Полная версия
Моя жизнь, такая размеренная и правильная, вдруг стала чудаковатым представлением, как только я нашла на горной тропе украшение… Как я могла поддаться искушению и надеть на себя?
Тронула рукой холодный металл украшения, которое, словно холодная змея, улеглась на шее. Я со злостью потянула украшение, будто могла сорвать его, но только ожерелье больно впилось в кожу.
Глава 3
Я подошла к решетке и уставилась на тучного мужчину в тёмно-синем мундире, мирно посапывающего на стуле. В длинном коридоре рассмотрела такие же камеры, как и та, в которой я находилась. Стены сложены коричневыми камнями неправильной формы. Само помещение коридорного типа вмещало не меньше пяти камер с перегородками в виде железных прутьев. Смрад в помещении стоял стойкий. Больше всего хотелось закончить это дурацкое мероприятие и сделать глоток свежего воздуха, а ещё снять с себя это ужасное платье.
– Мужчина! – громко выкрикнула. – Выпустите меня!
– Вадим, скорее всего, приехал и мы, наверное, по глупости попались на очередное развлечение, коих на курорте развелось множество, – вдруг подумалось мне.
Мужчина приподнял свою фуражку и, бросив на меня безразличный взгляд, снова опустил её на глаза.
Ах так! Я повернулась спиной и принялась стучать туфлей по железным прутьям.
– Уважаемый! – я бросила взгляд и улыбнулась на то, как мужчина выпучил глаза от негодования. – Позовите вашего начальника!
– Миранда, неужели решила сотрудничать? – толстяк неуклюже поднялся из-за стола и, прихватив связку ключей, двинулся к камере.
– Считай, что решила сотрудничать, – громко произнесла и бросила взгляд на троицу, которая рассматривала меня, открыв рот от изумления.
– Фух! – выдохнула я.
Скоро всё закончится!
Мужчина повернул в замочной скважине длинным ключом дважды.
– На выход, Миранда Свонг! – процедил мужчина и пробежался по мне похотливым взглядом.
Миранда Свонг?
Я несколько раз проговорила имя, словно примеряя его.
Поспешно вышла в коридор, продолжая внимательно разглядывать окружающий интерьер. У стены стоял длинный черный письменный стол и несколько стульев. На этом мебель заканчивалась. В камере, находящейся рядом, находились такие же женщины, разряженные в пестрые безвкусные наряды с глубокими вырезами и дурацкими воланами.
Ну и костюмы! И самое главное – вещи явно были грязными и обветшалыми.
– Что встала?! Топай! Мистер Гронсбери обрадуется, узнав, что ты решила вернуть украденные деньги, – продолжал исполнять свою роль тучный жандарм.
– Кто такой ваш мистер Гронсбери? – я едва выговорила сложную фамилию.
– Начальник жандармерии, – с гордостью ответил мужчина в тёмно-синем мундире.
Я бросила быстрый взгляд на его одежду. Тёмно-синие брюки и такой же жакет из плотной ткани. На голове головной убор с козырьком. Всю странную одежду из толстого сукна подпоясывал широкий коричневый ремень. Я развернулась и быстро зашагала к большой коричневой двери в конце коридора.
Как только за спиной остался длинный коридор с камерами, выдохнула. Помещение, по которому меня вёл мужчина, было куда приятнее, чем каменные казематы.
Сейчас я объясню, что не собираюсь участвовать в мероприятии, и просто облачусь в свою одежду и выпорхну, наконец, из этого давящего помещения. Интерьер, нужно было отметить, был атмосферным. Деревянные балки, мощные двери с бронзовыми ручками. Мебель, можно вообще сказать, прямиком из девятнадцатого века. Я крутила головой, рассматривая длинный коридор и помещения, в которых были приоткрыты двери.
Перед большими деревянными дверями мужчина дважды постучал и, открыв дверь, пропустил меня вперёд.
– Мистер Гронсбери, – участливо начал мужчина, – Свонг решила признаться в содеянном!
Большой кабинет, в котором я остановилась недалеко у порога, был обит тёмно-коричневым деревом. Деревянные полки заставлены книгами и папками. Посредине кабинета – добротный стол, за которым восседал седовласый мужчина, склонившийся над бумагами.
– Вот как! Свонг решила не топать на каторжные работы? – усмехнулся мужчина лет шестидесяти и, откинувшись на спинку коричневого стула, просверлил взглядом мутных голубых глаз.
– Можете выходить из своей роли крутого перца на задании. Я прекращаю дальнейший фарс. Выпустите меня! – я старалась говорить громко, но всё же голос на последней фразе сорвался.
Задрав голову, мистер Гронсбери, как назвал его мужчина в форме жандарма, громко рассмеялся.
– Крутой перец на задании?! Свонг, ты решила точно до конца жизни лупить мотыгой по камням?! – громыхнул мужчина громким басом.
В окне кабинета промелькнули фигуры женщины, прогуливающейся под руку с мужчиной… Одетым во фрак! Следом прошел высокий молодой человек в сюртуке поверх черного жакета и рубахи с кружевным воротом. Громко скрипя колесами проплыл экипаж, запряженный лошадьями, а подросток в широких штанах и большой на несколько размеров рубахе, подпоясанном широким ремнем, размахивал газетами и громко выкрикивал: «Свежая пресса!»
Бог мой… Где я…
Я снова дотронулась до железного обруча на тонкой шее, который, казалось, выжигал кожу в том месте, где он касался моего тела.
Где я…
– Присаживайся, – кивнул на стул мужчина, поправляя лацканы пиджака. – Где нагрела украшение, Свонг?
– Нашла, – сипло выдала и присела на стул, который указал мне мужчина.
– Кирсти, можешь быть свободен, – отправил жандарма Гронсбери. – Я собственноручно проведу допрос Миранды Свонг.
Жандарм кивнул головой и постарался быстрее выйти из кабинета.
– Давай начнем сначала и по порядку. Положение у тебя незавидное. Мистер Дюваль заберет свое заявление, если ты вернёшь бумажник и вдобавок отработаешь у него в поместье в качестве прислуги. Не понимаю, почему ты не согласилась вернуть бумажник? Поймали тебя и твою шайку с поличным. Я вообще могу решить твою судьбу без судебного разбирательства.
Каждое слово мой мозг воспринимал с большим трудом, зацепившись за отдельные фразы.
Поймали с поличным…
Заберет заявление…
Твою шайку…
– Где я? – я судорожно сглотнула и часто задышала от догадки.
– Лаврен! – громко произнес начальник жандармерии.
Лаврен… Я мысленно напрягла память, стараясь припомнить названия городов Черноморского побережья. Тщетно. Название города я слышала впервые. Что-что, а у адвоката Миры Сергеевны Кароевой была фотографическая память, а на названия и имена и вовсе феноменальная. Но Лаврен точно прозвучал в моей жизни впервые.
– Лаврен? – переспросила, переводя взгляд с опаской на окна.
В окне проплыл мужчина. Высокий, в коричневом костюме и с кожаной папкой в руках. Только цвет лица у него был голубой. А уши… Заостренные на концах!
В голове осталась одна мысль: «Как?», и я потянулась к своей шее, на которой висит кулон.
– Свонг, я с тобой возиться не собираюсь! – напомнил о себе Гронсбери. – Или рудники, или мы полюбовно решим вопрос с Дювалем. В бумажнике лежала кругленькая сумма, – устало продолжил мистер Гронсбери.
– Я ударилась головой, – я дотронулась до своей шишки на голове, – и не помню ни одной минуты из своей прошлой жизни.
Отчасти это так и было.
– Ложь только усугубит твое положение! Все твои подельницы дали против тебя показания, – громко произнес мистер Гронсбери.
– Я их вижу впервые…– пролепетала, кусая губы.
Точнее, я не помню… Совершенно не помню троицу, сидевшую напротив меня.
– Миранда, – чуть тише продолжил начальник полицейского участка, – твое положение незавидное. Любой может выплатить деньги, которые ты украла у мистера Дюваля, и забрать тебя отрабатывать долг. Твоей судьбе не позавидуешь. Вульфы будут развлекаться, устраивая охоту на живца, они для этого выкупают молоденьких симпатичных девиц, ну а эльфы… Прекрасно знаешь репутацию этих развратников, особенно переваливших за сотню лет.
– Кто такие вульфы? – потянула с опаской. Из всего перечисленного списка не понравился больше всего этот. Хотя и характеристика эльфам дана не лучше.
Мистер Гронсбери показательно округлил глаза, но ничего не ответил.
Глава 4
Хуже не придумаешь! Мне, адвокату с безупречной репутацией, попасть в тело воровки, которую прихватили с поличным! И дальнейшие перспективы одна хуже другой.
Мой мозг с трудом воспринимал реальность, которая не должна быть, но отчего-то кружила вокруг меня и моего изумленного сознания.
Как теперь из этого выкрутиться?! И главное, как вернуться домой?
– Миранда, что за украшение у тебя на шее? Кого еще ожидать с заявлением? – громыхнул вопросом начальник жандармерии.
– Понятия не имею, – я с интересом разглядывала женщин, одетых в длинные платья, которые мелькали за окном.
Некоторые кокетки украсили голову небольшой шляпкой. Голубые, изумрудные, бордовые наряды с ворохом воланов и строгие по крою выглядели элегантно. Не в пример моему вульгарному наряду.
– Я согласна отработать всё, что потребуется. Могу работать прислугой… Только можно без охоты на живца и старых развратников.
– Тут я никаких гарантий дать не могу. Всё зависит от тебя, Миранда Свонг.
– Передайте, пожалуйста, свое ожерелье. У него явно есть хозяйка.
– С удовольствием, – я снова прощупала металл.
Ничего не изменилось. Он был литым, и застежки, которую я с такой уверенностью застегнула, нет. Невинным жестом я расписалась в своей судьбе.
– Я не могу его снять со своей шеи.
– Миранда, – тяжело вздохнул мистер Гронсбери, – ты не в том положении чтобы шутить.
– Можете сами попробовать. Я только буду рада.
Мужчина недовольно поднялся со своего кресла и жестом показал мне подняться. Голубые глаза жандарма уставились на моё лицо, а затем взгляд мутных глаз спустился к шее. Указательным пальцем мистер Гронсбери провел по ожерелью, касаясь в некоторых местах моего тела. Взгляд мужчины, как и его рваные вдохи, мне не понравились.
– Застежки нет, – нервно ответила.
– Я вижу, – Гронсбери еще раз провел рукой по металлическому украшению и даже покрутил его.
– Странно, – Гронсбери нахмурил брови так, что залегла глубокая морщина.
– И я о том же, – отвечаю напряженно.
– Так что насчет бумажника, Миранда? - перевел тему начальник жандармерии.
– Я… ничего не помню, мистер Гронсбери. Я так ударилась головой, что не помню, как я попала сюда и даже собственного имени.
– Очень жаль. Мистер Дюваль хороший и законопослушный гражданин. И ему очень не понравится, что на рынке местная воровка обчистила его карман, – начальник жандармерии сказал это таким тоном, что мне стало не по себе.
Интуиция мне подсказывала, что это только начало неприятностей.
– Я не воровка! – возразила и сразу же осеклась. – Мне нужно время, чтобы вспомнить.
Единственная стратегия – это тянуть время и искать способы вернуться назад.
Мистер Гронсбери подошел к двери и позвал своего сотрудника.
– Отведи её в камеру, – устало бросил и присел за стол.
– Топай! – буркнул высокий мужчина, облаченный в темно-синий мундир с лацканами по бокам брюк, который зашел в кабинет начальника.
Возвращаться в камеру с металлическими прутьями, неадекватными соседками и жутким въедающимся запахом не хотелось. Как только за спиной лязгнула решетчатая дверь, я вздрогнула.
Я в полном дерьме!
Я сжимала руки в бессильном гневе. Бросила хмурый взгляд на своих сокамерниц, отчего пышногрудая сразу же спасовала. Похоже, что в этой пестрой банде я ключевая фигура, которую немного побаиваются.
– Кто стянул бумажник у Дюваля? – присев на лавку, я подняла колено и обхватила ногу руками. Я старалась не выходить из образа местной оторвы, которая главная в этой банде не совсем удачных уголовниц.
– Ты что, Миранда, издеваешься? – спросила пышногрудая девушка.
– Проверяю на вшивость? Еще раз повторяю кто стянул деньги? – повторила вопрос.
– Да ты и стянула! Резанула ножичком по карману, а Мадира, - пышногрудая кивнула на женщину средних лет, – подхватила кошелек.
– Дальше что было? – моя память пока молчала. Я надеялась, что хоть что-нибудь всплывет в голове. Даже обрывки чужих воспоминаний мне могли помочь, но пока не было даже полунамёков на это.
– А дальше мы встретились в условном месте, и я отдала тебе бумажник, – продолжила Мадира.
– Через минуту появились жандармы, и ты сказала нам разделится, – добавила белокурая девица в чёрном корсете.
– И? – я поднялась и направилась к девушкам, сидящим на лавке, потому как все разом замолчали.
Старательно читаю эмоции на их лицах. В моей практике было достаточно уголовных дел. Опыта хватает.
– Что замолчали!? – добавила грозно.
– Да нечего рассказывать. Нас всех выловили поодиночке, и мы уже встретились здесь, – отозвалась девица в черном корсете.
– У нас вопрос к тебе, Миранда Свонг. Ты что, не видела, что подрезала карманы вульфа? – сдвинув брови, произнесла Мадира.
– Кого? – осторожно спросила. Уже второй раз мне озвучивают неизвестное определение.
– Оборотень, волк, вульф. Какая разница, как назвать! Нам будет лучше отдать кошелек, Миранда! Потому что работать мотыгой на рудниках в несколько раз лучше, чем служить развлечением у оборотней.
Я присела на свою скамью и напряженно потерла виски. Выходит, что бумажник местного оборотня припрятала я, убегая от жандармов. А теперь, естественно, не помню, в каком месте.
Я обхватила голову руками!
Паника скрутила всё тело, я старалась себя успокоить. Я умная, сильная. Только все установки рушились под натиском надвигающейся грозы. А её раскаты звучали всё сильнее.
– Всем собраться! – вырвал меня из плена удручающих мыслей тучный жандарм. Маленькими глазками шарил по помещению.
– Пора поработать на благо общества, девочки. Поднимаем свои попки и топаем на выход.
– А кормить нас будут? – спросила блондинка, старательно поправляя свое платье.
– Ещё не заслужили, – сально улыбнулся мужчина.
Я поднялась со скамьи вслед за всеми и поплелась к выходу. А если попробовать бежать? Но куда?
Бог мой… За что моя размеренная и выстроенная жизнь кардинально поменялась на вот это…
Обвела взглядом чёрные решетки, ведро в углу камеры и жандарма, расплывшегося в улыбке.
– Куда нас ведут? – полушепотом спросила у Мадиры, которая встала рядом со мной.
– Наверное, как и вчера, подметать мостовую города, – женщина пожала плечами.
Глава 6
– Что случилось? – я терла глаза, стараясь отогнать морок, в котором мне снились кошмары. В темном лесу, освещенном только светом полной луны, я спасаюсь от преследователей. Между деревьев мелькают их силуэты и мохнатые морды.
На лбу выступил холодный пот, который я смахнула рукой.
– Что-что! Допрыгалась Миранда! Выкупили тебя! – очень радостно произнес Кристли.
Сердце упало в пятки, а тело просто не слушалось меня. Не зря мне снились эти дурацкие кошмары.
Мне конец… Точно конец. Я представила, как мохнатые лапы касаются моего тела, отчего меня передернуло.
Мои соседки напротив проснулись и с любопытством наблюдали за мной.
– Свонг, поднимаемся и на выход! – крикнул жандарм – И побыстрее!
Я поднялась и последовала за жандармом на ватных ногах. В окнах только забрезжил рассвет, освещая длинный коридор. Дверь в кабинете мистера Гронсбери была приоткрыта. Кристли открыл ее шире и подтолкнул меня внутрь кабинета.
– Твой новый хозяин, Свонг, – противно хихикнул полный жандарм.
Я часто задышала, в голове поплыли одни картины хуже другой. Закинув одну ногу, на диванчике, обитый коричневым велюром сидел высокий широкоплечий мужчина. Тот самый, что задержался взглядом на мне дольше положенного, пробегая по улицам города, пока я подметала мостовую. Я бы решила, что он достаточно привлекателен, если бы не был обладателем бледно-голубой кожи и острых ушей.
Даже не знаю, что хуже…
Быть трофеем в догонялках у вульфов или игрушкой у старых развратных эльфов.
– Миранда Свонг. Вас поймали с поличным в краже десяти тысяч грахов. Вы обязаны вернуть украденное имущество потерпевшему. Вы готовы вернуть бумажник, принадлежащий мистеру Дювалю?
– Готова, – проблеяла с трудом.
– Так возвращайте!
– Я… Я не помню, где он.
– Напоминаю, что в соответствии с Кодексом, в случае вашего отказа вы отправляетесь на рудники, где отрабатываете долг тяжким трудом либо… – Гронсбери намерено замолк, рассматривая меня бесстрастным взглядом. – Ваш долг закрывает любой из уважаемых жителей Лаврена или любого другого города, и вы отправляетесь на работы, пока не отработаете всю сумму полностью. Учитывая размеры украденной суммы, выплачивать вам её очень и очень долго.
– Это узаконенное рабство! – воскликнула, переводя взгляд с одного мужчины на другого.
– Я тебя предупреждал, – постукивая ручкой по полированной поверхности ответил начальник жандармерии и, устремив взор на бумагу перед собой, быстро её подписал.
– Держите, мистер Сортон Оривал, – Гронсбери протянул подписанную бумагу голубоглазому молодцу. – Она ваша.
На лице Сортона расплылась улыбка.
– Нам очень нужны люди в поместьях. За магическими растениями нужен уход. Мой хозяин расширил свои плантации и набирает много симпатичных барышень для их возделывания. Конечно, я лично обучу мисс Свонг тому, что от неё потребуется для того, чтобы растение только процветало.
От двойственности речи Сортона мне стало дурно.
– Поверьте, я приложу все усилия, чтобы все ваши магические корешки завяли, едва приподнявшись!
– Тем хуже для вас, – невозмутимым тоном продолжил Сортон. – Сумма вашего долга возрастет, а значит, и срок отдачи. А особо покладистым дамам мой хозяин делает поблажки и даже отпускает раньше положенного срока.
– Прошу ваши ручки, – Сортон вытащил из кармана широкого расписного халата стебель растения и положил на мои запястья, грубо прихватив их огромной лапищей. Стебель, словно живой, скрутил мои руки и замкнул кольцо.
Я, не веря своим глазам, попробовала разорвать его, но растение словно живое только ещё больше сжало мои запястья.
– Мне больно! – воскликнула, выставляя руки вперед.
– Так не трепыхайся. Арезания не будет сжимать твои ручки. Чем больше дергаешься, тем сильнее её цепкий захват. Пошли, Миранда, – Сортон расплылся в улыбке и подтолкнул меня к выходу.
Я бросила взгляд напоследок на Гронсбери, восседающего на своем кресле-подиуме, но он развел руками в прощальном жесте.
Солнце ослепило на краткие мгновения глаза, которые я прикрыла руками. Бросила отчаянные взгляды на тротуарную дорожку, немного пустынную в это раннее утро.
– Даже не думай, – пропел на ухо Сортон. – Я поймаю тебя вмиг.
– Вы все здесь извращенцы! – прошипела, бросая гневные взгляды на эту синемордую особь, возвышающуюся надо мной на целую голову.
– О чем ты думала, когда срезала кошелек у вульфа? – хохотнул эльф. – Он же вас в миг вычислил по запаху. Какая глупость!
Да уж… О чем думала Миранда, когда пристроилась к мистеру Дювалю в погоне за его кошельком?
Десять тысяч грахов… Я честно не знала, много это или мало… Что-то мне подсказывало, что это чертовски много.
Сортон открыл дверцу кареты и махнул головой, приглашая зайти внутрь.
В голове сплошной туман от абсурдности ситуации, в которую я попала.
Попала… Благодаря кулону. Я дотронулась до него и ещё раз проверила застёжку. Так удрученно я ещё себя не чувствовала. Всегда думала, что могу найти выход из любой ситуации. Такой опыт имелся, а здесь… Из этого сказочного кошмара нет выхода. Только побег…
В карете кроме меня сидели ещё три девушки. Разодеты дамы были куда в более красивые наряды, чем я, но не менее скромно. Глубокие вырезы, раскрывающие объёмные прелести на ярких одеждах. По лицам совсем непохоже на то, что дамы ситуацией удручены, так, как я.
Эта мысль вообще внесла диссонанс в моё и так пошатнувшееся от всего, что происходит, сознание. Было чувство, что прелестницы, сидящие напротив меня, наоборот, ждут магических угодий старого эльфа.
Сортон влетел в карету и присел рядом со мной.
– Трогай! – бросил кучеру громким голосом.
– Познакомьтесь, дамы, – откинувшись на спинку диванчика, произнёс Сортон, – Миранда Свонг.
И, нагнувшись к моему уху, шёпотом добавил: «Детка ты самая большая рыбка в моём улове. Мистер Эрхитон будет чрезвычайно доволен».
Я отвернулась от противного эльфа и уставилась в окошко, разглядывая место, куда я угодила.
***
Дорогие читатели, хочу познакомить вас с ещё одной историей нашего литмоба.
https://litnet.com/shrt/lMlZ
Глава 5
Всех заключенных разделили на несколько групп, каждую из которых сопровождали два жандарма. Оба мужчины были высокими и широкоплечими, поэтому все свои мысли по поводу побега я откинула. Меня поймают в два счета, и это только усугубит моё положение.
Мне торжественно вручили метлу и показали фронт работы. Могла бы я неделю назад подумать, что успешный адвокат Кароева Мира Сергеевна будет сметать листья и прочий мусор на мостовой богом забытого места. Благами цивилизации здесь не пахнет, зато странностей целый ворох.
Оборотни… Я даже усмехнулась. Ну не о настоящих же волках шла речь!
По мостовой проезжали исключительно экипажи, в окнах которых их пассажиры надменно рассматривали меня. Прохожие тоже косились на меня и других дам, усердно работающих метлами. Краска то и дело раскрашивала мои щеки пунцовым цветом.
Самое удивительное, что меня обогнули несколько мужчин с болотным цветом лица и неестественно черными глазами, но самое причудливое было в форме их ушей. Вид у них, мягко сказать, необычный… Такие же красавцы проходили, но с голубоватой кожей. Почему-то подумалось, что это именно эльфы, которых мистер Гронсбери назвал старыми развратниками.
Вот так расклад!
Все «остроухие» как я назвала их про себя, были довольно молодыми мужчинами, крепко сложенными, облаченными в своеобразные одежды. Длинные шаровары, поверх которых эльфы носили пестрые кардиганы до колена. Все они имели длинные волосы, которые были заплетены в косу или перевязаны лентой на затылке. Я с таким изумлением рассматривала каждого прохожего эльфа, что один из них обернулся и бросил внимательно-сосредоточенный взгляд. Я тут же опустила взгляд на мостовую, принявшись усердно работать метлой.
А может быть, я всё еще сплю – вдруг подумалось мне, и я даже ущипнула себя за руку.
Нет. Больно… А ты, Мира, в западне.
До боли хотелось увидеть Вадима и даже послушать, как он меня бурчит. Выпить кружку свежесваренного кофе и окунуться в ванную, наполненную горячей водой.
Влетев на меня на всем ходу, высокий мужчина сбил меня с ног так, что я приземлилась на пятую точку, открыв взору мужчины мои панталоны и чулки под ними. Выглядело это одежды под ворохом юбок нелепо и смешно.
Отчего мужчина ухмыльнулся, блеснув белоснежным рядом зубов. Чёрные, как смоль, волосы переливались на ярком солнце. А брови вразлет хищно сощурились.
– Чего уставился! – я одернула платье и осторожно поднялась на ноги.
Глаза незнакомца блеснули неестественным блеском. А на руках вдруг в один миг выросли когти.
– Э-э-э, любезный! – произнес один из стражников и подошел ближе к мужчине, руки которого увеличились до нечеловеческих размеров, и даже одежда расползлась по шву, а по лицу вмиг разрослась шерсть. – Законом запрещено обращаться на территории Лаврена.
Монстр впился в меня взглядом, не спуская глаз.
