Полная версия
- Только не бейте меня, я не с пустыми руками! - выхватив из кармана копейки, принялась ссыпать их на кровать.
В голову тут же полетел ворох одежды, состоящий из юбки, платья – чуть новее того, что было на мне – и штопаных колготок.
- Умывайся, - вполголоса прошипела женщина и кивнула на табурет, поверх которого устроился таз с водой. - Переоденешься и живо на кухню. А вздумаешь задерживаться - не посмотрю на гостя, за лохмы оттаскаю!
Сдунув упавшую на лицо рыжую прядь, она окинула меня полным ненависти взглядом, и выскочила за дверь.
4.3
Умываясь резко пахнущим куском коричневого мыла, в отдающей тиной холодной воде, я грустно вздыхала по собственной душевой, и молилась, чтобы под утро кожа не превратилась в наждак.
Впрочем, какая разница? Тут бы понять куда я попала и как из этого всего теперь выбираться. А не переживать по пустякам.
Промокнув лежащей рядом серой тряпкой лицо, я подошла к сундуку. Приоткрыв крышку, посветила лампой и вытащила обнаруженный еще утром деревянный гребень без пары зубчиков. Затем огляделась в поисках зеркала.
Оно нашлось висящим на стене у окна. Небольшое, округлое, со сколотыми краями. Ничем не примечательная вещица, при взгляде на которую меня охватил панический страх.
Собрав всю волю в кулак, я сделала несколько шагов, встала напротив и резко подняла голову. А затем шумно выдохнула, разглядывая в нем… себя.
Либо мы с Машей из этого времени были дальней родней, либо - астральными близнецами. По-другому то, что я видела, не объяснить. Те же черты лица, глаза, нос, губы. Ничего не изменилось. Та же темная копна волос, собранная еще утром в высокий узел.
Распустив его, я принялась разглаживать пальцами пряди, которые даже без дорогих шампуней и кондиционеров смотрелись достойно.
Настроение резко скакнуло вверх. И словно второе дыхание открылось.
Жить можно. Выдыхаю.
Стащив с себя платье, в котором провела весь сегодняшний день, я быстро переоделась в новое. Пригладила руками складки юбок, похлопала себя по щекам и отправилась знакомиться с женихом.
Кухня, в этой маленькой квартирке нашлась очень быстро. По запаху жареной рыбы и несмолкающей ведьминой трескотне. За круглым деревянным столом сидело две фигуры, что при виде меня резко замолчали.
Не знаю, к чему я готовилась, что представляла, но оценив все «достоинства» Пал Сергеича, не сдержалась.
- Капец.
- Все верно, милая Мария Андревна… Капец Пал Сергеич. К вашим услугам, - картавя проговорил совсем не старый бородатый карлик. Затем закряхтел и стал сползать со стула.
Меня перекосило.
Дело было не в его росте. И не в проплешине. И уж точно не сизом носище, что свешивался на пол-лица. Меня сразил стойкий запах пота и резкого одеколона, что, смешавшись, сбил бы с ног даже вчерашнего медведя.
Добравшись до пола, Пал Сергеич встал передо мной, прижал ладонь к груди и склонил голову. Не зная, как ему ответить, то ли руку пожать, то ли в реверансе растелиться, я выбрала нечто среднее: развела в воздухе ладонями и поклонилась.
Бросив косой взгляд на мачеху, и заметив ее поджатые губы, поняла, что налажала. Но жених, словно не заметив оплошности, принялся отодвигать для меня стул.
- Присаживайтесь, Мария Андревна. Попьете с нами чаю? Ваша маменька испекла вкуснейшее печенье, - услышав об угощении, я чуть в пляс не пустилась.
За целый день в моем желудке побывало всего две миски похлебки. Так что я бы сейчас даже от ненавистной жареной рыбы не отказалась. Только вот предлагать мне ее никто не собирался.
А жаль.
Сев за стол, я сложила ладони на колени и принялась ждать, когда ведьма наполнит мою чашку. Рот открывать не спешила. Сами позвали, пусть вводят в курс дела.
Первым, прочистив горло, заговорил Пал Сергеич.
- Я уже давно ждал нашей встречи, Мария Андревна. Молил Анастасию Кузьминишну, - он кивнул на ведьму, - поскорее все обстряпать и свести, наконец, вместе две заблудшие души. Слышать о вашей красоте, и не иметь возможности ее лицезреть. Это ли не мука?
Да ему впору стихи писать, вон как складно сочиняет. Впрочем, может он и есть… поэт? А чего так покраснел? В чай что-то подлили? Или пришел просить руки и волнуется?
- Дорогой Пал Сергеич, - принялась ковриком стелиться мачеха. – Вы не смотрите, что Машенька молчит. Она у меня девушка скромная, стыдливая. Как узнала о сватовстве, так взволновалась…
Еле откачали.
Пока эти двое соревновались в словоблудии, я стащила с блюдца печеньку и засунула целиком в рот. Ведьма зыркнула, но промолчала. Да так красноречиво, что стало ясно, будь мы одни, по рукам бы отходила.
Пал Сергеич, между тем, продолжил заливаться соловьем.
- Вы само очарование, Мария Андревна. Прекрасная, как картинка.
- Спасибо, - вымучила я улыбку. – Вы тоже… ничего.
Внезапно под столом больно прилетело по ноге, заставив меня выпрямиться.
- Ну, раз знакомство состоялось, предлагаю обсудить грядущую свадьбу, - едва не потирая руки, объявила Анастасия Кузьминишна.
Подавившись остатками печеньки, я громко закашлялась. Пал Сергеич потянулся своей маленькой ручкой, чтобы постучать мне по спине, но не достал.
И слава богу.
- Свадьбу? – переспросила я, когда смогла, наконец, вздохнуть.
- Ну не прекрасная ли новость, Мария Андревна? – засветился лампочкой жених. – Мой папенька уже обо всем договорился. Через неделю обвенчаемся, и сразу переедем в наш фамильный дом. Он намного просторнее вашей квартирки. Я уверен вам понравится.
- А как же я замуж… без приданого? – притворно взгрустнула я, прощупывая почву.
- Пал Сергеич человек щедрой души! – погрозила потолку пальцем мачеха. – Ему и приданое твое не нужно. Он сам за тебя мне телегу свежих овощей готов отдать.
Отлично. Меня продали за мешок картошки. Так, а спросить? Что это еще за произвол?
Естественно, вслух я возмущаться не стала. За ведьмой не заржавеет выгнать меня среди ночи на мороз. Да и неделя срок не маленький. Что-нибудь придумаю. А пока…
Улыбаемся и машем.
Глава 5. Хочешь жить - умей втереться!
Утро, полностью отражая мое внутреннее состояние, выдалось серым и неприветливым. Над городом стоял густой, как кисель туман, сквозь который еле пробивался свет фонарей. Ноги, в старых ботинках, скользили по льду. Холодный воздух, через дырявую шаль, проникал до самых костей.
Увязавшийся за мной Лешка, которому я успела рассказать о подработке у бабки Глаши, разбавлял тишину своей болтовнёй. А я кивала невпопад, растворившись в собственных мыслях.
Вчера, распрощавшийся с Пал Сергеичем, Ведьма Кузьминишна ещё долго рекламировала мне плюсы замужества.
И дом-то у него большой. И папенька богатый. Из Капец какого древнего рода-племени. Как сыр в масле кататься буду. По утрам икорку на хлеб мазать и кофе запивать.
Кофе — это конечно хорошо. Даже отлично. Но я ещё не так сильно отчаялась, чтобы ради него, за картавого карлика с сизым носом замуж идти. Правда мачехе об этом знать не обязательно. Поэтому я кивала, соглашалась, что да, повезло аж мочи нет. А сама всю ночь ворочалась с боку на бок, пытаясь придумать, как с этого дна выбираться на берег.
Стабильной работы с высоким окладом у меня нет. Денег для аренды даже самой обшарпанной комнатушки тоже. Чтобы начать все с нуля, мне нужен стартовый капитал. Но вряд ли какой банк согласится дать кредит нищей девушке, у которой ни документов, ни недвижки для залога.
Отложив в самый дальний ящик не самую гуманную идею - выйти замуж и быстро овдоветь, я огляделась по сторонам и поняла, что мы с Лешкой почти пришли.
- Помогать останешься?
- Не, у меня дела, - покачал он головой. - Вечером забегу.
- И куда ты собрался? - полюбопытствовала я, не понимая, какие дела могут быть у ребенка четырнадцати лет помимо школы.
Мальчишка замялся.
- На фабрику надо сбегать, - махнул он рукой и прежде, чем я успела задать еще больше вопросов, прошмыгнув мимо, исчез из виду.
Врет. Как пить дать врет, но это может подождать. Вот разберусь со своими проблемами и начну совать нос в чужие.
Ярмарка постепенно оживала. Продавцы раскладывали на прилавках товар. На кострах готовили еду. Ставили палатки, вокруг которых собирался народ.
Все суетились, кричали, здоровались. И только я брела вперед, опустив голову и чувствуя на плечах тяжесть всего мира.
Внезапно в лицо прилетел клочок бумаги. Поймав его и развернув, я внимательно вчиталась в напечатанный текст.
«Сенсацiя! Сенсацiя! Сенсацiя!
Токмо сегодня, у палаты №4 несравненная предсказательница Дилайла проведетъ спиритическiй сеансъ.
Ожидается: гаданiе на картахъ Таро, чтенiе будущаго въ хрустальномъ шаре и призывъ духовъ.
Количество билетовъ ограничено. Спѣшите купить!
Цѣна: 30 коп.»
Найдя глазами палатку, где должен был проходить сеанс, я удивленно охнула. У входа мялось несколько десятков человек, а еще столько же окружили будку, где продавались билеты.
И это с самого утра, когда гостей еще толком нет? Представляю сколько их тут к обеду будет или к вечеру. А если эти сеансы проводить каждый день? Это же сколько денег…
Разрозненные мысли в голове стали потихоньку складываться в одну грандиозную идею, что угрожала разорвать меня на миллионы частей.
- Глафирия Петровна! – воскликнула я, подбегая к разжигающей под чаном огонь старушке. – Глафирия Петровна, нам нужно срочно поговорить!
- Машка, в тебя будто бесы вселились, - перекрестилась бабка Глаша. - Чего так разошлась?
Я медленно перевела дыхание, вспоминая техники прогрева из своих онлайн-марафонов.
- Глафирия Петровна, ответьте мне на вопрос – вы живете жизнью своей мечты?
- Эээ, чаво? – нахмурившись переспросила старушка.
- Вам нравится ваша жизнь?
- Ну дык, не жалуюсь.
- А хотели бы жить еще лучше?
- Лучше? Ну если токмо дом нам с дочкой побольше. Да скопить деньжат, чтоб было что внукам оставить. Эх, мечты! – махнула она рукой.
- Глафирия Петровна, а что, если я вам скажу - мечты сбываются? Все и у всех! Что бы вы не задумали, вы можете этого достичь. Но только, если действительно захотите.
- Это как же? - заинтересовалась она.
- Станьте моим ассистентом.
- Ась?
- Помощницей моей. Правой рукой, - улыбнулась я, и принялась объяснять. – Только представьте, сколько мы сможем заработать, не потратив ни копейки! Вернее, несколько копеек потратить придется. Но я все верну в стократном размере! Итак, нам нужны листовки, несколько мальчишек-газетчиков и ваша дочь. Ее же здесь никто не знает?
Бабка Глаша отрицательно качнула головой.
- А Оленька тут при чем?
- При том, Глафирия Петровна, что нас всех очень скоро ждет светлое будущее. Где деньги, золотой жилой, потекут в наши карманы.
- И что же это за жила такая, Машенька?
- Бизнесмарафон называется.
Развивать бурную деятельность я умела всегда.
Организовывать, координировать работу, руководить. Мой продюсер Славик называл этот набор – лидерскими качествами, а мои конкуренты и завистники – задатками прожженной аферистки.
Впрочем, как волка не назови, он волком и останется. А потому, я не обращала ни на кого внимания и шла напролом к намеченной цели. Вот и сегодня так получилось, что уже к вечеру большая часть мною задуманного была реализована, и дело оставалось за малым... получить результат.
Написанные от руки листовки – на типографию у Глафирии Петровны денег не хватило – были еще в обед розданы мальчишкам-газетчикам, которые за умеренную плату, согласились распространить их среди покупателей.
Арендовать палатку у хозяина ярмарки тоже оказалось не проблемой. За пару часов Мифодий Кирилыч попросил рубль, и согласился подождать с оплатой до завтрашнего утра.
А Ольга Ивановна, дочь Глафирии Петровны, как услыхала, сколько денег сможет заработать с одного выступления на моем мастер-классе, уже через полчаса знала весь свой текст назубок.
Чтобы выглядеть достойно, мне пришлось ненадолго сбегать домой. Переодевшись во вчерашнее платье, в котором встречала жениха, я навела порядок на голове, сперла у занятой готовкой ведьмы новую шаль и более-менее приличные ботинки. Затем вернулась на ярмарку, засела в палатке и… стала дожидаться первых клиентов.
Меня трясло.
От страха, что ничего не выйдет. От волнения, что, если не выйдет, я подставлю милую старушку, не оставившую меня в беде. От отчаяния, что, если подставлю, останусь без работы и придется идти замуж. А замуж ну очень не хотелось.
- Барышня? – раздался в палатке грубый мужской голос. – Это тута богатым стать помогут?
Склонившийся надо мной седой великан сунул мне под нос написанную моей же рукой листовку, текст которой я слегка сплагиатила у предсказательницы Дилайлы:
«Сенсацiя! Сенсацiя! Сенсацiя!
Токмо сегодня вечоромъ, у палаты №12, несравненная гуру и коучъ-мотиваторъ Мария проведетъ мастеръ-классъ «Денегъ в обилие не бываетъ».
Ждемъ всѣхъ, кто хочетъ стать успѣшнымъ и богатымъ.
Входъ безплатный»
Подскочив с табуретки, я быстро вытерла вспотевшие ладони о юбку платья.
- Тута… тьфу ты! Тут, да, - закивала я и указала на один из свободных стульев, что мы с бабкой Глашей одолжили у ее знакомых торгашей. – Проходите, присаживайтесь. Сейчас соберутся остальные и начнем.
Сердце заходилось в частом стуке, наблюдая как за первым гостем тянется цепочка из мужчин и женщин. Очень быстро сидячих мест в палатке не осталось, но это никого не оттолкнуло. Люди начали рассредотачиваться у стен, а затем и вовсе забили все пространство.
Яблоку было негде упасть, не то что протиснуться к импровизированным подмоткам, где стояли мы с бабкой Глашей.
- Боже, Машенька. Откуда их столько? - шепнула мне на ухо испуганная старушка.
- А это, Глафирия Петровна, халява животворящая. Восьмое чудо света, - она удивленно зыркнула, но ничего не ответила.
Из толпы начали раздаваться шепотки недовольных теснотой гостей, услышав которые, я решила поторопиться и выступила вперед.
- Гости дорогие, раз вы все здесь собрались, я готова начать. Для начала, позвольте представиться, меня зовут Мария Андреевна Вольнова. Но вы можете звать меня просто – гуру. Я счастлива приветствовать вас на бесплатном мастер-классе - «Денег много не бывает», - сделав короткую паузу, я расплылась в лучезарной улыбке, и обвела максимально теплым взглядом хмурые лица всех присутствующих. – Начнем мы с вопроса, который каждый должен задать себе сам – чего вам не хватает для жизни вашей мечты?
Тишину прорезал тихий ропот.
- Вы удивитесь, но я знаю, что ответило большинство из вас – вам не хватает денег. Кому-то, чтобы купить большой дом, где он смог бы поселить свою семью. Кому-то, начать дело, что приносило бы ему стабильный доход. А кому-то, чтобы поднять на ноги детей и внуков. Скажите, разве я не права? - ответом мне стало не очень дружное «верно» и «так». – Когда-то я тоже была среди вас и задавалась таким же вопросом. Где найти денег? На что мне жить? Расскажу немного о себе. Я сирота. Родилась и выросла в этом городе. Жила в приюте и долгое время понятия не имела, как сложится моя жизнь. Пришлось пройти и огонь, и воду. Буквально прогрызать себе путь наверх. С семи лет я работала, чтобы содержать себя… друзей… соседей… кошечек… - так, меня, кажется, куда-то заносит. - Сейчас перед вами стоит женщина, что сделала себя сама. Закалила характер. Научилась открываться вселенной. Я знаю, как зарабатывать много не перетруждаясь. Знаю, как сделать так, чтобы все мои желания исполнялись. Я живу в мире с собой. Живу жизнью своей мечты.
- Як же ты богатая? Ты ж мне вчора похлебку приносила? – прищурилась на меня с задних рядов пожилая женщина в цветастом переднике.
- Вы меня с кем-то путаете, уважаемая, я только сегодня утром с Баден-Бадена вернулась, - быстро затараторила я, поворачиваясь к ней полубоком. – Месяц там отдыхала, устала. По родине соскучилась. Я вообще часто по миру катаюсь. Знакомые дивятся, откуда деньги? Умоляли меня устроить семинар, рассказать, как достичь такого же успеха. Буквально на коленях стояли. Я долго думала, конечно. Но сегодня все сомнения испарились. Если те, кто собрался здесь готовы пройти этот семинар до конца, хотят научиться быть богатыми и улучшить свою жизнь, кто я такая, чтобы лишать вас этого шанса?
- Прям-таки и научишь? Дитя-дитем, молоко на губах не обсохло! – снова выступила неугомонная женщина, что признала во мне продавщицу похлебки.
- Я понимаю ваш скепсис, но мне есть чем вам ответить, - настал черед прогрева через персонажа, и я незаметно дала команду Глафирии Петровне быть готовой задействовать дочь. – Это не первый мой семинар. Я уже проводила подобные. И так вышло, что сегодня в городе проездом одна из моих прошлых учениц. Ольга Ивановна, выйдите к нам.
Бабка Глаша, протиснувшись к выходу, вывела за руку свою дочь, статную блондинку с собранными в пучок волосами. В одолженной у знакомых в театре соболиной шубке она запросто походила на урождённую графиню. А по гордому взгляду, который мы репетировали около часа, так вообще на королевну.
Встав рядом со мной, она плотнее укуталась в реквизит и, заламывая руки, принялась вещать слезливую историю о раннем вдовстве, куче детей и посланной небесами встрече со мной.
Я же, видя, как хмурые лица гостей постепенно вытягиваются и меняются на заинтересованные, чувствовала, как по венам растекается истинное счастье…
У меня получается!
- А сколь стоит этот ваш семинар? – опять влезла эта настырная цветастая особа.
Я тихонько вздохнула и выступила вперед.
- Курс будет длиться месяц. Встречаться мы будем три раза в неделю, по вечерам. Так что от основной работы он вас не оторвет. За это время я научу вас монетизировать свою экспертность. Заземляться и проживать свой опыт. Мыслить позитивно. Покажу вам, как можно загадывать желания так, чтобы они исполнялись. Подниму вашу самооценку. Направлю к успеху! Главное помните, вы все особенные. Все уникальные, как цветы. Вас просто нужно немного полить. И стоить этот полив будет двадцать рублей, - чтобы не дать распространиться зарождающемуся бунту, я быстро подняла вверх обе руки, призывая собравшихся к тишине. – Оплачивать можно по частям. За неделю вперед. Неделя стоит пять рублей и, если вам вдруг что-то не понравится, вы всегда можете уйти, не оплачивая оставшееся время. Условия замечательные, ведь вы тратите столько, сколько хотите.
- Двадцать рублёв? - женщина все не унималась. – И это шо же, все желания исполнятся?
- Я научу вас их загадывать так, чтобы исполнялись.
- А ну покажи. Загадай желание, а мы посмотрим, - все дружно закивали, и дамочка, почувствовав поддержку, расплылась в ехидной улыбочке.
Ха, не на ту напала!
- Желания не могут исполниться здесь и сейчас, по щелчку пальцев. Это долгий процесс, и он требует определенных усилий, которым я обучу. Если вам в текущем состоянии дать все, что вы хотите, вас просто разорвёт на части. Нам же это не нужно?
Люди, испугавшись внезапного взрыва, сделали шаг назад и закричали «нет».
- Ты шарлатанка! Сказки тут рассказывать вздумала. Денег с нас стрясти, - принялась брызгать пеной не на шутку разозлившаяся женщина. – Да я сейчас служивых кликну. Место тебе в тюрьме!
Нельзя сказать, чтобы я удивилась. Даже онлайн марафоны не уберегали от таких буйных личностей, что уж говорить о ситуации, когда агитируешь людей стоя перед ними лицом к лицу? Благо, именно для этой цели, я выпросила у бабки Глаши целый рубль и пообещала его двум слонявшимся по ярмарке качкам, что сейчас охраняли вход.
Щелкнув пальцами, чтобы привлечь их внимание, я кивнула на дамочку, которую эти парни тут же окружили, зажали с двух сторон и, под ее невнятные проклятия, выволокли прочь из палатки.
- Простите, - я растянула губы в одной из самых сладостных своих улыбок. – Это была исключительная мера. Не люблю, когда меня оскорбляют. Ведь я ничего ни с кого не стрясываю. Здесь все добровольно! Не хотите – можете уйти. А все желающие действительно озолотиться, записывайтесь на семинар у моей помощницы Глафирии Петровны. Но имейте в виду, набор будет всего один. Мест на курсе мало. Вас много, а я одна.
- А ежели денег сейчас нет? – поднялся тот самый великан, что пришел первым.
- Первый урок пройдет завтра, тогда же можно и оплатить за первую неделю. Буду ждать вас здесь в это же время. Поверьте, вы не пожалеете. Ведь перед вами лидер самого успешного успеха среди всех успешных лидеров лидерского успеха!
Глава 6. Я все равно тебя поймаю!
- «Высокий мужчина выстрелил в лавочника из револьвера. Затем скрылся в неизвестном направлении. Раненый благополучно скончался», - зачитывая вслух полученный еще утром рапорт, Мирон прилагал неимоверные усилия, чтобы не скрипеть зубами. Выходило с трудом. – У меня всего один вопрос, что за олух это написал?
Сидящие за длинным овальным столом десять полицейских надзирателей втянули головы в плечи и переглянулись. Никому не хотелось попасть под горячую руку начальству. Тем более, когда у этого самого начальства на лице явственно читалось желание кого-нибудь придушить.
Совещание сыскного отдела только началось, а настроение у Мирона уже было ни к черту. И все из-за очередной неспокойной ночи, причиной которой была его меньшая забота.
Полина Мироновна в незнакомом доме боялась засыпать одна.
Достойную няню, что подошла бы и девочке, и ее отцу, до сих пор не подобрали. На плечи горничной Ольги Федоровны и так свалилось много лишних обязанностей, чтобы добавлять к ним дежурства у Полиной кроватки.
Вот и приходилось Меньшикову, возвращаясь поздно вечером с работы, ночевать в сооруженной на скорую руку детской. Да не лежа в мягкой постели, а сидя в неудобном кресле, после которого на утро нещадно болела спина.
Необходимо было срочно спасать положение и что-то делать, но рабочие будни главе сыска никто не отменял.
Из-за стола, нервно кусая губы, поднялся долговязый парень в круглых очках.
- Ваше благородие, моё это. Виноват, - наклонив голову, он замолчал, ожидая неминуемой выволочки. Но ее, как ни странно, не последовало.
Проглотив рвавшиеся наружу злые слова, Мирон вернул рапорт подчиненному.
- Сейчас же перепишите, Назаров. И если я снова увижу нечто подобное, лишитесь места, - встав со стула, он прошел к окну, выходящему на оживленную Офицерскую улицу и, скрестив руки на широкой груди, повернулся к нему спиной. – Что по поводу ограбления дома ее сиятельства, Егор Николаевич?
Обратился он к самому старшему из сыщиков. Крепкому, усатому мужчине в синем мундире, который уперся ладонями в деревянную столешницу и медленно поднялся с места.
- Ваше благородие, эти коты, будь они неладны, там такой беспорядок учинили, и все заради сейфу. Народу в доме – тьма-тьмущая, а никто их не видел. Что точно в том сейфу лежало – не знают. Влеготку вошли и вышли, с ящиком-то. Когда мы поняли что к чему, кинулись в погоню, а ужо поздно… - развел он руками. – Темнота на улице. Снег. Все следы, что были, впопыхах потерлись. Упустили возможность.
- Следы уничтожены, зацепок и улик нет. Блестящая работа, Егор Николаевич, - невесело хмыкнул Меньшиков. – Никогда не упустите возможность упустить возможность.
- Ваше благородие, да поймаем мы их, беспризорников этих. Никуда не уйдут! Мальчишки безродные. Недолго им куковать…
- Эти «беспризорники», как вы их называете, уже месяц терроризируют город, пока вы мне зубы заговариваете, - прорычал резко напрягшийся мужчина. В помещении тут же образовалась гнетущая тишина. - Итак, с этого дня я беру под свой личный контроль все дела, связанные с бандой «котов». Егор Николаевич, жду вас через два часа со всеми бумагами. Осенников, задействуйте летучие отряды. Пусть обходят улицы, гостиницы, рынки. Ловят и допрашивают всех подозрительных праздношатающихся. Константинов, узнайте, что хранилось в сейфе и привлеките ломбардные отряды. Пусть ищут краденное. А сейчас…
