Развод. Дальше - без тебя

Он снова приближается и склоняется ко мне. Слишком близко.

— Ты даже не представляешь, с чем ты сейчас связываешься…

Смотрю ему прямо в глаза, не веря услышанному.

— Угрозы? Паша, ты правда мне угрожаешь? Это всё, что осталось от мужчины, за которого я когда-то вышла замуж?

— Ты будешь жалеть об этом, Мария, — бросает он, уходя. — Помяни мое слово.

Я не отвечаю. Внутри дрожу, но внешне остаюсь уверенной, с каменным спокойствием, не позволяя сломить себя.

Удивительно, как быстро можно охладеть к человеку. Еще совсем недавно он казался таким родным, а сейчас передо мной стоит кто-то совершенно чужой.

Этой ночью я снова плохо сплю. Как бы я не хотела казаться сильной, внутри вибрирует волнение, и мной овладевает страх.

Эти угрозы… Способен ли он причинить мне вред? Кажется, что я совсем не знаю этого человека. Не понимаю, что еще можно от него ожидать…

Звон разбившихся стекол на первом этаже вынуждает резко вскочить с кровати. Цепенею в панике, несколько секунд прислушиваясь к посторонним звукам. И когда я слышу хруст стекла, бросаюсь к телефону и вызываю полицию.

В шоке не понимаю, что делаю, когда набираю еще один номер, а затем слышу голос Марка.

— Мария?

— В мой дом кто-то ворвался… — всё, что успеваю прохрипеть, прежде чем дверь в спальню открывается.

16

Глава 9

Инстинктивно отшатываюсь назад, врезаясь лопатками в стену. Сердце гремит в груди, норовя разорваться от страха. В темноте ничего толком не видно, и разыгравшееся воображение щедро дорисовывает образ мужчины, занимающего собой чуть ли не весь дверной проем.

Не могу пошевелиться от сковавшего меня страха, но и он не двигается. Несколько секунд я словно нахожусь на грани жизни и смерти, но даже слова сказать не могу, лишь истерично всхлипывая.

Но потом он вдруг отпускает ручку двери, за которую всё это время держался, и шагает назад.

Я не верю своим глазам, жду, что он в любую минуту вернется и так и не могу пошевелиться, словно срастаясь спиной со стеной.

Время тянется, но ничего не происходит… Прислушиваясь к звукам, остаюсь на месте, не решаясь выйти из комнаты, однако едва стихают тяжелые шаги, просыпается инстинкт самосохранения.

Как я могу защитить себя, если даже ничего под руками нет подходящего? Всё, на что меня хватает, это кинуться в соседнюю комнату, в которой есть замок, и запереться.

Кажется, глупо, ведь при желании его можно с легкостью вскрыть. Но ничего лучше я просто не могу придумать…

Сидя в ванной, я вспоминаю про свой телефон. Выйти страшно, и я остаюсь здесь, чтобы дождаться помощи. Но когда снова слышу чьи-то шаги, по телу мгновенно сказывается озноб и меня накрывает паникой.

— Мария!

Голос Марка только распаляет мою истерику, и я срываюсь с места. Отпирая замок, тут же натыкаюсь на него, интуитивно цепляясь за плечи.

— Тише, всё хорошо, — утешает он низким голосом. — В доме никого нет. Никого, — повторяет тверже. — Мы одни.

Лишь спустя время, когда эмоции утихают, и я вдруг слишком очевидно ощущаю мужские руки на своей спине, отшатываюсь, давая понять, что со мной всё в порядке.

— Кто это был? — первое, что спрашиваю, но тут же понимаю, что Марк этого просто не может знать…

— Выясним, — отзывается он кратко. — Одевайся, здесь оставаться нельзя.

— Боже… Простите…

Прикрывая руками грудь, сгораю от стыда, когда понимаю, в каком виде перед ним стою.

Ночная сорочка на голое тело кажется слишком откровенной и короткой. К тому же в моей спальне теперь горит свет, а на фоне Марка, который стоит полностью одетый и в распахнутом пальто на плечах, мой вид кажется слишком вызывающим.

Забегая в ванную, снимаю с крючка халат и спешно кутаюсь в него.

— Я подожду внизу, — слышится напряженный голос из спальни, но Марк тактично остается там и не заходит ко мне. А затем и вовсе уходит, судя по удаляющимся шагам.

Я согласна с ним, что оставаться сегодня в доме опасно. Я бы даже уснуть не смогла! И если бы он не приехал, заказала бы такси и переночевала в отеле, откуда сразу же поехала в полицию.

Но он здесь, и от этого мне одновременно спокойно и неуютно…

Когда я спускаюсь на первый этаж, вижу рядом с Марком полицейских, которые осматривают разбитые окна. Я отвечаю на их вопросы, рассказываю об угрозах мужа и невольно замечаю, как он меняется в лице, плотно сжимая челюсти.

Но как только мы остаемся одни, он не говорит ничего о Паше, и я ему благодарна за это. Не хочу… Просто не могу говорить сейчас о человеке, который так поступил со мной.

— Ты сможешь отвезти меня в отель? — прошу Марка, уже сидя в машине рядом.

Мой голос звучит неуверенно. Только сейчас понимаю, что из-за меня он сорвался посреди ночи и приехал по звонку. Мне неловко от того, что я доставляю ему неудобства.

— Нет, — отвечает он не сразу. — В отеле тоже небезопасно. Для начала нужно выяснить кто это был и с какой целью, — Марк бросает в мою сторону короткий взгляд и снова смотрит на дорогу, а затем говорит тише, с неким напряжением в голосе: — В твоем доме выбито два окна на первом этаже.

— А куда мы едем?

Удивительно, что из всех его слов, я сейчас реагирую только на информацию о том, что в отель он не сможет меня отвезти…

— Останешься на одну ночь у меня.

Несколько секунд я просто молчу, ощущая волнение в груди. Выхода не вижу, но и принять тот факт, что вынуждена ночевать в его доме тоже не выходит.

— Нет… — отзываюсь неуверенно и добавляю четче: — Я не могу ночевать у тебя.

— Мария, — начинает Марк и тут же замолкает.

Растирая пальцами лоб, он шумно выдыхает и хмурится, словно раздумывает над чем-то. Мне же становится совсем некомфортно…

Он предлагает помощь, а я думаю лишь о том, что это неправильно.

— Что ты предлагаешь? — спрашивает вдруг он, но, как оказывается, не ждет от меня ответа. — Тебе есть к кому поехать?

— Нет…

Боковым зрением замечаю, как он тянется к телефону и снова тяжело выдыхает, глядя на время, а потом кому-то звонит.

— Ты дома? Примерно через полчаса заеду. Не один.

Марк разворачивает машину в обратную сторону, и я окончательно убеждаюсь в том, что его последние слова имели отношение ко мне.

— Куда мы едем? — интересуюсь вкрадчиво.

— К моей сестре. Поживешь пока у нее, — отвечает он так решительно, будто у меня нет возможности отказаться.

Боже… Еще совсем недавно моя жизнь была спокойной и размеренной, что же происходит теперь?

Марк в скором времени станет моим фиктивным мужем, а сейчас мне предстоит познакомиться с одним из членов его семьи…

17

Глава 10

— Ты напряжена, — отмечает Марк, бегло взглянув на меня, не отрывая внимания от дороги. Его голос, как всегда, спокоен, но в нем чувствуется сила. Интересно, этот человек вообще чего-то боится?

— Конечно, мы же едем к твоей сестре, — вздыхаю я. — Мне очень неудобно и неловко. Я совсем не знаю тебя, а тут сразу знакомство с членом семьи…

Ловлю себя на мысли, что уже давно обращаюсь к нему на «ты». Наверное, после всего того, что человек для меня сделал, это логично, однако внутри все равно все сжимается, будто я делаю что-то запретное.

— Я почему-то уверен, что вы понравитесь другу другу, — его улыбка мелькает всего на миг и так же быстро исчезает, уходя за строгую маску сдержанного мужчины, к которой я уже привыкла. — Лида очень мягкий и добрый человек. К тому же, если ты решишься ей довериться и расскажешь, что с тобой произошло, она от тебя уже никогда не отстанет. Два года назад она была почти в похожей ситуации, и сейчас медленно, но верно от неё отходит.

— Ей изменили?

— Хуже. Ее муж не только изменил ей, но и проводил незаконные финансовые операции в фирме, которую оформил на неё. Ее чуть не посадили, Мария, — строгий взгляд перемещается на моё испуганное лицо.

— Как она со всем справилась? — мой голос дрожит, стоит только представить, через что прошла эта женщина.

— Если захочешь, спросишь у неё потом. Но я до сих пор не уверен, что она справилась…

Выгляд Марка холодеет.

ТА ярость, что он испытывает к бывшему мужу сестры, ощущается на ментально. Она занимает весь салон, из-за чего пространство начинает давить.

— Я не хотел расстроить тебя ещё больше.

— Мне просто очень обидно за неё.

— Ты ведь ее даже не знаешь, — ухмыляется мужчина.

— Но почему-то теперь я очень сильно хочу ее узнать, — открываюсь ему на удивление самой себе.

Через полчаса мы подъезжаем к уютному дому с садом и пристроенной верандой. Уже на пороге в полутьме я замечаю женскую фигуру лет сорока. Его сестра ждет нас с лёгкой улыбкой на лице. Лида. Она выглядит полной противоположностью Марка: светлые волосы, яркий теплый взгляд и доброжелательная энергия, которая буквально обволакивает ее.

Марк помогает мне выйти из машины и быстрым шагом подходит к сестре. Та делает шаг ему навстречу и, закинув руки ему на плечи, крепко обнимает.

— Я очень соскучилась, ты так редко звонишь, ты ужинал? Как твои дела? — забрасывает его своей скопившейся заботой, и это выглядит так мило.

Не замечаю, как начинаю улыбаться, и в этот момент женщина переводит взгляд на меня.

Улыбка на ее лице загорается с новой силой, когда она протягивает ко мне обе руки. Инстинктивно вкладываю в них свои ладони.

— Добро пожаловать, меня зовут Лида, — она по-дружески сжимает мои ладони, и сразу на душе так тепло становится.

Обычное теплое человеческое отношение, и я понимаю, что в этом мире не все потеряно. Среди темноты и грязи есть вот такие светлые люди, которые не дают возможности опустить руки и сдаться.

Своей энергией Лида снова заражает всех, кто находится рядом.

— И мне очень приятно. Меня зовут Мария, — улыбаюсь ей в ответ.

Потянув меня за собой, она поднимается по небольшой лестнице у входа в дом.

— Проходите скорее, не стойте на улице, — мягко говорит она, одной рукой держа меня, а второй обнимая Марка.

— Лида, Мария останется у тебя на какое-то время, — коротко бросает Марк.

Его слова не звучат вопросительно. Он ставит ее перед фактом, что заставляет меня невольно смутиться. Он не говорит о причинах, не добавляет никаких пояснений, словно одного его слова достаточно.

И это на самом деле выходит так.

— Конечно, я позабочусь о ней, не переживай, — отвечает она, подмигивая мне. — Ну что, давайте на кухню? Я как раз заварила чай.

Проходя светлый коридор с высокими потолками, мы заходим в уютную, такую же светлую кухню с деревянной мебелью и небольшим букетом цветов на столе. Дом пахнет выпечкой и специями. Это похоже на глоток воздуха после мрачных дней.

— Садись, — произносит она, пододвигая мне удобный стул с мягкой подушкой. — Расскажи мне, какой чай ты пьешь, какую еду любишь? Хочу накормить тебя завтра чему-нибудь вкусненьким.

Она не спрашивает о причинах моего здесь нахождения, о том, как мы познакомились с Марком. Она не делает ничего, из-за чего я могла бы почувствовать себя некомфортно.

И я очень благодарна ей, ведь правда расслабляюсь.

Осторожно занимаю указанное ею место, пока Марк молча забирает нашу верхнюю одежду и относит к вешалке у двери.

— Давай, я помогу тебе, — привстаю, но она жестом руки указывает, чтобы я осталась.

— Я справлюсь, лучше расскажи мне, чем будем завтра заниматься? Хочешь, сходим по магазинам?

По магазинам? Когда я в последний раз там вообще была? Да и отложенные деньги нужно беречь, потому что я не знаю, когда закончится моё подвешенное состояние.

— Знаешь, я очень давно просто не лежала и не смотрела фильмы, — признаюсь и ей, и самой себе.

Дом всегда требовал работы, дочь и муж нуждались в заботе, плюс я работала на дому. Времени для себя никогда не было… И это было моей главной жизненной ошибкой.

Лида откладывает чайник и подходит ко мне, сев рядом.

— Я прекрасно тебя понимаю. Я была такой же. Никогда не хватало на себя времени. Сейчас все изменилось. И если ты захочешь об этом поговорить, мы обязательно это сделаем.

Киваю, сжимая ее ладонь, и она делает в ответ то же самое.

Как всего за несколько фраз человек кажется тебе таким родным и близким? Мы знакомы всего несколько минут, но ты уже по энергетике понимаешь, насколько сильно подходит тебе человек, и как приятно с ним общаться. Лида — именно такой человек.

— Спасибо, — выдыхаю, чувствуя, как грудь заполняет спокойствие. Словно я не одна в этом мире, словно меня действительно поддерживают.

Марк, встав у двери, внимательно смотрит на нас. Казалось бы, мужчина властный, холодный, но в этот момент он выглядит таким спокойным и довольным.

— Я знал, что вы поладите, — приподнимает уголок своих губ. — Ладно, оставлю вас, девушки.

— Уже? — подскакивает Лида. — Ты так редко приезжаешь, пожалуйста, останься сегодня на ночь.

На самом деле, если бы Марк остался, я бы чувствовала себя в большей безопасности. Понимаю, что Паша не знает о его сестре и не найдет меня здесь, но засыпать в доме, в котором я могу подвергнуть ещё одну женщину опасности, я вряд ли смогу спокойно.

— Я бы… — запинаюсь, не зная, как бы выразиться правильно, чтобы не возникло неловкости, — была спокойнее, если бы ты остался, — наконец, договариваю я, и в этот момент взгляд Марка меняется.

Он темнеет, и пристально останавливается на мне. Я не знаю, что он значит, но очень хотела бы понять, что именно Марк думает в этот момент.

Иллюстрация к главам

Визуал к 1 главе

Визуал к 5 главе

Визуал к 8 главе

Иллюстрации к главам

Визуалы к 18 главе

18

Глава 11

Не сказать, что я спала спокойно, но за последнее время это единственная ночь, когда я чувствовала, что смогла за неё немного отдохнуть. Меня все беспокоят мысли о Миле, о бандитах, что напали ночью, о будущем, о том беспомощном состоянии, в которое я сама же себя и загнала… Обидно доверять близким всю жизнь, а потом оказаться в совершенно чужом доме с незнакомыми людьми.

Но ведь все, что нас не убивает, делает сильнее? Сделает же? Должно сделать!

Закрываю лицо руками, а потом резко их опускаю. Поднявшись, иду к раковине и смотрю на себя: тёмные круги под глазами, бледная кожа с россыпью мелких морщинок, тусклые светлые волосы…

Прежде чем меняться внутренне, я хочу стать сильнее внешне. Сделать хотя бы один шаг.

Раз Лида хотела вчера пройтись по магазинам, я соглашусь и составлю ей компанию. Впервые в жизни я не буду думать ни о чем, ни о ком, кроме себя. Хотя бы на день. Хотя бы сейчас.

С четкой установкой провести этот день для себя, я спускаюсь на первый этаж и вижу, что Лида с Марком уже находятся на кухне. Марк в своем классическом костюме стоит у столешницы, держа в руках чашку с кофе, а Лида перебирает какую-то крупу на столе.

— Доброе утро, — замечает меня Лида и улыбается.

— Доброе утро, — с присущим ему спокойствием произносит Марк, но я почему-то чувствую тепло в его словах.

— Доброе утро, — отвечаю, улыбаясь в ответ. — Тебе помочь? — подхожу к Лиде, на что Марк, кажется, хмыкает.

— Оставь, это ее хобби, она так успокаивается, — он снова делает глоток кофе, а потом ставит кружку в посудомоечную машину.

— Это правда, — подмигивает мне его сестра, — без такого антистресса я с ним ни один разговор не выдержала бы.

Улыбка невольно появляется на лице.

— Мне нужно ехать, я позвонил утром своему водителю, он вас отвезет куда вам нужно будет. Пока я не разберусь с тем, что произошло, — обращается ко мне, — не возвращайся домой и без Алексея никуда не выходи, хорошо?

Киваю, после чего Марк выходит, предварительно поцеловав в макушку Лиду.

— Ну что, какие планы на сегодня? — обращается ко мне, высыпав крупу в чашку и отложив на столешницу. — Нам и развеяться не помешает, и заодно просто поболтаем, но если захочешь остаться дома…

— Нет, я бы тоже с удовольствием поехала. Понимаю, что мне это нужно.

Лида заговорщически улыбается, а потом подходит и снова берет меня за ладони.

— Я не знаю, что у тебя произошло, но уверена в одном — женщина — неубиваемое существо, дорогая. Когда я думала, что дальше только стена из тьмы, вообразила в своей руке молот, разломала им навеянную сознанием стену и шагнула в свет. И я каждый день продолжаю расчищать себе этот путь, — по мере того, как она говорит, я замечаю скопившиеся слезы в ее глазах, которые она упорно сдерживает. — И когда-нибудь обязательно закончу это делать. И ты сможешь. Представь, что у тебя есть на это силы, и они появятся. Все начинается здесь, — показывает она на область в районе висков, — когда ты это поймешь, ты поменяешь свою жизнь.

Не выдерживаю. Наклоняюсь и обнимаю ее. И эти объятия говорят все за меня.

Она права. В каждом слове ее слышалась не только поддержка, но и надежда.

Около двух часов мы ещё сидели на кухне, пока я рассказывала Лиде свою историю, а она делилась своей. Мы обе прониклись друг другом, обе плакали и обнимались. Между нами было столько общего, что когда Лида начинала предложение, я его заканчивала.

Когда мы закончили, то обе пошли умываться, сквозь слёзы смеясь над самими собой, а потом оделись, и я позвонила Алексею, чтобы он за нами приехал.

Через час мы уже идем вдоль витрин небольшого торгового центра. Лида скупает все яркое, что только видит, а я смеюсь с ее расточительности, на что она отвечает, что эта карта Марка, поэтому можно покупать все.

Эта прогулка становится облегчением.

После тяжелого разговора дома, обнажившего наши души, здесь мы не обременены мыслями о каких-то недосказанностях, а поэтому говорим о простых вещах — о погоде, о забавной одежде и аксессуарах, прическах. Кажется, я не делала этого целую вечность. Просто гуляла и болтала с подругой.

Постепенно наш разговор переходит к Марку. Лида рассказывает о нём в детстве, а я замечаю, что слушаю ее с повышенным интересом: тот властный мужчина, каким я его знаю сейчас, оказывается тем, кто в детстве поскальзывался на льду, дрался с соседскими мальчишками и играл в карты на раздевание.

— Он был таким смешным, — смеётся Лида. — Упрямый, сдержанный, но за всеми этими серьёзными взглядами всегда умудрялся заботиться о тех, кто ему дорог. Когда меня за волосы потянул старшеклассник, он пошел против того, даже с учетом того, что тот был на три года старше. Избил его, но и сам получил знатно. А когда всех вызвали к директору, он и слова не сказал. Молчал как партизан. Такой он, Марк. Порвет за близких.

Её слова как будто цепляют меня. Я думаю о том, как он всё это время помогал и мне: защищал, предложил помощь с разводом, даже с учетом своего интереса, приехал посреди ночи и познакомил с дорогим ему человеком.

Лида словно читает мои мысли.

— Вижу, что и ты для него многое значишь, раз он защищает тебя, и ко мне привез. А что он для тебя значит?

— Нет, все не так, как ты думаешь…

— Не нужно, — останавливает меня, улыбаясь. — Я спрошу тебя об этом, когда ты полностью избавишься от своего гадкого мужа и освободишь свои мысли, Мария. Я обязательно тебя спрошу об этом...

Опустив голову, тереблю замок на своей кофте. Мне странно думать об этом в таком ключе, но я почему-то уже боюсь ее вопроса.

Даже не вопроса… а своего возможного ответа на него.

19

Глава 12

На следующий день в спешке накидываю на плечи пальто, приобнимаю Лиду, которая вышла меня проводить, и выхожу на улицу, чувствуя, как с каждой минутой волнуюсь всё больше.

Сегодня моя дочь вернулась домой, и мы договорились с ней встретиться в кафе. Я не знаю, как сложится разговор, но очень надеюсь, что мы сможем поговорить хотя бы спокойно. Как бы мне не было обидно за то, что она встала на сторону Паши, я не могу на нее долго злиться и ждать, когда она сама всё осознает.

Спустившись с крыльца, я поднимаю взгляд и замираю в растерянности, когда замечаю у ворот Марка. Высокий, слегка нахмуренный. Его взгляд — острый, цепкий. Как всегда.

Его появление сбивает меня с толку. И судя по тому, как он на меня смотрит, приехал он не к сестре… Хотя знать этого точно я не могу.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю, останавливаясь около него, и будто опомнившись, здороваюсь: — Привет… Лида собиралась за продуктами.

— Ты отказалась от охраны, — в его хрипловатом голосе чувствуется упрек, и я окончательно убеждаюсь в том, что он здесь из-за меня.

— Мне не нужна охрана, Марк, — шумно вздыхаю, удерживая контроль над эмоциями. — Это просто встреча. Я не могу появиться там с телохранителями. У меня и так сложные отношения с дочерью, и я не хочу ее пугать.

— Хорошо, никакой охраны, — спокойно отвечает он и делает шаг ближе. Это движение естественное, но пространство между нами сжимается словно само по себе. — Я сам тебя отвезу.

Внутри все холодеет и одновременно разливается теплом. Я всё никак не привыкну к его прямолинейности. К тому, что он так просто принимает решения за меня, и ничто в его тоне не предполагает возражений.

— Это не обязательно, — пытаюсь говорить уверенно, но сама слышу, как в голосе звучит слабая нотка сомнения. — Я справлюсь сама.

— Справишься, — тут же соглашается он и подходит еще ближе, — но мне так будет спокойнее, — добавляет мягче. — Прости, но я не позволю тебе уехать на встречу одной, когда есть причины для опасений. Нам обоим это нужно, Мария. У нас есть цель, и чтобы ее воплотить, ты нужна мне здоровая. Как физически, так и эмоционально.

Он говорит так спокойно, таким уверенным тоном, от которого моя решимость стремительно тает. Я пытаюсь что-то ответить, но язык словно прилипает к небу, и я просто легко киваю головой.

— Спасибо… — тихо благодарю, чувствуя неловкость и вину.

Возможно из-за меня ему пришлось отложить важные дела и встречи, и теперь он вынужден тратить свое время, потому что я сказала Алексею не приезжать за мной.

Марк открывает дверь своей машины, жестом приглашая меня сесть на пассажирское сидение. Я подчиняюсь молча. Пока мы выезжаем за ворота, беру себя в руки и, наконец, нарушаю тишину.

— Тебе удалось выяснить, кто пробрался в мой дом? Возможно, я могу чем-то помочь, попытаться опознать того мужчину. Хотя в темноте я практически ничего не успела понять, но я могу…

— Мария, — резко останавливает Марк, но без тени раздражения в голосе, — оставь это мне и не думай ни о чем, — отрывает взгляд от дороги и, глядя мне в глаза, добавляет тверже: — Не бойся.

Но когда он снова сосредотачивается на дороге, я замечаю на его лице легкую тень злости, скрытую под хладнокровием.

— В кафе я пойду одна, — перевожу тему. — Мне нужно поговорить с дочерью наедине.

— Я не планировал вмешиваться, — говорит с едва заметной улыбкой, отчего я чувствую себя глупо.

Отворачиваюсь к окну, глядя на улицы, которые плавно сменяют друг друга. Сердце как-то странно сжимается, и я снова испытываю волнение перед встречей с Милой.

Спустя тридцать минут я выхожу из машины и благодарю Марка. Он не сразу уезжает и провожает меня взглядом до кафе, что вызывает чувство защищенности. Но как только я вхожу внутрь, это ощущение быстро сменяется растерянностью и страхом, которые с каждой секундой преобразуются в дикое, яркое, бесконтрольное чувство злости...

Мила не приехала. Вместо нее я вижу Пашу.

20

Глава 13

Я могла бы развернуться и просто уйти. Не доставлять мужу удовольствия от этой встречи, на которую он решил пойти обманом, сговорившись с нашей дочерью.

Но гнев, который плещется в груди, требует выхода, и я быстрым шагом прохожу по залу, останавливаясь около его столика.

— Здравствуй, Маша, — самодовольно ухмыляется он и расслабленно откидывается на спинку стула, словно уже считает себя победителем. — Не ожидала меня увидеть? Ждала кого-то другого?

— Знаешь, — намеренно обращаюсь к нему спокойным тоном, но внутри меня всё пылает огнем, — даже хорошо, что пришел ты.

Выдерживая его тяжелый взгляд, я отодвигаю стул, сажусь напротив и одним жестом отмахиваюсь от подоспевшего официанта. Задерживаться я здесь не планирую.

— Ты сможешь лично услышать о том, что тебя ждет, — продолжаю, наконец. — На что ты рассчитывал, когда залез в мой дом?

— Я? — усмехается он и расплывается в кривой улыбке. — Не понимаю, о чем ты говоришь... Но думаю, теперь ты уже сомневаешься в том, что этот дом принадлежит только тебе. Не справишься ты сама, Маша.

— Ты так уверен, что я одна?

Поражаюсь, как легко мне удается разговаривать с ним, тогда как даже видеть его не могу и хочу как можно скорее забыть и вычеркнуть из своей жизни.