Неотложка для разбитого сердца

Он ловко вскинул поручни носилок, взяв на себя основную тяжесть. Его движения были выверенными, он явно делал это не впервые.

И теперь было понятно, откуда у него такие мышцы. С такой работой быть физически сильным было просто необходимо.

Мы с Родионом взялись за носилки с другой стороны. Втроем мы быстро и плавно выдвинули их, и понесли к дверям.

Мы справились быстрее, чем я ожидала.

Орлов, отдав санитарам короткие распоряжения, и передав пациента, тут же был захвачен кем-то другим. Мужчина пихал в него бумаги, что-то активно объясняя.

- Спасибо, ещё раз! - крикнул Орлову Родион, но доктор лишь махнул в нашу сторону, уже вникая в то, что говорил ему следующий пациент.

Мы с напарником вернулись в машину. Ещё несколько вызовов, и наша смена, наконец, подошла к концу.

Когда мы сдавали машину на подстанцию, было уже темно. Я настолько устала, что, мне казалось, даже не было сил добраться до дома. Родион выглядел примерно таким же «прибитым» как и я, и теперь мне было понятно, почему ещё с утра он был уставшим. Ведь завтра была новая смена, а завтра уже было очень близко.

Мы с ним медленно вышли с подстанции, и побрели в одну сторону. Видимо, нам обоим было на остановку общественного транспорта.

Неожиданно рядом с нами притормозила машина. Большая, дорогая с виду. Стекло со стороны водителя опустилось, и, конечно же, там оказался Кирилл Орлов. Ну кто ещё это мог быть?

У меня уже создавалось впечатление, что он всерьёз преследовал меня повсюду.

- Родь, подвезти? – спросил Кирилл, в очередной раз меня абсолютно проигнорировав.

- Блин, было бы супер, устал как собака. Алису подкинешь тогда тоже? - уточнил напарник.

А Кирилл скривился, но, в противовес выражению своего лица ответил:

- Ну, куда деваться. Видимо, и её подкину…

---

Дорогие читатели! Приглашаю в новинку нашего литмоба!

Виктория Вестич "Бывшие. Противопоказано влюбляться": https://litnet.com/shrt/WiSn

5 глава

Если честно, ещё утром я бы сказала, что в жизни никогда бы не села в машину к этому высокомерному наглому типу, которого встретила на собеседовании.

Но к вечеру моя решимость поубавилась. Я была такой уставшей, что отлично готова была сотрудничать со своей гордостью, и сесть в автомобиль, чтобы меня подвезли до дома. Тем более что путь был неблизкий.

Так что даже комментария по поводу скривленного лица травматолога я никакого оставлять не стала, а молча двинулась к машине.

Родион сел на переднее сиденье рядом с водителем, а я залезла назад.

Салон автомобиля был таким же шикарным, как машина выглядела снаружи. Возможно, обивка была даже выполнена из натуральной кожи, я не до конца была уверена.

Несмотря на своё усталое состояние, у меня хватило сил удивиться. Это сколько же у нас в нынешние времена травматологии получали, что могли позволить себе подобные автомобили?

Нет, конечно, зарплаты у медиков были не самыми низкими в городе. Особенно у хирургов, косметологов, в разных частных клиниках… Но всё-таки, видимо, наличие папочки-главврача что-то да решало в обычной больнице. А, возможно, мне не стоило делать скоропалительные выводы.

В салоне было тепло и очень приятно пахло, и как только я села и пригрелась, меня сразу начало тянуть в сон. Ещё и на зеркале висела какая-то штуковина, которая мерно покачивалась во время езды, вводя просто в какое-то гипнотическое состояние.

Единственное, что немножко удерживало на плаву моё сознание, это разговор Родиона и Кирилла.

- Как сегодня наш, которого привезли?

- Всё, как вы говорили. Шейка бедра. Таз. Единственное, поясничный отдел не подтвердился, слава Богу, а то и так мужику долго лежать.

- Мы его когда обезболили, он почти пытался из скорой у нас выскочить и убежать, вопя о том, что он единственный кормилец в семье и ему нужно работать.

- Ну, всё примерно у нас так же и было. Жалко, конечно. Взрослый мужик, чуть ли не плакал, когда я ему диагноз говорил. Но что мы можем сделать… Наша задача лечить.

- Понятно. Ну и хорошо, что хоть так. Пусть радуется, что вообще ходить сможет после такого. Слышал про вашу стычку с Серовым. Чем всё закончилось?

- Пока не знаю. Отец завтра вызывает на ковёр, судя по тону, ничем хорошим для меня.

- Ну ты, если что, дай знать, мы на твоей стороне.

Я пыталась вникнуть в разговор, уловить суть беседы, но она постоянно от меня убегала.

Что за Серов? Что за конфликт у них произошёл? Это был просто какой-то набор случайных слов для меня. И поэтому я всё больше и больше погружалась в сон.

Следующее, что я помнила, уже были лёгкие прикосновение к моему плечу,

- Эй, слышишь меня? Да что такое… Ну что, не здесь же тебя оставлять?

Голос, ассоциирующийся не с самыми лучшими моментами последних дней, всё же заставил меня вынырнуть из забытья.

- А? Что? - я начала тереть глаза, совсем забыв, что была накрашена.

Вокруг было темно, я всё ещё сидела на заднем сидении автомобиля, который стоял в каком-то дворе. Вот только Родиона на переднем сидении уже не было, а за плечо меня трогал травматолог.

- Ну, наконец-то, очнулась. Как знал, что с тобой одни проблемы вечно. Куда везти тебя?

Я, конечно, не ожидала никаких приятных слов от этого мужчины, но почему надо было постоянно быть такой задницей? Неужели обязательно было вот всё это? Говорить про то, что со мной будут проблемы, про мой возраст, про мой опыт, что не так было с этим травматологом? Чем он постоянно был недоволен?

Выяснять сейчас ответы на эти вопросы и отношения с ним не было ни сил, ни желания. Так что я просто прочистила горло, села прямо и назвала адрес, на котором проживала.

- Ну, супер. Вообще в другую сторону ехать, - себе под нос, пробурчал Орлов, и нет, я всё-таки не выдержала.

- Знаете, что? Мне надоело. Вы вообще бываете хоть чем-то довольны? Чем я вам так не угодила с первого взгляда? Постоянно что-то мне говорите… Не хотели подвозить, не нужно было соглашаться. Всё было бы нормально, я вас практически не знаю. И нормально, что вы меня не подвезёте.

Отстегнув ремень безопасности, я начала двигаться к дверце машины, собираясь вылезти. Мне легче было вызвать такси, несмотря на скованность в финансовом плане, чем ехать с этим хамом, выслушивая все его ворчания.

Он, видимо, не ожидал от меня такой бурной реакции, поэтому даже подвис немножко.

Но, когда я уже была близко к двери, и собиралась открыть её, Кирилл заблокировал дверцы изнутри, судя по щелчку.

- Да куда ты пошла? Ещё и на ночь глядя в темноту. Сиди уже. – Пробурчал он, завёл автомобиль и поехал.

Поездка до моего дома проходила в напряжённом молчании. Единственное, что происходило, это мы периодически сталкивались взглядом с Орловым в зеркале заднего вида.

Доехали мы буквально за пятнадцать минут. И стоило из-за этого так ворчать?

- Значит, здесь живёте?

- Зачем бы я стала называть этот адрес? Разумеется, здесь.

- Район так себе, до работы далековато, да и выглядит как-то опасно. Может до подъезда проводить?

- Спасибо. От ВАС я больше ни в чём не нуждаюсь. И так есть ощущение, что эту поездку вы будете припоминать мне ещё очень долго. В следующий раз просто говорите нет, - и, оставив последнее слово за собой, выскочила на улицу.

---

Дорогие читатели! Книга выходит в рамках литмоба "Неизлечимо влюблены"!

Приглашаю вас в новинку моба от Елизаветы Найт "Болезненный развод. Исцеление любовью": https://litnet.com/shrt/-d4X

6 глава

Кирилл

Как только эта выскочка захлопнула дверь моего автомобиля, я тут же сорвался с места, выезжая с её двора. Скорость набиралась как-то автоматически, я будто её не контролировал, просто мчась вперёд.

Будет она мне ещё указывать, как себя вести. Не нравится? Значит, идёт мимо. Я не червонец, чтобы всем нравиться. Не собирался ни для кого себя перекраивать.

Я всегда был таким прямолинейным, возможно, где-то из-за этого даже казался кому-то грубым, хотя никогда особо не имел злого умысла за своими словами. Просто говорил то, что думал.

Когда я пришёл в медицину, мне пришлось научиться лучше себя контролировать, потому что, как оказалось, не все пациенты готовы были услышать некоторые вещи про себя и про свои диагнозы. Профессия научила меня быть более гибким. Но как только я выходил за пределы больницы, или общался не с пациентами, мой характер снова себя показывал.

И, кстати, конфликт с коллегой, заведующим отделением травматологии, в котором я работал, как раз тоже случился из-за моей прямолинейности, и отчасти перфекционизма. Потому что я выполнял свою работу на все сто процентов, и ожидал от остальных, особенно от заведующего отделением, как минимум того же самого.

Пустая квартира встретила меня тишиной и темнотой.

Я бросил сумку с вещами, которые носил на работу, на пол, а сам медленно сел на небольшую танкетку, стоящую у меня у входа. Так в темноте и сидел минут пятнадцать, смотря просто в никуда, и думая обо всём на свете, и ни о чём одновременно.

В голове против воли всплывал образ новенькой со скорой, которая, кажется, вообще не боялась говорить со мной на равных.

Это было редкостью. Обычно, когда люди узнавали, что я был сыном главврача, то начинали лебезить передо мной, или пропускать мимо ушей некоторые вещи, которые я им говорил, и которые явно были им неприятны.

Но здесь… она либо была глупой, либо ещё не знала, кто я такой. А, может, у неё просто тоже был примерно такой же характер, когда она не могла держать своё недовольство в себе.

На следующий день шёл на работу, как на каторгу, а такого не случалось со мной почти никогда. Я любил то, чем занимался, и что бы там не судачили злые языки, говоря о том, что это мой отец пропихнул меня на это место, или что-то ещё, но я был честен перед самим собой и понимал, что всего добился сам.

Не зря же, наверное, обо мне ходила слава, как о хорошем травматологе, к которому съезжались люди со всего региона.

Но сегодняшний предстоящий разговор с отцом немного омрачал всю картину.

Я не любил оттягивать неизбежное, поэтому, как только пришёл и переоделся, сразу поднялся на административный этаж, и постучался к отцу в кабинет.

- Можно? - спросил я, заглядывая внутрь.

- Заходи, Кирилл, - отодвинув от себя стопку документов, проговорил отец.

Судя по его лицу, как я и ожидал, разговор нам предстоял не самый приятный.

Я сел в кресло напротив его рабочего стола. Сам не начинал говорить, мне было интересно, что он скажет, как вывернет всю ситуацию.

- Кирилл, вот скажи мне, как ты думаешь, какая вообще цель нашей деятельности? Зачем существует больница?

Я, если честно, не совсем ожидал такого начала разговора, поэтому немного впал в ступор, но быстро опомнился.

- Делать людей здоровыми, лечить их, что за вопросы вообще?

- В том-то и дело, что наша задача лечить людей. А чтобы качественно это делать, нам часто не хватает средств. Ты знаешь, что мы не частная клиника, а обыкновенная больница с фиксированным бюджетом, которого почти всегда не хватает.

Я чуть расслабился в кресле, откинувшись, и немного скривившись, понимая теперь, куда свернула беседа.

- Да, я в курсе про недостаточное финансирование.

- Может, тогда объяснишь мне, какого черта ты препятствовал платной услуге? Отделение травматологии вообще приносит доход практически только за счёт ВИП-обслуживания. Нужно было настаивать на платной операции. И Серов, заведующий отделением, всё сделал правильно. Он, как руководитель, понимает важность платных процедур.

- Тебе не хуже меня известно, что подросток-спортсмен, который поступил к нам, не должен был ждать неделю эту платную операцию. Были большие риски различных осложнений, а для него его тело - это перспектива, это работа, это будущее. Когда на весы встали деньги, или здоровье и будущая жизнь больного, я выбрал второе. Потому что для этого я пришёл работать в медицину, а не для того, чтобы зарабатывать деньги больнице.

- Ты не только лишил больницу денег. Обязательно было на утренней конференции потом выставлять Серова меркантильным дебилом, который не в состоянии принять решение о необходимости срочной операции?

- Я просто огласил то, что он сделал, только и всего. И, если его действия характеризуют его как дебила, это не должны быть мои проблемы.

- Кирилл! - Вскочил отец, хлопнув рукой по столешнице. - Ты вообще можешь хоть раз признать себя в чём-то неправым? Тебя послушать, так ты всегда поступаешь идеально. Только вот на деле, пациент мог вполне протерпеть неделю, и ему сделали бы операцию, и больница получила бы свои деньги. А ты подорвал авторитет заведующего отделением и лишил отделения крупной суммы, нарушив субординацию.

Я сидел молча, потому что был в корне не согласен с отцом. Но видел, что высказывать это было абсолютно в моменте бесполезно. Поэтому сидел и смотрел на него немного исподлобья, ожидая, когда уже он выскажет всё, что хотел, и мне можно будет уйти.

- Я знаю, почему ты такой, потому что всё тебе всегда сходит с рук. Ты вообще не думаешь о последствиях, когда что-то делаешь или говоришь.

- Что и когда сходило мне с рук?

- Да всё! Я постоянно тебя прикрываю.

Во мне начинала закипать ярость, потому что эта тема меня действительно триггерила.

Мне часто приписывали то, что отец за меня впрягался, что я всегда как бы был под защитой, но мне не хотелось быть в тени отца, я готов был брать ответственность и отвечать за свои действия, сам решая проблемы.

- А я тебя просил меня где-то прикрывать? Я, по-моему, никогда этого не делал. Я взрослый мужчина, и вполне готов сам решать свои вопросы.

- Ах, так… Готов, значит, сам. Ладно, посмотрим, как будешь сам барахтаться. Тогда, знаешь, что? Будешь работать у нас на общих началах. Ты ведь этого хочешь?

- Я и так работаю на общих началах. Что ты имеешь ввиду, что за какие-то бессмысленные угрозы?

- Это тебе так кажется, сынок. А с этого момента ты поймёшь, что такое работать рядовым травматологом в большой больнице. Любишь экстренную помощь оказывать, да ещё и бесплатно? Вот с этого и начнём. У нас в подстанции скорой помощи вечно не хватает людей, и большая часть наших врачей дежурит, периодически выезжая с бригадами. Попрошу внести тебя в график.

- Причём здесь я? Я травматолог.

- Привыкай, ты обычный сотрудник больницы, часть коллектива, часть корабля. Больше никакого папочки главврача. У нас здесь все друг друга подхватывают, выручают и отрабатывают. Вот и до тебя дошла очередь смен на подстанции. Чем-то недоволен? Папе прикрыть тебя?

Вместо ответа я резко встал, так, что стул за мной опрокинулся, но я даже не думал его поднимать, а просто, посмотрев на отца, постаравшись выразить взглядом всё, что чувствовал в моменте, развернулся и вышел из его кабинета.

---

Дорогие читатели! Встречаем ещё одну новинку моба!

Рика Баркли "Проблема для хирурга. Это (не) любовь": https://litnet.com/shrt/mInn

7 глава

Алиса

К концу второго рабочего дня я поняла, почему желающих работать в скорой помощи было не так много.

Работа была изнуряющая, причём как физически, так и эмоционально. За два дня чего я только не увидела. Нас вызывали и к детям, и к взрослым. И контингент был везде очень разный.

Много, конечно, лиц в нетрезвом состоянии, которых мы забирали из общественных мест, якобы без сознания. Но по факту просто заснувших где-либо.

Работали мы два на два, так что ближе к вечеру я уже предвкушала, как смогу добраться до дома, и в следующие два дня хорошенько выспаться, прийти в себя, наконец-то нормально разложить вещи, которые, по большому счёту, до сих пор были в сумках и коробках после переезда.

Но, как говорится, хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах. Потому что вечером Родион остановил меня перед выходом.

- А ты куда?

- В смысле? Мы же закончили, все документы заполнила, положила туда же, где вчера…

И вот тут Родион рассказал мне о небольшой традиции, которая слегка подпортила моё настроение.

Оказывается, на подстанции было принято, что когда сюда приходил работать кто-то новенький, то на первой его рабочей неделе он, как правило, немного проставлялся, так сказать. И все сидели, знакомились, общались в непринуждённой обстановке.

- А это обязательно? - спросила я Родиона.

Просто мне пока что не очень сильно хотелось сплочаться с остальными фельдшерами и водителями. А если быть до конца откровенной, то вообще не хотелось.

- Ну, если хочешь здесь и дальше работать, и чтобы коллектив тебя принимал, то я бы не советовал спрыгивать с этого мероприятия.

Я кивнула, в уме на ходу подсчитывая свои финансы, которые пели романсы. Что вообще за традиция дурацкая? Почему проставлялся тот, кто приходил? Обычно, я слышала, это случалось после первой зарплаты или что-то вроде того.

- Ты насчёт денег не переживай. Это так только называется «проставляться». На самом деле, грубо говоря, человек лишь организатор, - словно читая мои мысли, сказал Родион. - А так все скинутся. Тебе самой не придётся всё оплачивать.

Ну, хоть с этим стало легче.

- И кто обычно бывает на таких встречах? - не знаю, что меня дёрнуло это спросить. Но, похоже, сделала я это не зря.

- Работники нашей подстанции, и, так бывает, знакомые врачи какие-то заходят. Я, если ты не против, Кирилла хотел пригласить, он всё-таки нам помогал вчера и вообще часто помогает как травматолог. Он, конечно, не слишком любит подобные мероприятия, но пригласить как минимум стоит.

- Кирилла, это который Орлов? - чуть скривилась я, не в силах справиться с собой.

Ну почему опять он? Что хотела сказать мне жизнь, усиленно толкая его мне навстречу?

- Да, Орлов, а что, ты против? Как вчера, кстати? Подвёз он тебя?

- Нормально подвёз, - вздохнула я, принимая всё происходящее, и полностью отдаваясь судьбе, и принимая свою участь.

Видимо, от этого Орлова мне было никак не спрятаться.

Родион был прав. Кирилл был травматологом, ещё и ведущим. А значит, нам предстояло с ним много и плотно работать, и в моих же интересах было наладить с ним отношения.

Ну и что, что он был хам, выскочка, самовлюблённый павлин, который не воспринимал ничьё мнение, кроме своего, и судил о людях лишь по внешности. В конце концов, мне с ним было не детей крестить, лишь бы работал хорошо и обязанности свои выполнял, а так, наверное, мне следовало учиться искать подход ко всем людям. Даже к таким. Поэтому я твёрдо решила постараться сегодня, если Кирилл заглянет на наш междусобойчик, наладить с ним отношения, как минимум поговорить. И для начала просто не быть врагами, не то что подружиться.

Атмосфера в комнате отдыха была весёлая. Мне казалось, что я была единственной, кто устала сегодня, и хотела домой. Все остальные с большим энтузиазмом восприняли то, что нужно было задержаться после работы, чтобы провести время с коллегами.

Не знаю, было ли это вообще законно, что мы вот так устроили застолье в комнате отдыха подстанции скорой помощи, но все выглядели спокойными, никто не пугался открытия дверей, и я решила, что здесь было так принято.

Родион оказался прав. Мужчины по-быстрому скооперировались, мы с ними вместе сходили в магазин, и они помогли дотащить всё, что мы купили. В основном там были напитки, но на скорую руку я с ещё парой девушек, которых раньше, казалось, вообще не видела на подстанции, быстро организовали небольшие закуски.

Наверное, действительно было полезно познакомиться. Хотя бы вот для этого. Похоже, не я одна не любила зависать в комнате отдыха. Олеся и Женя, так звали девушек, тоже работающими фельдшерами, как и я предпочитали не проводить здесь время, но на такие мероприятия приходили.

Я уже думала, что никто, кроме работников подстанции, не придёт, потому что прошло минут сорок, как мы начали застолье, когда дверь в комнату отдыха открылась, и на пороге появился Доктор Какашка.

Нужно было переставать его так называть даже в своей голове, конечно, если я планировала наладить с ним отношения.

- Что, вечеринка в самом разгаре? - Чуть улыбнувшись, спросил он, а я выпала в осадок, потому что не ожидала, что этот человек вообще был способен на улыбку.

Да ещё и выглядел он при этом… совершенно не так, как обычно. Улыбка его очень красила. Жаль, что обычно он был с выражением лица таким, словно ему под носом кое-чем намазали.

- Заходи, Кирилл, - довольно улыбаясь, махнул рукой Родион.

Эти двое, кажется, были друзьями, не зря так общались друг с другом, подвозили до дома.

И как Родион, такой приятный мужчина, мог дружить с Кириллом? Ну ведь должны же были люди быть похожи хоть в чём-то, чтобы сойтись.

- Представлять новенькую уже не надо, вы знакомы. Как раз место рядом с Алисой и свободно. Проходи, садись, Кирилл.

Я видела, как лицо Орлова медленно поменялось, он оценил обстановку, увидел, что действительно единственное свободное место было рядом со мной, вздохнул, что-то пробурчал себе под нос, но ничего не сказал и в итоге. Прошёл и сел рядом.

Места было немного, и из-за этого наши бедра соприкоснулись.

Меня всю от этого словно током шандарахнуло. Тело Орлова было удивительно горячим. А он замер, когда мы коснулись друг друга. Видимо, настолько ему было неприятно взаимодействовать со мной даже в такой форме.

Что ж… я же решила налаживать контакт.

- Кирилл Александрович, что вам налить или положить что-нибудь? - максимально вежливо улыбаясь, повернулась я к нему.

А он нахмурился, прищурившись.

- Вы меня пугаете, когда пытаетесь вести себя со мной вежливо, Алиса…

8 глава

Меня так и тянуло на его фразу ответить что-нибудь язвительное. Значит, его пугает, когда я вежливая… То есть, это был намёк на то, что обычно я хамка? За собой он, видимо, никаких огрехов не замечал.

Но я уже была научена горьким опытом общения с травматологом, поэтому как мантру, повторяла себе внутри: «Я должна найти подход, должна начать нормально с ним общаться…»

Так что, выдержав чуть более долгую паузу, чем требовалось, спокойно ответила:

- Предлагаю зарыть наш топор войны, и начать уже общаться друг с другом нормально, нам всё-таки работать вместе и дальше.

- Правда? - взлетели высоко брови у Орлова. - Значит, вы не собираетесь увольняться? Я, если честно, ставил, что вы не продержитесь на скорой, и уйдёте в первую неделю. Так и знал, что из-за вас даже тут проиграю.

- Что? В смысле, спорили? С кем? – Уставилась я во все глаза на травматолога, застывшего с довольной улыбкой на лице.

В том, что он бы в подобном споре поставил на то, что я уйду, я была вообще не удивлена. Меня удивлял сам факт существования подобного спора. Мне что-то подсказывало, что это был не просто оборот речи.

Сначала возникла небольшая пауза, во время которой Орлов обвёл взглядом присутствующих, а потом, как будто что-то там увидев, покачал вдруг головой.

- Да это я просто прикалываюсь, не берите в голову. Что вы там предлагали? Зарыть топор войны? Я и не начинал воевать с вами, если что…

Тут до меня дошло. Я резко повернулась к сидящим за столом, успев заметить, как Родион строго смотрел на Орлова, отрицательно качая головой, и показывая что-то рукой у шеи.

- Погодите, вы что, реально спорили на то, останусь ли я работать на скорой?

Судя по повисшей тишине, я поняла, что попала в точку, и действительно всё так и было.

- Это какая-то традиция, спорить на новичков, или только я вам тут так не угодила? Из-за чего? Слишком молодая, неопытная, потому что женщина? Почему ко мне все с самого начала относятся предвзято?