Между льдом и пламенем, или Как сварить хорошее зелье

— Нет… — замялся парень. — То есть да… — пробормотал он, почему-то не поднимая на меня взгляда. Его губы сжались в тонкую нитку.

Я начинала нервничать. Неужели он и правда хочет все отменить? Ну вот, такое радужное настроение испортил! Сердце взволнованно опустилось куда-то в желудок. Ну же! Не молчи!

— В общем, не надо мне домашку, — наконец выдохнул он, повернулся ко мне спиной и начал быстро удаляться, словно я гонюсь за ним. — Сам решу! — приглушенно раздалось из-за угла.

Удивленно моргнула, не понимая, из-за чего тут надо было так нервничать и тем более так стремительно убегать, но тут же снова переключилась на мысли о том, что надо приобрести для опытов. В груди разлилось облегчение. Не эксперимент! Счастье сияющим светом снова затопило все мое сознание. А сегодня впереди еще несколько жутко интересных занятий и потом библиотека! Даже в комнату не надо будет заходить, чтобы передать тетради!

Подпрыгнув на месте, побежала на завтрак, начинающийся только после первой, дополнительной пары, во время которой адепты Столичной академии магии сами могут выбрать, какой предмет им необходимо подтянуть и посетить, стоит только записаться заранее.

Мне столько надо рассказать Бри! Это же такое открытие! Оказывается, ползунок вьющийся, который находится буквально везде, выступая в роли обыкновенного сорняка, тоже может быть смертельно ядовитым при правильном приготовлении! А какие симптомы! Да я бы в жизни их не отличила от отравления обыкновенной волчанкой! А зелье по нейтрализации!

Восхищенно прикрыла глаза, понимая, что уже жду не дождусь завтрашнего практикума по пройденной теме и приготовления как яда, так и нейтрализатора. Это будет просто нечто! А будущее парное занятие в лазарете… Говорят, там поступил кто-то с новым, крайне любопытным отравлением! К счастью, не смертельным, так что противоядие больному еще не дали, предоставляя всем возможность посмотреть — конечно, с согласия пациента, — как выглядят вживую некоторые симптомы.

С удвоенной скоростью припустила в столовую, не желая толочься в очереди за своей порцией еды еще минут пятнадцать и терять драгоценное время. Я просто обязана поделиться этим с подругой! Прямо сейчас! Немедленно! А потом скорее на следующую пару! Впереди же столько еще интересного!

К счастью, в очереди мне долго стоять не пришлось, и за стол к подруге я как раз успела присесть тогда, когда факультет ее нового ухажера только-только заходил в столовую, и у нас было еще немножечко времени, чтобы поболтать. Кажется, он был артефактником. Почему-то Бри всегда предпочитала усаживать своих поклонников с нами, указывая мне на то, что надо учиться себя вести в присутствии мужчин. Знала бы она, сколько учителей нанимал мне в свое время отец!

Вспомнила нудные, до пресности скучные уроки мадам Бьюри, которая по десять раз заставляла меня делать и повторять одно и то же. Да я в конце концов тупо взяла и просто наизусть выучила все пять томов дворцового этикета, лишь бы она от меня отстала со своими бесконечными придирками! А чего только стоила ее «правильная и полезная для юной леди» мерзкая на вкус, с запахом застарелой плесени овсянка! И помнится, каково же было мое удивление, когда, уезжая от нас, «выполнив свою миссию по укрощению строптивой гусеницы», она сообщила моему отцу, что я, оказывается, была одной из самых выдающихся ее учениц, способной возвысить наш род хорошей брачной связью.

— Бри! — восторженно позвала подругу, присаживаясь за наш маленький столик в левом углу величественного помещения столовой, украшенной сегодня чем-то зеленым. Каждый месяц это украшение меняется, полностью преображая все до неузнаваемости. Высокие арочные окна, проливающие на адептов тонны солнечного света, разукрашиваются специальной магической краской, делая лучи, проникающие сквозь них, цветными. Высокий, покрытый изъеденной тысячами лет лепниной потолок меняет свой оттенок, длинные гирлянды, подвешенные на нем, бывает вообще невозможно понять, из чего сделаны. Хотя подозреваю, что цвет потолка — это всего лишь хитро поставленное магическое освещение. Ну кому бы пришло в голову перекрашивать длинный, наверное с версту, потолок!

К счастью, в этом месяце все это была забота не нашего потока, и мне не пришлось снова трое суток сидеть под пристальным взором старосты факультета и вырезать каких-нибудь синих птичек, а не то он сообщит о моем очередном неудавшемся эксперименте ректору, а тот — моему отцу. А так… ну покрылся зелеными прыщами один из адептов и покрылся. Целители быстро вылечат.

Рассмотрела обстановку получше — дикий зеленый виноград с ароматными кистями нежно-прозрачных ягод, ненавязчивое вплетение белых лилий и серебристый дождь на стенах, мерцающий крохотными капельками росы. Удивленно вдохнула приятный аромат мокрой дороги и скошенной травы, смешанный со сладостью винограда. Как они все время добиваются таких эффектов? Никогда не задумывалась.

Прикинула возможные магические источники, которые можно было бы применить для воссоздания стены живых капель, и уже мысленно начала производить расчет формул, когда меня окликнула подруга.

— Лани! О чем ты задумалась? — Бриана улыбнулась, ковыряя вилкой лист зеленого салата у себя в тарелке, отодвигая его от себя подальше. Она их просто ненавидит. Солнечный зайчик осветил ее пшеничные волосы, заставив блестеть. Зеленые глаза мне понимающе улыбнулись.

Моргнула, возвращаясь в реальность и бросая бессмысленный расчет. Все равно я понятия не имею, какую переменную брать в магии воды, чтобы заставить ту находиться в жидком состоянии достаточно долго без подпитки извне. Уставилась на подругу.

— А, точно! — кивнула, быстро заталкивая в рот сразу половину пирожка с мясом. Надо еще успеть перечитать пару параграфов учебника перед парами, вдруг я что-то забыла из уже пройденного! — Ты представляешь, яды можно сделать практически из всего! — восторженно поделилась, запивая пирожок соком.

— Лани, сколько раз тебе говорить! — снова начала поучать меня подруга. — Нужно говорить только тогда, когда прожуешь!

Я мотнула головой, убирая упавшую на лицо прядку.

— У меня нет на это времени! — отмахнулась, засовывая в рот оставшуюся часть пирожка и запивая. Взяла вилку, приступая к салату. — А что, твой кавалер сегодня не с нами? — проводила взглядом прошедшего мимо нашего столика Родиола.

Бри вдруг смущенно зарделась и стрельнула глазами за соседний столик, где расположилась наша академическая знаменитость. Парень небрежно расселся на своем стуле среди таких же, как он, популярных адептов и медленно, словно лаская губами кружку, попивал чай, одаряя похотливыми взглядами мою подругу. Щеки Бри приобрели еще более пунцовый оттенок, она отвернулась.

— Родиол предпочитает проводить время за едой с друзьями, — срывающимся полушепотом сказала она, не в силах удержаться и снова не посмотреть на возможного будущего поклонника.

Я скептически приподняла одну бровь, припоминая, как он гулял тут по всей столовой, мечась от барышни к барышне. Одна даже довольно длительное время сидела рядом с ним с его друзьями. И вроде не так уж и давно это было.

Нахмурилась, припоминая, как та выглядела, и взглядом находя длинноногую блондинку. Она сидела через два столика от нас и зло сверлила взглядом мою подругу. Тихо хмыкнула. Бри большая девочка, сама разберется, если что. Не может не понимать, что с бывшей пассией ей точно придется иметь дело. У такого, как Родиол, не может быть все просто — он же звезда!

— Мелания, — снова мечтательно закатила глаза к потолку подруга. — Он такой замечательный! — солнечно улыбнулась она. На душе потеплело, и одновременно пришло облегчение — завтра меня точно наряжать не будут. Если она так себя ведет уже в первый день отношений, то новых всплесков украшательства можно не пугаться.

— Угу, — кивнула, не зная, что можно ответить ей по этому поводу. Возможно, она и права. Я же не знаю его личность, а внешность действительно вроде ничего так — не косой, не хромой. Да ладно, призналась сама себе: он красавчик даже по моим меркам! И тут же снова задумалась, высчитывая, какие же у меня мерки, что я считаю Родиола красавчиком.

— Лани, ты опять! — возмущенно засопела подруга, вырывая меня из собственных мыслей. — Хватит витать в облаках! Ты слышала, что я тебе сказала?

— А? Нет! Что? — вопросительно уставилась на нее, пододвигая к себе поближе ягодное желе. Тарелка с основным блюдом уже давно стояла пустая, и когда я успела?!

— Я говорю, через неделю будет ежегодный бал в день наступления весны! Ты с кем пойдешь? Родиол уже меня пригласил! — подруга, хитро улыбнувшись и хищно клацнув зубами по вилке, испытующе уставилась на меня.

Поморщилась. Да, я все ж таки имела дурость пообещать ей, что в этом году посещу это мероприятие точно. А она взамен обещала помогать мне с экспериментами. Чуть не застонала вслух, также вспомнив, что я еще сказала ей, что одену любое приготовленное ей для меня платье! Нет, ну это совсем уж кошмар!

— Да-да, подруга! Ты пойдешь туда! Платье я уже заказала!

Мне почти захотелось сейчас разрушить здесь что-то. Почти. Лишь бы не идти на скучное светское мероприятие. И вот кому это надо вообще? Обиженно засопела, понимая, что рыпаться в любом случае поздно — я сама себя загнала в эти условия, и подруга все же честно помогала мне весь этот год.

— Но ты обещала платье без рюшечек! — напомнила, не удержавшись.

— Я помню. Не волнуйся, Лани, — серьезно кивнула подруга. — Платье тебе понравится.

Скептически поджала губы и не стала развивать тему. Схватила поднос, вставая из-за стола.

— Ну ладно! Я побежала, давай, удачи! И да, если что, я после пар буду в библиотеке, — предупредила подругу о своем местонахождении.

В конце концов, скорее всего, именно ей придется снова меня оттуда вытаскивать, так как я иногда действительно не могу остановиться в своих расчетах, а тем более сегодня была такая тема про яды, столько всего надо изучить, столько проверить, составить списки…

Тихо бормоча себе под нос ближайшие дела на вечер, поспешила на пары, уже не замечая ни заинтересованных взглядов парней, ни тихих смешков девушек. Да, яркое платье — это, определенно, зло!

Глава 5. День неприятных новостей

Императорский дворец. Служба безопасности империи

Неделю спустя

— Как ты думаешь, зачем нас на этот раз вызвал дядюшка? — причмокнул губами младший из братьев-близнецов, мужчина с огненными волосами и такими же яркими глазами, всегда хранящими в себе искорки тлеющих угольков. Тонкие ухоженные пальцы сомкнулись на гарде меча, сжимая ее чуть сильнее, чем было необходимо. Его взгляд оценивающе прошелся по измотанному не менее, чем он сам, противнику. По идеальной коже пресса прокатилась одинокая хрустальная капелька пота, впитываясь в тонкую ткань тренировочных брюк и тут же испаряясь в воздухе, не выдержав повышенных температур.

Его тело осветили лучи солнца, решившего в последний раз за сегодня выглянуть из-за нависших облаков, порадовав окружающих минутой тепла перед предстоящей ночью, полной смеха и искрящихся на деревьях фонариков, призванных разгонять тоску проезжающих путников и веселить молодежь. Огненные пряди засветились ярче, жадно впитывая в себя кровавый закат, глаза полыхнули.

— Не знаю, — пожал плечами тонкий, гибкий мужчина, жадно глотающий воду прямо из кувшина, восстанавливая силы после долгого изнурительного поединка с собственным братом, ни на каплю не уступающим ему в мастерстве и изворотливости. — Вроде тот случай с дочерью казначея мы уже загладили. — Он хмыкнул, припоминая весело проведенное с неугомонной девицей время. — Нового ничего натворить не успели. — Он задумчиво нахмурился, восстанавливая в памяти прошедший месяц. По виску стекла капля пота, тут же превращаясь в крошечный, блестящий на солнце кристалл льда и падая на ровную поверхность мраморного пола, отполированного до блеска сотнями ног, тихо звякая, прекращая свою маленькую жизнь и разбиваясь на сотни осколков. Светлые волосы ледяным каскадом струились по спине, приятно щекоча кожу и охлаждая после горячки боя. Золотые искры солнца словно боялись до них дотрагиваться, осторожно окутывая силуэт мужчины холодным, морозным блеском.

— Вот именно, а просто так он не вызывает. — Огненный мужчина подошел к столу, отрывая от губ брата кувшин с водой и жадно присасываясь сам. Несколько капелек упали на его грудь, но в этот раз он не стал их испарять, позволив стечь чуть ниже.

Старший брат хмыкнул, позволяя напористости близнеца взять верх, терпеливо сложил руки на груди и повернулся к окну.

— Да, не к добру это. — Его голос озабоченно дрогнул. Скорый отъезд отца настораживал. Старик так и не захотел сказать причин внепланового отпуска, лишь пожелав своим сыновьям удачи и терпения. Светлые, цвета морозного льда, глаза устремились вдаль, пытаясь предугадать мысли императора, но для этого у него было слишком мало данных. Даже бессменный глава службы безопасности, коим он являлся наравне с братом, не мог знать все, что творится в империи.

Адриан молчаливо согласился, ставя опустошенный кувшин на место. Его руки непроизвольно зарылись в густую гриву волос, стягивая шнурок, сдерживающий пряди, и те буйным огненным каскадом рассыпались по плечам и спине, обжигая искрами пламени кожу. Мужчина довольно прищурился, наслаждаясь таким родным и близким для него теплом огня.

Луч закатного солнца в последний раз за сегодня осветил его лицо и скрылся за горизонтом. Меч, отброшенный в сторону, словно ненужная поломанная игрушка, обиженно громко звякнул о редчайшей породы звездный мрамор, покрывающий пол помещения для тренировок. По залу прокатился протяжный гул защитной магии, возмущенной на столь неосторожное движение.

Старший брат, Корнелий, тихо усмехнулся, уже привыкнув к повадкам близнеца разводить вокруг себя беспорядок. Его собственный меч, аккуратно уложенный на специальную подставку, благодарно блеснул стальным холодом.

— В любом случае надо навестить дядюшку, он ведь ждет. — Его глаза насмешливо заискрились смешинками, наблюдая за более вспыльчивым родственником, губы которого искривились в презрительной усмешке.

— Но если он еще раз начнет проводить лекцию по поводу того, с кем мне спать, а с кем… — В глазах мужчины блеснули искры злости, кулаки сжались. Он еще помнил ту получасовую нотацию, которую посмел выкатить им старший родственник, пользуясь своим высоким статусом и заставляя выслушать все претензии до самого конца.

— Угу. Ты разнесешь дворец, я думаю, дядюшка это учтет, когда будет сообщать нам свежие новости. — Блондин уже предвкушал этот момент, ведь новости абсолютно точно не были чем-то приятным, иначе отец бы не свалил в спешке куда подальше, прихватив с собой матушку. Он видел так похожие на его собственные глаза отца, отражающие напряженную задумчивость и крайнюю степень обеспокоенности, когда тот пришел с тайной встречи с дядюшкой. Император явно сказал ему что-то, что его не обрадовало. Так почему их должно?

— Надеюсь, — недовольно фыркнул рыжий, отрываясь от созерцания дворцового парка, испещренного сотнями тайных тропинок и уютных местечек, где ими обоими было проведено достаточно приятных минут с женщинами, и поспешил к высокой массивной двери, отрезающей крыло для физических тренировок от остального дворца. — В следующий раз выйдем на улицу, ненавижу эти рамки. — Его рука небрежно указала на укрытые деревянными панелями стены, хранящие в себе память тысячи боев.

— Как скажешь, — пожал плечами близнец. Ему было все равно, где тренироваться. Даже в лютую стужу ни один из них не замерзнет и не заболеет, будучи магами льда и огня. Надо будет только расчистить достаточно большую площадку для обоих. Снег, покрывающий покровы земли, еще явно нескоро собирался отдавать свои права уже подходящей достаточно близко весне, требующей ей отдать бразды правления. Битва по колено в сугробе — реально, но не слишком практично.

На самом деле ледяным магом его больше называли за глаза из-за его любви, в противовес брату, к холоду и морозу. По своей сути он был водяным магом, имея возможность управлять водой во всех ее состояниях, но морозная свежесть была Корнелию больше по душе, так что он предпочитал остужать поверхность собственного тела до минусовых температур, в то время как брат разогревал свою кожу до невероятных высот.

А вот друг друга они старались не касаться даже случайно, один обжигаясь лютым холодом, а второй горячим огнем. Это было пусть и не болезненно и не опасно для обоих, так как они являлись братьями невероятной духовной близости, но достаточно неприятно. Тренировки в раннем детстве, где наставники заставляли их подстраиваться под стихии друг друга, оттачивая слаженность движений, были весьма утомительными и нежеланными. Они больше любили моменты, когда их ставили друг против друга, заставляя искать изъяны в их вечно противоборствующих стихиях.

Мужчины прошли в соседнее, уже более уютное, с располагающей атмосферой помещение для отдыха. Теплый блеск зажженного огненным братом камина согревал сердца обоих. Все же за годы жизни бок о бок они научились находить баланс в своих отношениях со стихиями друг друга, и ледяной маг мог обрести нужное ему сейчас спокойствие в искрах пламени, а открытое окно, впускающее морозный воздух, приятно ласкающий тело огненного мага, также нравилось обоим.

— Пожалуй, надо переодеться к встрече, — хмыкнул один из братьев, удаляясь в выделенную ему во дворце комнату. Второй поспешил следом, заходя в смежное помещение. Их практически постоянное присутствие в резиденции императора было просто необходимо, когда оба брата, занимающие довольно высокий пост, решали те или иные дела, связанные с безопасностью и охраной дворца или территорий.

Парадные камзолы придворных аристократов выгодно подчеркивали тела обоих, заставляя вездесущую прислугу щуриться от блеска отполированных пряжек ремней и пуговиц, украшавших одеяние. Два стремительных в своей скорости мужчины быстрым шагом буквально пролетели по коридорам дворца, заходя в царство своего венценосного дядюшки, вынужденного отбывать ежедневную повинность в собственном кабинете, решая многочисленные дела империи.

Тихий стук костяшек пальцев одного из мужчин о добротную дубовую створку двери разнесся по коридору, а сурово сдвинутые брови его брата распугивали любопытный люд, предпочитавший не связываться с опасными близнецами, имеющими в империи значительный вес на политической арене и славящимися своим хладнокровием в разрешении дел и непрошибаемой суровостью взглядов.

— Да-да, войдите! — раздался приглушенный голос императора из-за створки. Братья тревожно переглянулись, еще не зная, что же за новости их могут ждать в этот уютный, кажется, еще совсем недавно беззаботный вечер, призванный дарить удовольствие и расслаблять в своей неге выходного дня.

Мужчины вошли в кабинет, сразу же, не спрашивая дозволения высокопоставленного родственника, рассаживаясь в удобно, словно специально для них расставленные кресла напротив массивного письменного стола. Огонь, ласкающий сухие поленья, тепло распушился искрами, уютно вписываясь в общую, пока еще спокойную обстановку кабинета.

Женщина, изображенная на единственной картине этого помещения, словно бы лукаво блеснула ореховыми глазами, глядя прямо на собеседников императора. Старший мужчина, Вильямс, скосил на нее печальный взгляд и в который раз глубоко вздохнул, собираясь с силами и ища одобрения женщины на портрете. Его пальцы нервно отбивали дробь по крышке стола. Аристократически тонкие губы поджались.

— Ты нас вызывал, дядюшка? — первым потерял спокойствие огненный брат-близнец, устав выслушивать дробный ритм стука пальцев. Атмосфера в комнате накалилась. Стало жарко. Искры пламени попытались было разрастись чуть дальше, за пределы камина, но два огненных мага чутко следили за их своеволием, не дав разгореться настоящему пожару.

Корнелий, так и не удосужившийся последовать придворному этикету и заплести волосы в тугую косу, тихо хмыкнул. Блики огня пытались играть в его волосах, но быстро гасли, признавая свое поражение перед зеркальной стихией. Льдисто-голубые глаза прикрылись, весь его вид олицетворял спокойное ожидание, и только его родной брат мог знать, какие страсти кипят за этой ледяной оболочкой.

Император прочистил горло, неторопливо обхватывая рукой стакан с водой и делая несколько маленьких глотков. Он не торопился начинать разговор с неприятных новостей. А то, что новости будут неприятными для его племянников, он прекрасно представлял. Кадык дернулся, выдавая его волнение. Близнецы переглянулись.

— Как вы знаете, совсем недавно у меня состоялся довольно серьезный разговор с вашим отцом, — начал он осторожно, не спеша вываливать на головы племянников сразу все новости.

— Знаем, — нетерпеливо покачал головой Адриан. Его глаза полыхнули раздражением. Манеру дядюшки говорить издалека и медленно продвигаться к сути он ненавидел.

Император твердо посмотрел на него, всем своим видом выражая неодобрение поведением племянника, но второй огненный маг в комнате не отступился, продолжая буравить старшего родича злым взглядом. Император надел на лицо уже привычную многим ледяную броню.

— Дальше, дядюшка, — теплым, бархатным и успокаивающим голосом попросил ледяной маг, даже не глядя на родственника, любуясь игривыми искрами в камине, разрастающимися в бушующее пламя из-за раздражения его брата. Он в любой момент был готов загасить огонь обоих мужчин, слишком вспыльчивых из-за своей яростной внутренней стихии.

На улице кто-то громко свистнул, подзывая императорского возничего. Послышался тихий топот лошадиных ног по брусчатке, и снова все смолкло. Маленькие фонарики в дворцовом парке бросали мягкие блики на стены помещения.

— Так вот, я предложил вашему отцу весьма выгодную сделку, и он согласился, — спустя какое-то время продолжил разговор император, дождавшись, пока в комнате буквально будет нечем дышать от пылающего жара одного из близнецов.

Губы младшего огненного мага искривила нервная ухмылка.

— И что же ты ему предложил?

Император нервно выдохнул, сжал пальцы на стакане и на мгновение замолк, собираясь с силами. Он прекрасно знал, как могут отреагировать его племянники, и не питал иллюзий по поводу их характеров. Хотя… сердце Вильямса сжалось от испытываемой им так некстати гордости за этих уже вполне взрослых мужчин. Они выросли достойными магами. Но то, что он должен им сообщить…

Близнецы замерли на своих креслах, также нетерпеливо ожидая продолжения. Пальцы огненного мужчины сжались в кулак, а ледяной взволнованно облизнулся. Острые льдинки в его глазах плясали светский хоровод, выдавая его неспокойное состояние.

— Один из вас должен жениться! — выдохнул император и тут же окружил себя наивысшей боевой защитной сферой из огня. Но минуты шли, а молчание в кабинете только растягивалось, делаясь почти осязаемым. И лишь тонкая корка льда, уже почти полностью покрывающая одно из кресел, продолжала разрастаться все дальше в стороны.

— Повтори, пожалуйста, что ты сказал, — предельно вежливо, но так, что в голосе сложно было не заметить тонких, смертельно опасных угрожающих ноток, прошипел беловолосый мужчина. Иней, припорошивший его ресницы, замер ледяными осколками. Адриан обеспокоенно повернулся к брату. Давно он его таким не видел.

Император поспешил встать с насиженного места и отойти подальше, просто на всякий случай. Эти двое во много раз превосходили его по силе, а он пока не спешил расставаться с жизнью.

— Я подобрал вам прекрасную девушку! Бриллиант! Красива, умна, воспитана! — начал было расписывать достоинства невесты император, намеренно опустив детали ее недостатков.

Одна ручка кресла ледяного мужчины с треском отломилась и, долетев до пола, разбилась на тысячу искрящихся осколков. Губы мага исказил звериный оскал. Адриан, сидящий до этого необычайно тихо и даже не попытавшийся выпустить свой внутренний огонь наружу, сейчас был более вменяем, но и он уже находился буквально на грани, готовый броситься на венценосного родственника в любой момент.

— И кто же из нас должен жениться? — Угроза в голосе никому не послышалась. Вторая ручка кресла, но уже у другого мужчины, жалобно хрустнула.

— А это решать вам! — быстро открестился император, сделав вид, что чем-то жутко заинтересован у дальнего стеллажа с книгами, а никак не напуган реакцией близнецов и просто-напросто опасается к ним подойти. Нет, конечно, они его не убьют и даже не покалечат, но… зачем так рисковать? Ему еще была дорога своя гордость хотя бы как память.