Отвергнутая истинная и прочие неприятности для дракона

Я испуганно пожала плечами.

— Ну… я как-то упустила, — пролепетала я, стараясь отвернуться от его прищуренного взгляда.

Он несколько секунд сверлил меня глазами, потом тяжело вздохнул:

— Наберут деревенщин, а я потом учи их с самых низов… Слушай сюда: во-первых, «люди-драконы» или «лорды-драконы» — это элита, у них в жилах течёт особая магическая кровь. Они правят владениями, обладают разумом, могут обращаться в драконью форму, но при этом сохраняют все человеческие черты мышления. Сильные, опасные, влиятельные, увидишь такого — молчи и опускай глаза. Ничего хорошего от них не дождёшься.

Слишком ярким было воспоминание о моём первом столкновении с драконицами и… с несчастной свадьбой. Но я старалась выглядеть так, будто просто заинтересована. Кивнула, чуть нервно правда. Он продолжил:

— Во-вторых, есть «дракониды». По сути, дикие звери. Выглядят наподобие драконов — крылья, хвост, чешуя, огненное дыхание — но ума у них, считай, нет. Точнее, есть примитивная злость, инстинкты и магическая сила. Но не разум в том смысле, как у людей.

— Понятно, — негромко произнесла я. — То есть дракониды это звери.

— Именно, — Бёрт кивнул, продолжая сверлить меня взглядом. — И знаешь, что странно? Что ты, такая взрослая, а не в курсе. Где ж ты росла, что даже о драконидах не слышала?

— Да… в очень глухом месте, наверное, — я почувствовала, как жар заливает лицо. — Или просто как-то не интересовалась драконами.

Бёрт прищурился ещё сильнее, явно что-то подозревая:

— Странно это. Любой в наших краях хоть раз да слышал, как дракониды сжигали деревни или нападали на стада. Ладно, не моё дело, — буркнул он.

Он ещё мгновение смотрел на меня испытующе.

Я вгляделась в решётчатую дверь, за которой слышалось глухое ворчание:

— Значит, они не понимают речи, не поддаются человеческим уговорам?

— Почти никогда, — Бёрт пожал плечами. — Есть редкие случаи, когда они подчиняются какому-нибудь сильному магу, но то скорее исключение. В целом — это дикое создание. Если попадётся раненое, стараемся вылечить и… либо отпустить, либо усыпить, смотря по обстоятельствам.

От его слов по спине пробежал холодок, хотя я постаралась сделать вид, что мне всё нипочём.

— Ну, если будут вопросы, задавай. Только не при зверях. Некоторые из них очень даже осознанные. Могут решить, что раз не знаешь о них ничего, то можно тебя съесть. — Это была, вероятно, попытка грубоватой шутки, но я лишь напряжённо улыбнулась.

Чёрт, теперь Бёрт догадался, что я слишком многого не знаю. А ведь именно такие мелочи могут выдать мою «нездешность». Надо быть аккуратнее.

— А что вон там? — кивнула я на внушительную решётчатую дверь, за которой едва слышался грузный хрип.

— Дракон-младенец, — поморщился Бёрт. — Точнее, подросток. Его ранило во время стычки с патрулём. Пока мы пытаемся залечить крыло. Но он не даётся.

Я ощутила дрожь в коленях. В груди странно кольнуло — всплеск жалости, любопытства и тревоги.

Бёрт жестом подозвал меня к большому стеллажу:

— Ладно, деревенщина, дуй за метлой и ведром. Работа сама себя не сделает. А уроки теории оставь на потом.

Сказал — и тут же двинулся дальше, явно считая, что для «новенькой» я получила достаточно информации. Я промолчала, только кивнула, принимая на плечи первое задание. В душе же уже бурлила новая тревога: я явно начинаю привлекать ненужное внимание своими пробелами в знаниях.

Нужно срочно научиться выдавать себя за «простую деревенскую девушку» более правдоподобно — иначе меня ждут вопросы, на которые пока нет вразумительных ответов.

— Начни от входа к огненным саламандрам. Потом соберёшь остатки скорлупы от их яиц. Они линяют, меняют оболочку, везде хлам.

— Поняла, — кивнула я, подбадривая себя мысленно.

Подумаешь саламандры…

— Только не потеряйся и не суй голову, куда не просят, — напоследок бросил мне Бёрт, направляясь к дальней секции.

— Ох, постараюсь, — ответила я.

Но не успела я даже сделать и пары шагов в сторону террариумов, как из глубины ангара снова донёсся скрежет, а затем низкий хриплый рёв. Там, за решёткой, что-то мощно ударило лапой или хвостом по металлическим прутьям.

Я прикусила губу: кажется, подросток-дракон скучает. Я сглотнула ком в горле и осторожно отступила на шаг, сжимая ручку ведра.

Саламандры? Ладно, начнём с них.

Глава 9. Неожиданный разговор

Работа с саламандрами оказалась намного более сложным занятием, чем можно было представить.

Казалось бы — просто убери остатки скорлупы и подбрось новый корм в маленькие огнеупорные миски. Но эти крохотные огненные создания так и норовили плюнуть в меня искрами, а одна даже шипела так, будто я лично наступила ей на хвост. Через полчаса руки были в лёгких ожогах, на лбу выступил пот, а настроение окончательно упало ниже нуля.

Это всего лишь огненные ящерицы! — мысленно успокаивала я себя, бросая остатки скорлупы в ведро. Но, откровенно говоря, дальше к более опасным животным идти совершенно не хотелось.

Я поднялась и собралась передохнуть, когда снова услышала звук, отчётливо доносящийся из глубины ангара. Глухой стук, затем протяжный, хриплый выдох, как у очень крупного животного. В памяти тут же всплыла решётчатая дверь и упоминание о раненом драконе-подростке.

Любопытство и тревога смешались в неприятный коктейль. Вопреки предупреждениям Берта, я поставила ведро и тихонько двинулась по направлению звука.

Я должна была хотя бы взглянуть. Чтобы понимать, с чем имею дело.

За поворотом стало тише, лишь металлическое побрякивание цепей нарушало тишину. Я осторожно подошла к двери. За ней, полускрытый сумраком, лежал огромный ящер с серебристо-серой чешуёй и перебинтованным крылом. Он тяжело дышал, периодически встряхивая головой, словно стараясь избавиться от боли.

Вдруг дракон медленно повернул голову и уставился на меня золотистыми глазами с вертикальными зрачками. В его взгляде читалось не только животное раздражение, но и… разум?

— Эй, ты чего там прячешься? — неожиданно прозвучал тихий, но отчётливый голос. Низкий, чуть хрипловатый, будто бы с эхом внутри.

Я вздрогнула, оглянулась, но поблизости никого не было. Только дракон смотрел прямо на меня.

— Это… это ты сказал? — спросила я дрожащим голосом.

— Нет, ручка от двери, — усмехнулся голос, и дракон чуть приподнял голову. — Конечно я. Не бойся, я не кусаюсь. По крайней мере, пока.

Я невольно улыбнулась, но тут же заставила себя взять серьёзный тон:

— Ты говоришь… Это значит, что ты дракон, а не драконоид?

Он презрительно фыркнул, пуская дымок из ноздрей:

— Драконоиды драконоидам рознь. Хотя эти ваши воины и учёные считают меня опасной зверушкой.

— А почему же они так решили? — тихо спросила я.

— Потому что они болваны, — ответил дракон устало. — Я был ранен, ослаблен и раздражён… — он сделал паузу, будто размышляя, стоит ли продолжать. — И я не знал, хотят они меня добить или помогут.

Я нервно сглотнула.

— Теперь ты понимаешь, что тебе ничего не угрожает? — спросила я.

Он внимательно посмотрел на меня, и в его взгляде вспыхнул странный огонёк:

— Да? Ты считаешь, что сидеть в клетке всю жизнь было пределом моих мечтаний?

— Эээ… Я слышала, что они хотят вылечить тебя, а дальше не знаю, — призналась я.

— То-то и оно, — резюмировал дракон и опустил морду на лапы.

— Позволь им помочь тебе? — попросила я, глядя на его порванное крыло.

— Ты другая, — сказал он вдруг. — Не такая, как эти бездари. И не местная.

У меня похолодело внутри. Откуда он мог знать? Я сделала шаг назад, пытаясь скрыть волнение:

— Я обычная… девушка.

— Ну конечно, — дракон презрительно фыркнул, выпустив дымок из ноздрей. — Обычная девушка, которая не знает разницы между драконами и драконоидами? Не убедительно.

— Ты слышал наш с Бертом разговор?

Я опустила глаза, сердце стучало так, что его наверняка было слышно.

Дракон слегка качнул головой и прикрыл глаза, словно устав от разговора:

— Тяжело было не услышать. Сделку хочешь? Ты поможешь мне, а я, может быть, помогу тебе.

Я помолчала, затем тихо сказала:

— А что нужно сделать?

Он взглянул на меня с неожиданной надеждой:

— Принеси воды. Они не слишком часто вспоминают о том, что и драконы хотят пить.

— Думаю, это я сделать смогу. А ещё?

— Я не даю лечить крыло, потому что они пытаются меня усыпить. Не хочу я в сонном состоянии быть лёгкой добычей этого вашего Бёрта!

Я хмыкнула.

— В этом я тебя точно понимаю. Ладно, сейчас принесу воды. Жди здесь.

— Да куда уж я денусь, — едко заметил дракончик.

Я осторожно направилась обратно к выходу, внутри чувствовала странную лёгкость и решимость. В этом мире, похоже, появились не только загадки, но и неожиданные союзники. Это не могло не радовать.

Вернувшись к саламандрам, я увидела ведро, опрокинула остатки скорлупы и пошла к большому крану в углу. Когда ведро было заполнено свежей водой, я вернулась к двери дракона.

Но как передать ему воду? Для этого нужно открыть дверь…

Сердце забилось сильнее. Я осторожно коснулась ручки. Замок, к моему удивлению, не был заперт на ключ — только тяжёлый металлический засов. Видимо, никто не ожидал, что кто-то осмелится открыть клетку по своей воле.

Всего лишь на минуту, — подумала я, собирая всю храбрость в кулак…

— Как тебя зовут? — спросила я.

Он помолчал, но потом всё же ответил:

— Пафи.

— А я Мира. Обещай, что не сделаешь ничего плохого, Пафи.

Тихо отодвинув засов, я приоткрыла дверь и осторожно шагнула внутрь. Дракон настороженно поднял голову и замер.

— Вот вода, — прошептала я, ставя ведро на пол. — Только тихо.

Дракон жадно потянулся к воде, сделав несколько больших глотков. Я не могла оторвать глаз от завораживающего зрелища — даже раненый, он оставался величественным существом.

Вдруг за моей спиной раздался громкий и очень раздражённый голос:

— Ты вообще в своём уме, деревенщина?!

Я резко обернулась. В дверях стоял Бёрт, его глаза сверкали гневом, кулаки сжаты так, что костяшки побелели.

Пафи зашипел.

Берт удерживал в руках огромную магическую сферу.

— Быстро выходи! — рявкнул он.

Я послушно вышла из клетки, а Берт с громким стуком захлопнул за мной дверь:

— Что, решила подружиться с драконом и наплевать на все правила?! Думаешь, тут детские игры?

Я инстинктивно отступила назад, наткнувшись на решётку, за которой напряжённо застыл Пафи.

— Я… я просто хотела дать ему воды, — пролепетала я.

— Ах, воды! — зло прорычал Бёрт, надвигаясь ближе и понижая голос до шипения. — А ты вообще подумала, почему именно эта тварь сидит за железной дверью на цепях?

И пока я лихорадочно соображала, как выкрутиться из этой ситуации, за моей спиной раздался грозный, предупреждающий рык дракона…

Глава 10. Шепчущая

Я стояла, прижимаясь к клетке спиной и боясь даже вздохнуть, глядя в сердитое лицо Бёрта. За дверью дракон продолжал тихо ворчать, раздражённо постукивая цепью по каменному полу.

— Ты хотя бы понимаешь, что могла натворить?! — рявкнул Берт, пронзая меня взглядом, от которого хотелось провалиться сквозь землю.

— Он же просто попросил воды… — тихо промямлила я.

Берт застыл, смотря на меня так, будто я сейчас заявила, что драконоиды играют в шахматы на досуге.

— Открыл пасть и так и сказал? — зло прорычал Берт.

А до меня вдруг дошло, что… а может Пафи только у меня в голове говорить умеет?

Я резко повернулась к крылатому.

— Именно, девочка, — произнёс он у меня в мыслях.

— Вы не слышите его? — спросила я Берта. — Он попросил воды, и я…

Берт вдруг замер и начал переводить взгляд с драконоида на меня.

— Попросил? Ты сказала «попросил»? — он сделал паузу и вдруг резко сузил глаза. — Ты его… слышишь?

Я растерянно кивнула.

— А он… говорит с тобой? — голос Бёрта стал напряжённым и тихим, почти зловещим.

— Ну… да, — прошептала я, чувствуя, как от страха желудок сводит в узел. — Это плохо?

Берт выругался себе под нос, затем снова взглянул на меня с таким выражением, будто увидел впервые:

— Ох, ничего себе деревенщину нам подсунули… Девочка, да ты же шепчущая!

Я изумлённо захлопала глазами.

— Кто?

— «Шепчущая», — повторил он терпеливо, словно общаясь с ребёнком. — Человек, который способен понимать язык диких драконов. Редкость невероятная. Так, стоп… — он внезапно осёкся, глядя на меня с таким видом, будто понял что-то важное и одновременно страшное. — Получается, ты слышишь его мысли?

Я снова растерянно кивнула, не в силах произнести ни слова.

Берт задумался, пристально разглядывая меня, затем вдруг резко отставил в сторону ведро с водой.

— Пойдём, — произнёс он тихо, хватая меня за руку так резко, что я чуть не вскрикнула.

— Куда? — спросила я, пытаясь высвободиться.

— Туда, где решают такие вопросы, — резко ответил он. — К декану.

Меня охватил настоящий ужас:

— Погодите, я ничего такого не сделала…

— Это уж не тебе решать, девочка, — проворчал он, таща меня по направлению к выходу из ангара. — Тут дело важное. Если у тебя действительно есть дар говорить с драконоидами, это меняет всё.

Сердце бешено колотилось в груди. Что теперь со мной будет? Неужели меня выгонят? Или ещё хуже — станут изучать, как какое-то редкое животное, поместив в соседнюю клетку с тем самым драконом?

А за спиной, в глубине ангара, я отчётливо услышала ворчливый голос Пафи:

— Эй, Мира! Ты ещё вернёшься, или мне уже не ждать?

Но сейчас я не могла ответить даже мысленно. Берт уже почти волоком тащил меня к тяжёлой двери на выход, и всё, о чём я могла думать, — это что моя и без того сложная жизнь в Академии вот-вот станет ещё сложнее.

— Поторопись, — буркнул Берт, таща меня по коридорам главного здания.

Красивое. И я бы повосхищалась, разглядывая фрески, лепнину и живопись, если бы не сходила с ума от беспокойства!

Наконец мы остановились перед дверью. Тёмное полированное дерево, золочёная ручка, солидная табличка с надписью:

«Декан Академии Верхогорья»

Я ощутила приступ головокружения и паники одновременно. Но Берт уже решительно постучал и, не дожидаясь ответа, втолкнул меня внутрь.

Кабинет был просторным и строгим: массивный стол, стены, уставленные книжными полками до потолка, широкий витраж за спиной декана и запах дорогих чернил. Сам декан — высокий, худощавый мужчина с чёрными волосами и пронизывающими серыми глазами — поднял взгляд на нас.

— Что-то срочное, Берт? — спокойно произнёс он, слегка нахмурившись.

— Простите, что беспокою, декан Вирен, — тихо и почтительно произнёс мой временный начальник, крепко держа меня за локоть, чтобы я не удрала. — Это девушка, Мира. Она новая помощница в ангаре.

Декан быстро окинул меня взглядом, затем снова посмотрел на Берта:

— И что же случилось?

— Кажется, она шепчущая, — Берт выделил последнее слово интонацией, словно оно само по себе всё объясняло.

Декан медленно отложил в сторону перо и внимательно посмотрел на меня:

— Ты слышишь драконов?

Я пожала плечами и чуть прикусила губу, едва сдерживая дрожь в коленях.

— Слышала, — тихо сказала я. — Один раз только! Может, мне вообще показалось, я же не выспалась.

Декан помолчал секунду-другую, затем спокойно поднялся из-за стола. Он не выглядел разъярённым или раздражённым, скорее наоборот — заинтересованным.

— Очень необычно. Настолько, что последняя шепчущая появлялась… — он сделал паузу, прищурившись, — кажется, лет пятьдесят назад. Давно же это было.

Он медленно подошёл ко мне и, сложив руки за спиной, начал обходить меня по кругу, разглядывая так пристально, словно искал что-то особенное. Я чувствовала себя неуютно, будто была какой-то редкой зверушкой в том самом ангаре. Декан словно изучал меня взглядом насквозь.

— Дракон говорил именно с тобой? — наконец спросил он.

— А с кем ещё? — тихо ответила я, стараясь не дрожать. — Он просто хотел пить… И ещё сказал про сон-траву, что от неё ему плохо.

Брови декана взлетели вверх от удивления:

— Любопытно, — пробормотал он. — Значит, он воспринимает тебя всерьёз. Это не типично для диких драконов.

— Он показался мне вполне разумным, — осторожно заметила я.

— В том-то и дело, — задумчиво произнёс декан. — Все считают драконидов дикими и безмозглыми, хотя на самом деле разум у них есть. Просто они не доверяют людям и никогда не разговаривают с нами. Но шепчущие способны их слышать и… договариваться.

— А это плохо или хорошо? — я сделала шаг назад, чувствуя себя крайне неуютно.

— Это зависит от того, кто об этом узнает, — коротко ответил декан, смерив меня проницательным взглядом. — Но здесь, в Академии, твой дар точно не останется без внимания.

Я с тревогой посмотрела на Берта, тот лишь пожал плечами и развёл руками, мол, «сама вляпалась — сама и выкручивайся».

Декан замолчал, продолжая ходить передо мной туда-сюда, затем резко остановился и снова взглянул мне в глаза:

— Кто ты такая?

Ну вот, вот и приехали…

Глава 11. Дерек

Дым поднимался к небу тяжёлыми клубами, постепенно растворяясь в темноте наступающей ночи. Я устало окинул взглядом лагерь. Повсюду слышались напряжённые голоса, бряцанье доспехов, крики раненых и глухие приказы капитанов.

Эта деревня, как и десятки других, лежала в руинах после очередного налёта драконоидов. Чешуйчатые твари, казалось, были готовы стереть мои земли с лица земли, не оставив после себя ничего, кроме выжженных полей и разрушенных домов.

— Милорд, — ко мне быстро подошёл адъютант, низко склонив голову. — Гонцы доставили сообщения. Эвакуация жителей завершена. Пострадавших временно разместили в палатках близ западных холмов, как вы приказали. Никто не остался на открытой местности.

Я кивнул, удовлетворённый хотя бы этим. Последние несколько дней я только и занимался тем, что отправлял воинов и магов, чтобы эвакуировать жителей из деревень, попадавших под удары драконоидов. Всё это давалось с огромным трудом: страх, паника, упрямство старейшин, не желающих оставлять родные места… Приходилось лично приказывать и даже угрожать, чтобы люди уходили и не подвергали себя лишней опасности.

— Как с временным жильём? — спросил я, отрываясь от тяжёлых раздумий. — Достаточно ли палаток и провизии для эвакуированных?

— Пока хватает, — быстро ответил адъютант. — Строим временные укрытия к западу отсюда. Люди… понимают, что это временно, но боятся возвращаться. Эти драконоиды…

Он осёкся, явно боясь сказать что-то не то.

— Я знаю, — оборвал я его, мрачно глядя на сгоревшие фермы на горизонте. — Сам вижу, что происходит. Набеги стали чаще, агрессия зверей растёт, и я никак не пойму причины их ярости.

Драконоиды всегда были проблемой, но обычно нападали редко и бессистемно. Теперь же казалось, будто их что-то целенаправленно подгоняет — звери атаковали одну деревню за другой, словно искали что-то или кого-то.

Я вошёл в наскоро разбитый шатёр на поле боя. Не смотря на жуткую усталость, посреди выжженных полей и пепла мне никак не удавалось выспаться.

Дым от пожарищ ел глаза, а неумолкающий лязг мечей и рычание драконоидов давно стали привычным фоном последних дней. Хорошо, что удалось настроить эффективную эвакуацию населения, почти никто физически не пострадал. Только экономика моей страны, моральный дух людей и моё эго. Я думал, что смогу заняться реформой образования в ближайшие годы, а по факту приходится разбираться с ящерами.

Я устало откинулся на спинку деревянного кресла, стискивая виски пальцами. Голова гудела от усталости, а тут ещё и эти письма. На временном столе высилась целая стопка — курьеры доставляли их сюда, даже в самую глушь, где мы с гвардейцами отбивали деревни от набегов драконоидов. Отбивали, кстати успешно, но звери брали количеством. Из пещер стали выползать даже самые старые драконоиды. И самые опасные тоже…

Я раздражённо отбросил в сторону письмо от очередной претендентки на мою руку и сердце. Что ни день — одно и то же. Либо сладкие речи о «вечной любви», либо нескромные намёки на то, как прекрасно девушка смотрелась бы в моей спальне. Порой мне казалось, что все дамы нашего королевства разом потеряли остатки благоразумия и приличия.

Если бы хоть одна из них могла помочь мне справиться со спятившими дикими драконами, я бы без промедления взял бы её замуж, в постель, и вписал бы в завещание!

Очередное письмо было написано аккуратным женским почерком, украшено засушенным цветком и благоухало какими-то духами. Я раздражённо скомкал его и швырнул в угол шатра.

— Милорд, ещё одно, — осторожно сообщил мой адъютант, войдя в шатёр и протягивая очередное любовное послание, перевязанное алой ленточкой.

— В костёр, — процедил я. — Если кто-то из этих безумных девиц хочет выйти замуж или попасть в мою постель, пусть сперва возьмёт меч и поможет мне разделаться с драконоидами.

Адъютант сдержал улыбку и почтительно кивнул, выходя из шатра.

Ничего. У меня есть план, и я его осуществлю. Жаль, конечно, этих ящеров, но они не оставляют мне выбора. Придётся пойти на полное истребление.

Я снова взял в руки стопку сообщений от разведчиков и командиров. Ситуация становилась всё хуже. Дикие драконы вели себя странно: нападения участились, стали более скоординированными и яростными. Деревни в моих землях вспыхивали одна за другой, люди бежали в панике, прося защиты и помощи. Силы на исходе, а конца этому безумию не видно.

— Дерек, когда ты уже со всем этим разберёшься? — пробормотал я сам себе с усталой насмешкой, откладывая донесения. — Хорош из тебя правитель, если не можешь защитить собственных людей от этих проклятых тварей.

Снаружи раздался удаляющийся грохот крыльев и глухие крики воинов, отгоняющих очередную волну драконоидов от лагеря. Я резко встал, собираясь присоединиться к ним, когда в шатёр снова зашёл адъютант. В руках у него был аккуратный свиток с синей печатью — гербом Академии Верхогорья.

— Что ещё? — спросил я резко.

— Письмо от декана Вирена, милорд. Посыльный настаивал, что это срочно и крайне важно, — тихо ответил адъютант, протягивая свиток.

Вирен… Декан Академии Верхогорья никогда не беспокоил по пустякам. Наше знакомство длилось долгие годы, и я хорошо знал: если уж он пишет, значит, что-то случилось.

Только этого мне не хватало. Неужели драконоиды добрались и до туда?

Я сломал печать и быстро пробежал глазами по строчкам:

Дерек,
Знаю, у тебя сейчас достаточно забот. Но обстоятельства вынуждают меня добавить ещё одну.

Сегодня в Академии обнаружилась шепчущая. Ты понимаешь, насколько это важно. Пока никто об этом не знает, но тайну долго не сохранить.

Девчонка необычная, явно не местная. Уверен, этот факт не случаен, и у меня очень дурные предчувствия.

Нам срочно нужна твоя помощь. Жду тебя в Академии при первой возможности.

Вирен.

Я отложил письмо и медленно выдохнул.

Шепчущая. Человек, способный слышать драконоидов и управлять ими — это звучало как издевательская шутка судьбы в моём нынешнем положении. Именно сейчас, когда дикие драконы буквально разрывают мои земли на части, появляется девушка, чей дар способен либо окончательно добить нас, либо спасти.