Нарисованное счастье Лоры Грей

- Что такое, Лори? – улыбнулся он, в его ясных голубых глазах заблестели лучики смеха, словно я веду себя как ребенок. – Встречались на нейтральной территории. Ты что, искала меня в офисе? Глупенькая, - успокаивающе чмокнул он меня в лоб, скинул ботинки и подал мне в руки сумку и мольберт. – Не о чем было волноваться.

Растерянно моргая, я вдруг почувствовала себя виноватой в том, что плохо подумала о муже. Как я могла поверить в то, что Малкольм променял меня на другую? Ни разу за шестнадцать лет он не давал мне повода усомниться в нем!

Мой потрясенный разум уцепился за возможность вернуть мир в семью. Язык не поворачивался задавать вопросы: я не хотела устраивать ссору и прослыть истеричной и ревнивой женой, такой как другие. Мы с мужем всегда доверяли друг другу.

- Ладно, пойду в парк, - согласилась я, неуверенно улыбнувшись в ответ.

- Не задерживайся, - кивнул муж, подарив мне широкую и открытую улыбку.

Было трудно решить, что Малкольм способен обманывать меня столь цинично. Глядя на его честное и спокойное лицо, хотелось верить ему безоговорочно.

Запала хватило ненадолго. Стоило оказаться в парке, и сомнения вернулись с удвоенной силой. Лихорадочно вспоминая события сегодняшнего дня, я приходила попеременно то к одному выводу, то к другому. Вот же Малкольм, с такими живыми и искренними глазами, смотрит на меня влюбленно, почти как в день нашей свадьбы – идеальный муж, о котором только можно мечтать! Но стоило припомнить иссиня-черную «бмв» возле отеля, и тяжелая волна депрессии накатывала на меня.

В конце концов я сдалась: села на скамейку, опустила лицо в ладони и расплакалась. Руки дрожали, а душа отчаянно страдала: с горечью я осознала, что моя жизнь теперь не будет прежней. Даже если я на этот раз поверю Малкольму, сердце начнет точить вечный червь сомнения, пока не разрушит изнутри. Я буду постоянно искать признаки измены, следить за распорядком дня мужа, подозревать. Мой идеальный счастливый брак больше никогда не будет идеальным…

Услышав знакомое равномерное поскрипывание снега, я поняла, что мой бегун привычно появился в парке, но сейчас уже не воспринимала его появление как нечто опасное и прекрасное, вдохновляющее писать потрясающие пейзажи, наполненные только мне понятным глубоким смыслом. Меня тошнило от неизвестности и боли.

Шаги неуверенно замедлились и вовсе прекратились. Я зарыдала сильнее, догадавшись, что мужчина направился ко мне. Хотела сдержаться, но не могла. И даже когда разгоряченная ладонь осторожно легла мне на спину, не подняла голову.

Часть 5

Он молчал, позволяя мне выплакаться. И упорно не уходил. Я не знала его имени, не представляла, хороший ли он человек, но была благодарна за поддержку, чем бы она ни была продиктована.

Когда слезы выдохлись, я вытерла лицо. И только тогда он задал вопрос:

- Что случилось?

Голос был тихим, полным сочувствия и какой-то непоколебимой властности – так разговаривает с пациентом врач, точно знающий, что способен помочь.

- Не думаю, что вам это интересно, - возразила я, не желая обременять незнакомого человека своими проблемами.

- Я все еще здесь, - настоял он, заставив меня вздохнуть от необъяснимого облегчения. Какой-то части меня хотелось, чтобы он так ответил, даже если наше общение было неправильным от начала и до конца.

Я закусила губу, колеблясь в нерешительности. Но ласковое поглаживание по спине, чуть было не заставившее меня вновь расплакаться, оказалось убедительным.

- Я думаю, что муж мне изменяет, - прошептала я, все еще не решаясь поднять глаза на мужчину: боялась растерять присутствие духа и не хотела, чтобы он видел меня такой жалкой и беспомощной. Голос снова задрожал, не только от слез, но и от обиды: - Сегодня видела его машину возле отеля, который популярен среди неверных пар. Но муж уверяет, что там проходила конференция. Это возможно? Деловые встречи устраивают в отелях?

- Может быть, - мрачно предположил бегун. – Есть способ проверить это точно.

- Проверить? Как? – всплеснула я рукой, не представляя, чтобы я смогла прийти на ресепшен и потребовать записи обо всех посещениях. - Разве это не закрытая информация?

- Для вас – да, но для меня – нет.

- И кто вы? – почти успокоившись, но испытывая сильное опустошение, пробормотала я.

- Частный детектив.

Это заставило меня повернуть, наконец, голову. Яркие глаза цвета серебра смотрели на меня серьезно и сосредоточенно, ладонь все еще оставалась на моей сгорбленной спине, утешая так хорошо, будто обладала волшебным свойством физически забирать горе.

- Один мой школьный приятель стал копом, - некстати вспомнила я, шмыгнув носом.

Бегун приподнял уголки четко очерченных губ.

- Тогда вы знаете, что мне можно довериться, - резюмировал он. Его толстовка еще не успела намокнуть от пота, и я могла ощутить, как божественно пахнет его чистая кожа.

- Смотрите, что можно сделать, - по-деловому сдвинул брови он, сложив ладони перед собой, и я судорожно вздохнула от потери контакта с его рукой, потому что ко мне тут же вернулось это ужасное чувство боли и одиночества. – Если с отелем ничего не срастется, я могу установить за вашим мужем слежку. Если у него есть любовница, рано или поздно я это обнаружу.

- Мне нужно будет вам заплатить? – робко предположила я.

Он немного смутился.

- Это проблема?

- Нет-нет, у меня есть деньги, - поспешила я кивнуть, - просто не уверена, что хочу знать правду…

Мужчина приподнял бровь.

- Предпочитаете плакать ночами, терзаясь подозрениями всю оставшуюся жизнь? Не доверять мужу, беспокоиться, когда он задерживается на работе? С моей помощью вы будете точно знать, есть ли у него скелеты в шкафу. Если он действительно вам изменяет, тогда и подумаете, что делать с этим. А если это не подтвердится, доверие и спокойствие полностью вернутся в ваш брак. Решение, конечно, за вами.

Я вздохнула, заставив себя сосредоточиться на желаниях и последствиях. Закрыла глаза и представила, как вернусь сегодня домой, лягу в постель и буду мучиться мыслями о том, не обнимал ли Малкольм другую. Всякий раз буду принюхиваться, когда он приходит с работы, боясь уловить запах чужих женских духов. Присматриваться к следам губной помады на белой рубашке. Каждую минуту каждого дня буду гадать, работает Малкольм или встречается с очередной женщиной. Нет, такая жизнь не для меня. Детектив прав, я должна узнать любую правду, даже если она мне не понравится и разрушит мой привычный счастливый мирок. Но зато если я надумала проблему, то посмеюсь и забуду этот нелепый случай, и все снова будет хорошо.

- Я согласна, - взглянула я в выжидающие серые глаза, отметив не без досады, что теперь, когда я узнала профессию бегуна, он стал еще сильнее привлекать меня. Красивый мужчина, готовый помочь плачущей на скамейке незнакомке, да еще и борец со злом, как тут устоять, особенно женщине, оказавшейся в трудном положении? Мне будет очень трудно смотреть в его выразительные глаза и оставаться равнодушной. Трудно скрывать свой необъяснимый интерес, но я должна. Ни за что и никогда я не смогу обманывать мужа, даже если окажется, что он обманывает меня.

- Леонард Марбас, - протянул он мне ладонь для рукопожатия.

- Лора Грей, приятно познакомиться, - улыбнулась я, ощутив его удивительно горячую кожу, словно зимний мороз был ему нипочем. Я-то давным-давно уже до костей продрогла.

- Мне тоже очень… приятно, - задержал на мне странный взгляд детектив, заставив смутиться собственных мыслей – теперь мне казалось, что он видит меня насквозь.

- Что ж, Лора, мне нужен номер вашего телефона для связи и вся известная информация о муже – кем работает, где бывает, - поднялся Леонард, помогая мне встать со скамейки и, как истинный джентльмен, забирая себе тяжелую сумку и мольберт. – Предлагаю пойти в какое-нибудь ближайшее уютное кафе, где я угощу вас горячим чаем – он позволит вам успокоиться и рассказать мне все.

Часть 6

Дни потянулись за днями. Успокоенная обещанием Леонарда, я смогла вернуться в привычную колею: рисовать пейзажи и портреты, контролировать учебу дочери и ее неуместный «роман», провожать мужа на работу и встречать его по вечерам, научившись скрывать недоверие за улыбкой.

Раз в несколько дней детектив Марбас присылал мне «смс» о том, что новостей пока нет. И чем дольше измена не подтверждалась, тем сильнее была вероятность того, что Малкольм верен мне.

Тропинка парка теперь пустовала: детектив занимался слежкой и на бег не осталось времени. Пару раз я, не удержавшись, звонила ему сама, чтобы услышать хрипловатый голос, напоминающий мне о юности и первой влюбленности, том прекрасном чувстве, которое теперь было уничтожено подозрениями. В такие моменты Леонард вежливо уточнял:

- Хотите продолжать слежку или мне прекратить?

- А вы что посоветуете? – смущалась я, чувствуя вину перед Малкольмом за то, что делаю за его спиной, но в то же время не желая обрывать связь с Лео.

Знала, что это неправильно и я поступаю ничуть не лучше мужа, привязываясь к другому мужчине, но я не собиралась доводить ситуацию до факта измены. Просто общение с сероглазым детективом, даже через короткие диалоги и текстовые сообщения, дарило ощущение утерянного счастья, и невозможно было от него отказаться.

В этом было что-то почти мистическое – в том, как быстро и безо всяких оснований бегун занял место в моем сердце, вытесняя все остальные чувства. Он ведь был всего лишь моей музой – просто размытым силуэтом на полотне, дополняющим пейзаж штрихом. Каким-то непостижимым образом этот силуэт стал ярче, обрел четкие контуры, лицо, голос и характер и теперь превратился в реального человека. Он будто вышел прямо из моей картины в этот мир. Словно я нарисовала его лично для себя, поэтому-то он и был во всем идеален.

- Не все мужчины ищут секса на стороне каждый день, - объяснял, тем временем, Лео, - многие из них довольствуются короткими интрижками. Чтобы поймать такого с поличным, необходимо время.

- Тогда продолжайте, - соглашалась я, не желая оставаться в неведении. Что Малкольм делал в отеле «Годфри», выяснить так и не удалось – номер был забронирован не на него, он мог навещать друга или же в самом деле прийти на маленькую неофициальную конференцию.

Пару раз Леонард приходил в парк, где я рисовала, тогда я собирала мольберт и мы отправлялись в кафе «Ангел&Демон», где подавали восхитительный имбирный чай и булочки с заварным кремом. Мужчина вел себя безупречно, не флиртовал и не позволял себе никаких вольностей, но иногда мне казалось, что он чересчур внимательно и долго разглядывает меня, будто видит что-то, чего не видят другие. Иногда его рука оказывалась слишком близко от моей, и в этом жесте мне мерещилось не только утешение. Но Лео ни разу не пытался взять меня за руку или коснуться, лишь смотрел и охотно слушал истории из моей жизни, казавшиеся мне самой тривиальными и блеклыми. Ну что любопытного может рассказать обыкновенная домохозяйка?

Впрочем, это могли быть издержки его профессии: он привык изучать и оценивать людей. Я страшно боялась, что он заметит мой тщательно скрываемый интерес, поэтому вела себя осторожно и сдержанно и всегда соблюдала дистанцию. Хотя порой становилось невыносимо трудно прятать чувства, которые его присутствие во мне вызывало –волнение, возбуждение и страх.

Спустя месяц я вновь столкнулась с машиной мужа в непривычном месте. И снова меня привел туда Кевин. Строго контролируя дочь, я забирала ее теперь из школы сама, но несколько раз ей удавалось улизнуть, ослушавшись меня. Вот и на этот раз, добравшись до школы, я успела увидеть, как Лесли вновь садится на байк.