Полная версия
Теперь она уже наверняка покинула мой дом и унесла с собой свои секреты.
По дороге в Академию странная девица не шла у меня из головы. И это порядком раздражало. Ведь были и более важные дела, о которых можно поразмышлять дорогой, чем какая-то незнакомка с розовым саквояжем. Но я ничего не мог с собой поделать.
Задавался вопросом: зачем соврал и пытался её выгородить? И не находил ответа.
Я сир Айр, потомственный аристократ, граф Айринара и Южных Крыльев, опустился до того, что солгал представителям обережной службы. Ужас! Позор на мою голову!
Если об этом узнает Лин, он будет надо мной потешаться ещё лет десять. А самое главное – ради чего, ради кого!
Всему виной моя извечная любознательность. Да, конечно, всё дело в этом. Увидел диковинку – надо разобраться, что это такое… Вот и всё.
Эта кара действительно была весьма и весьма необычна.
Жаль, что я так задержался в городе и не успел с ней даже парой слов перекинуться.
Но, к сожалению, вернуться раньше я никак не мог. Кажется, я сегодня облетел всю столицу.
Сначала двухчасовая лекция в Академии Артефакторики. Потом срочное трёхчасовое заседание в Королевском Совете. А потом, когда я уже надеялся вернуться домой и заняться текущими вопросами, это пренеприятнейшее известие об аварии на фабрике.
Вышел из строя дорогостоящий агрегат по зарядке артефактов света. Разумеется, пришлось мчаться туда, оценивать размеры бедствия и помогать устранять поломку.
Хорошо ещё, что никто не пострадал. Я, конечно, строго слежу за безопасностью на производстве и не скуплюсь на защитную магию, но ведь возможны случаи, выходящие за рамки обычных ситуаций.
За всеми этими неприятными хлопотами, я напрочь забыл о том, что завтра возвращается домой Лин. Вспомнил только сейчас по дороге в усадьбу.
Надеюсь, Джердан и без моих указаний приготовился к встрече брата и привёл его апартаменты в надлежащий вид.
Ох, Элиан… Ещё одной головной болью теперь станет больше!
Разумеется, я люблю своего единственного брата, но никак не могу понять, как младший умудряется вечно влипать в какие-то неприятности. Будто специально ищет.
Нужно срочно его чем-то занять. Придумать какое-то полезное дело, на которое он будет тратить всё свободное время, чтобы некогда было вытворять разные глупости.
Но над этим я подумаю завтра. Сегодня я уже мыслить здраво не способен.
Да, даже у безупречного и неутомимого сира Дариана Айра случаются иногда такие дни, что просто хочется лечь и уснуть на пару столетий.
К счастью, ещё буквально полчаса, и я смогу это осуществить...
Сон. Сладкий сон. Просто спать и ни о чём не думать.
Нет, не сто лет, разумеется, но часа четыре вполне смогу себе позволить.
***
Джердан встретил меня на крыльце.
– Сир, вы так поздно… Что-то случилось?
– Много чего, друг мой… – отмахнулся я. – Но уже всё в порядке. Не будем об этом… Брат сообщил во сколько его ждать?
– Да, сир Элиан будет рано утром. К приезду всё готово. Я его встречу.
– Благодарю, Джердан. Я хотел сам, но, боюсь, что завтра буду не готов на такой подвиг. Надо отдохнуть хотя бы несколько часов… Что ж, доброй ночи! Я к себе. Распорядись ужин подать в кабинет!
– Да, сир, сейчас Эри принесёт. Доброй ночи, сир!
По лестнице я поднимался, едва переставляя ноги, при этом ещё и широко зевал, вопреки привитому с детства этикету. Но в столь поздний час меня никто не мог увидеть.
Вообще-то я привык спать не больше пяти часов и довольно насыщенно проводить свои дни, но сегодняшнее неприятное происшествие на фабрике выжало из меня все соки.
Наконец-то я добрался до заветной двери, дёрнул ручку и удивлённо замер. Заперто…
Мне, конечно, не составило труда открыть – достаточно было приложить руку, чтобы замок признал хозяина апартаментов и впустил меня, но я удивился этому обстоятельству.
Обычно я не запирал свои комнаты. Прислуге в доме я доверял – никто из них не посмел бы взять что-то из моих вещей без разрешения. А чужие в моём доме просто так не появлялись.
Вот я и не понял, с чего это Джердану пришло в голову запирать мой кабинет. Ключи-то от всех комнат есть только у него.
Было любопытно, но не настолько, чтобы идти разыскивать управляющего и задавать вопросы. Завтра, всё завтра…
А сейчас отдыхать!
Я вошёл внутрь, одним движением руки зажёг неяркий кристалл над камином. В полумраке я неплохо видел, а яркого света сейчас не хотелось. Для ужина достаточно – мимо рта ложку не пронесу.
Я наконец-то скинул на кресло сюртук и шейный платок – сразу стало легче дышать, расстегнул сорочку и потянулся, расправляя плечи.
Душновато, надо приоткрыть окно. Люблю ночную свежесть…
Я сделал несколько шагов вперёд, любуясь заглядывающей в комнату луной, и вдруг… едва не упал, запнувшись за что-то громоздкое.
Стоило опустить голову, как взгляд наткнулся на нечто смутно знакомое, ярко розовеющее даже в ночном полумраке.
– Какого джука! – выругался я. Потом медленно повернулся к своему любимому диванчику и выругался ещё раз.
Передо мной, свернувшись клубочком и безмятежно посапывая, лежала та самая утренняя странная девица. Спала себе спокойненько! Прямо в моём кабинете!
Я склонился над ней, не понимая, что она здесь делает, и что теперь делать мне. От усталости и так соображал с трудом, а тут ещё такое…
Вот так сюрприз! Ну, Джердан, удружил!
– Эй… – я осторожно коснулся спящей, – эй… Кара Ма… Как вас там… Проснитесь!
И она проснулась. Распахнула огромные глаза, уставилась на меня как на джука лысого, а потом заблажила так, что должны были услышать даже в Королевском дворце.
***
Маша
Кажется, во сне я летала… Но это не точно.
По крайней мере, снилось мне что-то приятное, милое, сказочное.
А потом я сквозь сон ощутила прикосновение, с трудом разлепила веки и, дёрнувшись всем телом, заорала так, как не кричала, даже прыгая с парашютом.
Да и как тут не вопить диким голосом, когда открываешь глаза, а над тобой нависает здоровенный незнакомый мужик?! Да ещё так близко, что, кажется, вот-вот поцелует.
Страшно же!
И даже тот факт, что мужик оказался довольно красивым, ситуацию особо не спас.
Естественно, я заверещала, как павлин в брачный период, в надежде, что Наташка проснётся и придёт мне на помощь. Если она вообще ещё жива…
А этот маньяк, напавший на сонную девушку, кажется, сам испугался не меньше меня. По крайней мере, от моего ора мужик сначала отшатнулся, а потом самым наглым образом попытался закрыть мне рот.
Но тут он просчитался!
Я, не раздумывая, впилась в его ладонь зубами и сжала челюсти, как та самая знаменитая акула.
Маньячище издал звук немногим уступающий моему воплю, отдёрнул руку и выругался. Кажется…
Да, это точно было ругательство, но несколько странное.
И вот в этот самый момент, когда он, злобно шипя сквозь стиснутые зубы, затряс укушенной рукой, до меня вдруг дошло…
Всё дошло: и где я, и кто это, и то, что Наташка мне на помощь точно не придёт.
Увы, но весь этот бред с Храмом, порталом и моим попадосом, кажись, всё-таки не сон, а моя новая реальность.
Ага… И я только что цапнула единственного своего потенциального защитника в этом мире.
– Простите! – пискнула я испуганно, поймав себя на ощущении дежавю – наше знакомство ведь тоже началось с моих извинений. – Я не хотела…
– Надеюсь… – хмыкнул хозяин дома совсем не дружелюбно. – А то я уже заподозрил, что вы любительница сырого мяса и пытаетесь отгрызть мне руку!
Вот же гадёныш! Все мои угрызения совести сразу как ветром сдуло.
– А нечего было меня пугать! – фыркнула я, задрав нос. А потом ещё и припомнила голодовку, которую мне устроили, и, разумеется, не удержалась: – И, вообще… да вот, хотела отгрызть! Я, знаете ли, голодная всегда злая и неадекватная. Надо было оторвать кусочек, чтобы впредь так над людьми не издевались! Вас бы на пару дней под замок посадить без еды и воды, тоже бы кидаться начали…
Что-то в его лице изменилось, злая ухмылка исчезла.
И теперь уже блонди-сир растерянно выдал:
– Простите! Я не хотел вас напугать… – Он нахмурился, окинул взглядом сумрачную комнату… И, кажется, теперь до него дошёл смысл всех моих слов: – Постойте… Вы что, весь день провели здесь, взаперти?
– Так вы же сами велели этому вашему… усатому… – снова сердито фыркнула я, – меня задержать до вашего…
– Но ведь… не запирать же! – всплеснул руками сир Айр и поморщился – видно, ладонь ещё саднило. – Тем более… даже не предложить обед или чай… Дикость какая!
– Чай… – закатила я глаза. – Да хоть бы стакан воды кто-нибудь принёс за весь день…
– Ох, уж этот мне Джердан! – скрипнул зубами граф.
И я испуганно прикусила язык – кажется, Бэрримора ждёт строгий выговор. Я, конечно, была очень зла на всех бессердечных слуг в этом доме, но всё-таки не хотелось стать причиной чьих-то неприятностей.
– Прошу простить… меня… и Джердана тоже! – зеленоглазый сир смотрел с таким искренним раскаянием, что я мгновенно остыла. – Я непременно поговорю с ним по этому поводу, но… Уверен, что он не со зла так с вами поступил. Просто запамятовал, что в доме… гостья… Вообще-то у меня хороший управляющий. Джерадан обычно всё держит в голове и редко допускает такие промахи. Но… сегодня, наверное, закрутился. У него тоже был трудный день…
– Тоже… – эхом за ним повторила я. – А у кого ещё был трудный день?
Сир Айр скользнул по мне взглядом, так что я невольно захотела поправить платье и пригладить волосы, потом вновь посмотрел в глаза и неожиданно усмехнулся – устало, невесело, но довольно мило.
– Кажется… у всех нас, – наконец выдал он.
Да уж, с этим не поспоришь. Не знаю, что там приключилось у сира Айра и Джорджика, а у меня денёчек точно удался на славу.
– Позвольте загладить вину перед вами, кара Марика… – галантно продолжил граф. – Приглашаю вас разделить со мной ужин. Сейчас как раз должны подать… Или… – он вдруг нахмурился, очевидно, поймав какую-то новую мысль, – вас же, наверное, уже потеряли дома?
– Нет, это вряд ли, – честно выпалила я. – Мне, собственно, некуда спешить. И от ужина я точно не откажусь.
Вот, знаете ли, не скажу, что я согласна с выражением: «Наглость – второе счастье», но в моём положении строить из себя скромницу и стесняшку по меньшей мере глупо.
Если сейчас граф отпустит меня на все четыре стороны, то я вообще с голода помру.
У меня же ни местных денег, ни работы, ни жилья, ни документов. И вообще, я тут ничегошеньки не знаю, и пока ещё разберусь…
Это мне что же, травкой зелёной пока питаться или яблоки по чужим садам воровать?
От осознания перспективы положения, в котором я оказалась, стало совсем уж как-то поганенько.
Конечно, я это я, даже в чужом враждебном мире. Пока есть голова на плечах, и руки растут откуда надо, не пропаду. Но как тут выживать, я пока даже представить не могла.
На голодный желудок, вообще, о глобальных проблемах как-то туго думается...
Но тут, к счастью, как ответ на все мои вопросы, раздался стук, и в дверях возникла невысокая пухленькая женщина с подносом в руках.
Божественный аромат горячей свежеприготовленной пищи разлетелся по кабинету графа раньше, чем женщина успела поздороваться с хозяином и удивлённо ойкнуть при виде меня.
– Добрый вечер, Эри! – невозмутимо откликнулся сир Айр, сам забирая поднос у прислуги и водружая его на стол. – Будь любезна, принесли ещё приборы для кары Марики! Она отужинает здесь, со мной.
***
[1] А.С. Пушкин
[2] Персонаж романа Артура Конан Дойля
***
Вопрос ребром
Маша
Все мужчины – коварные соблазнители. Сначала соблазнят чем-нибудь соблазнительным, а потом в самый неожиданный момент наносят коварный удар…
Это простую истину я хорошо знаю, но всё равно попадаюсь на эту уловку раз за разом.
Да и кто бы устоял?
Когда сир Айр водрузил на стол поднос с поистине королевским ужином, от одного взгляда на который у меня потекли слюнки, и широким жестом пригласил присоединиться к трапезе, у меня напрочь отказал мозг. Растаяла и поплыла, как мороженое в летний полдень.
А когда мой взгляд, на миг оторвавшись от аппетитной еды, поднялся чуть выше и сфокусировался на самом графе, то к отказавшему мозгу присоединились и подкосившиеся ноги…
Сир Айр, видимо, вернувшись в свои покои и ещё не заметив меня, уже приступил к избавлению от одежды.
Скинуть он, к счастью, успел только верхний пиджачок… Или как оно тут называется – фрак, сюртук, камзол? Может, ещё какая-то своя вариация.
А вот сорочку Айр не снял, а только расстегнул. Но мне и этого хватило, чтобы заценить соблазнительно выглядывающий мощный торс и рельефный пресс. Живот у блондина на вид был таким подтянутым и жёстким, что я прямо обзавидовались и поймала себя на диком желании потыкать сира Айра пальцем, пощупать хорошенько, проверить, а правда ли так твёрдо, как кажется.
Как-то сразу вспомнилось наше утреннее столкновение, его могучие объятия, сильные руки…
Мысли мои вдруг перетекли в иное, совсем уже нецеломудренное русло. На смену интересу исследовательскому пришёл интерес чисто женский.
По телу разлился жар, дыхание сбилось…
А через секунду я покраснела как помидор, поймав взгляд зелёных глаз графа – до меня дошло, что всё это время я неотрывно пялилась на него, и сир Айр это, разумеется, заметил.
К моему удивлению, стоило нашим взглядам встретиться, и сам красавчик смутился ничуть не меньше.
Сконфуженно кашлянул и пробормотал, торопливо застёгивая пуговицы:
– Извините за мой неподобающий вид! Я не ожидал, застать в собственном кабинете…
Договорить он не успел, в дверях появилась снова Пышка Эри с набором посуды для меня и пузатеньким белым чайником.
Как же она вовремя зашла! Эта чудесная женщина отвлекла нас от неловкого момента. И, когда она удалилась, наши мысли снова полностью были сосредоточены на манящей еде. По крайней мере, мои точно…
***
– О, рыбка, ты просто чудо! Я тебя обожаю! – не сдержала я очередной восторг, уплетая просто умопомрачительное блюдо – белая рыба, тушённая в сливочном соусе с гарниром из овощей.
К счастью, местная кухня оказалась довольно близка к привычной мне. Я не увидела на столе никакой экзотики, вроде запечённых целиком летучих мышей или салатика из насекомых, и даже подливка явно была на основе обычных сливок и не воняла, как, к примеру, знаменитый вьетнамский рыбный соус. Более того, я даже уловила, как мне показалось, нотки розмарина.
Свежая выпечка и овощной салат тоже были выше всяких похвал.
И даже чай оказался приятным травяным настоем с ароматом мёда и мелиссы. Никаких тебе дымящих кубков с сомнительным содержимым в виде зловонной фиолетовой жижи.
Не скажу, что меня это разочаровало. Попробовать что-то необычное в любой новой стране интересно, не спорю, но сейчас я просто была голодна и хотела есть. Потому, самым наглым образом, взялась активно уничтожать всё, что красовалось на тарелках графа.
Нет, сиру Айру, разумеется, тоже кое-что досталось, но мой волчий аппетит от него явно не укрылся.
Я то и дело ловила его удивлённые взгляды.
А сейчас граф и вовсе не удержался от насмешливого комментария:
– Впервые вижу, как кто-то разговаривает с едой.
– Я просто по ней очень соскучилась. Давно не виделись… – не осталась в долгу я.
Снисходительная улыбка превратилась в ухмылку.
– Хотите, чтобы я ещё сотню раз за это извинился? Или, может, мне нужно вымаливать у вас прощения на коленях?
Я приподняла левую бровь, окинув оценивающим взглядом статную фигуру графа, будто размышляя над его предложением.
И лишь потом фыркнула.
– Нет, не стоит, это лишнее! К тому же я тоже должна извиниться – я загубила ваши цветы. Оставшись не только без еды, но и без воды… Словом, мне пришлось пожертвовать этим роскошным букетом и выпить воду… из вазы.
– Что? Вы серьёзно? – граф вскинул брови и расхохотался.
– Надеюсь, я не нанесла вам серьёзный урон этим поступком? – я изо всех сил пыталась удержать серьёзную мину.
– Думаю, эту потерю я переживу, – всё ещё посмеиваясь, решил граф, покосившись на поникшую охапку растений. – Но… воду для цветов ведь можно было набрать в ванной, – добавил он немного растерянно.
– А… там… у вас проблемка с водопроводом… – осторожно выдала я. – Водичка кончилась… Должно быть, поломка какая-то…
Граф нахмурился, ничего не понимая.
И я поспешно отвлекла его вопросом:
– Так, значит, вы на меня за это не сердитесь?
– Нет, не сержусь, – улыбнулся он. – По всему выходит, что в этом происшествии тоже я виноват. Так что… это вы простите за то, что вам пришлось пить из вазы.
– Да ладно… Практический хрустальный кубок. Только очень большой. Готова вас простить, если вы мне отдадите свою часть пирога, – не растерялась я.
– Кстати, чтобы женщина так много ела и даже не старалась это скрыть, я тоже вижу впервые! – язвительно заметил хозяин дома, но наивкуснейший вишнёвый пирог всё-таки беспрекословно подвинул в мою сторону. – В обществе, к которому я привык, принято делать вид, что аристократки питаются исключительно солнечным светом и воздухом.
– Ну, я же не леди, мне можно! – пожала плечами я, невозмутимо облизывая ложку.
– Леди? – чуть нахмурившись, переспросил Айр.
– Ну да… – не поняла я вопроса. – Вы – сир, а я, стало быть – леди. То есть… я-то, конечно, не леди, а…
– Сира, – всё столь же хмуро поправил граф. – Аристократку принято называть сира.
– А-а-а… – протянула я, – простите, запамятовала. Не так часто вращаюсь в высшем обществе.
Ох, Маша, кто тебя за язык тянул! Это ж надо было так нелепо проколоться.
Штирлиц ещё никогда не был так близок к провалу…
Похоже, сир Айр всё ещё размышлял над моей странной оговоркой, и, чтобы снова его отвлечь, я опять взялась дурачиться.
Подтянула к себе блюдце с пирогом и мурлыкнула:
– О, моя прелесть! Ну, иди же ко мне!
– Это вы мне? – я подняла взгляд от тарелки и заметила, как на мгновение дрогнули уголки губ сира Айра.
– Нет, что вы, сир! – невозмутимо ответила я, хотя сердечко отчего-то в этот момент истерично забилось, словно надеясь проломить рёбра. – Вас я уже сегодня на зуб попробовала – скажу честно, не очень-то понравилось, мясо жестковато. Это я пирогу, исключительно ему. Почему бы не поговорить с хорошим… блюдом?
– А может, всё-таки со мной побеседуете, уделите немного внимания, а, кара Марика? Вернее… Как там вас зовут на самом деле? Напомните! – в неярком свете кристаллов его жёлто-зелёные глаза сейчас стали ещё больше похожи на кошачьи.
Сытый хищник, вроде тигра или леопарда, растянувшийся где-нибудь в теньке после обеда, всегда кажется обманчиво-спокойным, совсем не опасным, мягким, плюшевым… Но не стоит забывать о том, что это зверь.
А я вот, кажется, забыла.
Разомлела от вкусного ужина, горячего чая и того, что меня, в моём незавидном положении, пока что не выгнали на улицу и не отправили в тюрьму.
А потому, в ответ на вопрос графа, доверчиво выдала:
– Маша. Маша я. Мария. Или… может… Мари?
Судя по взгляду сира Айра, эта вариация ему тоже была незнакома.
– Ладно, – кивнула я, легко смирившись с неизбежным, – тогда можно и Марика. Я не возражаю.
Под его странным пристальным взглядом я внезапно стушевалась. Это был не просто взгляд на симпатичную женщину, хотя какие-то искры мужского интереса в зелёных глазах точно поблёскивали. Скорее, он меня рассматривал как нечто любопытное и странное. И сейчас очень жалела, что не умею читать мысли.
– Ма-ша… – по слогам выдохнул сир Айр, и у меня прямо мурашки по телу пробежали от того, как он произнёс моё имя. – Необычное имя… для столицы. Впрочем, как и вы сами.
Он чуть подался вперёд и неожиданно улыбнулся.
– Такая забавная! И… странная…
Тоже мне удивил! Такой комплимент мне даже дома часто прилетал. Да я и сама знаю, что чебурахнутая на всю голову. А уж в этом их мире, сиров и ле… сирочек.
– Эта ваша причёска… – продолжал озвучивать очевидное сир Айр. – Никогда прежде не видел розовые волосы…
Он словно изучал меня сейчас под микроскопом.
Стало немного страшно. Под его гипнотическим взглядом я невольно попыталась пригладить свои локоны.
И тут мне стало страшно по-настоящему! Ой, спасите-помогите, похоже, пока я спала, у меня вообще все мои кудряшки дыбом встали, и розовые, и блондинистые. Не причёска, а гнездо.
И я с такой головой сижу перед настоящим графом. Позор, позор, позор!
Я даже хотела было сбежать в ванную комнату, попытаться хоть как-то привести себя в порядок…
Но следующий вопрос сира Айра припечатал меня к креслу.
– И одежда у вас тоже необычная… Вы, должно быть, приезжая? Не из столицы?
– Ага, точно, приезжая, – кивнула я торопливо, облизнув вмиг пересохшие губы.
Скорее уж, попавшая или встрявшая по полной.
– А к нам какими судьбами?
– Да просто… в отпуск приехала… – пожала я плечами, как можно невозмутимее.
– Куда? – брови графа сошлись у переносицы.
Чёрт! Опять прокол!
– Отдохнуть, город посмотреть… – пропищала я.
– Ясно. Так и откуда вы?
Вот мы и добрались до самого интересного. И что врать дальше, я ума не приложу.
Но тут сам сир Айр неожиданно пришёл мне на помощь.
– С юга, должно быть?
Я только продолжала кивать, соглашаясь со всеми его предположениями.
– С Вивидора или из Лариурки?
– Вот, второе, – выдала я, даже повторить не в силах.
Я отчаянно пыталась удержать улыбку, уже больше напоминавшую оскал.
– Я так сразу и подумал, – улыбнулся граф, по-прежнему не сводя с меня глаз. – Заметно. Там ведь совсем иные традиции и… мода.
Я вымученно улыбнулась. Очень, надеюсь, это не какой-нибудь варварский край, где ходят голыми и едят человечину.
– Никогда у вас не бывал, но наслышан. Очень хотелось бы однажды посетить вашу столицу… – продолжал между тем граф, и в его голосе я сейчас отчетливо слышала странные нотки, то ли злости, то ли иронии. Это удивляло и сбивало с толку. Я не понимала причину. – Говорят, Маривитания прекрасна?
– Да, удивительный город, обязательно стоит посетить, – устало выдохнула я.
У меня уже голова кружилась от этого разговора и непонятных названий.
Но сир Айр, видно, решил меня добить.
Поднявшись, он порылся в бумагах на столе, развернул какой-то свёрток, и неожиданно передо мной на стол легла… карта.
Изображения материков и островов на ней мне были совершенно неизвестны, но в том, что это такое, сомнений не было.
– А покажите-ка мне, любезная кара Маша, где именно вы живёте? – лучезарно улыбнулся блонди-сир.
Вот же гад нехороший!
Я растерянно пробежала взглядом по совершенно незнакомым мне названиям и изображениям.
Что делать? Ткнуть пальцем наугад?
Если бы он до этого не расспрашивал, можно было бы попытаться… Но теперь я должна хотя бы рядом попасть с теми самыми землями, о которых шла речь.
Я сглотнула ком в горле, подняла испуганный взгляд на терпеливо ждущего графа и смущённо выдала самый позорный для турагента ответ:
– Простите, но… я не очень сильна в географии…
– Да, я это вижу, – сир Айр усмехнулся, как-то очень зло и разочарованно. – И способности ко лжи у вас тоже оставляют желать лучшего.
