Тьма императора. Часть вторая. Жизнь на двоих

— Я могу поговорить с вами, Эн?

— Да. — Она кивнула, ничуть не удивившись. — Пойдёмте в палату Агаты, там как раз сейчас пусто.

Чему было удивляться? Вагариус, в отличие от Синтии, маг, не мог он не понять, что её краткое объяснение сути процедуры не выдерживает никакой критики. Но что она могла сказать при Агате? Только обтекаемое: «Твой папа держал контур, а мы с дядей Йоном возвращали тело». Эн не сомневалась, что девочка тоже поняла — не может всё быть так гладко, но спрашивать ничего не стала. Действительно умный ребёнок.

— Я хотел узнать… — Вано, застыв посреди помещения, внимательно смотрел на Эн, чуть прищурившись. — Вы так мало сказали насчёт процедуры, но ведь это не могло быть просто. Пожалуйста, если император не поставил на вас печать молчания, поведайте мне, что вы делали.

— Печати молчания пока нет. — Эн не сомневалась, что и не появится. — Но вы же понимаете, я не могу рассказать всё, Вано. Процедура будет засекречена. Хотя это, конечно, прорыв для науки… — Она хмыкнула. — Но этот прорыв не имеет особого смысла — абсолютные щиты всё же слишком редкое явление, а их удерживание — явление ещё более редкое.

— Я понимаю. Расскажите, что можете. Я просто… — Вагариус вздохнул и, поморщившись, признался: — Мне и раньше чудилось, что его величество… и София…

А вот это он упомянул зря — Эн сразу расхотелось что-либо говорить.

— Его величество спас вашей внучке жизнь, — произнесла она холодно. — Он держал её контур, пока мы с Валлиусом воздействовали на его тело при помощи силы тока. Чтобы София вернулась, боль должна была быть запредельной, поэтому мы довели императора до полного магического перенапряжения.

— Защитник… — пробормотал Вано шокированно. — Он жизнью рисковал, получается?

— Жизнью — нет. Но контур сломаться мог, да он и пытался сломаться, когда тело всё же появилось. — Эн выдохнула и негромко сказала: — Не лезьте туда. Они сами разберутся.

Вагариус покачал головой. Глаза его были грустными.

— Конечно, я не стану ничего говорить ни императору, ни Софии. Спасибо вам, Эн.

Безопасник, кивнув, вышел из палаты, а Эн, проводив его взглядом, почти неслышно прошептала:

— Да что тут скажешь. Они же не виноваты…

***

Возле кабинета Арена уже ждал Гектор, почему-то выглядевший чуть более радостным, чем накануне.

— Хорошие новости? — поинтересовался император, заходя в кабинет, и через браслет попросил секретаря принести им с Дайдом чаю.

— Вы же понимаете, ваше величество — то, что хорошо для нас с вами, для других так себе, — хмыкнул дознаватель. — Но да, кое-что прояснилось наконец. Кстати, хотел спросить, пока не забыл… Что происходит с Адрианом? Вы его ощущаете?

— Ощущаю, — ответил Арен, садясь на диван, с удовольствием потягиваясь и разминая ноющие мышцы. — Отирается возле Геенны, в зоне затруднённого поиска. Я тебе скажу, если он оттуда выйдет.

— Мне кажется, вряд ли он выйдет… — пробормотал Гектор задумчиво, доставая портсигар из нагрудного кармана. — Могу я?..

— Да, кури.

Дайд с наслаждением задымил, а через несколько секунд, когда Адна принесла чай, сразу выпил едва ли не половину чашки и стал ещё более довольным.

— Я вас поздравляю с возвращением Софии, ваше величество. Вагариус мне сообщил.

— Спасибо, Гектор. Но она ещё не пришла в себя, спит.

— Придёт. Вечером уже сможете поговорить с ней. — Дознаватель усмехнулся, и Арена кольнуло понимание — а ведь действительно, уже сегодня вечером… И что он будет говорить Софии?..

Но думать об этом оказалось некогда.

— Я начну с амулетов-нейтрализаторов, ваше величество, — продолжил Гектор, и император сразу отринул все лишние мысли, сосредоточившись на том, что говорил Дайд. — Мне был интересен способ изготовления фальшивок, но нормально проконсультироваться по этому поводу с Кларой Галиос я смог только сегодня утром. Фальшивки были сделаны при Аароне, когда ваш брат находился на должности начальника охраны дворца, это ясно, — но как именно их изготовили? Я предполагал, что это может иметь значение, и не ошибся. Амулет-нейтрализатор — это артефакт первой степени сложности по классификации специалистов. Если вы не помните, что это значит…

— Я помню, — перебил его Арен. — Большой срок изготовления, высокая точность действий, но главное — невозможность починить сломанное. Если такой артефакт сломать, надо делать новый, исправить прежний нереально.

— Вот, — кивнул Гектор. — Но для того, чтобы достать из нейтрализатора вашу кровь, артефакт надо сломать. И как тогда изготовили фальшивку? Сломали, а затем починили — или сделали новый? Я показал Кларе эти амулеты и выяснил интересную вещь. Их не ломали, но и новые не делали. Каждый амулет имеет уникальный номер, зафиксированный на корпусе и зарегистрированный в архиве как особая ценность. И зачаровано всё так, что нанести этот номер повторно на фальшивку невозможно. Там используются связанные металлические пластины — если одна ломается, деактивируется и вторая, работники архива делают пометку, что артефакт вышел из строя, и сообщают об этом владельцу. В настоящий момент из всех наших амулетов-нейтрализаторов пластина с номером сломана только у того экземпляра, который был у Дэйва.

— Интересно. И как же тогда они умудрились…

— Необходимо было вытянуть кровь, не ломая амулет, разбавить её кровью Аарона, а потом осторожно ввести обратно внутрь. Это не просто тонкая — тончайшая работа, требующая филигранного мастерства. Клара сказала, что на подобное способны единицы. Она дала мне список из двенадцати известных ей артефакторов, которые могли бы сотворить подобное.

— Арвен Асириус среди них есть?

— Естественно. Как и Рон Янг, и сама Клара. А вот в вашем племяннике она не уверена. Кстати, наши с вами догадки подтвердились — никто из арестованных о поддельных нейтрализаторах ничего не слышал. В общем, либо исполнителем для вашего брата стал артефактор из второй волны заговорщиков, либо кто-то посторонний. Возможно, какая-то тёмная лошадка, о которой Клара не слышала, хотя она уверяет, что знает всех лучших специалистов Альганны. Руку мастера не скроешь, а чтобы научиться делать такие вещи, нужно очень много тренироваться.

— Что ж, это уже ближе к Асириусу, чем раньше, но всё равно далековато.

— Я понимаю, ваше величество. Будем копать дальше.

— Скажи мне вот что… Стычки между аристократами и нетитулованными магами продолжаются или ситуация стала спокойнее?

— После вашего выступления — существенно спокойнее, — ответил Гектор, выдохнув облако дыма и поглядев на Арена с благодарностью. — Не идеально, но небо и земля. Вчера количество стычек по стране превышало три сотни, сегодня — не более двух десятков. У нас хотя бы есть время заняться делом, а не разнимать этих… драчунов.

— Что ж, я рад, — сказал Арен и поморщился, ощутив, как колет в груди — там, где несколько часов назад был прикреплён датчик подачи тока. — Сейчас это только мешает. Что со слухами, будто я сам организовал случившееся в субботу?

— Немного поутихли, но всё равно…

— Ладно, и здесь примем кое-какие меры. Хотя лучшей мерой стал бы арест настоящих организаторов.

Гектор наклонил голову.

— Виноват, ваше величество. У меня в последнее время что-то вообще прокол на проколе.

— А у меня? — фыркнул Арен. — Давай-ка без этих глупостей. Что по делу Виго Вамиуса?

— Здесь мы кое-что нашли. Сбежав из дома в ночь накануне покушения на наследницу, Виго перенёсся на городскую площадь Ритайлы, спрыгнул с площадки для переносов и ушёл. И если раньше было непонятно, остался он там или вернулся в столицу, то теперь уже ясно — вернулся. Тудаага, в водах которой обнаружили Виго, в Ритайле не течёт. Каким образом бывший начальник охраны дворца перенёсся обратно? Мы искали его следы в Ритайле и наконец обнаружили их. В городе ночью всегда есть бодрствующие — кто-то поздно возвращается с работы, кто-то выводит погулять собаку, а кому-то просто не спится. Благодаря показаниям постовых, которые видели Виго под иллюзорным амулетом, мы создали примерный портрет и стали показывать его горожанам. Несколько человек опознали Вамиуса — они заметили его той ночью и обратили на него внимание, поскольку время было позднее. Мы попробовали проанализировать его путь, сделали одно предположение, опять поспрашивали жителей и кое-что обнаружили. Вы же знаете, ваше величество, что у Императорского театра во многих городах есть либо квартиры, либо собственные дома для гастролирующей труппы? В Ритайле как раз имеется такой дом, небольшой особняк на окраине. Соседи несколько раз видели, как Виго туда заходил — естественно, с другой внешностью, под амулетом.

— Я даже не знаю, что сказать, Гектор, — пробормотал император, допивая чай, и покачал головой. — Императорский театр… Он-то здесь каким боком?

— Выясним. К сожалению, в самом особняке никаких следов переноса не осталось — слишком много времени прошло, следы заклинания развеялись. Но именно оттуда Вамиус вернулся в столицу, я уверен. Возможно, к кому-то из сообщников. В любом случае Императорский театр — это хорошая зацепка и серьёзный прокол. Значит, там работает кто-то из них, и этот человек не в углу валяется, раз может достать ключ от дома, принадлежащего театру, а по сути — государству.

— Час от часу не легче. Получается, в этом замешано ведомство Вольфа Ассиуса, мужа Анны. Надеюсь, хотя бы не он сам.

— Я проверю, ваше величество. Пока у меня всё.

Арен кивнул и покосился на браслет связи. Демоны, с этими капельницами он столько времени потерял… Конечно, Брайон и Эн были правы, но… сколько же времени!..

Глава 8

Медленно и вязко в её голову проникали звуки.

Первым, что услышала София, был голос, произнёсший имя, которое она любила.

Арен.

Потом была боль, заполнившая её всю до такой степени, что она резко ощутила саму себя, каждую частичку тела — вены и артерии в руках и ногах, мышцы, внутренние органы, и особенно — сердце, которое неожиданно забилось так быстро, словно она недавно куда-то бежала.

И вновь тишина. И тьма, и ничего, кроме неё.

А после…

— Софи-и-и… Просыпайся… Энни, ты уверена, что она проснётся?

— Должна, Агата.

Агата!

Сердце опять забилось, стукнулось о грудную клетку, и София открыла рот, пытаясь повторить это имя. Она хотела знать, жива ли Агата, спаслась ли из того жуткого огня?..

Но вместо имени из неё вырвался хрип.

— Ой!

— Не бойся, не бойся! Вано, подайте-ка мне синий флакон со стола. Так-так… — Кто-то приподнял голову, а следом в нос ударил до ужаса неприятный запах, от которого сознание чуть прояснилось. — Прекрасно, отлично, умница! А теперь сделай глоточек… — В губы ткнулось что-то холодное, и через секунду в горло полилась тонкая струйка маслянистой жидкости, пахнущей какими-то травами. — Ещё, ещё… Всё, молодец, хватит. Вано, будьте добры, мне нужен теперь зелёный флакон… Да, спасибо. — София чуть дёрнулась, потому что кто-то умелым движением раздвинул ей будто слипшиеся веки и закапал сначала в один глаз, а затем во второй. — Вот так. Софи, ты меня слышишь?

Она кашлянула и на миг задержала дыхание, ощутив обжигающую боль в груди. Болело не только там — всё тело сводило, как будто её били палками.

— Слы… шу.

Ну и голос! Горло словно ватой забито.

— Говорить и двигаться пока будет сложно, — продолжал кто-то, и теперь София уже понимала, что говорит девушка. — Но надо делать и то и другое. Попробуй открыть глаза.

Она попробовала и чуть не застонала — под веки не то что песок, будто стеклянную стружку насыпали. Стружка кололась, и София непроизвольно начала плакать.

— Софи, не плачь! Мне тоже было очень плохо, когда я проснулась. Но это пройдёт!

Агата. Это же Агата!!!

Она приподнялась, потянувшись туда, откуда доносился голос, протянула руки, пытаясь достать… и обхватила знакомое маленькое личико, нежные ушки, мягкие волосы…

— Агата… — прошептала София и всхлипнула, но теперь от счастья. — Крошка, ты живая…

Вокруг все засмеялись, и она повела головой, улавливая знакомые и родные голоса.

— Мама? Вано?

Так хотелось открыть глаза и посмотреть, но не получалось — они слишком болели и слезились.

— Мы тоже тут, моя девочка, — сказала её мама и обняла Софию. — И я, и Вано.

— И Вано? — спросила она глухо и вновь повела головой. — Вано, ты где?

— Здесь. — Мужские руки тоже обняли её, погладив по спине. — Ты что-нибудь помнишь, Софи?

— Я… — Она кашлянула, ощутив, что говорить действительно постепенно становится легче. — Помню, как ехали… Потом огонь… Дэйв пытался… У него не получалось… И всё. Почему мы не погибли?

— Потому что ты меня спасла! — воскликнула Агата, прижимаясь к ней, и поцеловала в щёку. — Вот почему!

— Спасла? — пробормотала София растерянно. — Я не помню. Только огонь помню, Дэйва и… — Она нахмурилась. — Я очень хотела тебя спасти, Агата, но я ничего не делала…

— Делала-делала, — раздался вновь незнакомый женский голос. — Вано, Синтия, Агата, я попрошу вас сейчас выйти на часок, хорошо? Мне нужно провести с Софией несколько процедур. Когда мы закончим, я вас позову.

— Хорошо, — сказали хором Вано и Синтия, выпуская её из объятий. — Родная, мы будем рядом, — произнесла мама, коснувшись ладонью волос Софии.

— У твоей мамы остались две булочки с апельсиновым джемом, — шепнула Агата перед тем, как тоже оторваться от неё. — Потом поужинаешь и съешь! Они такие вкусные!

София улыбнулась и сразу поморщилась — губы словно иголками закололо. Что же с ней такое случилось? Отчего всё настолько болит? И, Защитница, как они с Агатой остались живы после портальной ловушки? Дэйв, получается, тоже жив?

— Я помогу тебе раздеться. — Незнакомый голос раздался совсем рядом, а вслед за этим София застонала — из-за приподнятых рук заныли плечи. — Так, ложись. Сейчас я тебя разотру, чтобы было легче. Глаза так и не можешь открыть?

София чуть приподняла веки и замерла, поняв, что делать это уже не настолько больно. Но рассмотреть окружающее пока не получалось — всё расплывалось и сливалось в единое пятно.

— Могу. Но я плохо вижу, всё плывёт.

— Это нормально, — утешила её незнакомка. — И пройдёт в течение часа, даже быстрее. Ложись на койку, разотру тебя. Заодно расскажу, что случилось, тебе же интересно?

— Да. А ты… вы кто?

— Твой лечащий врач. — Девушка засмеялась. — Меня зовут Эн. Ну, слушай…

***

Сразу после совещания с Гектором Арен пригласил к себе главу Комитета культуры, науки и образования — Вольфа Ассиуса, мужа Анны. Сделал он это не для того, чтобы спрашивать про Императорский театр и связь с Виго, а совсем по другой причине.

— Вольф, — Арен кивнул в ответ на приветствие и пожелание здоровья и сразу перешёл к сути дела. — Ты в курсе слухов насчёт произошедшего в субботу?

Его зять нахмурился и задумчиво почесал переносицу.

— Ты про эту ерунду, будто покушение ты сам организовал?

— Да, про эту.

— Слышал. — Вольф презрительно усмехнулся, и от его эмоций плеснуло неприязнью. — Как только в голову пришло…

— Тебе ли не знать, как создаются сказки и легенды, — хмыкнул Арен. Немногие были в курсе того, что глава комитета культуры не только руководит комитетом, но и пишет пьесы для спектаклей и детские книги — конечно, под псевдонимом. Так Анна с будущим мужем и познакомилась — пришла на премьеру спектакля, захотела увидеть автора понравившейся пьесы, а через полгода уже выходила замуж. Магом Вольф был посредственным, зато его родовой дар позволял запоминать наизусть страницы мельком увиденного текста — уникальная ментальная магия. — Я тоже хочу создать сказку, и прошу тебя помочь мне в этом.