Рик, а я пошла в наступление:

— Хочешь сказать, что все забыли о вашей стычке, и ты, как ни в чем ни бывало, вернулся к прежней... работе? Про меня, естественно, все забыли после его смерти, а про тебя? Про Стэнли?

Мне не понравилось, что Рик снова уходил от ответа. Последний раз его молчание дорого всем обошлось, особенно нам двоим.

— Стэнли официально мертв. И воскрешать его никто не собирается. Теперь он Маркус Крон. И точка. Вилсон без Льюиса — обычная пешка, и ни для кого не представляет никакой опасности.

— А почему нас ни разу не искала полиция? Неужели есть купленные люди в участке?

Рик как-то странно на меня посмотрел.

— Можно сказать и так. А пока собирайся, я заеду через час. Поедем в центр, Логан нас ждет.

— Хорошо, — спорить было бессмысленно, ровно как и узнать больше.

Потянулась и встала с дивана. Мы так и не нашли сил, чтобы подняться наверх.

После ухода Рика в доме снова стало пусто и неуютно. Я прошлепала босыми ногами по холодному полу и заглянула на кухню, мечтая выпить чего-нибудь горячего, чтобы согреться и заодно взбодриться. Несмотря на прошлую ночь, наглец оставался наглецом и, судя по всему, с ходу не собирался посвящать меня в свои планы и уж тем более меняться. И все открытия и разговоры были еще впереди. Но я не переживу, если он решит еще и мстить Вилсону. Или тот старался избавиться от Рика? Ведь должен же был настать этому конец?

Или моим мечтам вернуться в университет и к обычной жизни не суждено было сбыться?

ГЛАВА 2. По минному полю vs. В руках судьбы

За этот долгий час я успела многое напридумывать, накрутила себя так, что мне стало дурно. Но, успокоившись, решила дождаться Рика и выглядеть при этом бесстрастной и невозмутимой, без предательского лихорадочного румянца на щеках. Почему куда-то ехать, находиться в постоянном движении казалось мне сейчас куда более обыденной вещью, чем оставаться на месте и жить прежней жизнью? Логан ничего не перепутал, случаем, когда просил вернуться к обычной жизни? Не получится. Друзья, увлечения и даже учеба отошли далеко не на второй и даже не на третий план.

— Алисия! — я услышала голос Рика и вздрогнула, снова вспоминая о прошлой ночи.

Я и не слышала, как он вошел. Оглянулась, и дыхание сбилось. На него невозможно было смотреть спокойно, не говоря уже о том, чтобы находиться рядом.

У него хорошо получалось выбивать из моей головы все мысли, и хорошие, и плохие, не прикладывая к этому никаких усилий. Я спустилась на залитую солнцем кухню. Надо завтрак приготовить на скорую руку, ведь уходя, он даже не выпил чаю.

— Рик, я на кухне, — отозвалась я.

Так непривычно и в то же время естественно было его обитание в моем доме. Он столько раз мне снился, столько раз я представляла его рядом, что теперь, когда все это было наяву, я немного терялась. Чувствовала себя скованно, но хотя бы о вине было позабыто. Словно предыдущая ночь без следа стерла из памяти ужасные дни одиночества, наполненные тоской и болью.

— Пахнет вкусно... — я как раз дожарила мясо, которое недавно вытащила из морозилки, и выключила плиту.

В холодильнике было пусто. Кроме круп, воды и мяса в моем доме из съестного ничего более обнаружить было невозможно. Наспех разморозив кусок мякоти в микроволновке, я решила пожарить отбивные, что всегда мне неплохо удавалось.

— Не знаю, как ты, а я очень проголодался, — он сел за стол, безошибочно выбрав самое удобное место. Да, в наглости этому типу не откажешь.

— А что, возможно, моя идея не так уж и плоха... — начал он, заставив меня вопросительно поднять одну бровь, — насчет твоего переезда. Но для начала попробую, съедобно ли это...

Я пульнула в него мокрым полотенцем. Но Рик ловким движением поймал его и положил на стол, едко ухмыляясь. Вот же мерзавец!

— Как резала мясо? — он кивнул в сторону плеча, взял нож и вилку, отрезал кусочек и отправил в рот.

— Разбинтовалась, порезала и перевязалась обратно, — на полном серьезе ответила я.

На самом деле все было куда проще. Терпеть не могла заниматься домашними делами и старалась всячески избегать двойных усилий, думая обо всем заранее. Вот и с мясом так же. Еще когда Стэнли жил со мной, научилась заранее запасаться фаршем или нарезанной мякотью, чтобы оставалось только разморозить и кинуть в духовку или на сковороду. Аппетит Стэнли иной раз ввергал меня в ступор — возникало ощущение, что я кормила быка. И тому всегда было мало.

— Не смешно, — наглец жевал мясо и смотрел на меня тем особенным взглядом, от которого у меня помимо воли снова сладко потянуло мышцы внизу живота в легкой истоме, будто кто-то другой, а не я, вчера полночи скакала на его члене.

— А сама? — он кивнул в сторону остывающей сковороды.

— Да, сейчас.

Неужели заботится обо мне... Отвернувшись от Рика, я положила на тарелку небольшой кусок мяса и закрыла сковороду крышкой.

Завтрак проходил в полном молчании. И почему всегда так происходило? Вопросов была уйма, но я не знала, с какого начать, и потому просто молчала. Возможно, боялась, что в ответ Рик задаст их не меньше?

— Почему так получилось, что и твою... девушку и жену Логана убили? — Рик закашлялся, подавившись, и посмотрел на меня испепеляющим взглядом.

Но я больше не боялась этих взглядов. Я ничего не боялась. Поэтому встала, налила в стакан воды и с невозмутимым видом поставила его перед носом парня.

— Кэролайн и Шейлу. Почему их убили? — от этого взгляда по телу снова прошла дрожь, словно я находилась на сеансе по спиритизму и вызывала злых духов, и вот один из них явился ко мне в лице этого разгневанного наглеца. Но отступать было поздно, равно как и читать молитвы. Не поможет.

— Ты ступаешь на минное поле... — почти прорычал Рик. — Есть некоторые темы, которые я пока не готов обсуждать.

— А когда будешь готов? После моей смерти?

Не знаю, что на меня нашло. Но слова сами сорвались с языка. Раньше, чем я успела о них подумать.

— Алисия... — я уловила угрозу в его ставшим жестким голосе.

Но отступать было некуда. Благодаря ему я больше не собиралась пятиться назад. Этот человек сам привил мне такие качества, как решительность и твердость. Так почему сейчас не хотел преподнести еще один урок?

— Вижу, ты готова, — он окинул меня быстрым взглядом, задержавшись на груди, плотно обтянутой белой футболкой. — Поехали, — положил вилку в тарелку и встал. — Спасибо, — бросил уже через плечо. — Буду ждать в машине.

Почему-то меня нисколько не устраивало, что он уходил от таких важных вопросов, но, значит, действительно все было намного серьезнее и глубже, чем я думала.

От предстоящей встречи с Логаном мне было не по себе. И это еще мягко сказано! Ведь он просил меня не совершать глупостей, а я не сдержала своих слов... Но я больше не собиралась строить из себя жертву! Хватит. Это они привыкли видеть во мне маленькую девочку, которую ото всех, а в первую очередь от себя, стоило оберегать. Этим людям давно пора принять и осознать ужасную правду — после убийства двух человек прежней наивной Алисии больше нет. А с потерей ребенка я и вовсе распрощалась со всеми иллюзиями и страхами. Со всеми, кроме одного...

Рик стоял возле машины и курил. Медленно кружась, неторопливо и нежно падал с небес на землю пушистый снег. Накинув на плечи куртку, не застегивая, я подошла к машине, задержав взгляд на его сильных руках, длинных пальцах, которые перекатывали сигарету, и снова подумала... о сексе? Правда?

Рик открыл для меня дверцу и после того, как я благополучно оказалась внутри, сам закрыл ее, обошел машину и устроился на сиденье. Какие разительные перемены! Может, наглец так долго отсутствовал, посещая курсы по этикету?

— Где ты был все это время? — он скривил лицо и снова посмотрел на меня тяжелым взглядом.

— Минное поле, — сразу поняла я, но все же решила уточнить.

— Верно, — машина, взвизгнув тормозами, ринулась с места. — Для тебя, вижу, время тоже не прошло даром...

— Что ты имеешь в виду? — я посмотрела на него, но увидела лишь профиль Рика.

— Хотя нет, все как и прежде. Меня по-прежнему одолевает желание сжечь тебя на костре.

Иногда, вот как сейчас, мне льстили такие замечания. Но моя удовлетворенная улыбка, похоже, не скрылась от его глаз.

— Но только отнюдь не от желания тобой обладать...

Вот как? Неужели я так допекла зеленоглазого своими вопросами?

Не думал же он, что я вечно буду молчать? Хватит! Но если так, то на горизонте уже отчетливо брезжили новые неприятности, которые наглый товарищ непременно мог для меня придумать. Я уже начинала забывать, какой изощренной бывает его фантазия. Стоило тому только приложить усилия, и...

— Не боишься? — Рик заглянул мне в глаза насмешливым взглядом. — Что, если начну перекрестный допрос? Насколько у тебя хватит духу?

Я сглотнула, понимая, что сейчас Рик бросит мне вызов. Но готова ли я была говорить о том, что произошло на пустыре и почему я потом его бросила?

— Но...

— Расскажешь, что случилось после моей отключки? Совсем ничего не помню.

Мне не дали даже рта раскрыть.

— Помню, пришел в себя, погладил тебя по руке, поцеловал в губы, и ты исчезла. Рассеялась, как мираж. Иной раз мне казалось, что я это придумал. Что, черт подери, тогда могло случиться такого, что ты сбежала? — взгляд Рика метал молнии, пронизывая меня насквозь.

Но плох тот ученик, который не превзошел своего учителя...

— Минное поле, — я скопировала тон наглеца там, на кухне и с вызовом посмотрела ему в глаза. А я-то полагала, что теперь мы заживем спокойной и счастливой жизнью...

Рик нахально улыбнулся и с каким-то остервенением вцепился в руль.

— Отвечу, если только приставишь пистолет к виску.

— Своему? — уголок рта дернулся вверх. — Мне уже иногда хочется пристрелить не тебя, а себя. Ты никогда не думала, что помимо желания вызываешь у меня и другие чувства?

— Нет, — ответила честно. Я и в самом деле не понимала, почему ему хотелось меня убить.

— Придет время, и я расскажу тебе почему убили Кэролайн и тогда... Тогда ты сама решишь, кем я буду в твоих глазах. Но ни сейчас, ни сегодня я об этом говорить не буду, — твердо и, кажется, совершенно искренне, произнес он.

Ну, хоть что-то. Хотя бы не услышала слово «никогда».

Рик остановил машину у медицинского центра и снова помог мне выйти. На улице было скользко, и я, вцепившись в него, шла рядом, боясь поскользнуться и ненароком упасть. Достаточно. Логан и так уже постоянно шутил, что я была ходячей аномалией. Не хватало приехать проверить ключицу, а остаться в больнице с переломом ноги.

Мы поднялись на лифте на третий этаж и прошли в кабинет блондина.

Тот встретил нас без каких-либо эмоций на лице. Просто посмотрел на меня потухшим взглядом и попросил сесть на диван. Я боялась поднять на него глаза, чувствовала вину и что-то еще, чего не могла толком объяснить. Перед глазами стояла наша последняя встреча и его слова: «Не наделай глупостей...»