Полная версия
Сегодня Макс выглядит по-другому: волосы коротко подстрижены, борода приведена в порядок. Стиль непринужденный: джинсы, пиджак поверх темного пуловера. Денди, а не обросший пещерный человек, как накануне. Но внутренний стержень, мужское начало не удается скрыть за модным камуфляжем. Макс притягивает к себе, как магнит. Не будь он блондином, потеряла бы голову.
Приятно осознавать, что Игорь тоже ошарашен. Я стараюсь держать марку и оставаться невозмутимой, будто все в порядке, но пробивает на смех. Вчера Иванов использовал меня, чтобы вызвать ревность у Ленки, а сегодня я проделываю такой же финт. Только мой «вспомогательный объект» намного солиднее и взрослее, да и я не прикладывала к закону бумеранга никаких усилий. Наверное, со стороны я выгляжу довольной и счастливой – уголки губ усиленно ползут вверх.
Двигаю бедром, чтобы Макс отодвинулся. Хочу видеть и его лицо, считать эмоции, снизу вверх смотреть на него неудобно. Однако не тут-то было: мужчина по-своему понимает мой порыв и не сильно, но ощутимо вдавливает пальцы в бок, подавая сигнал оставаться на месте. Более того, он обвивает меня второй рукой и кладет подбородок мне на макушку, окончательно впечатывая в свое тело.
– Вчера, – отвечает Макс дружелюбно, что никак не вяжется с его поведением.
– Ну как, покорил Эверест? Сашка говорил, ты собирался в горы.
– Пару вершин пониже.
– Понятно, – протягивает Игорь. Он покачивается на пятках, засунув руки в карманы брюк, и посматривает по сторонам, словно выискивает кого-то в толпе. Ждет Соколову или демонстрирует деланное безразличие, видя меня с Максом? У каждого из нас свой интерес. Осталось узнать, какое место в этом странном квартете отведено мне.
– Надолго вернулся или опять уедешь? – Досада все же прорывается через оборону Игоря, а в голосе неприкрытая надежда на скорый отъезд соседа. Глупо считать, что их пикировка связана со мной: здесь более глубокие корни тщательно маскируемой неприязни.
– Там видно будет, – Макс наконец отлипает от меня, но держит за руку. – Мы пойдем. Увидимся.
Он тянет меня к выходу из холла в главный зал. Я послушно иду за ним, надеясь наедине выудить из него всю информацию.
– Вы что, встречаетесь? – доносится нам вслед.
– А на что это похоже? – через плечо бросает Макс, уводя меня подальше от Иванова.
Глава 5
– Что ты здесь делаешь? – перехожу я с ним на «ты» – после представления, что мы устроили для Иванова, политес излишен. – Зачем ты сказал Игорю, что мы вместе? Зачем этот цирк?
Я закидываю Макса вопросами, пробираясь вместе с ним через танцующую публику. Он идет впереди, прокладывая нам дорогу, не церемонясь, расталкивая и распихивая людей. Невероятно, но толпа расступается перед ним, и не находится смельчаков, чтобы осадить грубияна. Кто он такой, если с ним опасаются связываться?
– Я отвечу на твои вопросы, только не на все скопом. Задавай по одному.
Макс заводит меня в ВИП-комнату и закрывает дверь.
– Садись, – кивает он на розовый кожаный диван. Даже приватные помещения в этом клубе отвратительно розового цвета; меня передергивает от неприязни к подобной аляпистости.
– Замерзла? – не дожидаясь ответа, Макс снимает свой пиджак и накидывает мне на плечи. Усаживается напротив и упирает локти в колени, почти касается ими моих ног. Инстинктивно натягиваю короткий подол пониже, хоть и безрезультатно. Еле заметно Макс ухмыляется и отсаживается от меня подальше, откидывается на спинку дивана, освобождая мне личное пространство.
– Что ты здесь делаешь? – возвращает мои слова, первым начиная расспрос.
– Гуляем с девчонками. У меня день рождения.
– Ясно. – Его ухмылка становится шире. – И сколько тебе стукнуло? Шестнадцать?
Закатываю глаза к потолку и не удостаиваю его ответом.
Макс смеется:
– Шучу. Сюда не пускают до восемнадцати.
Знал бы он, как мы сюда попали. Нас и с паспортами бы не пустили, если б не Ольга.
– А ты что здесь забыл? Клуб «Кому за тридцать» в другом районе, – атакую я, перехватывая инициативу.
– Ты так спрашиваешь про мой возраст? И сколько мне по-твоему?
Впервые за время нашего короткого знакомства мне выпадает возможность получше рассмотреть его. Я поддаюсь поближе к Максу, не стесняясь, открыто пялюсь на него, раз выпала такая возможность. Широкие брови, темные, совсем не белесые, как и густые ресницы. Чуть заметные мимические морщинки в уголках ярких глаз. Родинка слева над губой. Красавчик! Такие нравятся девушкам. И до старости еще далеко.
– Пятьдесят, – выпаливаю я, не сдерживая улыбку.
– Почти. – Он опять приближается ко мне и в свою очередь также нагло разглядывает мое лицо. И, кажется, вполне удовлетворен увиденным. – Мне тридцать два.
Как я и предполагала, ему за тридцать. Мужчина в полном расцвете сил и слишком взрослый для меня. И что я вообще про это думаю?
– Это клуб моего кузена, – объясняет Макс.
– Скажи своему кузену, что дизайн здесь просто отвратительный! – не удерживаюсь я.
– Согласен. – Макс поднимается и достает из холодильника, скрытого в нише, бутылку с водой. – Пить хочешь?
Я отрицательно качаю головой. Макс отвинчивает крышку и залпом осушает половину литровой бутылки.
– Вот сама ему и скажешь. Он стоит в пробке, скоро приедет.
Вот еще, с чего бы мне знакомиться с его родственниками? Надо быстрее расспрашивать про Иванова и валить отсюда.
– Ты не позвонила, – опережает меня Макс, констатируя факт.
– Все хорошо. Зачем навязываться?
Он сверлит меня недоверчивым взглядом:
– Голова не болит? Галлюцинаций нет?
– Каких галлюцинаций? – теряюсь я.
– Да всякое может быть при ударе головой. – Он присаживается рядом со мной. Двигаюсь, уступаю ему место.
– Как рука? – Не спрашивая разрешения, Макс закатывает рукав и осматривает ссадины.
– Все в порядке, – говорю я, выделяя последнее слово. Вырываю руку из его ладоней и озвучиваю свой главный вопрос: – Зачем ты увел меня от Игоря?
– Ради тебя. Раз начал спасать, нужно доводить дело до конца.
– Спасать? От Иванова?
– Не лучший круг общения для юной особы, – сквозь зубы процеживает Макс. Видимо, ему известно об Игоре гораздо больше, чем мне.
– Он не сделал мне ничего плохого, – возражаю я, на что сразу получаю замечание:
– И поэтому ты убегала сломя голову?
– Я уже говорила, почему бежала вокруг дачи. – Стараюсь отвечать спокойно, но голос все же срывается от нетерпения. – Да что происходит-то? Ты можешь нормально рассказать?
– Олег Иванов. Знаешь такого?
– Старший брат Игоря?
Олега я видела пару раз в жизни, еще в школе, когда он забирал младшего Иванова из школы. Помню его еще долговязым подростком, сейчас и не узнала бы, если бы встретила.
– Любитель шумных вечеринок, после которых, – Макс многозначительно смотрит на меня, – наивных девочек вроде тебя пускают по кругу.
С шумом выпускаю воздух из легких. Нет, не может быть. Даже если Олег в чем-то замешан, это не значит, что Игорь такой же. Я знаю его столько лет, и за это время какие-то слухи просочились бы. Девушки сами вешаются на него, в последнее время их, правда, всех разогнала Соколова. Мало ли что раньше было на тусовках Олега, Игорь не отвечает за брата.
Не в защиту младшего Иванова, но ради непредвзятости и справедливости говорю:
– Это была днюха Игоря. Там были все наши однокурсники, и ничего такого не происходило!
Говорю, а сама вспоминаю, как мы ржали с Дашкой о сексе за закрытыми дверями. Случись что, никто бы и не узнал – такой шум стоял. И потерпевшая сторона не станет болтать: заклеймят шлюхой «во всем самой виноватой». Неужели тот танец с Ивановым мог обернуться для меня катастрофой? И как после такого вообще доверять людям и пытаться строить отношения? Везде искать подвох? Постоянно оглядываться?
– Я не стал бы пугать тебя просто так, без повода. Какой мне в этом резон? – добавляет Макс. – Я предупредил тебя, а дальше думай сама. Не стоит общаться с этой компанией.
Гляжу на Макса и понимаю, что он не врет, однако поверить до конца в вероломность Игоря я не в состоянии. Видимо, сомнения, бушующие внутри, отражаются на лице, поскольку Макс покровительственно похлопывает меня по спине:
– Не бойся. Он к тебе на пушечный выстрел теперь не подойдет.
– Думаешь, он поверил, что мы вместе? Ты вернулся только вчера, ты сам ему сказал.
– Я показал ему, что ты моим покровительством. Он даже не посмотрит в твою сторону.
– Да с чего ему смотреть на меня? У него есть девушка, и ко мне никаких знаков внимания. Ты преувеличиваешь опасность!
Макс хватает меня за щеки, наклоняется и шепчет почти в губы:
– Это ты не чувствуешь опасность. Оторвана от жизни, как тепличное растение.
Он не делает попытки придвинуться ближе, но его губы находятся в миллиметрах от моих. Я чувствую его свежее дыхание и слышу бешеный стук собственного сердца. Понимаю, какой урок он хочет мне показать. Как наивная дурочка, я сижу в приватной комнате со взрослым мужчиной, вот так, сходу, зная его всего лишь сутки, доверяю незнакомцу. Он волен сделать со мной все, что захочет, не оставляя мне ни единого шанса на другой исход.
***
Макс прав: я витаю в облаках и слишком доверяю людям. Разум подсказывает сорваться с места, оттолкнуть, убежать от него самого и его нежданной опеки. Или чего похуже – в чем он обвиняет Игоря. Спасая меня от него, сам действует точно так же, вышибает клин клином. Однако сердце, еще секунду назад выплясывающее джигу, внезапно ухает вниз, и вместе с этим приходит осознание, что я не просто смиренно ожидаю своей участи, а жажду поцелуй Макса.
Что за коктейли намешала нам Ольга, раз у меня такая реакция на мужчину не моего типажа? Да, вкусы меняются, но не за один же день! Или дело именно в нем, в его мощной мужской энергетике? Или во мне, истосковавшейся по отношениям с противоположным полом? Я так мечтаю о парне, что готова штабелем сложиться у любого, проявляющего ко мне определенный интерес?
Рука Макса сползает вниз, и он нежно, чувственно проводит большим пальцем по моей шее и замирает у яремной впадины. Следуя за лаской, я чуть подаюсь вперед, сокращаю и так минимальное расстояние между нашими губами. В ответ получаю лишь легкое касание – невинное, едва ощутимое.
– Извини, – говорит он и убирает руки, отстраняясь. Вижу, как сильно пульсирует вена у него на виске. Будто с трудом удается оторваться от меня. Мне хочется так думать, потому что сама я испытываю разочарование.
И это мой первый поцелуй? Я даже не успела понять, приятно ли это, не говоря о том, чтобы получить нечто большее. Дежавю: второй день, второй парень. И опять меня обломали и кинули. Нецелованная до совершеннолетия, нецелованная даже в день рождения. Карма за покушение на чужих парней?
Макс продолжает как ни в чем не бывало:
– У них вся семейка с гнильцой. Просто поверь и не делай глупостей. Я видел его реакцию на тебя. Не связывайся с ним.
Да от вас двоих лучше держаться подальше! Устроили мне эмоциональные качели. Так и новые комплексы нажить нетрудно, а то у меня своих мало.
– Ладно, – встаю с дивана, снимаю его пиджак и направляюсь к выходу. – Буду осторожна. Я пойду. Девчонки, наверное, ищут.
– Веселись, – соглашается он.
Так и хочется ему бросить фразу «спасибо, что разрешил», но удерживаюсь: кто его знает, как отреагирует на мой сарказм.
– Сколько вас? – слышу вдогонку и оборачиваюсь.
– Кого? – не понимаю вопроса.
– Подружек твоих.
– Четверо. А что?
– Да думаю, поместитесь ли все. Развезу вас домой. Или ты хочешь оставить их?
– Спасибо, Макс, но мы сами доберемся.
Я быстро выскальзываю за дверь, пока он опять не остановил меня каким-нибудь поучением или новой байкой. Зачем нам продолжать знакомство? Ничего общего у нас нет – и возраст, и положение в обществе, скорее всего, и интересы никак не соприкасаются. Про романтическую составляющую и говорить не стоит: считает меня объектом своей защиты и покровительства. Не столкнуться бы снова с ним или Игорем. Или с Игорем на глазах Макса. Да наплевать! Выслушала, приняла к сведению. У меня своя голова на плечах.
Глава 6
На мою попытку сменить место дислокации для дальнейшего празднества девчонки ожидаемо отвечают отказом. К чему в ночи искать новый клуб, в который нас всех еще и не пустят, когда здесь весело, тепло и напитки с персональной скидкой?
Спустя некоторое время успокаиваюсь и отпускаю ситуацию на самотек. Макса я вижу только раз – мельком, уходящего куда-то в сопровождении высокого блондина, худощавого и длинноволосого. Решаю, что это кузен, о котором говорил Макс. Иванов тоже исчез из зоны видимости. И хорошо: отсутствие этих двоих позволяет мне веселиться на полную катушку, как и планировалось до их появления.
Отчитываюсь маме, что со мной все в порядке, и танцую с подругами до упаду. К трем часам ночи я не чувствую ног и дико хочу спать. Устали все, даже Фролова. Решаем с девчатами двигать домой. Ольга оставляет сестру спать у себя в подсобке: вдвоем, после смены, им будет удобнее возвращаться вместе.
С Веркой и Дашкой нас выпускают через черный ход. Мы тащим белого зайца за лапы мимо стоянки у клуба, смеясь, что с животным нас не повезет ни один водитель. Холодно. Несколько секунд, чтобы надеть перчатки, но за это время подруги умудряются потерять равновесие на скользком льду и завалиться вместе с подарком. Падая, Дашка подсекает и меня, и вот уже втроем мы ржем от души, не в силах подняться вместе с чернобыльским зайцем – только мутанты могут весить как слоны, а не детские игрушки.
За глупым ребячеством я не замечаю, как кто-то подходит сзади. Рывком поднимает меня за подмышки и ставит на ноги, придавая телу устойчивое положение. Разворачиваюсь в поддерживающих меня руках. Макс. Ухмыляется и смотрит свысока, снисходительно, как воспитатель в детском саду на резвящихся малышей.
– С... спасибо, – икаю я, поправляя съезжающую шапку.
Макс тем временем помогает подняться девчонкам. Верка продолжает хихикать, а Дашка застывает и, открыв рот, ни капельки не стесняясь, рассматривает Макса. Почему-то мне это очень не нравится.
– Девочки, это Макс, – решаю я представить своего нового знакомого. – Макс, это Даша и Вера.
Дежурная фраза «приятно познакомиться» с двух сторон. И снова предложение, которое звучало несколько часов назад.
– Садитесь, – Макс показывает на свой внедорожник на стоянке. – Поработаю сегодня таксистом.
Девчонки смотрят на меня вопросительно, и я утвердительно киваю, подтверждая, что с ним нечего бояться:
– Поехали.
Не знаю, насколько может быть случайна наша новая встреча. Я все больше убеждаюсь во мнении, что все неспроста. Неужели он ждал меня? Что за странное желание доставить меня домой самому? Где я живу, он и так уже знает. Вот привязался же. И в то же время я тихо ликую, что могу покрасоваться перед подружками знакомством с офигительным парнем на крутой тачке.
– Это четвертый пассажир? – кивает он в сторону зайца и вызывает новый взрыв хохота у нашей троицы.
***
Как единственный трезвый и здравомыслящий из нас, Макс предусмотрительно узнает адреса у девчонок, потому что мы все отрубаемся, как только залезаем в машину, и сопим под тихую музыку. Верка и Дашка в обнимку с зайцем на заднем сиденье, я – на переднем, периодически падая головой на плечо Макса.
Каждую из нас он будит и провожает до подъезда, как истинный джентльмен. Откуда только взялся такой воспитанный и манерный? Меня он отвозит в последнюю очередь, хотя приходится сделать крюк в обратном направлении.
Макс легонько треплет меня за плечо, и я открываю глаза и не сразу понимаю, где нахожусь. Несколько секунд я хлопаю ресницами, пытаясь прояснить мозги. Вижу красивое лицо напротив и выпаливаю первое, что приходит в голову, вернее, то, что мучило меня весь прошедший вечер:
– Почему ты меня не поцеловал?
– Я гляжу, ты все-таки хорошо приложилась головой. – Макс отворачивается и глушит мотор, очевидно, опять собираясь довести меня прямо до двери.
– Это потому что я маленькая, да? – не унимаюсь, отстегивая ремень безопасности. Напитки мы употребляли слабоалкогольные, но их количество значительно повысило градус в крови, и теперь она кипит, развязывая язык.
Я ожидаю какого угодно ответа, любых объяснений в духе «я старше, мы не подходим друг другу, мы знакомы всего ничего», но только не его твердого и односложного:
– Да.
– Да ладно! – вспыхиваю я и подскакиваю на месте. Еще движение – и я хватаю его за грудки расстегнутой куртки и впиваюсь ему в губы. Просто прижимаюсь со всей силы, как умею и насколько хватает опыта и дури. Он не отталкивает меня, но и не делает попыток обнять или поцеловать в ответ, просто сидит как истукан, позволяя к себе прикасаться.
Такого унижения собственного достоинства моя психика не выдерживает. Я выпускаю плотную ткань, отодвигаюсь и молча, не прощаясь, вылезаю из машины. Непрошенные слезы сами бегут по щекам. Быстро шагаю к своему подъезду, ругая себя за беспечную выходку. Что вообще на меня нашло? Кидаюсь на людей. Подумает, что маленькая нимфоманка. Боже, как же стыдно!
Хлюпая носом, набираю код на входной двери раз, второй, промахиваясь дрожащими пальцами. Замок открывается, но не успеваю перенести ногу через порог, как меня вталкивают внутрь – Макс догнал меня. Решил завершить свой джентльменский ритуал по сопровождению юной леди?
Не дав опомниться, он сгребает меня в охапку, приподнимает, прислоняя спиной к стене, и сминает мои губы совсем не детским поцелуем, запускает язык мне в рот, исследует, ласкает, хозяйничает, отдавая мне то, что я так бессовестно просила. Я обмякаю в его руках, следую за ним, впитываю его безупречную науку.
Нас прерывает собачье гавканье за стеной у соседей. Громкий лай служит для Макса сигналом остановиться, и он отрывается от меня и ставит на лестницу, выше на две ступеньки. Теперь я могу смотреть на него, не запрокидывая голову. В свете тусклой лампы вижу, как потемнели его глаза, стали темно-синими. Неужели это отголоски страсти, как в любовных романах? И это я ее зажгла? По лицу Макса трудно что-то прочитать, понять, что он испытывает. Задал же мне очередную задачу. В свою очередь, я закусываю губу, чтобы не растянуться в улыбке, не показать ему, как сердце подпрыгивает от радости, от осознания, что свершилось: я наконец-то поцеловалась с парнем. Или с мужчиной. Не такой уж он старый, чтобы нельзя было называть его парнем.
– Спокойной ночи, Глаша. – Легким касанием Макс целует меня в висок и разворачивает, подталкивает вверх, по направлению к моей квартире.
Кидаю ему «пока» и поднимаюсь заданным путем по ступенькам, невероятным усилием воли подавляя желание обернуться и посмотреть ему вслед. Он не уходит: ждет, пока я открою дверь. Поворачиваю ключ в замке, но не захожу сразу домой. Прислушиваюсь. Макс наконец-то топает на улицу, и до меня доносится обрывок его фразы:
– Дожил… Как школьники!
***
Лежу в своей комнате, листая ленту «Вконтакте». Почти пять утра. Хорошо, что сегодня везде выходной – не надо ни в универ, ни на работу. Сон не идет: перегорело. Да и какой сон после такого насыщенного на события дня? Успевает разонравиться один парень, целуюсь с другим. И этот другой вносит немалый вклад, чтобы разонравился первый. А если Макс все-таки наплел мне про Иванова, убрал конкурента? Да ну, не может быть! Слишком продуманная схема для одного дня знакомства. И откуда бы Максу знать, что у меня к Игорю чувства? Не говоря уже о наличии мотива.
Поспать все же нужно. Скоро приедут родственники, и хотя мама и бабушка не будут напрягать меня готовкой или какой-либо другой подготовкой к празднику, и без этого буду сидеть вареная за столом. Но «мои мысли, мои скакуны» лезут в голову, стоит закрыть глаза.
«Вконтакте» извещает о голосовом сообщении от Дашки. Тоже бодрствует. Видит, что я онлайн, и не может дотерпеть до утра. Утро в субботу начинается в десять! Держу пальцы крестиком, что будет спрашивать про Макса.
– Зотова, ты совсем прифигела?! Общаешься с Исаевым и молчишь! Когда успела его закадрить?
Надо же, какое возмущение в голосе. Прямо пышет праведным гневом. Исаев? Она про Макса? Похоже, Дашка знает о нем даже больше, чем я.
Тихонько, чтобы не потревожить домашних, наговариваю ей ответ:
– Кто такой Исаев?
Следующее голосовое от Фроловой не заставляет себя ждать:
– Не смешно! Я тебе подруга или кто? Встречаешься со своим генеральным и даже не намекнула! Я тебе про себя все рассказываю!
Меня окатывает горячей волной. Судорожно вбиваю название своей фирмы в поиск и захожу на официальный сайт. Открываю раздел «Контакты».
Черт! Максим Исаев, держатель контрольного пакета акций «Эвклаз-Групп». И фотка строгого Макса в стильном дорогом костюме. Вот это меня угораздило!
Надо будет спросить у Дашки, откуда такая осведомленность. Впрочем, она давно зависает на форумах, где обмусоливают богатеньких холостяков нашего города. Если он холостяк.
Вскакиваю и начинаю ходить вперед-назад. Становится ясно, кого так боялись сотрудники. Макса! Это он тот Гудвин, страшный и ужасный. От него трясутся поджилки у всех топ-менеджеров в нашей организации. Надо же! Мне он показался достаточно адекватным. И заботливым. Но я знаю его всего ничего, чтобы правильно составить мнение. И как теперь быть, как себя с ним вести? Во дела!
А чего я, собственно, боюсь? На работе мы с ним не пересекаемся: я – слишком маленький винтик в громадной машине. И о дальнейших отношениях речи нет. Подумаешь, поздравил соплячку с днем рождения!
Внезапно меня осеняет очередной «скакун», и я останавливаю свой марш по комнате. Подарок! Мой милый зайчик остался у него в машине. Надеяться, что сам привезет? Знает же, где живу. А он привезет, при полной квартире родственников. И объясняй потом, откуда у начальника мой подарок! Нужно договориться о встрече, забрать милашку. Или оставить его у Макса на время. Оставить насовсем – не вариант; он его просто выбросит. Зачем ему игрушки? А девчонки обидятся. Пусть погостит у него до удобного момента.
Я несколько раз строчу сообщение Исаеву, но стираю написанное – все не то. Все-таки, когда я не знала его статус, было намного проще: не было той робости, как сейчас. Где она была, когда я приставала к нему в автомобиле? Знай я заранее, что Макс – мой директор, или как там называется его должность, вряд ли бы осмелилась себя так вести.
В итоге я отправляю ему всего несколько слов, не надеясь на скорый отклик:
«У тебя мой заяц».
Макс отвечает практически сразу:
«Да, привезу. Созвонимся».
Вот и договорились. Встретимся, заберу ушастого – и все. Мы больше ничем друг другу не обязаны. Стоп! Это я так себя уговариваю, чтобы не втрескаться в Исаева? Не втрескаюсь. Сколько лет по Игорю слезы лила, и ничего, как отрезало. А Макс – блондин, слишком взрослый, толстосум. Пусть ищет себе «не школьницу».
Иду на кухню за очередным стаканом воды. Жажда неимоверная – точно от коктейлей, и тошнит в придачу. Больше никакого алкоголя, в его сторону даже не посмотрю.
Минералку я всю уже выпила. И из кранов нет воды. Просто великолепно! И что теперь, умирать от засухи? Тихо, на цыпочках пробираюсь к бабушке в комнату. У нее всегда в термосе есть чай; пусть теплый, но это живительная влага.
Утаскиваю ее термос, и уже у себя с наслаждением поглощаю терпкую жидкость прямо через металлический край. По возможности сжимаю зубы, как фильтр, чтобы не наглотаться травинок. Чай другой – не такой, как обычно. С последним глотком даже немного передергивает. Чего она туда намешала? Надеюсь, не валерьянки. Хотя какая разница: травки и травки. Хуже не будет.
Снова ложусь. Поворочавшись с боку на бок, решаю отбросить это бесполезное занятие. Достаю из шкафа одежду, в которой буду на семейном торжестве. Просто и лаконично, как я люблю: маленькое черное платье с короткими рукавами. В комплекте со шпильками было бы улетно, но мама не разрешит царапать ламинат каблуками. Все же напяливаю все на себя вместе со шпильками и красуюсь перед зеркалом. Неплохо! Так весной можно будет в универ бегать. Еще пару штрихов: бабушкин медальон будет тут кстати. Надеваю и его. Шик с отлетом! Да я красотка!
