Последнее па-де-де в темноте

Годофредо Ортега Муньос

«Человеку в углу тесной комнаты порой требуется не милостыня и не кров. Ему нужно, чтобы на заплёванных улицах огромного города нашёлся хотя бы один прохожий, готовый разглядеть в его лице остатки человеческого тепла, а не просто перешагнуть через него по пути на званый ужин».

«Аллегория милосердия» - Франческо де Мура

«Самая утончённая гордыня - это осыпать других благодеяниями и подарками, тайно наслаждаясь их растерянностью и долгом».

«Разрушение Помпеи и Геркуланума» - Джон Мартин (1822).

«Благопристойное общество - это лишь тонкая корка льда над клокочущим вулканом первобытной жестокости. Достаточно лёгкого толчка или всеобщего голода, чтобы эти благородные господа начали есть друг друга с ледяным спокойствием».

«Трибунал инквизиции» - Франсиско Гойя

«Большинство тех, кто громко кричит на площадях о свержении тиранов, просто неистово завидуют хозяину плети и втайне мечтают занять его место, чтобы с тем же упоением начать стегать вчерашних соратников при первом же удобном случае»

Николаос Гизис

«Ошибочно полагать, будто пережитый ад автоматически наделяет человека мудростью или благородством. Чаще всего сокрушительные катастрофы оставляют после себя лишь выжженное поле, и вся последующая жизнь уходит на то, чтобы среди этого мёртвого пепла упрямо нащупать хотя бы один уцелевший признак собственного человеческого обличия».

«Комната эрика сати» - Сантьяго Русиньоль

«Самый страшный палач - это разочарованный идеалист. Тот, кто слишком сильно верил в абсолютную чистоту человеческой натуры, падает глубже всех; его былая любовь превращается в ледяную, расчётливую ненависть, не знающую жалости и пощады».

«Мальчик с собакой» - Картина Мурильо

«В привязанности к животным сокрыта глубокая усталость от бесконечного суда человеческого. Собака принимает твой надлом без лишних условий; ей неведом скрытый мотив, и она никогда не упрекнёт тебя в твоём горьком прошлом».

«Вечер на улице Карла Юхана» - Эдвард Мунк.

«Страшнее всего не тогда, когда тебя заперли в пустой комнате.

Страшнее, когда комната полна людей, но никто из них тебя не видит».

«Офелия» - Картина Милле

«Крушение иллюзий оставляет ощущение переломанных костей, когда невозможно даже повернуться к стене. Страшная пытка - сознавать, что архитектором этой груды душевных обломков стал тот, ради кого ты дышал».

.

«Офелия» 1862

«Самые благородные порывы и великие мысли рождаются исключительно на самом дне человеческого падения, среди грязи и нищеты».

«Казнь Джейн Грей» - Картина Делароша

« - Хорошо, что эта осада наконец окончена… Мы просто вовремя потушили этот пожар.

- Да?.. Пожар… А ты ведь был единственным небом, которое у меня оставалось. В ночи, когда звёзды падали на каменные плиты этой площади, я молила богов лишь об одном: чтобы тяжёлый рок обходил твои доспехи стороной. Наверное, небеса услышали меня слишком буквально… и весь этот проклятый рок обрушился на мою собственную изнанку».

«Бар в „Фоли-Бержер“» - Эдуард Мане.

«Люди панически бегут из пустых комнат в шумные кабаки ведь им просто необходимо заполнить пространство чужими голосами, лишь бы не слышать тот страшный, звенящий вопрос, который одиночество неизбежно задаёт их совести».

«Святая Екатерина Александрийская» - Картина Караваджо

«Можно годами делить с человеком один хлеб, одну постель и одни тайны, но в критическую секунду обнаружить, что между вашими душами лежит непреодолимая космическая пропасть. Мы рождаемся в абсолютном одиночестве и уходим в него, как бы прилежно ни пытались играть в близость».

«Глаза в глаза» - Эдвард Мунк.

«Годы совместной жизни часто превращают двух людей в изощрённых тюремщиков, которые знают топографию чужих уязвимостей до последнего сантиметра. Они годами молча сидят друг напротив друга, держа пальцы на курках своих скрытых знаний».

«Обманутый» - Брайтон Ривьер

«Истинная низость всегда благопристойна. Настоящие чудовища не бегают с топорами; они пьют чай из фарфора и ломают чужие судьбы росчерком пера, ласково улыбаясь вашим детям».

«Тайная вечеря» - Николай Ге (1863)

« - Я вытащил тебя со дна, отдал тебе всё, а в ответ вижу лишь холодный, отчуждённый взгляд.

Где твоя благодарность?

- Ты спас меня ради собственного тщеславия, чтобы навсегда привязать к позорному столбу своего великодушия. Но как долго, по-твоему, человек способен терпеть свидетеля своей главной слабости до того, как этот долг признательности превратится в глухую, леденящую ненависть?»

Помпео Батони

«Поиск надежды на пепелище напоминает попытку разжечь огонь под проливным дождём. Разум изнемогает от бесплодных усилий, но сердце упрямо ищет в сумерках спасительную нить, способную вывести его из лабиринта одиночества».

Елизавета и Мария Венгерские у могилы Людовика Великого

«Внутренний свет гаснет безмолвно, оставляя лишь известковую пустыню. Дыхание становится тяжёлым, как могильная плита, и ты неподвижно созерцаешь, как сумерки окончательно поглощают остатки твоего прежнего имени».

«Жертвоприношения Каина и Авеля» - Виллем ван Херп Старший .

« - Зачем ты напоминаешь ему о его подлости каждым своим ласковым словом? Ты ведь сказал, что всё простил.

- Я и простил. Моя дверь открыта, я делюсь с ним последним хлебом.

- Твоё прощение - это петля, которую ты затягиваешь на его шее с самым святым выражением лица. Ты лишил его права искупить вину, заставив каждый день задыхаться от твоего безупречного, безмолвного превосходства».

Гуго Мерле «Сумасшедшая из Этреты.

«Суровое возмездие настигает человека в глухой тишине старости, когда ты внезапно осознаешь, что всю жизнь бежал за ложными призраками, а то единственное, ради чего стоило жить, безвозвратно растоптано твоей собственной трусостью».

Ян Алойзи Матейко - "Станчик во время бала при дворе Бона Сфорца"

«Обыватели с упоением собираются на площади, чтобы швырнуть камень в оступившегося праведника и растоптать остатки его величия под улюлюканье толпы. Но чего в этом суде больше - искренней заботы об общественной морали или панического страха черни перед тем, что кто-то умудрялся оставаться чистым посреди их общей, привычной грязи?»