Не такая уж удобная

— Я передумала.

— Меньше чем за десять секунд?

— Я принимала решения и похуже. Причём быстрее.

Вот это уже больше походило на Тесс.

Натали сложила чек пополам.

— Тед не ответил.

— На «да»?

— Да.

— Может, он всё понял.

— Ответ был не особенно подробным.

— Зато понятным.

— Думаешь, мне стоило написать больше?

— Нет.

— Ты ответила слишком быстро.

— Хорошо. Отправь ему шесть абзацев. В конце обязательно добавь комплимент, чтобы он не расстроился.

Натали нахмурилась.

— Звучит ужасно.

— Именно.

В трубке хлопнула дверца шкафа, затем зашуршал пакет с хлопьями.

— Скорее всего, он ещё напишет, — продолжила Тесс.

— Ты так уверена?

— Обычно он возвращается.

Натали посмотрела на молчащую переписку.

— Возможно.

— А возможно, нет. Я иногда ошибаюсь.

— Когда?

— Пришлю список.

Натали прислонилась к столешнице.

— Мне нужно собираться на работу.

— До смены ещё несколько часов.

— Я буду собираться медленно.

— Только не надевай серый свитер.

— Почему?

— В нём ты выглядишь ответственной.

— Я и есть ответственная.

— Ты спрятала телефонный номер под сахарницей.

— Это система хранения.

— Напиши Рису.

— Я кладу трубку.

— Надень чёрный свитер, — успела сказать Тесс.

Натали завершила звонок.

Она выпила кофе и ещё раз проверила переписку с Тедом.

Ничего.

Перед выходом Натали убрала чек Риса в кошелёк, за старую карточку метро.

Она просто освобождала столешницу.

Так звучала официальная версия.

К четырём часам в «Литл Сэйнт» пахло цитрусовой цедрой, влажными пальто и первой открытой бутылкой вечера.

Бруно прикреплял к стене распечатанное объявление.

ЗАКРЫТОЕ МЕРОПРИЯТИЕ, 20:00

ВЕЧЕР ЗНАКОМСТВ В БРУКЛИНЕ

Натали остановилась.

— Нет.

Бруно оглянулся.

— Да.

— После расставания должен быть карантин.

— Это закрытое мероприятие.

— Лучше не стало.

— Организатор арендовала весь зал.

— Всё ещё плохо.

Бруно разгладил последний кусок скотча.

— Сегодня ты помогаешь за стойкой.

— Разумеется.

— Организатор просила не вмешиваться без необходимости.

— Что это значит?

— Наливай вино. Убирай бокалы. Не мешай людям разговаривать.

— Два пункта из трёх я выполню.

— Выполнишь все.

Из подсобки донёсся звон разбитого стекла.

Бруно закрыл глаза.

В дверях появился помощник бармена с ножкой бокала в руке.

— Он выскользнул.

— Обычно гравитация так и работает, — сказал Бруно.

Натали пошла за совком.

Следующие несколько часов исчезли в подготовке. Она нарезала апельсины, пополнила запасы за стойкой, проверила список гостей и перенаправила двенадцать бутылок просекко, предназначенных для соседнего ресторана.

За полчаса до начала пришла Пайпер.

На ней были тёмно-зелёный комбинезон, красная помада и удобные туфли. Она принесла коробку с бейджами и сразу принялась помогать передвигать высокие столы.

— Спасибо, что приняли нас, — сказала Пайпер. — Знаю, такие мероприятия бывают непростыми.

— Правда?

Пайпер устало улыбнулась.

— В прошлом месяце один мужчина расплакался во время раунда честности.

— Хорошо расплакался или плохо?

— Долго.

После этого Пайпер понравилась Натали чуть больше.

Незадолго до восьми начали приходить гости.

Женщины в мягких жакетах и с аккуратной помадой. Мужчины в чистых ботинках и дорогих куртках. Один посетитель не снял в помещении вязаную шапку и выглядел так уверенно, будто его много лет никто не поправлял.

Натали наливала вино, убирала бокалы и наблюдала, как заполняется зал.

На телефоне появилось сообщение от Тесс:

«Ужин отменился. У Пайпер оставался один билет, я его купила. Постарайся не паниковать».

Через несколько минут Тесс вошла в бар в чёрных брюках и красном свитере.

Натали уставилась на неё.

— Ты заплатила, чтобы прийти сюда?

— Мои планы на вечер сорвались.

— И поэтому ты купила билет на вечер знакомств?

— Бруно сказал, что будет сыр.

— Ты пришла ко мне на работу ради сыра?

— И ради моральной поддержки.

— Я её не просила.

— Меня это никогда не останавливало.

Тесс показала Пайпер подтверждение оплаты, получила бейдж и взяла бокал вина со стола для гостей.

Мужчина у окна как раз объяснял, что ищет отношения, в которых будет «пространство для развития».

Тесс взяла кусочек сыра.

— Пожалуй, я останусь.

— Иди знакомься.

— Я общаюсь с сыром.

Пайпер хлопнула в ладони, привлекая внимание.

— Спасибо, что пришли. Начнём с простого. Расскажите человеку рядом о своём самом ужасном первом свидании.

Несколько гостей сразу стали выглядеть менее воодушевлёнными.

Натали прошла мимо с подносом как раз в тот момент, когда женщина рассказывала:

— Он пришёл с мамой, но она сидела за соседним столиком.

Тесс наклонилась к Натали.

— Билет уже окупился.

Открылась входная дверь.

В зал ворвался холодный воздух.

Вошёл Рис.

Натали перестала наливать.

Вино не перестало.

Оно дошло до края бокала и растеклось по стойке.

Тесс посмотрела на лужицу, затем на Риса.

— Даже не начинай, — сказала Натали.

— Я ничего не сказала.

— Твои брови сказали.

Натали схватила полотенце.

Рис снял графитовое пальто и оглядел зал. Заметив Натали, он искренне удивился.

Её раздражало, как сильно это её успокоило.

Пайпер сверилась со списком гостей.

— Рис Калдер?

Он поднял руку.

— Ваша сестра предупредила, что вы можете попытаться уйти.

— Она слишком много говорит.

— Не совсем так она описала вашу проблему.

Пайпер вручила ему бейдж и направилась к следующему гостю.

Рис подошёл к стойке, всё ещё держа карточку с именем в руке.

— Натали.

— Рис Калдер.

Он посмотрел на бейдж.

— Быстро читаешь.

— Профессиональная привычка.

Тесс отвернулась, скрывая улыбку.

Рис посмотрел на неё.

— Подруга?

— Я купила билет, — ответила Тесс. — А ещё я её штатный свидетель.

Натали сделала вид, что не услышала.

— Что ты здесь делаешь?

Рис показал билет на телефоне.

— Сестра купила его ещё на прошлой неделе.

— Она отправила тебя на вечер знакомств?

— Сказала, что это для моего же блага.

— Звучит зловеще.

— У неё есть претензии.

— К чему?

— В основном к моему характеру.

Тесс демонстративно отпила вина.

Рис оглядел зал.

— Я не понял, что это ваш бар, пока машина не остановилась у входа.

— И ты всё-таки вошёл?

— Я уже заплатил за поездку.

Он приклеил бейдж к свитеру.

Один уголок сразу отошёл.

Рис прижал его снова.

Бейдж опять отклеился.

Натали наблюдала, не предлагая помощи.

— Многообещающее начало.

— Даже клей сомневается.

Пайпер позвала его к остальным гостям, пока бейдж не отвалился окончательно.

Тесс посмотрела ему вслед.

— У него есть сестра.

— И что?

— Она купила ему билет и предупредила организатора, что он может сбежать. Она мне уже нравится.

Натали закончила вытирать вино.

— Ты с ней даже не знакома.

— Я умею быстро привязываться.

— Это многое объясняет.

Постепенно вечер вошёл в неровный ритм. Некоторые разговоры складывались сами собой. Другие приходилось спасать. Пайпер переходила от одной группы к другой и вмешивалась, если кто-нибудь говорил слишком долго или превращал вопрос о свиданиях в презентацию собственного резюме.

Она справлялась лучше, чем ожидала Натали.

Первый раунд Рис провёл с женщиной в зелёном платье. У неё были блестящие тёмные волосы и смех, который слышал весь зал.

Натали за ними не наблюдала.

Она лишь проверяла, не нужно ли подлить воды.

Исключительно по работе.

Женщина коснулась рукава Риса.

Натали передвинула пустую бутылку на несколько сантиметров влево.

Рядом появилась Тесс с новым кусочком сыра.

— Бутылка тебя чем-то обидела?

— Она стояла не там.

— Она пустая.

— Даже пустые вещи могут мешать.

Тесс посмотрела в сторону Риса.

— Она красивая.

— Не заметила.

— Ты увидела её руку с другого конца зала.

— Я работаю в баре. Мне положено следить за руками.

— Конечно.

Подошёл Бруно с подносом чистых бокалов.

— Третий столик утверждает, что заказывал белое бургундское.

— Они указали на шардоне по бокалам.

— Налей им шардоне.

— Они будут жаловаться.

— Они и так собирались жаловаться.

Натали отнесла бутылку к столику.

Когда она вернулась, Пайпер пересчитывала гостей.

— Для следующего раунда одного человека не хватает.

Натали тут же сосредоточилась на пробках.

Пайпер заметила её.

— Натали, не могла бы ты ответить вместе с Рисом на один вопрос?

— Нет, не могу. Я на смене.

Голос прозвучал твёрже, чем Натали собиралась.

Несколько человек посмотрели в сторону стойки.

Щёки вспыхнули. Привычное извинение уже было готово сорваться с языка.

«Прости. Я не хотела сказать это так резко. Конечно, я могу».

Натали промолчала.

Пайпер сделала паузу.

— Точно. Прости, мне не стоило ставить тебя в такое положение.

Натали ожидала недовольства. Спокойное извинение застало её врасплох.

Рис не улыбнулся и не выглядел обиженным. Он лишь кивнул и снова повернулся к женщине в зелёном.

Натали потянулась за бутылкой и перехватила её поудобнее.

Мимо прошёл Бруно.

— Всё нормально?

— Да.

— Ты покраснела.

— В зале слишком много искренности.

— Наверное, дело в этом.

Посетитель у дальнего края стойки поднял пустой бокал. Натали пошла его обслужить.

Когда она вернулась, Рис ждал её один.

— Ещё воды? — спросила она.

— Я надеялся, что уже заслужил что-нибудь покрепче.

— Ты целый час обсуждал эмоциональную доступность. Вода безопаснее.

Он опёрся предплечьем о стойку.

— Ты сохранила чек.

— Очень самоуверенное предположение.

— Ты даже не спросила, какой именно чек.

Натали поставила чистый бокал на полку.

— Ты его выбросила? — спросил Рис.

Стоило соврать.

— Он у меня в кошельке.

Рис поднял бровь.

— Ты принесла его на работу.

— Просто переместила из одного места хранения в другое.

— Звучит как обдуманное решение.

— Оно таким не было.

Бровь осталась на месте.

— Ты часто так делаешь, — сказала Натали.

— Как?

— Решишь, что человек имеет в виду, ещё до того, как он закончит говорить.

Рис поджал губы.

— Мы знакомы два вечера. Для диагноза маловато.

— Я не ставила тебе диагноз.

— Но уже начала.

— Хорошо. Ты прав.

Рис посмотрел в сторону гостей.

— Ты действительно не хотела отвечать на вопрос?

— Нет.

— Потому что работала?

— Отчасти.

— А в остальном?

— Ты снова это делаешь.

Он опустил взгляд на стакан с водой.

— Точно.

На этот раз готового ответа у него не оказалось.

Натали ждала.

Наконец Рис сказал:

— Я признался, что хорошо умею начинать.

— Женщине в зелёном?

— Это был вопрос для всех.

— Ясно.

— Она сказала, что её худшая привычка — встречаться с мужчинами, которые называют себя сложными.

— Почувствовал себя задетым?

— Немного.

Натали улыбнулась раньше, чем успела себя остановить.

— А что происходит после начала?

Рис покрутил стакан между ладонями.

— Становится сложнее.

— Впечатляюще расплывчато.

— Зато правда.

— Удобно.

Он слегка сжал челюсть.

— Не обязательно превращать каждую мою фразу в улику.

— Ты сам оставил мне чек.

Рис едва заметно улыбнулся.

— Ладно.

Прежде чем кто-то из них успел сказать ещё хоть слово, рядом появилась Пайпер.

— Рис, Майя хотела поговорить с тобой до следующего раунда.

Женщина в зелёном подняла бокал на другом конце зала.

Рис посмотрел в её сторону.

— Подойду через минуту.

Пайпер ушла.

Натали взяла полотенце.

Рис посмотрел, как она его складывает.

— На стойке ничего нет.

— Я знаю.

Он кивнул в сторону её сумки.

— Раз уж сохранила чек, воспользуйся номером.

— Самоуверенно.

— Нетерпеливо.

— Это менее привлекательно.

— Я знаю.

Ответ прозвучал резче, чем прежде.

Затем Рис вернулся к остальным гостям.

Рядом с Натали появилась Тесс.

— Неплохо прошло.

— Правда?

— Нет. Но интересно.

— Ты советовала мне ему написать.

— Возможно, я ошиблась.

— Так быстро?

Тесс подняла кусочек сыра.

— Я быстро перестраиваюсь.

К концу вечера несколько человек обменялись номерами, одна пара успела поспорить о типах привязанности, а мужчина у окна объявил, что моногамия — это «в основном административное предпочтение».

Пайпер поблагодарила всех за участие.

Третий столик пожаловался на шардоне.

Кто-то смахнул бокал с высокого стола, и Натали собирала осколки, пока Бруно искал новый номерок для женщины, которая утверждала, что прежний «исчез энергетически».

У двери Майя задержала Риса ещё на пару минут.

Натали сосредоточилась на осколках.

Когда зал почти опустел, Рис подошёл к стойке перед уходом. Его бейдж каким-то образом оказался на рукаве пальто и теперь висел вверх ногами.

Натали заметила.

Он проследил за её взглядом.

— Я сдался.

— Мудро.

Несколько секунд они молчали.

— Спокойной ночи, Натали.

— Спокойной ночи.

Натали проводила его взглядом, дождалась, пока дверь закроется, и вернулась к бокалам.

Домой она добралась после полуночи.

На кухонную столешницу легли ключи, бальзам для губ, одна конфета в обёртке и кошелёк.

Натали проверила переписку с Тедом.

Ответа по-прежнему не было.

Она сказала себе, что просто хотела убедиться, что сообщение отправилось.

Оно отправилось.

Натали положила телефон.

Через тридцать секунд снова взяла его.

Ничего.

Вот тебе и прогресс.

Она достала из кошелька чек Риса.

«Напиши, когда перестанешь сомневаться».

Натали ввела его номер и напечатала:

«Это Натали. Я всё ещё сомневаюсь».

Удалила.

Звучало так, будто она выполнила его указание.

Попробовала ещё раз:

«Ты оставил номер так, будто мы в плохом фильме».

Тоже удалила.

Слишком старательно.

Натали ещё раз открыла переписку с Тедом.

Тишина.

Затем вернулась к пустому сообщению.

«Пока не впечатлил».

Перечитала дважды.

И отправила, прежде чем успела сделать мягче.

Ответ пришёл меньше чем через минуту.

«Отлично. Не хотелось бы сразу раскрывать все карты».

Натали рассмеялась.

На экране появились три точки.

«Возможно, загляну сегодня вечером».

Она напечатала:

«Звучит как угроза».

Ответ пришёл почти сразу:

«Считай предупреждением».

«Предупреждение тебя не спасёт».

«Рискну».

Натали положила телефон экраном вниз.

Улыбка никуда не делась.

Глава 4. Он придержал дверь

На следующее утро Натали выяснила, что после расставания мужчина не исчезает из Бруклина.

Он всего лишь исчезает из списка людей, которым она обязана отвечать.

Бруклин, к сожалению, фильтровать бывших не умел.

В десять сорок три Натали стояла в очереди в кофейне за углом. На ней были вчерашний чёрный свитер и сегодняшние солнечные очки, а выглядела она так, будто спала часов пять.

Рядом Тесс изучала витрину с выпечкой.

— Этот круассан выглядит эмоционально стабильным.

— Это слоёное тесто.

— Вот именно. Слои, структура, всё на месте.

Натали проверила телефон.

От Теда ничего.

От Риса одно сообщение.

«План всё ещё тот же? Пережить этот день?»

Она ответила:

«Слишком рано для таких обязательств».

В ответ пришёл поднятый большой палец.

Сдержанность или лень. Натали пока не решила.

Открылась входная дверь.

Вошёл Тед, придерживая её для женщины.

Натали перестала дышать.

Женщина прошла внутрь без спешки, извинений и того торопливого благодарного шажка, который Натали освоила задолго до совершеннолетия.

Просто вошла.

Тед последовал за ней.

Улыбаясь.

Он придержал дверь.

Для другой женщины.

В десять сорок три утра.

Тесс проследила за взглядом Натали.

— Нет, — тихо произнесла она.

— Нет.

— К сожалению, да.

Женщина была высокой, темноволосой, в кремовом пальто, таком мягком на вид, что оно, казалось, могло простить любое неудачное решение. Она посмотрела на меню и что-то сказала Теду.

Он наклонился ближе, чтобы расслышать.

Натали видела, как он пропускал мимо ушей целые предложения с расстояния в пятнадцать сантиметров.

Это выглядело незаконно.

— Не смотри так, — пробормотала Тесс.

— Я не смотрю.

— Ты собираешь доказательства.

Тед заметил их.

Его улыбка изменилась, стала осторожной, контролируемой.

— Нат, — сказал он.

При дневном свете Натали ненавидела это сокращение ещё сильнее.

Женщина обернулась.

Тед указал на них по очереди.

— Это Клэр.

Клэр улыбнулась.

— Привет.

— Привет, — ответила Натали.

Тесс придвинулась на полшага.

— Привет, — добавила она со спокойствием телохранителя, который недавно съел половину маффина и теперь ничего не боялся.

Тед внимательно посмотрел на Натали.

— Ты в порядке?

Все их отношения уместились в дежурное: «Ты в порядке?»

Внутри уже поднимался привычный ответ.

«Да. Конечно. Всё отлично. Не беспокойся обо мне».

Вместо этого Натали повернулась к меню.

— Я делаю заказ.

Тесс издала тихий одобрительный звук.

Клэр посмотрела на меловую доску с напитками дня.

— Что-нибудь посоветуешь?

Натали повернулась к ней.

Клэр не выглядела ни напряжённой, ни настороженной. Похоже, она не подозревала, сколько неприятных воспоминаний вошло в кофейню вместе с мужчиной в тёмно-синей куртке.

— Латте с кардамоном хороший, — сказала Натали.

Клэр улыбнулась.

— Спасибо.

Тед едва заметно напрягся.

Он ждал реакции.

Натали дала ему рекомендацию по кофе.

Бариста назвал её имя.

Она шагнула вперёд, забрала стакан и слишком резко развернулась.

Деревянная палочка выскользнула из пальцев и упала рядом с ботинком Теда.

Разумеется.

Тед нагнулся, поднял её и протянул Натали.

— Ты уронила.

Натали посмотрела на палочку.

Потом на него.

Затем протянула руку мимо Теда и взяла со стойки новую.

— Нет, не роняла.

Тесс подавилась воздухом.

Брови Клэр слегка приподнялись.

Тед выглядел скорее растерянным, чем задетым.

Отлично.

Натали размешала кофе и вышла на улицу, пока колени не вспомнили, как обычно реагировали на Теда.

Воздух оказался холодным, влажным и честным.

Она прошла половину квартала и остановилась возле стопки промокших газет.

— Меня сейчас стошнит на романтической почве.

Тесс протянула ей салфетку.

— Только не на свитер.

Натали прижала салфетку ко рту.

— Он придержал ей дверь.

— Я видела.

— Он никогда не придерживал дверь для меня.

— Я знаю.

— Однажды он позволил вращающейся двери ударить меня.

— В Уильямсбурге, — напомнила Тесс. — Ты сказала, что это было забавно, а потом плакала над картошкой фри.

— Я не плакала.

— Ты просто посолила картошку горем.

Натали сняла солнечные очки.

Через дорогу из кофейни вышли Тед и Клэр.

Спускаясь с тротуара, Тед слегка коснулся её локтя.

Небольшой жест. Осторожный. Естественный.

У Натали сжалось горло.

Она не хотела вернуть Теда.

Казалось бы, от этого всё должно было стать проще.

Не стало.

— Он умел, — сказала она.

Тесс смотрела, как они переходят дорогу.

— Похоже на то.

— Так ещё хуже.

— Да.

Тед и Клэр скрылись за углом.

Натали опустила взгляд в стакан.

— Я посоветовала ей латте с кардамоном.

— Посоветовала.

— Могла сказать, что фильтр-кофе здесь на вкус как горячий тротуар.

— Ты проявила сдержанность.

— Ненавижу сдержанность.

— Ты ещё тренировки ненавидишь. Похоже, и то и другое полезно.

Натали вернула ей салфетку.

— Вечером мне на работу.

— Я знаю.

— Я буду вести себя нормально.

Тесс посмотрела на неё.

— Ты только что отказалась признавать собственную палочку для кофе.

— Она перестала мне подходить.

— Юридически безупречно.

Натали снова надела очки.

— Сначала кофе. Нервный срыв потом.

— Вот это настрой.

— По-моему, это не настрой.

— Мы в Бруклине. Работаем с тем, что есть.

К шести часам «Литл Сэйнт» был полон.

Тесс зашла после ужина выпить газировки и каким-то образом застряла до конца вечера на крайнем стуле у рабочего края стойки.

За четвёртым столиком мужчина спросил свою спутницу, хочет ли она последнюю оливку, и, похоже, действительно хотел услышать ответ.

Натали уставилась на них.

Тесс проследила за её взглядом.

— Перестань изучать их как диких животных.

— Он предложил ей последнюю оливку.

— Может, он не любит оливки.

— Он сам их заказал.

— Тогда, возможно, мы наблюдаем близость.