Спорим на босса

Сказать, что меня это бесило, — ничего не сказать. Сколько раз я от души награждала Никиту Сергеевича проклятьем поноса, не сосчитать! Но я, увы, не ведьма, и аппетит со здоровьем у шефа отменные. Не помню, чтобы за те два года, что я коротаю время на этой работе, его хотя бы раз насморк прихватил, не говоря уже о поносе.

Кабинеты у нас с Власовым смежные — по сути это две комнаты, соединённые между собой дверью, — и общая приёмная с секретарём по имени Оля. И несмотря на то, что Никита Сергеевич — мужчина, а я — женщина и оба мы молодые (он старше меня на пару—тройку лет), никому из коллег и в голову не приходило, что у нас с ним что-то есть. Я даже шуток таких ни разу не слышала. Честно говоря, Алла была единственным человеком, который подкалывал меня на тему привлекательности Власова, — остальные, как и я, считали, что у Никиты Сергеевича слишком принципиальный характер. Я так и вовсе была уверена, что он неспособен влюбиться или увлечься. Потому что такие чудовища, как он, не влюбляются! Они только зарабатывают деньги, причём с ловкостью и удовольствием, тратят их и треплют нервы сотрудникам.

Напившись чаю, я предсказуемо захотела в туалет, вышла из своего кабинета в приёмную и удивлённо приподняла брови — Оли на месте не было, хотя часы над её столом красноречиво показывали половину десятого. Но это было не настолько удивительно — Оля работала у нас второй месяц и пунктуальностью не отличалась. А вот тот факт, что в офисе до сих пор не было Власова, меня тревожил.

Решив, что подумаю об этом после посещения туалета, я направилась к выходу… И как раз когда я протянула ладонь к ручке, створка стремительно распахнулась и прилетела мне прямиком в лоб!

*

Дорогие читатели, следующая история нашего литмоба:

Натали Нил

(не)идеальная подчиненная

https://litnet.com/shrt/eXDW

#властный гг #неунывающая гг

Майя мечтала о карьерном росте. Вместо этого — увольнение, обвинение и долг в космическую сумму от нового владельца сети ювелирных бутиков. Мужчины, которого она уже успела оскорбить…

Он предлагает «отработать» долг, став его личной помощницей.
Каждый день рядом с мужчиной, который привык получать всё, что хочет...

Вопрос только в одном: он хочет от неё работу… или её саму?

14

Полина

— Ёперный театр! — смешно ругнулся Власов, поймав меня в попытке грохнуться на пол. Перед глазами плясали звёздочки и мухи, причём плясали в темноте. Да, кажется, дело плохо. — Как вас так угораздило, Полина Вадимовна?!

— Меня?! — я настолько возмутилась, что даже чуть ожила. Конечно, Никита Сергеевич всегда прав, а если он не прав, смотри пункт первый!

— Конечно, а кого? У нас дверь полупрозрачная, вы не видели, что я шёл, что ли?!

— Она не настолько полупрозрачная! — ответила я и неожиданно осознала, что в процессе подхватывания Власов умудрился прижать меня к себе настолько плотно, что я отлично чувствовала твёрдость его тела — даже там, где её не должно быть, — а ещё его руки совершенно нагло лежали на моих ягодицах.

Это всё платформа виновата. Если бы не она, Никита Сергеевич до моей попы просто не достал бы.

— Достаточно, чтобы видеть, когда снаружи кто-то идёт, — парировал Власов, сжав пальцы. Я пискнула, пару раз моргнула, чтобы прогнать темноту и звёздочки перед глазами и посмотреть наконец на начальника, а Никита Сергеевич между тем невозмутимо продолжал: — Как вы себя чувствуете-то? А то шишка приличная.

«У вас тоже приличная шишка!» — хотелось пошутить мне, но вместе со зрением возвращалась хорошая девочка Поля. Хорошая и скромная, да…

— Весьма противоречиво я себя чувствую, — пробурчала я, изучая гладко выбритую физиономию Власова. Хорош, чертяка, этого не отнять. Подбородок волевой, нос с горбинкой, глаза тёмно-карие и глубокие, губы тонкие, упрямо поджатые — в общем, классический красавец, что называется, дайте два. Хотя нет, не надо второго, мне и этого хватает, чтобы окосеть.

— Полежите немного, Полина Вадимовна, — слегка рассеянно ответил Власов, и его взгляд откровенно нырнул мне в вырез блузки. Поблуждал там, стал немного мечтательным, а затем вернулся к моим глазам. — Вы сегодня куда-то идёте, что ли? Одеты необычно.

И тут Никита Сергеевич, кажется, наконец осознал, на каком именно месте лежат его ладони, — потому что начал стремительно багроветь.

— Никуда я не иду, я вся ваша, — ответила я что-то явно двусмысленное, потому что Власов побагровел сильнее, а затем…

Тьфу ты! Снял руки с моих ягодиц, гад, и убрал себе за спину, отходя от меня на шаг.

Нет, так не пойдёт.

— Ой-ой, — тут же запричитала я и вновь попыталась осесть на пол, пришлось начальству меня подхватывать. Но на этот раз багровый Власов был предусмотрительнее и схватился за мою талию. — Голова кружится…

— Говорю же, полежите! — почти прорычал шеф. — Только не в приёмной, вас могут неправильно понять.

— А где тогда? У меня в кабинете только компьютерное кресло.

Ответ был очевиден.

— Пойдёмте в мой кабинет, — процедил Никита Сергеевич, но слово «пойдёмте» к дальнейшим событиям не очень подходило — потому что он не пошёл, а потащил меня к себе в кабинет, где стоял весьма симпатичный кожаный диван. Усадил на него и продолжил, глядя куда-то поверх моей головы: — Пойду сделаю себе кофе. Оля заболела, не придёт.

И убежал со скоростью девственницы, увидевшей мужчину без штанов.

А передо мной возникла непростая дилемма.

Во-первых, надо бы продолжать соблазнение. Я лежу тут вся такая красивая на диване у шефа в кабинете — идеальная ситуация!

Но, во-вторых — и этот факт мешал ситуации быть идеальной, — я безумно хотела в туалет. А когда человек хочет в туалет, он, как известно, думать ни о чём больше не способен.

Так… и что делать?

*

Дорогие читатели, седьмая история нашего литмоба:

Анастасия Сова

"Отец подруги. Мой новый босс'

https://litnet.com/shrt/mekj

#разница в возрасте #властный герой

«Здравствуйте, Тимур Александрович, я ваша новая помощница. Кстати, насчет вчерашней ночи…», – мысленно начинаю я и сразу же кривлюсь.

Как же глупо!

По-идиотски!

«Извините, это недоразумение, я не…», – еще хуже.

Звучит как оправдание ребенка, пойманного за руку.

И подумать не могла, что в первый рабочий день придется говорить ТАКОЕ.

Думала, что буду самой счастливой, ведь работать в крупном холдинге было моей мечтой.

Но все как-то резко усложнилось.

Вчера.

Когда я оказалась в спальне отца лучшей подруги.

15

Никита

Уикенд, как говорится, не задался. Мало того, что Генка поймал меня на договоре, ещё и дома настоящий бедлам. Об этом думать не хотелось, но парочка пьяных друзей жены сломали моё представление о мирном разводе.

В итоге я выгнал обоих, когда они минут через десять скромненько, по стеночке вышли из ванной. Жену в это время было не видно и не слышно — хотя выгонял незваных гостей я громко, могла бы прийти и начать защищать, но нет. Чуть позже оказалось, что жена, пока я сражался с двумя непонятными личностями, завалилась спать, и мне бы тоже лечь, ибо время недетское, но…

Оставаться в квартире, пропахшей алкоголем и запахом пота чужих людей, не хотелось. С тяжёлым сердцем набрал номер Генки, долго слушал гудки в ухе. Когда наконец раздался щелчок, я вздрогнул.

— Да, — сонно пробормотал приятель и тут же отключился.

Я позвонил снова и сразу закричал:

— Ген, не бросай трубку! Пусти к себе на пару дней.

— Э-э-э… — протянул Генка, громко зевнул, потом послышались какие-то приглушённые звуки, женский голос. Кажется, даже не один — совсем у Генки от баб крыша поехала. — Кит, понимаешь… я тут…

Я понимал. Ещё как понимал, поэтому сбросил звонок сам. Несколько секунд сидел, закрыв глаза. Бессонная ночь и пережитый стресс вырубили напрочь сознание. Никак не мог сообразить, что делать дальше, и просто позвонил в ближайший отель.

Вещи собрал за пять минут. Бросил в сумку пару рубашек, брюк, несколько комплектов нижнего белья и позорно сбежал из квартиры.

Провались тут всё в тартарары! Маринка заварила кашу, пусть её и расхлёбывает.

Не хочу больше такой жизни!

Баста!

Субботу провёл с выключенным смартфоном. Спал, ел, смотрел телевизор. И думал, думал, думал…

В воскресенье, ближе к вечеру, разъедающее душу чувство вины взяло верх. Включил телефон, и он тут же взорвался от уведомлений. Сообщения от матери, от Генки, но больше всего — от неё.

«Власов, нельзя же так! — писала Маринка. — Я пригласила Клаву, чтобы она освятила нашу квартиру, убрала чёрную ауру. Знаешь, какая она знаменитая в нашей тусе! А ты всё испортил! Что обо мне теперь подумают люди?!»

— Ага, а меня будто это волнует, — процедил сквозь зубы я. — Аура у неё, видите ли, чёрная! А кто виноват?

Но Маринка не унималась.

«Власов, ты подлый мерзавец!»

«Ты гад!»

«Ублюдок!»

«Предатель!»

Маринка выплёвывала слова, словно яд.

«Гореть тебе в аду! Чтоб черти тебя жарили на медленном огне! Чтоб ты мучился вечно, как мучаюсь сейчас я!»

«Не хочу тебя видеть!»

«Встретимся в суде!»

Десятки гневных, истеричных, злобных сообщений.

Я прочитал лишь несколько, и голова закружилась. Стёр все, как будто и не было.

Маринка всегда была такой — сначала взрывалась и оскорбляла, а потом успокаивалась, начинала жалеть и извиняться. Подозреваю, что это ждёт меня завтра… И даже не знаю, что хуже.

Ругающуюся Маринку было гораздо проще игнорировать.

— В суде так в суде, — пробормотал я себе под нос.

Уже набрал номер адвоката своей фирмы и спохватился: куда тороплюсь? В понедельник позвоню и разложу ему всё по полочкам. Начну жизнь с чистого листа. И никаких жён и обязательств в моём мире больше не будет! Встретились, переспали, расстались.

Всё!

*

Дорогие читатели, следующая история нашего литмоба:

Анна Лапина "Белоснежка для Биг Босса '

https://litnet.com/shrt/mzJP

#разница в возрасте #противостояние героев

- Я отказываюсь! Я не буду на него работать! — восклицаю, глядя на этого наглеца, который смотрит на меня, как на кусок вкусного пирога.
— О нет! — кровожадно тянет он. — Будешь! Насколько я помню, тебя уже оформили…
— Я… Я увольняюсь! — выкрикиваю.
— Тогда две недели отработки, Маргарита Леопольдовна, — расплывается этот неотёсанный мужчина в улыбке. — Две недели вы в моей власти! В моей и только! — ликует он от своей победы и ловушки, в которую меня загнал.
— Нет!
— О да… — кивает Лапин с той же улыбкой. — И, дорогуша, вы ответите за всё, что сделали мне за последнюю неделю…
Пусть даже не мечтает!
Это он ответит за всё, что сделал! За каждый мой погибший по его вине нерв!
— Мы ещё посмотрим, кто кого, — рычу на него.
— Посмотрим, Белоснежка…

16

Никита

Утром в понедельник, приняв душ и выпив чашку крепкого кофе, я почувствовал в себе силы двигаться дальше.

«Надо позвонить Маринке, — закралась шальная мыслишка. — Просто позвоню и поставлю перед фактом, что развожусь».

Я сделал несколько глубоких вдохов и будто в воду бросился: позвонил жене. Она ответила сразу, при первом гудке, но я не дал ей и слова сказать: выпалил речитативом заготовленные фразы и замолчал, переводя дух.

Маринка тоже молчала.

Молчание, конечно, золото, но в данном случае оно скорее тянуло на увесистый слиток, которым вот-вот прилетит в голову. Я это нутром чувствовал, но всё же попытался смягчить пилюлю.

— Ты не волнуйся, без средств я тебя не оставлю. Квартира — твоя, деньгами обеспечу, — заторопился я, хотел продолжить цепочку подарков, как чуть не подпрыгнул от дикого визга.

— Ты с ума сошёл? Какой развод? Ты вообще понимаешь, что говоришь? — вопила на максимальных децибелах Маринка.

В её голосе не было слёз: в нём клокотала ярость, которая выплёскивалась наружу словами.

— Марин, я устал от наших постоянных ссор, от недопонимания. Мы стали чужими друг другу, а я хочу, чтобы ты была счастлива.

— И кто же тебя делает счастливым? — внезапно холодно спросила Маринка, и я напрягся: одно дело — визгливая истерика, и совсем другое — когда жена собирала волю в кулак. — Эта твоя новая секретарша?

— Кто? Оля?

— Наверняка уже глазки строит, пока тебе кофе носит! Или, может, нашёл себе фею-крёстную в бизнес-классе, пока я дома сидела? — в голосе жены шипел кипяток, готовый обжечь всё вокруг.

— Да ты спятила? Я и в командировках не бываю.

Я пытался, как опытный сапёр, разминировать бомбу словесного гнева, но чувствовал, что провода перепутаны и в любой момент может рвануть.

— Козёл! Предатель! Как таких, как ты, земля носит! Я тебе всю юность отдала…

Я отодвинул телефон подальше от уха и тут зацепил взглядом время. Твою ж мать! Пока слушал Маринкины вопли, безнадёжно опоздал на работу! Сразу отключил мобильник и пулей вылетел из номера.

Подъезжал к зданию, где располагалось моё бюро, на максимальном нервном заводе. Бесило абсолютно всё: транспорт, обгонявший мой «Мерседес», светофоры, пешеходы, которые норовили перебежать дорогу прямо перед носом авто. В результате на стоянке перед офисом захлопнул дверцу машины с такой силой, что у соседних сработали сигнализации.

К офисному зданию я шагал как солдат, идущий в атаку. Я чувствовал, что раздражение бурлит во мне, словно лава, готовая вырваться наружу и испепелить всё вокруг.

Внезапно я заметил какое-то движение над головой. Посмотрел вверх и замер: буква «к» в слове «транскрипция» — название моего бюро — мигнула в последний раз и погасла.

— Да чтоб тебе! — зарычал я.

Теперь название делилось на две части: «Транс» — чёрная дырка — «рипция». Представляю недоумение случайного прохожего. Наверняка задумается, что прячется за дверями этого входа: фирма трансов или загадочных рептилий.

Может, стоит переименоваться?

Например, в «Бюро Переводов с Подмигиванием»? Или, наоборот, что-то брутальное, типа «Лингвистический Кулак»?

Я тут же представил себе визитки с кулаком, сжимающим словарь, и передёрнулся: нет, это перебор.

Я рванул к входу. Мгновенно взлетел по ступенькам, ворвался в здание ураганом. Наверное, вид у меня был такой грозный, что из своей каморки выскочил охранник.

— Никита Сергеевич, доброе утро.

— Доброе, — буркнул я сквозь зубы и кивнул в сторону выхода. — В нашей вывеске буква «к» погасла.

— Да, я знаю, — улыбнулся словоохотливый Николай Тимофеевич и пошутил: — Лампочка «к» не выдержала бремени высокой лингвистики.

И всё! Это стало последней каплей. В глазах потемнело, ярость мощным потоком ударила в кровь.

— Знаете? — мой голос внезапно охрип, я еле сдержал эмоции, чтобы не взорваться и не разнести к чертям собачьим завхоза, охранника и безалаберных сотрудников. — И что? И что, я вас спрашиваю?! Вам плевать, что у нас тут полная задница творится? Люди, приходящие сюда, видят эту кривую вывеску и что думают? Что тут работают разгильдяи! Что тут всё через одно место! А вы… вы улыбаетесь!

Николай Тимофеевич невозмутимо пожал плечами.

— Ну, знаете, всякое бывает. Лампочка перегорела. Делов-то. Да и ремонтников я уже вызвал. О, а вот и они!

Он махнул в сторону витринного окна, я проследил за его рукой взглядом и… смутился: на стоянку действительно выруливала машина электриков.