Дерзкая малышка для циника

– О каком одолжении?

Директриса нервно поиграла пальцами в воздухе.

– Маша, я не могу оставить тебя в детском доме.

– Я знаю, – прекрасно понимала, что после достижения совершеннолетия жить в приюте более не могла. – Но мы же с вами договорились, что я буду работать у вас.

Ольга Михайловна спешно встала с дивана.

– Маша, я считаю, что тебе нужна более высокооплачиваемая работа. Ты должна стать самостоятельным человеком. Поступить в университет. Ты же так мечтала стать врачом. Помнишь?

– Куда меня возьмут? О чём вы говорите? Так и буду торговать на рынке, – грустно рассмеялась. – Хотя и в сфере торговли у меня, как оказывается большие проблемы. Могу опят нарваться на каких-нибудь высокомерных богатых людишек.

Женщина строго окинула меня взором.

– На рынок богатые люди не ходят, – мгновенно поправила меня она. – Маша, одна очень обеспеченная, но одинокая дама попросила меня найти ей хорошую, порядочную помощницу. Она женщина состоятельная, со связями, думаю, что если ты ей понравишься, то она вполне способна устроит твою жизнь.

–Чего? – Ошарашенно протрубила. – Я не собираюсь уходить. Плевать я хотела на связи этой тётки. Пусть себе другую найдёт. А я как-нибудь заработаю себе на жизнь и со временем обязательно поступлю в медицинский университет.

Директриса грозно сузила глаза.

Ох, не к добру этот взгляд. Хорошо знала суровое выражение лица Ольги Михайловны. В данный момент спорить с ней бесполезно, но и я не из робкого десятка. Можем посоревноваться в упрямстве.

– Ты пойдёшь к ней работать. Всё. Точка.

– Не пойду.

Женщина топнула ногой.

– Пойдёшь, упрямая девчонка. У нас в детском доме достаточно работников. Я не могу себе позволить содержать тебя. Прости, Маша, звучит жестоко, но это правда.

Жестоко…Не то слово…

– Это как. Вы же сами говорили, что я смогу здесь работать, – промолвила, неспешно покидая диван. – Что произошло? Ольга Михайловна, я жизни не представляю без ребят. Это мой дом. Вы моя семья.

Женщина ласково улыбнулась и, бережно обхватив меня за шею, прижала к груди.

– Родная, мы всегда будем рядом с тобой, – её тёплые губы прижались к моему виску. – Но тебе нужна хорошая работа. У тебя должен быть хороший достаток. Милая, ты должна реализовать все свои мечты, понимаешь? А для этого тебе необходим стабильный заработок.

– Но я мечтаю быть рядом с ребятами. Помогать сиротам. Таким же, как и я, обездоленным детям.

Ольга Михайловна слегка обхватила меня за подбородок и пронзительно посмотрела в мои глаза.

Вот что значит взгляд, который смотрит прямо в душу.

– Судьба — это не дело случая, а результат выбора; судьбу не ожидают, её создают. Лариса Ивановна –хорошая женщина, она поможет тебя встать на ноги. Не отказывайся от такого шанса.

Невольно замотала головой.

– Боже! – Женщина закатила глаза и стремительно убрала руку от моего лица. – Какая же ты упрямая. Маша, – простонала она моё имя, – ничто так не похоже на искреннюю убеждённость, как злобное упрямство. Перед тобой откроются новые перспективы. Станешь врачом и будешь помогать не только нашим ребятам, но и многим другим людям, которые не могут позволить себе лечение. Это же твоя мечта.

Невольно кивнула…

– Маша, ты должна мыслить спокойно. Без эмоций. Я предлагаю тебе хорошую, честную работу. Не отказывайся. Прошу. Соглашайся.

Отчаянно замотала головой, слёзы подступали к глазам, но я их сдерживала, не желала манипулировать чувствами Ольги Михайловны. Слишком хорошо её знала. Она только с виду «железная леди», которая всегда и всё держит под контролем. На самом деле она любила и переживала за всех ребят из детского дома.

– Ты же понимаешь, что это прекрасное предложение. Такой шанс упускать нельзя, – трепетно, с лёгким надрывом проговорила женщина.

Глава 5. Мария Маркова

Как прекрасен в летнее время лес!

Что может быть прекраснее летней прогулки в лесу? В лесу сразу меняется, на строение становиться легче дышать. Когда жаркая погода там прохладно, а когда холодно, то, наоборот, стволы деревьев отдают своё тепло. Высокие сосны и ели, с огромной кроной, тянуться в небо. Создаться впечатление, будто над головой зелёный навес. Воздух настоян на запахе листьев, смолы и травы.

Ранним утром, можно наблюдать, как распускается красивые лесные цветы. Стелиться по земле, лёгкая трава, зелёным ковром. По травинкам ползают муравьи, букашки, а на цветках сидят пчёлы. Плетут паутину пауки и охотиться на комаров. Муравьи живут в больших муравейниках.

А какое пение птиц можно там встретить: дрозды, синицы, соловьи. Красивые дятлы лечат деревья от короедов и жуков. Слышно, как кричит сорока, не замолкая, ни на минутку, предупреждая лесных жителей, что в лес пришёл гость. В гнёздах сидят маленькие птицы.

Глубоко вздохнула чистого, свежего, прохладного воздуха и печальным взглядом обвела родной дом, который стоял недалеко от леса.

У каждого есть родные места, которые дарят тепло, всё своё детство провела в этом доме и представления не имела, как буду жить дальше…

– Так что ты сказала Ольге Михайловне? – Протрубила Нина и, не получив от меня ответа, судорожно постучала по моему плечу, отчаянно ожидая ответа. – Каков был твой ответ? Скажи мне, Маша. Ты дала своё согласие? – Огорчённо уточнила она, не скрывая сожаление и грусть. – Или отказалась?

С грустью в глазах перевела взор на подругу.

Маленькая темноволосая девочка пристально смотрела на меня своими огромными, чёрными глазами. Подруга была младше меня всего на год, но я всегда ощущала себя намного старшее её, она для меня не просто подруга, относилась к Нине как младшей сестрёнке. Малышка всегда брала с меня пример, ходила, словно хвостик, мы никогда не расставались. Однажды, когда, будучи ещё совсем малышкой, она расплакалась и сказала мне крамольную фразу, что однажды мы расстанемся, после того как покинем детский дом, каждый пойдёт своей дорогой. Вот тогда я ей поклялась, что никогда не прошу девочку и всегда буду рядом с ней.

И нарушать своё обещание не собиралась. Нина была для меня не просто подругой, она стала для меня сестрой. Всегда стояли друг за друга горой, в беде не бросали.

– Нина, мне придётся уйти из детского дома. Прости, но другого выхода у меня нет. И это совершенно не моё желание, – оправдываться не собиралась, но оправдывалась. – Не могу остаться в детском доме.

Старалась говорить, как можно, спокойнее, не выдавая свою боль. Не хотела уходить, но не могу показать Нине, что мне безумно грустно.

Подруга вздрогнула и машинально отступила.

– Почему? Зачем ты согласилась идти работать к какой-то сварливой старухе? – Гневно прокричала Нина. – А как же я? Что я буду без тебя делать? Маша, – с горечью и обидой в голосе промолвила она моё имя, – не бросай меня. Не уходи. Пожалуйста, – взмолилась она, разрывая мне душу, вынуждая ещё сильнее волноваться. – Не уходи. Мы что-нибудь придумаем. Подумай обо мне и ребятах. Мы не сможем без тебя. Пожалуйста, не уходи.

Сердце вздрагивало. Душа разрывалась. Но сделать ничего не могла. Обстоятельство диктовали свои условия.

– Нет. Я вовсе не бросаю тебя, – а вот теперь попыталась оправдаться. – Но у меня нет другого выхода. Ольга Михайловна сказала, что у неё нет возможности взять меня на работу, – робко пролепетала. – Ты же знаешь, что завтра мне исполняется восемнадцать лет. Больше у меня нет законных оснований оставаться в детском доме. Это не мой выбор. Понимаешь? Так положено. Так правильно.

Девушка обречённо обвела меня угнетённым взглядом.

– Ты правда будешь приезжать ко мне? Не бросишь? Не забудешь?

Мягко улыбнулась и, стремительно сократив расстояние, яростно прижала родную девочку к груди и, нежно поцеловав её в висок, твёрдо прошептала, – даже не сомневайся. Я никогда тебя не брошу. Более того, даже придумала план, как нам с тобой всегда быть рядом.

– Какой план? – Прижимаясь к моей груди, заинтересованно поинтересовалась подруга. – Что будешь делать дальше?

– Тебе же через год тоже исполнится восемнадцать лет. А это значит, что тебе уже пора искать место для работы. Думаю, что смогу завоевать доверие старухи, а потом договорюсь с ней, чтобы она взяла тебя к себе. Будем вместе работать, – ласково сжала пальцы на плечах девушки и, слегка отстранив её от своей груди, радостно заулыбалась. – И мы вновь будем вместе. Ты же для меня, как младшая сестрёнка. Самая любимая.

Нина с недоверием, несмело усмехнулась.

– Зачем ей ещё одна помощница? У меня будет шанс, если ты только провалишься, и эта сварливая дамочка тебя выгонит.

Подруга немного повеселела.

Приглушённо хохотнула.

– Очень смешно. Ты же меня знаешь. Я всегда добиваюсь желаемого. И как могу не понравиться этой даме, – игриво подмигнула Нине и звонко рассмеялась, – я же самый настоящий ангел. Весёлая. Она меня полюбит.

Трепетно замахала ресницами, изображая из себя настоящего ангелочка, которому лишь нимба и крыльев не хватает.

– Да. Да. Да., – затараторила подруга. – Ангел. Дикий и непокорный. С дерзким языком и ужасным характером. Ох, и не завидую я этой богатой дамочке. Собственно, как и тебе, – она прижала руку к груди. – На сердце не спокойно как-то. Тревожно.

– Ну не без этого, – весело согласилась с Ниной. – Запомни, дорогая, что я никогда тебя не брошу и ребят из детского дома, – крепко сжала её руки. – Обязательно добьюсь успеха. Стану самым известным врачом и буду помогать всем нуждающимся. И по-другому быть не может. Готова выдержать все невзгоды и трудности ради детей.

Радость постепенно угасала в глазах Нины.

– Маша, ты такая идеалистка и мечтательница. Сама же знаешь, что мир за границами детского дома очень жесток. К таким, как мы относятся предвзято. Многие считают нас, – она пожала плечами, – отребьями. Богатые люди смотрят на нас с высока. Мы для них лишь бесправная обслуга. Надеюсь, что ты справишься. Но мне очень страшно за тебя.

Нина вновь стала грустной.

– Боюсь, что тебя обидят. А я сделать ничего не смогу.

Чрезмерно богатые люди живут совершенно не такой жизнью, как простые люди. Они летают на частных самолётах, живут в особняках и покупают дорогие автомобили так же легко и не задумываясь, как мы покупаем хлеб в магазине. И нередко богачи так, на наш взгляд, безрассудно тратят деньги, что по-настоящему ошарашивают окружающих.

– Боюсь, что эта богатая женщина будет тобой помыкать. Станет обижать. Тебя ждёт полная неизвестность, а меня рядом не будет, – более грозно проговорила она.

Высоко приподняла голову и, моментально отпустив руку подруги, яростно прижала пальцы к груди.

– Кого? Меня? – Немного округлила глаза. – Нина, ты меня удивляешь. Как будто первый день знаешь. Я сама кого хочешь обижу, – вновь вспомнила высокомерного, белобрысого, богатого мужлана, который обязательно в следующий раз несколько раз подумает, прежде чем распускать руки и лезть своими ненавистными поцелуями к девушке. – Я себя в обиду никому не дам. Поверь, что смогу объяснить этой богатой дамочке, что мной помыкать нельзя. В противном случае схвачу тряпку и начищу её старческую мордашку. Хотя надеюсь, что до этого не дойдёт. Всё-таки не стоит применять силу к пожилой даме.

Нервно сжала пальцы в кулак на одной руке и, распахнув ладонь другой, что было сил ударила, с удовлетворением представляя, что, если в следующий раз встречу надменного богача…Печаль накрыла мою душу. Если встречу…Вряд ли мы с ним, когда-нибудь ещё пересечёмся. Это была наша первая и последняя встреча. Ну и хорошо. Просто отлично. Решительно замотала головой. Нужно избегать общения с токсичными людьми, которые провоцируют лишь негативные эмоции. Сердце затрепетало, ощутила невероятное, противоречивое чувство. Откуда эта пустота? Почему печалюсь из-за того, что больше никогда не увижу токсичного богача?

– Маша, ты со мной? – Неожиданно услышала вопрос Нины.

– Да, – мгновенно отстранилась от своих размышлений и нервно облизала губы, вновь и вновь вспоминая страстный поцелуй, который против моего желания запал в душу. Пыталась вырвать неприятное, постыдное воспоминание, но оно никак меня не покидало. Каждый раз вздрагивала, ощущая, как кровь закипает, морозная дрожь пробегала по телу, как только перед глазами появлялся образ брутального мужлана с раздутым самомнением.

«У глупца есть одно преимущество перед умным: он всегда доволен собой.».

Нина права, у богатых свои причуды. Но мне с этой женщиной «детей не крестить». Тихо, мирно буду исполнять свои обязанности, вовремя прикусывая язык.

Невольно усмехнулась собственным мыслям. Смогу ли я стать кроткой прислугой? Вопрос, на который я знала ответ.

Немного наклонила голову.

– Нина, не все богатые люди высокомерные. Не стоит обобщать.

– Правда? – Девушка усмехнулась. – Интересно. А ты откуда знаешь?

– Правда, – настаивала я. – Например, Милана. Помнишь девушку, – подруга активно захлопала глазами. – Ну дочь Льва Николаевича Фадеева, который занимает благотворительностью. Она и её отец прекрасные люди. Очень добрые и честные. Они нам помогают. Поступают очень благородно.

Девушка покривила губами.

– Ну не знаю. К её отцу вопрос не имею. А вот дочка, – Нина расправила плечи и демонстративно сделал пару шагов по лесной тропинке, язвительно изображая походку Миланы. – Вся такая фифа. Не верю ей. Она слишком слащавая. Неискренняя. Полностью фальшивая.

– Фифа, говоришь, – резво прикрикнула я и, схватив девушку за запястье, потащила вперёд. – Пошли, покажу, что подарила мне эта «фифа».

– Куда ты меня тащишь?

– Пошли скорее. Завтра днём мы отпразднуем моё совершеннолетие здесь, – остановилась и пронзительно осмотрела негодующую подругу, – а вечером пойдём в шикарное место. Милана пригласила нас в ночной клуб. Лучший в столице. Мы будем всю ночь танцевать и веселится.

Более ничего не говоря, сильно сжимая руку Нины, побежали в сторону детского дома и, как только мы оказались в нашей комнате, наглухо захлопнула дверь и, осмотревшись по сторонам, заметив, что окна не занавешены, подлетела к ним и, запахнув шторы, повернулась к ошеломлённой подруге.

– Что за интриги? Ты себя как шпион ведёшь?

Лукаво усмехнулась и, опустившись на колени перед своей кроватью, достала большую, шикарную коробку. Бережно опустила нежно-голубую коробку с брендовым наименованием на постель.

Нина озадаченно захлопала глазами.

– Что это? – Промолвила она, с восхищением вглядываясь в прекрасное вечернее платье. – Боже! Оно прекрасно. Просто восхитительно.

Полностью разделяла восторг подруги. Восхищаться было чем. Платье в пол придавал загадочности, модель была сшита из сияющего кружевного полотна, придавая наряду ненавязчивый вечерний образ.

– Не спорю, – Нина шагнула ко мне и, не отрывая восхищённого взгляда, аккуратно провела ладонью по нему. – Но тебе не кажется, что оно слишком дорогое и…, – девочка немного замялась, будто бы смущаясь продолжить фразу.

– И-и-и, – протяжённо простонала я.

– И очень откровенное. Маша, ты же не привыкла так одеваться и настолько оголять своё тело.

Отложила вечерний наряд.

– Не привыкла. Но завтра особый день, – лёгкие нотки возмущения присутствовали в моём голосе.

У меня действительно никогда не было возможности носить дорогие вещи. Никогда не стремилась к богатству. Все эти шмотки не имели для меня значения. Но вот на свой день рождения, так хотелось почувствовать себя девушкой. Лёгкой...Воздушной…Красивой…Сексуальной…

Опять вспомнила ненавистного белобрысого богача.

Хитро усмехнулась, чувствуя, как огонёк возмездия начинает пробуждаться внутри. Вот чтобы он интересно, сказал, если бы увидел меня в этом платье. Повернулся бы его ядовитый язык назвать меня «пацаном» или прикусил его и мгновенно подавился собственным ядом? А может, быть даже собственной слюной поперхнулся…

– В крови у женщины сидит желание быть женственной, соблазнительной и сексуальной, обязательно красивой, и волновать мужчин своей красотой, – гордо подняла голову. – Для всё этого нужна красивая обёртка, которая подчеркнёт достоинства женской фигуры. Такой обвёрткой, как раз и послужит сексуальное вечернее платье.

– Чего? – Нина озадаченно заводила глазами.

– Именно так! – Утвердительно воскликнула, точь-в-точь повторяя слова Миланы. – Платье – это самый женственный предмет гардероба. А если сшить его из кружевного полотна, то наряд получится роскошным. Чёрное кружевное платье – отличный выбор для девушек любого возраста. Главное – правильно подобрать модель и создать интересный и запоминающийся образ.

Подруга несколько секунд молча следила за мной и, как только я закрыла рот, громко прокричала, – Маша, я тебя не узнаю. Ты где таких словечек нахваталась? Эта Милана очень плохо на тебя влияет. И вообще, – она состроила недовольную мордашку и яростно обхватила себя за плечи, – я против, чтобы ты куда-либо шла с этой девицей. Она слишком вульгарная и пошлая. Кто знает, в какую историю может тебя втянуть.

Гневно поморщилась.

– Нина, ты всё слишком преувеличиваешь. Извращаешь. Милана ничего плохого мне не желает. Ты к ней несправедлива.

Подруга ухмыльнулась.

– Посмотрим, Маша. Время покажет, кто из нас прав.

Выдохнула.

– Нина, ты ругаешь богатых за то, что они судят о людях по социальному статусу.

Подруга усмехнулась.

– А сама делаешь тоже самое.

Нина недовольно фыркнула.

– Может ты и права, – без особого энтузиазма, согласилась она. – Зря, наверное, усугубляю ситуацию.

– Вот и хорошо, – широко улыбнулась Нине. – Потому что я верю, что всё будет хорошо. Бог помогает хорошим людям.

Нина ухмыльнулась.

– А мы хорошие люди?

– Конечно. Самые прекрасные, добрые девушки в мире.

Глава 6. Иван Зверев

Дикая, дерзкая девочка никак не выходила из моих мыслей…

Б..ь! Как такое возможно? Зачем подался на провокацию и поцеловал медовые губки малышки.

Женщина хочет, чтобы её любили, чтобы с ней говорили, и чтобы одновременно сгорали от страсти к ней. Сдаётся мне, что любовь и страсть — понятия несовместимые.

Невольно прикрыл глаза и, вальяжно расположившись в кресле, вспомнил сладкие, опьяняющие ощущения. Такая нежная, бархатная кожа. Удовлетворённо растянул кончики губ. Эта обезьянка источала невероятную невинность, дурманящую чистоту, острую дерзость. Было что-то в этой чертовке.

Поразительно! Меня всегда привлекали женщины с огоньком…

Когда мы слышим «женщина – огонь», каждый человек представляет в своём сознании определённый образ успешной, независимой женщины. Женщины полной сил, жизненной энергии, которая постоянно поражает окружающих своей целеустремлённостью и харизмой. Женщина - огонь, она как эталон жизни, как маяк в ночи, на свет которого хочется идти.

«Женщина-огонь» -это яркая, жизнерадостная, харизматичная, ухоженная, сексуальная, породистая, обаятельная женщина, с искорками в глазах, которую мужчины провожают взглядом, а женщины, либо хотят ей подражать, либо завидуют. Эта женщина имеет своё мнение по любому вопросу. Она уверенная в себе, сильная личность. Её легко разглядеть в толпе, потому что таких женщин, к сожалению, не так уж и много.

По крайней мере, эта строптивая куколка в рванной одежде, с мальчишечьим видом и замашками грубоватого паренька, точно не напоминала женщину-огонёк. Да она мало напоминала даже женщину. Но что-то в ней было…Внутри всё содрогалось и не только от злости, она пробуждала во мне инстинкты, зарождала тайные, греховные, запретные желания. Боже! С каким вызовом она смотрела на меня своими пленительно-чёрными глазами.

Привык, что девушки добровольно падают к моим ногам, особого труда не прилагал, все они стремительно таили, от некоторых даже избавиться не мог, как от назойливых мух.

Но дерзкая куколка даже отдалённо не выражала никакой симпатии ко мне, наоборот, ярко демонстрировала полное пренебрежение…

Чёрт! Бред. Моментально распахнул глаза и машинально опустил ладонь к ширинке, казалось, что в очередной раз испытал несказанную боль. Ещё ни одна женщина подобным образом не реагировала на поцелуй. Привык, что женщины растворяются, мгновенно пьянеют и полностью отдаются страстному желанию.

Идиот. Напряжённо провёл пальцами по подбородку. Всегда испытывал влечение к настоящим женщинам, с пышными формами, упругими бёдрами, шикарным, выдающимся бюстом, а здесь, реально обезьянка. Она действительно больше на пацана похожа. И сколько ей лет? Восемнадцать, интересно есть?

Взмахнул головой, отчаянно стремясь избавиться от глупого наваждения.

– Ваня, как я тебе? – Моё одиночество нарушила Милана, она так молниеносно залетела, что я даже не сразу заметил её присутствие.

Слегка приподнял глаза и заинтригованно осмотрел девушку, которая кружилась передо мной в красивом платье, которое очень даже неплохо подчёркивало её женственные формы.

Удивительно! Рядом со мной огненная, шикарная, сексуальная женщина, которая способна свести любого, а я сижу и думаю о маленьком оборванце, который даже внимания моего не заслуживает. Так что же с этой девчонкой не так…Миленькая, но не до такой же степени, чтобы меня как пацана торкнуло.

А меня торкнуло! Нереально торкнуло. Эта сумасшедшая девчонка в мальчишечьем одеянии никак не выходила у меня из головы.

Её острый язычок зародил в душе трепетный азарт. Для меня до сих пор оставалось загадкой, почему я её поцеловал. Внезапно возникшее желание подтолкнуло меня склониться и прижаться к горячим, нежными и таким сладким губам.

«Если бы Бог спросил меня, кем я хочу быть, я бы ответила, что хочу быть слезою: дотронуться до твоей кожи, скользнуть по твоей щеке и умереть на твоих губах…».

Чёрт! Давно меня не тянуло на сопливую романтику.

– Ванька, не молчи. Я же для тебя стараюсь. Скажи что-нибудь, – требовательно провозгласила девушка, привлекая моё внимание. – Жду от тебя комплемент. И не один.

Волна возбуждения пробежала по телу. Вот она самая настоящая женщина. А эта невоспитанная девица лишь мимолётное наваждение.

Наваждение, но такое горячее и несказанно проникновенное…Её огромные тёмные глаза, словно преследовали меня, никак не мог забыть чувственные, невинные девичьи губы, которые напоминали только что сорванную ягодку.

Медленно встал с кресла, ни на секунду не выпуская из виду умопомрачительную девушку, двигаясь неспешно, приблизился к ней и аккуратно пробежался кончиком пальцев по её шее, спускаясь к заветной, сексуальной груди.

– Знаешь, что меня сейчас больше всего волнует? – Игриво прикоснулся к белоснежной шее губами, неторопливо провёл кончиком влажного языка по мягкой коже. – Знаешь, малышка? – Хрипло простонал, явно давая понять, что чертовски возбуждён её соблазнительным видом.

Женская кожа была похожа на сладкое, свежее мороженое, дарила невероятное ощущение.

– И что же тебя волнует? – Милана кокетливо усмехнулась и нежно обвила своими хрупкими руками мою шею. – Поделись своим чувствами. Мне очень интересно. Крайне заинтригована.

– Какого цвета у тебя трусики? – Быстро опустил ладони на манящие женские бёдра и попытался приподнять подол изумрудного платья, но девушка резко перехватила мои пальцы.

– Стоп! Ваня, я битый час работала над образом. Придержи коней, сладкий, – хохотнула она и лихо отскочила от меня, лишая возможности продолжать, ласкать её тело. – Ты, что забыл? Я же на день рождения ухожу, – она слегка нахмурила брови. – Я тебя предупреждала. Рассказывала.

Озадаченно округлил глаза.

– На день рождения? – Вопросительно проговорил.

– Да. На день рождения, – гневно повторила она. – Проклятие, Ваня, – возмущённо воскликнула Милана, осознавая, что я позабыл о чём-то важном для неё.

Действительно, ума не мог приложить, к кому собирается Милана. Чьё день рождения пропустил?