Маленький секрет бывшей жены Дракона

Между тем Эмма в захлеб рассказывала:

- Пламя разыгралось до самого неба. Пожарный патруль едва смог потушить. Крыша у дома обвалилась. Да и внутри… - она обреченно взмахнула рукой, давая понять, что от дома остались лишь головешки.

Я заметно опечалилась. Куда мне теперь? К змеюке-сестре, чтобы она в третий раз попыталась меня добить? Или к мужу, которому я нужна, как прошлогодний снег?

- Можете пока пожить у нас, - похлопал меня по руке Корнелиус, - я вашей семье сообщу о постигшей вас беде…

- Нет! – вскрикнула я. По возможности сжала ладонь Корнелиуса пальцами.

- Прошу вас. Никому не говорите. Пообещайте мне молчать!

Я уставилась на него с таким отчаянием, что он лишь недоуменно захлопал глазами и поспешил успокоить:

- Конечно. Конечно. Сообщите сами, когда решите…

Я облегченно выдохнула. Обмякла на диване. И вот после этого меня накрыло. Тело пробила дрожь, а из глаз полились запоздалые слезы.

Эмма тут же принялась хлопотать вокруг меня. Принесла таз с водой. Протерла мое перепачканное в грязи лицо. Обработала порезы на руках. После снова дала выпить укрепляющую настойку.

Потом меня накрыли теплым одеялом. Эмма потушила свет в гостиной, пожелав мне спокойной ночи. Хотела прогнать Гарди, разлегшегося возле дивана. Но я не дала. Сказала, что мне с ним спокойней. Пес лишь блаженно вздохнул и устроился поудобнее, заняв половину комнаты.

Утром Эмма помогла мне со всеми необходимыми процедурами и переодела в простое, но чистое платье.

- Оно принадлежало покойной жене господина Корнелиуса, - пояснила она. - Он распорядился выдать вам все, что нужно.

После довольно вкусного завтрака, состоявшего из молочной каши и куска свежей булки, на которую было щедро намазано сливочное масло, в гостиную чинно вошел Корнелиус.

- Я с дурными вестями, Агнес.

- Не томите…- попросила я.

- Особняк выгорел изнутри. «Красной розы» больше нет. Пожарный патруль нашел внутри тело. Похоже ваша служанка погибла.

Дорогие читатели!

Еще одна захватывающая история нашего литмоба ждет вас

"Отбор наоборот для герцога драконов" от Марины Павельевой

https://litnet.com/shrt/sJTF

12

Я некоторое время просто молчала, глядя в потолок. Корнелиус наблюдал за мной с тревогой. Наверное, решил, что я впала в ступор от горя и осознания своей участи.

Если бы он знал, с каким усердием в моей голове крутятся шестеренки, составляя новый, отчаянный и чертовски коварный план.

Марту, конечно, жаль. Но разве не ирония судьбы, что ее гибель - единственное, что может мне сейчас помочь?

Самое главное - убедить в этом Корнелиуса. Я перевела на него взгляд и от волнения облизала пересохшие губы.

- У меня к вам огромная просьба. Никогда и никому не говорите, что я появилась на пороге вашего дома. Забудьте вообще, что видели меня.

- Что вы такое говорите? – Корнелиус встревоженно наклонился, явно подозревая, что у меня помутился рассудок от пережитого.

- Я лишь хочу сказать, что Агнес, а не ее служанка, сгорела в том пожаре. Агнес больше нет. Понимаете? Я пока не могу рассказать вам обо всем. Просто предполагаю, что пожар возник не случайно. Кто-то настоятельно хотел от меня избавиться.

«И я даже догадываюсь, кто», – подумала я про себя. Но пока не хотела бросаться голословными обвинениями.

- Вы… уверены? – совсем неуверенным тоном произнес Корнелиус.

- Абсолютно уверена. Просто молчите. И не выдавайте меня. Буду признательна, если какое-то время дадите мне убежище в своем доме. Я отработаю каждую крошку, - пообещала я, демонстративно шевеля пальцами. - Видите? Уже лучше. Я могу шить, штопать, вести бухгалтерские книги... Я не буду для вас обузой.

Я умоляюще округлила глаза, глядя на Корнелиуса. И видела, что тот поддается.

- Кхм… это весьма необычно. В память о вашей бабушке я не могу бросить ее внучку в беде. Оставайтесь. Сколько нужно. И я обещаю молчать, если вы так настаиваете.

- Спасибо, - вполне искренне поблагодарила я.

Корнелиус ушел, а я откинулась на подушки. Подумала, что именно сейчас начинаю новую жизнь. С чистого листа. И нужно начать с нового имени.

Агнес больше нет. Она погибла в пожаре. Можно дать волю фантазии и придумать себе вычурное имя, о котором раньше могла только мечтать. Например - Элеонора или Оделия. Но все же тянет к чему-то привычному. Родному.

Эмма не отходила от меня весь день. Кормила вкусным обедом, держа передо мной тарелку. А я старательно держала в подрагивающих пальцах ложку и старалась не пронести мимо рта. Вечером очередная порция укрепляющей бабушкиной настойки.

- Вот увидишь, детка, скоро от моего зелья бегать будешь, - приговаривала Эмма, а потом лицо ее озарилось. - А пока у нас для тебя сюрприз!

Дверь распахнулась, и Корнелиус, сияя как ребенок, вкатил в комнату кресло на колесиках.

- Вот ваше средство передвижения, Аг…

- Анна, - поправила я, - теперь зовите меня так.

- Все никак не могу привыкнуть. Анна… - нараспев произнес Корнелиус мое имя, - необычно. Мне нравится.

- Спасибо. Спасибо вам за все! - Я все же не удержалась и шмыгнула носом от избытка чувств. Рядом стоящая Эмма промокнула глаза платочком.

На следующий день закутавшись в плащ и натянув на голову шляпку с вуалью, я попросила Эмму прокатить меня по дорожке вдоль дома. Гарди увязался за нами, виляя хвостом.

Мы выехали на тропинку, огибающую кусты сирени, и вскоре за ними замаячил черный, мрачный остов сгоревшего имения.

- Смотрите-ка, - Эмма приостановила кресло и приподнялась на цыпочки, раздвигая ветви. - Экипаж стоит. Кто-то приехал к вашему имению.

- Ты кого-то видишь? – спросила, затая дыхание.

- Кажется сестрица ваша. А рядом какой-то мужчина.

«Уж не Эдвард ли пожаловал?» - тут же подумала я, а вслух попросила.

- Подвези меня ближе к кустам. Я хочу посмотреть.

Дорогие читатели!

Пока ожидаете продолжение, приглашаю вас заглянуть в новиночку нашего литмоба

"Варьете "Золотая лилия". Последний шанс для тихони" от Карины Семеновой

https://litnet.com/shrt/hsfx

13

Когда я раздвинула ветви и через образовавшуюся щель посмотрела наружу, то уже никого не было. Эти двое уже вошли внутрь. Хотя не понимаю, что там смотреть? Кроме угольков там ничего не сыщешь.

Не успела я про это подумать, как из обугленного проема выпорхнула женская фигурка.

Алисия.

Я скривилась, глядя как она достает платочек и явно напоказ подносит к глазам. Следом за ней вышел мой муженек. Белые волосы рассыпались по плечам, контрастируя с черным мундиром.

Алисия, делая следующий шаг, вдруг искусно покачнулась, будто вот-вот упадет. Эдвард, как и полагается благородному рыцарю в мелодраме, автоматически подхватил ее за локоть. А она тут же прижалась к его груди.

- Прости, я такая неловкая, - донесся до нас ее приторный голосок, - просто ни о чем не могу больше думать, кроме как о своей бедной сестричке…

Послышался жалобный всхлип.

- Перестань. Передо мной комедию можешь не разыгрывать, - донесся жесткий голос Эдварда.

- Ты невыносим. Зачем мы вообще приехали в это место…

Я вся превратилась вслух. Но в это время открылась дверца экипажа и из него вылез еще один человек. Небольшого роста, в сюртуке, весь какой-то прилизанный.

- Поверенный, - прошептала Эмма. – он раньше несколько раз к вашей бабушке приезжал.

До нас донесся обрывок его фраз: «…Попрощались? Потерять сестру… такую молодую…невыносимое горе…»

«Да уж, прямо рыдают от потери», - язвительно подумала я, наблюдая, как Алисия еще сильнее жмется к Эдварду. А тот бережно под локоток ведет ее к экипажу.

Наконец Алисия вместе с поверенным скрылись внутри экипажа. А Эдвард задержался, задумчиво придерживая дверцу.

И вдруг… он резко обернулся. Его взгляд, острый и пронзительный, устремился прямо в ту самую щель в кустах, где я пряталась. Сердце у меня бешено подпрыгнуло и замерло. Я тут же, как преступница, отшатнулась, задвинув ветви.

Так и просидела, не дыша, пока не послышался стук копыт и скрип удаляющихся колес.

- Уехали, - констатировала Эмма.

- Отвези меня домой, - тихо попросила я.

Вдруг стало душно от мысли, что Эдвард мог заметить меня.

Вернувшись в дом, я спросила Эмму, чем занимается Корнелиус.

- В задней части дома у него мастерская, - охотно рассказала она. - Делает разные магические штуки. Господин Корнелиус – артефактор. Одно время даже в академии преподавал. Потом открыл в городе лавку. Изготавливает всякое на продажу.

- Можно посмотреть? - спросила я, почувствовав внезапный прилив любопытства.
- Отчего же нет! Раньше ему супруга помогала, а сейчас ему и поговорить-то не с кем. А вы, наверное, тоже обучались? - с надеждой спросила Эмма.
- Где я только не училась, - фыркнула я, вспомнив все свои прошлые дипломы и курсы повышения квалификации.

Эмма вкатила мое кресло в мастерскую. Повсюду стояли стеллажи, заставленные склянками с мерцающими жидкостями, грудами лежали полудрагоценные камни, висели схемы, напоминающие квантовую физику, а в углу скромно примостился скелет какого-то мелкого фантастического зверька.

Корнелиус сидел за столом и что-то яростно чертил тонким резцом на круглой металлической пластине.

Я попросила посмотреть. Он лишь отмахнулся, целиком погруженный в процесс.

Эмма поставила мое кресло возле стеллажа, и я принялась с интересом разглядывать диковинки. Мой взгляд упал на продолговатый предмет, похожий на тот, каким размахивала Алисия перед моим животом в свой последний визит. Он еще так красиво мерцал голубым светом.

Я взяла его в руки, вглядываясь в темную до блеска полированную поверхность.

- Что это? – спросила у Корнелиуса.

Тот оторвал взгляд от своей заготовки и мельком бросил взгляд на предмет в моих руках.

- Определитель зачатия. Если загорается розовым светом – то в утробе девочка.

- А если голубым, то мальчик? – спросила я, вертя в руках местный «тест на беременность».

- Совершенно верно. Но вам, моя девочка, еще не время об этом думать.

А я вдруг с волнением подумала, что самое время. Покрутила в руках предмет, пытаясь сообразить, такой ли прикладывала к моему животу Алисия. И если у нее был именно «тест на беременность», то выходит, что я…

На миг потемнело в глазах, а пальцы дрогнули, чуть не выпустив гладкий камень.

Я тяжело вздохнула, пытаясь примириться с реальностью. В конце концов, не попробуешь не узнаешь.

Я приложила предмет к животу, надеясь, что ткань платья не станет преградой для эксперимента.

Камень сначала молчал, а потом его поверхность медленно наполнилась голубоватым сиянием.

Благодарю за награды - Иквовна

14

Я шокировано взглянула на мерцающий голубым камень в моих руках. А потом быстро вернула его на место. Тот сразу утратил мерцание, превратившись в темную каплю.

Выходит, я все же беременна. Интересно кто отец? Мой сапфироглазый супруг? Или садовник, которого мне приписали в любовники?

В любом случае об этом никто не должен узнать. Этот ребенок только мой. И теперь пытаться выжить и встать на ноги мне нужно за двоих!

- С вами все хорошо? Вы так побледнели? – донесся до меня голос Корнелиуса.

- Душно, - брякнула я первое, что пришло в голову, и схватила со стола первый попавшийся лист с чертежами, начав судорожно обмахиваться.

- Можно узнать, чем вы занимаетесь? Возможно, я смогу помочь? - спросила я больше, чтобы отвлечься от шокирующих мыслей, чем всерьез надеясь на что-то.

Где я, а где магические артефакты! Я в прошлой жизни могла починить сломанный блендер, и то не всегда успешно.

Но Корнелиус, к моему удивлению, не отмахнулся.

- Это прекрасная идея. Признаться, я сам хотел предложить. Магия вашего рода – она же связана с артефактами. Бабушка про вас говорила, что вы подаете большие надежды. Вот, посмотрите, - он вздохнул и указал на ту самую круглую металлическую пластину, с которой возился. - Это оберег от ночных кошмаров. Заказчик жалуется, что вместо приятных снов он вызывает легкую тошноту. Я уже третью схему перерисовываю, не могу найти разрыв.

Я нагнулась поближе и присмотрелась. И тут со мной стало твориться нечто странное. Я смотрела не на линии и руны, а как бы сквозь них. И увидела... тонкие, серебристые нити, сплетенные в причудливый узор. В одном месте они были яркими и ровными, а в другом обрывались, словно их перекусили. И от этого все плетение кренилось и сияло каким-то больным, зеленоватым светом.

- А что это тут у вас такое... рваное? - неуверенно ткнула я пальцем в то самое место. - И светится как-то... не так. Не ровно, а вкривь.

Корнелиус замер, уставившись на меня с недоумением.

- Что? Что рваное? Какой свет?

- Ну... - я замялась, понимая, как это бредово звучит. - Вижу какие-то ниточки. И вот тут они порваны. Кажется, из-за этого вся ваша штуковина и не работает.

Он молча схватил с полки другой прибор - медный циркуль с увеличительным стеклом и прильнул к пластине. Минуту он что-то бормотал, водил циркулем, а потом медленно выпрямился, глядя на меня с смесью изумления и страха.

- Невероятно, - прошептал он. - «Внутреннее зрение». Феноменальная редкость. Вы видите магические связи. Не схему, а саму суть! - Он провел рукой по лицу. – Сколько дней я бьюсь над усовершенствованием этого оберега, а вы... вы за десять секунд указали на фундаментальную ошибку в основе рунического сплетения.

Я сглотнула, глядя на его восторженное лицо. Внутри что-то ёкнуло. Сладкое предвкушение. Следующий вопрос родился сам собой:

- А если я скажу, что вижу, как их надо соединить? Не перерисовывать, а просто... сшить?

Корнелиус, не говоря ни слова, почтительно протянул мне тонкий серебряный стилус. Его руки слегка дрожали.

Я взяла его. Мои пальцы, еще слабые, сами легли в нужное положение. Я не думала о правилах или рунах. Я просто увидела, где две серебристые нити должны встретиться, и легонько провела стилусом, мысленно представляя, как они срастаются.

Раздался тихий, похожий на звон хрусталя, щелчок. Пластина вспыхнула ровным, теплым, золотистым светом и мягко загудела.

В мастерской воцарилась тишина, нарушаемая лишь довольным посапыванием Гарди в углу.

Корнелиус смотрел на меня так, будто я только что воскресила его покойную жену.
- Дорогая Анна, - сказал он наконец, и голос его задрожал. - Забудьте о шитье и бухгалтерии. Вы просто необходимы мне здесь!

Дорогие читатели!

Загляните во вкусную новиночку нашего литмоба

"Злодейка для генерала. Таверна "Дракон в маринаде" от Алены Макаровой

https://litnet.com/shrt/qJQ6

15

Теперь каждое мое утро начиналось в мастерской Корнелиуса. Но сначала Эмма усердно разминала мое немощное тельце и поила настоем. После заставляла съесть тарелку каши и лишь после этого с чувством выполненного долга отпускала меня на волю.

Руки и правда слушались меня хорошо, а вот с ногами еще была беда. И мое самое большое желание было слезть с этого кресла.

Но а пока я безропотно выполняла все наказы Эммы и совершенствовала свои навыки в магических связях в мастерской Корнелиуса.

Корнелиус изготавливал простенькие бытовые амулеты и отвозил их на продажу в лавку. Оттуда забирал испорченные и потом пол дня пыхтел, пытаясь их починить.

Я помогала Корнелиусу разобраться с артефактами. С каждым разом это получается все проще. За делом расспрашиваю о своей семье. Все выходит само собой. Стоит лишь задать наводящий вопрос и словоохотливый Корнелиус заваливает меня ворохом полезной информации.

- Корнелиус, мой отец занимался артефактами, - бросала я наугад, - интересно, я хоть капельку на него похожа?

- Капельку? - Корнелиус всплеснул руками. - Да вы же его дочь во всём! Ваш отец был королевским артефактором. За его изделиями очередь стояла! И его дар перешёл именно вам. А вы… - он многозначительно посмотрел. - Взяли и выдумали, что погибли. Немыслимо!

Я только поджала губы. Признаться этому добрейшему человеку, что меня выставили за дверь с клеймом изменницы, что муж развёлся со мной, а сестрица пыталась убить… Звучало как дешевая мелодрама. Только я почему-то оказалась главной героиней.

Зато моя сестрица, как выяснилось, оказалась в шоколаде. Единственная наследница преуспевающего рода. Отец, по словам Корнелиуса, владел сетью мастерских, а особые заказы выполнял самолично.

И все это теперь прибрала к рукам Алисия. Наверняка и включая моего сапфироглазого муженька.

Я же все дни размышляла. Впитывала информацию как губка. И, наверное, ждала какой-то знак, что пора действовать более решительно.

И вот такой момент настал.

В один из дней Корнелиус, хмурый, принес свежий выпуск «Столичного вестника» и торжественно зачитал мой некролог. Я с равнодушием выслушала о гибели молодой наследнице рода – Агнес Шэридан.

Меня больше взволновало другое.

В момент чтения я с наслаждением жала себе большой палец на ноге. И чувствовала боль! Настоящую! А это, между прочим, было важнее любого некролога.

Наверное, именно тогда я и решилась.

- Корнелиус, Эмма… - решительно начала я. - Вы были так добры ко мне… Я больше не могу хранить от вас свою тайну. Надеюсь, вы не отвернетесь от меня.

И я выложила все: как очнулась без памяти, как Эдвард обвинил в измене, как Алисия пришла в день пожара и что я уверена - она пыталась меня убить.

- Я уверена, Алисия пыталась мне навредить. И не раз. Мне страшно, - голос мой дрогнул. – Эдвард зол на меня и наверняка мне не поверит. Поэтому я решила, что лучше, если все будут считать меня мертвой. Так у меня есть шанс начать все заново. И я очень надеюсь на вашу помощь.

- Так это же преступление! - всплеснул руками Корнелиус. - Надо жаловаться королю!
- Алисия вывернется. У меня нет улик. А моя жизнь снова окажется под угрозой, - покачала я головой

- Но что же тогда делать? - растерялся он.

я сделала глубокий вдох.

- Я хочу начать с чистого листа. Под другим именем. Мои способности помогут нам изготавливать артефакты, а вы будете продавать их в лавке. Мы сможем брать сложные заказы. У меня уже есть план, как сделать наше дело прибыльным, - мысленно я поблагодарила все пройденные курсы по менеджменту. В прошлой жизни это не сработало, но здесь, где никто не слышал о маркетинге, у меня был шанс пробиться.

- Но как вы будете жить? Вечно прятаться в моем доме? Я не против, вы знаете, но вы молодая девушка... - забеспокоился Корнелиус.

Настало самое время для главного предложения.

- Лучший выход для меня - выйти замуж, - я невинно опустила глаза.
- Согласен, это дало бы вам защиту и статус, - задумчиво сказал Корнелиус. - Но где мы найдем вам подходящего мужа?

Он растерянно захлопал глазами, пока Эмма не просияла и не стала красноречиво на него смотреть.

- О! - он вдруг все понял. - Я… то есть… я бы мог предложить вам свою руку и сердце. Разумеется, формально! Чтобы дать вам свою фамилию и защиту.

- А я взамен сделаю наше общее дело самым процветающим в королевстве, - пообещала я.

- Тогда я должен спросить официально, - Корнелиус выпрямился, пытаясь придать себе торжественности. - Леди Анна, согласны ли вы стать моей женой?

- Согласна, - выпалила я, и тут же добавила. - Но есть один нюанс.

- Какой? - насторожился он.

Я посмотрела ему прямо в глаза.

- Я беременна.

Воцарилась тишина, в которой был слышен только довольный храп Гарди за моим креслом. Корнелиус несколько раз открыл и закрыл рот, словно рыба на берегу, а потом махнул рукой.

- Эка невидаль! Ребенку нужен отец. Теперь он его получит. Всегда мечтал о сыне. Хотя и девочка тоже хорошо.

- Будет мальчик, - не сдержала я улыбку.

- Счастье-то какое, - расчувствовалась Эмма, доставая из кармана платочек.

- Тогда не будем медлить со свадьбой, - строго сказал Корнелиус.

На этом и порешили.

Дорогие читатели!

Хочу пригласить вас в классную новиночку нашего литмоба

Первое дело фрау-попаданки от Валентина Диносова

https://litnet.com/shrt/xk7l

16

Я смотрела на себя в зеркало, неустойчиво стоя на ногах. Оперлась обеими руками на трость. Вдумчиво разглядывала свое новое отражение.

Так вот ты какая, настоящая Агнес. Совсем не так кукла с отбеленными волосами с розовыми прядями.

Корнелиус где-то достал прибор для удаления магического макияжа. А я немного усовершенствовала его.

Настоящие волосы Агнес были золотисто-русого цвета. Я добавила в них еще немного солнечного оттенка, и теперь они переливались, как спелая пшеница. Лицо стало другим - исчез ярко-красный пигмент с губ, оставив нежный розовый цвет, угольная подводка сменилась на легкую дымку, отчего светлые глаза казались огромными и беззащитными. А под слоем искусственного румянца, как оказалось, пряталась россыпь веснушек на переносице и щеках.

С исчезновением магического татуажа пропал и мой писклявый голос. Теперь я говорила своим настоящим, обычным голосом - возможно, чуть низковатым для здешних утонченных дам, но зато без этой дурацкой птичьей трели.

«Бедная Агнес, - с грустью подумала я. - Наверняка какая-нибудь гувернантка или, что вероятно, сама Алисия вбила ей в голову, что её природный тембр - это ужасно некрасиво. Вот бедняжка и наложила чары на свой голос, искренне веря, что он стал звучать чарующе».

Я несколько раз с наслаждением проговорила вслух самые прозаичные фразы: «Эмма, этот пирог великолепен» и «Корнелиус, передайте, пожалуйста, чертёж».

Звучало... нормально! По-человечески. И главное - по-моему.

- Так ты мне больше нравишься, - одобрительно произнес Корнелиус, появившись за моей спиной.

- Но что, если меня кто-то узнает? Кто знал прежнюю Агнес, без этого кошмарного макияжа.

- У меня есть для тебя подарок, - он подмигнул моему отражению и накинул мне на шею серебряную цепочку с кулоном в виде жемчужины. Замочек щелкнул.

- И что? Ничего не изменилось, - я покрутила головой.

- Это амулет для отвода глаз. Если встретишь кого-то из прошлой жизни, он не узнает тебя. Более того, потом даже не вспомнит твоего лица.

- Бесценная вещь! Спасибо, Корнелиус!

Я не удержалась и развернувшись, чмокнула мужчину в щеку. Тот вдруг зарделся и пробормотал.

- Если ты готова, то нам нужно идти. Если ты не передумала становиться моей женой?

- Шутишь? - рассмеялась я. - Лучшего мужа не сыскать во всем королевстве. Самые крепкие браки по расчету, это я уж точно знаю.

К свадьбе Эмма сшила мне платье - простое, элегантное, с длинными рукавами и пышной юбкой. Воротник я украсила вышивкой, не без помощи Эммы, которая то и дело порывалась отобрать у меня иголку, ворча: «Детка, да ты все пальцы себе исколешь!».

Но мне было невероятно приятно делать что-то своими руками, чувствуя, как жизнь возвращается в пальцы.

Последние пару недель Эмма не отходила от меня: пичкала своими зельями и усердно разминала мои онемевшие конечности. И вот результат: несколько дней назад я сделала первый шаг, держась за ее руку. На следующий - доплелась до входной двери. А сегодня я наотрез отказалась от кресла, заявив, что дойду до экипажа сама.