Ответишь за всё, выскочка

Не отвечаю, потому что тут же ярким всполохом перед глазами встаёт вчерашний вечер.

Мы говорим с Лёшей по видеосвязи, я рассказываю про учёбу, про ребят из группы...

Лёша так долго и неподвижно смотрит на меня, что в какой-то момент мне кажется, будто бы связь пропала.
Его бледное узкое лицо, такое утонченное, даже немного женственное, выглядит отчужденным. А взгляд серых глаз кажется ледяным.
И тут он шумно выдыхает, прочесывает пальцами светлые волосы и недовольно качает головой:

- Я же тебе говорил, чтобы ты поменьше общалась с незнакомыми парнями, а ты мне только и рассказываешь про своих дружков из группы. Больше нет ничего интересного на твоём факультете, я так понимаю?

Обида рассекает нутро раскаленным хлыстом. Сжимаю зубы. Изо всех сил стараюсь держать себя в руках, хотя получается откровенно плохо.

- Я вообще-то тебе тут полчаса уже рассказываю про своих подруг и одногруппников, а не про каких-то незнакомых парней.

- Слишком много вокруг тебя парней вьется из твоих одногруппников, судя по твоим рассказам, - цедит Лёша и вцепляется в меня ещё более острым взглядом. - К тому же, ты обещала мне звонить каждый вечер, но всё чаще лишь отправляешь пару сообщений. Что я по-твоему должен думать?

Нет, это просто ни в какие ворота не лезет!
Меня так выбешивают эти слова, что я начинаю кричать, задыхаясь от гнева и возмущения:

- Я что, в тюрьме?! У меня вообще-то есть обычные бытовые дела и куча домашних заданий, которые мне нужно делать! К тому же, я дико устаю! Я вообще-то учусь, Лёша!

- И много общаешься со своими одногруппниками, - спокойно, но всё так же холодно продолжает Лёша. - На них у тебя силы есть.

Глава 4

- Ты что хочешь, чтобы я приходила на учёбу и игнорировала всех?! - Чувствую, как глаза начинают жечь слёзы, и как ком в горле становится нестерпимо болезненным. - Или, может, мне вообще лучше сидеть в своей комнате и не ходить ни на семинары, ни на лекции, никуда вообще?!

В голове уже звенит от эмоций, хочу сбросить звонок, но Лёша словно чувствует это. Он прикрывает глаза и тяжело вздыхает.

- Малыш, ну почему ты обижаешься?... - Смягчается он. - Я просто хочу, чтобы ты поменьше общалась с другими парнями.

- А больше ты ничего не хочешь?! - рявкаю я. - Твоя ревность сведет с ума нас обоих! Я тебе уже говорила, что ни к чему хорошему она не приведет!Что это за дикость, Лёша?! Какого черта я не могу общаться со своими одногруппниками?

- Потому что ты моя девушка. Я тебя люблю и волнуюсь за тебя, и хочу, чтобы ты была на связи и не общалась с абы кем больше нужного.

Молчу. Нет, всё, хватит с меня. За последние полгода моя жизнь превратилась в настоящий ад с этими невыносимыми эмоциональными качелями. Просто сейчас, когда мы с Лёшей находимся на таком большом расстоянии, его нежность, снисхождение и типа забота видятся мне совсем иначе.

Это просто способ манипулировать мной!

И ревность эта... Эта жестокость, холод... Они сейчас как никогда раздражают меня. Раньше я как-то не могла чётко осознать, что чувствую.
Лёша всегда умел так притянуть к себе, обнять и поцеловать, что я сразу же отпускала все обиды...
Но теперь понимаю, что больше не хочу ни этого холода, ни ревности, ни нежности, ничего от него не хочу.
Сколько раз я пыталась уйти, и сколько раз Лёша не давал мне этого сделать!
Приходил, сжимал в объятиях, успокаивал и просил прощения, осыпая самыми теплыми поцелуями.
После грандиозного и выматывающего скандала, его словно подменяли, и он становился самым нежным и заботливым.

И я ведь его прощала. Смотрела на его улыбку, дрожала от прикосновений, таяла от поцелуев...
Мне казалось, что я не смогу без него, несмотря на все его ревнивые закидоны и вечные попытки меня контролировать.
В моменты его извинений внимание Лёши становилось особенным, и мне всегда казалось, что так будет и дальше, но потом всё снова возвращалось к той же жести, которуя я наблюдаю и сейчас.

Но теперь с меня хватит.

- Ксюша?

Вздрагиваю, осознавая, что Лёша все ещё на связи и все ещё ждет моего ответа.
Закрываю глаза на мгновение, делаю глубокий вдох и...

- Я думаю, что нам лучше расстаться, - говорю тихо, но твёрдо.

- Что?

Лёша удивленно вскидывает брови. Смотрит на меня с таким видом, будто бы у меня вместо головы появилась кастрюля.

- Именно то.

- Нет, не понял, - смеется, и я с удвольствием отмечаю, что слышу нервные нотки в его смехе. - Что-что ты ДУМАЕШЬ? Что нам лучше расстаться?

Впервые мне кажется, что он откровенно надо мной издевается. Пытается вывести на эмоции? Пф!
Я раньше не предлагала расстаться. Сделать перерыв, отдохнуть друг от друга - да. Могла не разговаривать какое-то время...
Сейчас мне кажется, тема расставания со мной - его больное место.

- У тебя со слухом плохо? - спрашиваю ровным голосом. - И да, я думаю, что нам лучше расстаться.

- Ксюша...

Лёша вдруг начинает заливисто смеяться. Хохочет передо мной, пока я сижу, ощущая себя, мягко говоря, не очень хорошо.

- Мне пора, - вдруг говорю я, собираясь отключиться, но Лёша вдруг перестаёт смеяться и в упор смотрит на меня.

- Ты забываешь, малышка, что мы с тобой связаны... Как минимум тем, что наши родители желают нашего брака. Твой отец, да и мама тоже, имеют сейчас работу только благодаря поддержке МОЕГО отца....

Грудную клетку обжигает огнём досады, а от стыда мгновенно начинают пылать щеки.
Да, это правда. Но манипулировать этим фактом?! Кажется, кто-то только что окончательно пробил дно.

- И что теперь? - горько усмехаюсь. - Попросишь своего отца выгнать их с работы?

- Мой отец сам их выгонит, если узнает, что мы с тобой расстались. - Лёша чуть склоняет голову, наблюдая за мной. - У него есть кого поставить на эти места. Он отказал лучшим друзьям в них, потому что я его попросил. А зачем ему нужно будет держать твоих родителей у себя в больнице, если...

- Знаешь, Лёша, ты упал в моих глазах ещё больше прежнего. Противно разговаривать с тобой.

- Я ведь знал, что этот твой отъезд на учёбу не пойдёт тебе на пользу - Лёша зло поджимает губы, глядя на меня с яростью. - Нельзя было тебя отпускать...

Отключаюсь от звонка и вырубаю интернет. Какое-то время не мигая, смотрю в экран, на котором табун белых лошадей несется по прериям... Горло сжимает болезненный ком, губы трясутся, и перед глазами всё начинает плыть от слёз. Мне до сих пор кажется, что Лёша может как-то дозвониться до меня, увидеть, проследить...

Выключаю компьютер, закрываю шторы и ложусь на кровать. В груди саднит от боли и отвращения.
Поджимаю колени к груди и сворачиваюсь в калачик. Рыдания прорываются наружу, и я даю им волю.

- Ксюша?... - снова зовёт меня Лёшин голос в телефоне, но я не отвечаю.

Громкий автомобильный сигнал заставляет меня опомниться. Судорожно втягиваю воздух и оборачиваюсь.
Мимо меня пролетает уже знакомая мне красная машина, и резко тормозит у тротуара.
Из машины выходит Субботин.
Видит меня и нагло ухмыляется, а затем... уверенным шагом направляется прямо ко мне.
Замираю на месте в совершенном шоке.
Оцепенение настолько сильное, что я не в силах пошевелиться, просто смотрю на Матвея и отчетливо чувствую, как пылают мои щеки под его пронзительным взглядом... В голове гремит только один вопрос: ЧТО он сейчас собирается делать?!

- Садись в машину давай, выскочка, - чеканит Матвей. Его голос наполнен плохо сдерживаемой яростью и презрением.

Обиднее от того, что несмотря на свою злобу, выглядит Субботин сногсшибательно - начиная от своей крутой косухи и заканчивая темными волосами, уложенными в стильную причёску.

Матвей подходит ближе, и будоражущий запах одеколона наполняет мои легкие. Меня охватывает дрожь, и мурашки волной проходят по моему телу.

- Ты глухая?

Моргаю. Пытаюсь проглотить ком в горле, но не получается.

- Я вообще-то... Никуда я с тобой не поеду, Субботин.

Меня охватывает неподдельный страх, и я делаю шаг назад. Это единственное, на что меня хватает.
Матвей раздраженно цокает, а после молниеносно приближается, хватает за локоть и тащит к своей машине.

- Я... Стой! Отпусти меня!

Через две секунды оказываюсь в светлом салоне дорогого авто Субботина. Того самого авто, на котором он чуть не переехал меня сегодня утром!
Когда я была на переходе, между прочим!
И сколько уже из-за этого унизительного случая набралось проблем?!
Всего лишь за одно утро на секундочку!

Субботин захлопывает дверь с моей стороны, обходит машину и садится за руль. Я даже не пытаюсь выбраться - у меня просто шок!
Сижу и хлопаю глазами в невероятно красивом салоне шикарной машины Матвея, где всё пространство благоухает тонким ароматом сандала.

Прихожу в себя, когда мотор начинает оглушающе реветь. Хватаюсь за дверную ручку и начинаю её дергать - не поддаётся!

- Субботин! - рычу, затравленно вжимаясь в кресло. - Выпусти меня из машины!

- Когда приедем - выпущу, - ровно отвечает Матвей, дёргает рычаг и один махом выруливает на дорогу.

- Ксюша?! Ксюша, где ты?!

От ужаса перехватывает горло. Опускаю взгляд и замечаю у себя под ногами свой смартфон. Боже! Я же так и не сбросила Лёшин звонок!
Дрожащими руками подбираю телефон.

- Я... Кхм. - Мои губы дрожат, и голос тоже дрожит. - Я перезвоню попозже.

Скашиваю взгляд на Субботина, он в свою очередь смотрит лишь на дорогу, но я всё равно замечаю его едкую ухмылочку.
Вот урод! Куда он вздумал меня везти?!

- С кем ты, Ксюша?! - орёт Лёша в трубку. Никогда не слышала в его голосе настолько сильного гнева. - Сию минуту объясни мне, что за мудак там рядом с тобой?! И вообще какого хрена происходит?! Он что тебя лапает или...

Матвей с отвращением морщится и бросает взгляд на мой смартфон.

- Лёша, прекрати нести чушь! - оправдываюсь я срывающимся голосом. - Я...

- Ответь мне сейчас же!

- Дай сюда. - Матвей резким движением выхватывает мой телефон у меня из руки. - Слушай ты, дебилоид, если ты думаешь, что меня интересует твоя облезлая метла, которую ты называешь своей девушкой, ты сильно ошибаешься. Сделай одолжение, психопат, пропади из эфира до завтра - у нас тут с твоим чучелом есть кое-какие дела.

Сбрасывает звонок и отшвыривает телефон мне на ноги. Смартфон больно врезается углом в мою коленку, и я морщусь от неприятного ощущения. Хуже только обида от обильно вылитых на мою самооценку помоев.
И вдруг мой телефон снова начинает звонить, на этот раз звонит Кристина, моя сестра.
Как вовремя!

Одним касание снимаю трубку.

- Кристи! - почти кричу. - Крис, позвони, пожалуйста, в деканат моего....

Начинаю тараторить, но не успеваю договорить. Грязно выругавшись, Субботин снова выхватывает телефон у меня из рук и одним нажатием вырубает его, а затем просто убирает во внутренний карман своей куртки.

Матвей смотрит на меня. Его красивое лицо искажено от ярости.

- Твои выкрутасы начинают раздражать, ободрань выпендрёжная.

Дыхание перехватывает от унизительного оскорбления, похожего на плевок. Меня в жизни никто так много и грубо не унижал, как за сегодняшнее утро унизил Субботин.

Словно в болоте с испражнениями искупали... Негодование смешивается с обидой и отчаянием.
Понимаю, что мне должно быть плевать на мнение Субботина, на его слова, да и вообще на него самого, но, если честно, я чувствую себя растоптанной...

Но долго горевать по своей самооценке не получается, меня начинает точить кое-что поважнее.
До меня доходит, что без моего телефона всё будет совсем-совсем плохо, и ладно Лёша или Кристинка...
А вот если мама мне не дозвонится - это будет настоящая катастрофа!
Она ведь и так вся в переживаниях.

- Верни мне телефон! - требую я, поворачиваясь к Субботину всем корпусом. - Пожалуйста!

- Обойдёшься. Твоя труба слишком много трезвонит , - хмыкает Матвей. - Не переживай, я постараюсь не потерять твою говорилку, если она тебе так важна. Но если вдруг и потеряется, это ничего. Думаю, что твой парень соизволит тебе купить модель получше.

- Да как ты смеешь вообще?! - кричу я, задыхаясь от возмущения и обиды. - Сначала впихиваешь меня в свою машину, затем забираешь мой телефон и поносишь моего парня! И как вообще можно девушку называть "облезлой метлой"?!

- Какую девушку? - фыркает Субботин.

Он останавливает машину на светофоре и поворачивается ко мне - в его зеленых глазах, таких же зеленых, как и у меня, между прочим, сквозит острое презрение и ненависть.
Я даже сжимаю от этой испепеляющей ненависти, направленной на меня, и понимаю, что меня, кажется, ещё никто никогда в жизни ненавидел так, как Матвей Субботин.

Глава 5

Обжигает обидой так, что руки начинают дрожать.

Воздух застревает в горле. Не могу говорить. Чувствую, как краснею, как слёзы начинают жечь глаза.
Боже, Субботин просто самый настоящий гад! Как можно вот так оскорблять людей и делать то, что захочется, нарушая все мыслимые и немыслимые границы?!

- Что ты... Да как ты вообще?!... - захлебываюсь от удушающей досады. - Как ты вообще можешь так разговаривать с людьми?!

- Могу, - холодно усмехается Субботин. - Я и не так могу. А с тобой, ободрань, я ещё мягко. Ты себя крутой возомнила, я так понимаю? Умной, воспитанной? Выше других себя ставишь? И поэтому решила мне вызов кинуть? Ответишь за всё, выскочка. Я тебя научу, как себя вести со мной.

Матвей усмехается. Он кидает на меня взгляд, полный ядовитой ненависти, и я понимаю, что всё что сегодня произошло между нами он не забудет и точно теперь не оставит меня в покое просто так...
Хуже другое - я даже не могу предположить, ЧТО он собирается теперь делать?!

- Выпусти меня немедленно! - Сжимаю кулаки с такой силой, что ногти врезаются в ладони. Голос срывается: - Немедленно!

- Не ори, - лениво бросает Субботин.

- Быстро выпусти!...

Матвей поворачивается ко мне. Одна секунда, и красивые пальцы Субботина оказываются у моего подбородка. Прикосновения Субботина проходят по моей коже электрическими разрядами, и я сразу же замираю от страха и волнующего трепета.
Матвей удерживает мое лицо стальной хваткой. Не хочу смотреть на него, но глаза словно примагничены к его глазам.

- Ещё одно слово, и ты пожалеешь, выскочка. Обещаю тебе.

По тону Матвея и его ледяному взгляду мне становится понятно, что лучше его не злить.
Он не кричит, вообще не повышает голос, но его слова кажутся настолько острыми и грубыми, что лучше бы он кричал. Теперь я уже чувствую не страх и не панику, а настоящий ужас.
Субботин явно не в себе, и если сейчас я не возьму себя в руки - неизвестно, что будет дальше...
Он себе позволяет вести себя как ему вздумается, а я ведь даже не знаю, куда он меня везёт и зачем!
Чёртов тиран!

- Усекла? - спрашивает так же тихо.

С силой сжимаю зубы, с силой сжимаю кулаки, мечтая врезать ими по этому самодовольному лицу.
Но... просто киваю. Сейчас лучше изобразить покорность. Пусть даже до дрожи хочется протестующе рявкнуть в ответ!
Мысли вышибает из головы одним мигом: резкий выезд на дорогу, и меня едва не сносит в сторону.
Испуганно выдыхаю, приходя в чувства.

- Пристегнись, бестолочь, - раздраженно цокает Субботин. - Ты мне ещё сегодня понадобишься.

Поджимаю дрожащие губы. Меньше всего мне сейчас хочется показывать Субботину свои эмоции, поэтому беру себя в руки, пристёгиваюсь и напряженно замираю в кресле. Знакомые улицы студгородка проносятся мимо, но уже вскоре Субботин притормаживает, и тогда я понимаю, что мы подъезжаем к жилому комплексу с апартаментами для мажоров.

По плечам проходит колкий холодок.

- Куда ты меня везёшь? - хрипло спрашиваю, наблюдая за тем, как охранник на КПП кивает Матвею, здороваясь. - И зачем?

- Буду учить тебя не задавать тупые вопросы, выскочка, - равнодушно отвечает Матвей и, проезжая через поднявшийся шлагбаум, выруливает на парковку. - Особенно после того, как тебе велели заткнуться.

Субботин выходит из машины, и пока обходит её, я судорожно соображаю, как лучше мне попытаться сбежать от него.
Решаюсь на отчаянный шаг...
Как только Матвей открывает дверь с моей стороны, я вылезаю из машины и стремглав бросаюсь в сторону. Но Субботин, видимо, ожидал такого расклада!
И он не был бы капитаном футбольной команды, если бы не был таким скоростным.
Один его шаг, одно движение, и я оказываюсь крепко прижатой к корпусу авто.

- Ты меня реально уже добесила, Сотникова, - рычит Субботин мне в висок, обжигая кожу горячим дыханием. - Я ещё таких ослиц упрямых как ты не встречал! Думаешь, я шучу с тобой?!

Жмурюсь, когда Субботин одним махом собирает мои волосы в жгут и дергает на себя. С болью прикусываю губу и откидываю голову назад. Мой затылок теперь на его плече. Со стороны эта сцена выглядит, должно быть, совсем иначе...

В зеленых глазах Матвея сверкают колючие искры ненависти. Мне кажется, что ещё секунда, и он прибьет меня.

- Отпусти! - прошу, не сдерживая слёз от унижения.

Чувствую, как горячие капли катятся по вискам раскаленными бусинами.

- Отпущу, когда ответишь на мой вопрос, который я тебе сейчас задал, - ровно говорит Субботин и чуть сощуривается, разглядывая мое лицо со странным интересом.

Интересом хищника, который поймал свою жертву!

- Я... Да.. Нет, не шутишь... - бормочу я. - Отпусти, пожалуйста!

Но Субботин все ещё продолжает держать меня за волосы.

- Сначала извинись, - говорит он и цинично усмехается. - За своё поведение. Ты была не очень послушной девочкой последние полчаса.

Господи, как же он меня бесит... Как можно вообще быть таким козлом?!

- Не дождёшься, - вспыхиваю я, мечтая побольнее врезать по этой самодовольной роже.

- Ну, я-то никуда не тороплюсь. - Матвей ведет плечом. - Могу и подождать.

Стискиваю зубы от негодования и делаю медленный вдох. Так, ладно. Будем действовать по-другому.

- Извини, - цежу.

Да пусть подавится! У меня есть план: приму правила игры этого гада, усыплю его бдительность, и как только уличу момент - сразу же сбегу!

В зелёных глазах Субботина читается издёвка, а ещё до омерзения холодное презрение.
И всё равно, даже при всем этом раскладе, я проваливаюсь в этот взгляд до замирающего в горле сердца... Господи, откуда у такого козла такая харизма вообще?!

- Неплохо для начала, - самодовольно усмехается Матвей.

Субботин отпускает мои волосы, но все ещё стоит слишком близко ко мне. Да какое близко... Конкретно прижимает меня к корпусу своей машины... Мне даже шевельнуться сложно, хотя я делаю честную попытку хотя бы повернуться.
Но нет, я по-прежнему чувствую спиной и пятой точкой жар и силу его тела, и начинаю заливаться краской.

- Может, ты хотя бы подвинешься? - бросаю ему недовольно.

- Подвинусь. Но сначала предпрежу тебя, Сотникова: ещё одна попытка сбежать - и тебе будет хуже. И больнее.

Верю ему на слово. Неизвестно до чего может дойти этот отбитый.
С силой прикусываю губу. Ненавижу этого мажористого самодура!
И одеколон этот его с ума меня сводит, забивая в ноздри и заставляя трепетать всё нутро.
Хуже, что от того, как он сейчас прижимается ко мне у меня по коже толпой бегают мурашки и сбивается дыхание... Не ожидала от себя такого... С Лёшей мне не хватало какого-то внутреннего отклика от своих эмоций, а тут... Это всё стресс.

- Уяснила?

Горячее дыхание касается моей скулы и вздрагиваю от электрического разряда.

- Да, - бросаю зло.

Ненавижу! Ненавижу этого гада, и себя тоже ненавижу за то, что какой-то неподконтрольной частью своего сознания поддаюсь на его привлекательность, несмотря на всё его мудачество!

- Вот и умница.

Матвей усмехается и наконец-то отстраняется от меня. Сразу становится неимоверно холодно. Резко оборачиваюсь и волком смотрю на мажора.
Неосознанно ёжусь... Без его "объятий" и правда так холодно, словно я оказалась по меньшей мере без куртки...

Субботин прячет руки в карманах джинс и прищуривается.
Его темные волосы треплет ветер. Густые брови сведены к переносице, а взгляд зеленых глаз... совершенно нечитаемый.
Господи, он такой красивый... Интересно, какого быть девушкой такого парня?...
Поддаваясь своим мыслям, смотрю на его губы, и чувствую, как мгновенно становлюсь пунцовой.
Одергиваю себя!
Боже, да я с ума что ли сошла?!
Этот козел издевается надо мной всё утро, о чём я вообще думаю?!
Нет, это определенно всё эта стрессовая ситуация, от которой я уже, кажется, схожу с ума...
Часто моргаю, пытаясь сбросить наваждение.

- Идём давай.

- Куда? - отмираю я, выныривая из своих мыслей.

Сверлю взглядом широкую спину в косухе.

- Куда надо.

Кивком велит мне идти в сторону одного из подъездов. Что он задумал?!
Снова раздраженно цокает, хватает меня под локоть и ведет за собой.

- Эй! - возмущаюсь, но сопротивляться пока не решаюсь.

Мы заходим в пустой подъезд одного из домов. Тут чисто и светло, всё новое и красивое - на порядок получше, чем в наших домах, но это и понятно. Нам встречается компания из мажористых парней, которые кричат Мэту приветствия и с любопытством смотрят на меня. Субботин едва заметно им кивает, сосредоточенно ведя меня к лифтам.

У меня внутри всё дрожит от подступающей паники, но я правда не знаю, что надо сейчас делать, чтобы не наломать дров и не сделать мое положение ещё более худшим.
Поднимаемся на пятый этаж и подходим к одной из квартир. Осознание того, что Субботин ведёт меня к себе вызывает новую волну ещё более острой паники.

И вот тогда я снова делаю попытку сопротивляться: останавливаюсь и пытаюсь дать дёру назад, но Матвей подхватывает меня с такой легкостью, словно для него я вешу не больше котенка, и зашвыривает меня в свою квартиру.

Лечу через прихожую и приземляюсь навзничь возле входа в одну из комнат!

Больно ударяюсь локтём, хорошо, не головой, но отстремительного полёта перед глазами все равно пляшут звёзды.
Мне вслед летит мой рюкзак, который на лету расстегивается. Содержимое рюкзака, конечно же, разлетается по разным сторонам.

Вот гадство!

Матвей снимает обувь, но не раздевается. Проходит в квартиру и исчезает на какое-то время.
В ужасе отползаю к стене и прижимаюсь к ней спиной, не в силах встать на ноги.
Субботин возвращается в прихожую через несколько минут и только тогда поворачивается ко мне. Абсолютный холод и презрение сквозит в каждом его движении.

- Вперёд, Сотникова. За работу.

В ужасе смотрю на Субботина. Тот усмехается и делает ко мне шаг.
Паника оставляет ожоги внутри меня.

- Не подходи ко мне! - пытаюсь отползти ещё дальше, но дальше - только стена.

В глазах темнеет, когда Субботин подходит ко мне всё ближе. От шока даже не могу пошевелиться, даже зажмуритсья не могу. Однако Матвей всего лишь подхватывает меня за плечи и рывком поднимает на ноги.

- У тебя на повестке написание работы для меня, выскочка, - хмыкает он, одним движением впихивая меня в комнату, где на рабочем столе светится экран новороченного ноутбука. - А ты что подумала? Э, нет, выскочка, и не мечтай. Не для тебя моя роза цвела. Давай, вперёд, за дело. Ноут включен, интернет в доступе, все справочные сервисы найдёшь во вкладках.

- Ты что?... - Словно очнувшись, хлопаю глазами. - Правда хочешь, чтобы я... сейчас написала за тебя твою работу?