Полная версия
Альфа.
Без сомнения, очень сильный.
И такой невообразимо привлекательный и манящий, что дыхание сбивается. Никогда таких притягательных вервольфов не видела, не только внешне, но и душевно располагающих. Так бы смотрела и смотрела, внимательно изучая каждую черточку.
А еще моя Серебрянка, хулиганка такая, взвизгивает и чуть не выдает нас обеих, норовя покрасоваться.
Глупая, куда ты собралась?!
Одергиваю её назад в последний момент, заставляя спрятаться и скрыть свой аромат.
Неужели хочешь попасться Винсу и стать инкубатором? Неизвестно еще, кто эти оборотни, может, как раз те, которые хотят вести общий бизнес с Ноевым.
– Вам в противоположную сторону нужно пройти, – отмираю наконец и показываю рукой туда, где как раз и моя комната расположена. – Это крыло альфы.
Замечаю, как резко прищуриваются глаза самого главного, реагируя на мой голос, и весь он будто группируется, подаваясь чуть вперед. Я же от такого действа замираю вновь.
Да нет же, не мог он почувствовать омежку!
Стараюсь успокоить себя и заставить сердце не частить. Знаю, что все трое сейчас считывают моё волнение. И очень надеюсь, что воспринимают верно.
– Работаешь здесь недавно? – дает подсказку шатен с шевелюрой, будто ему голову намыли, а расчесать забыли.
– Да, – киваю, перебегая взглядом от него к альфе.
Ну не могу совладать с собой.
Тянет меня этот вервольф, как магнит. Хороший такой магнит. Сильный.
– Оборотни нравятся? – ухмыляется уже брюнет, заметив моё внимание на своем альфе.
– Я… – отступаю на шаг, прижимаясь спиной к двери и опускаю взгляд.
Уж лучше вообще никуда не смотреть, чем вести себя таким неподобающим образом.
Стыд окрашивает щеки в румянец. Хоть и не вижу их, но прекрасно чувствую, как горят.
– Первая и вторая комнаты в левом крыле совершенно свободны. Можете занять их, – нащупываю за спиной ручку двери, готовая в эту же секунду скрыться в кабинете отца. – Простите, мне идти нужно.
– Райдэн, кажется я знаю, как тебе можно расслабиться и перестать злиться из-за семейства Борсовых, – слышу веселые нотки в голосе брюнета и вновь обращаю все внимание на странную тройку.
И пусть лично ничего не понимаю из сказанного, но два великана, начинающие посвистывать, сильно удивляют.
– Мы пойдем пока, – отступают они синхронно, – в ПЕРВУЮ комнату.
– Ага, именно в нее, вторая нам совсем не нужна, – хмыкают уже от лестницы.
А через минуту исчезают.
Глава 5
РАЙДЭН
Странная девчонка завладевает внимание так сильно, что даже не стараюсь с собой воевать и просто внимательно её изучаю.
Мелкая совсем. Хорошо, если до плеча мне макушкой достанет, в чем я сомневаюсь. Тощая, чего балахонистое длинное темное платье не скрывает, а еще больше подчеркивает. Но фигура не мальчишечья. Везде, где нужно, округлости присутствуют. Талия тонюсенькая, не напрягаясь, ладонями обхвачу.
Шея тонкая, длинная. Лоб высокий, личико сердечком, кожа чистая и бархатистая. Нос обычный, прямой, губы пухлые. Кусает их, зараза, так и переманивая взгляд именно туда. А вот глаза странными кажутся.
Не могу объяснить. Но чувство такое, словно это не ее цвет радужки. Не подходит ей желто-карий.
Обалдеть, Дэн, ты что-то совсем поплыл, размышляя о какой-то человечке в таком ключе.
Подкалываю сам себя, но мой волк почему-то к шутке не присоединяется.
Он все принюхивается и принюхивается к девчонке. Словно что-то его волнует и не нравится одновременно.
Что не так?
Задаю по сути вопрос самому себе и… не знаю ответа.
Если разобраться, то раздражает меня в этот момент только одно – дурацкий черный платок на голове. Знаю, что люди так выражают свою скорбь, но не волки.
И руки буквально горят, так хочется сделать два последних шага, разделяющих нас, и сорвать его. Увидеть волосы юной девицы. Пропустить их сквозь пальцы. Уткнуться носом. Вдохнуть как можно глубже легкий аромат женской свежести. И не отпускать.
– Как тебя зовут? – задаю вопрос, удивляясь самому себе.
Обычно лишняя информация меня совершенно не волнует. Скорее раздражает.
А тут действительно хочется узнать и запомнить.
– Ми… – запинается малышка, но всё же продолжает, – ра.
– Мира?
– Д-да, – кивает она, вздергивая подбородок чуть выше, бегая глазами по моему лицу.
А я начинаю злиться.
Ненавижу ложь.
Своим обостренным волчьим чутьем я улавливаю все происходящие в ней изменения: сильнее заколотившееся сердце, скакнувший до максимума адреналин в крови, вспотевшие ладошки, чуть соскользнувшие с дверной ручки, за которую она держится, словно это её спасательный круг.
– Врешь, – гляжу прямо в глаза и сжимаю руки в карманах в кулаки.
Понимаю, что ей неуютно и страшно, но… врать мне нельзя.
Никому.
Девчонка облизывает пухлые губы, не специально. Просто нервное движение. А я сжимаю челюсти до хруста.
Маленький розовый язычок намертво приковывает мой взгляд.
Причем настолько, что обман отодвигается куда-то далеко. На первый план выходит желание. Дикое, необузданное.
А в голове пульсирует совершенно чумная мысль: развернуть её спиной к себе, задрать длинный подол платья и…
– Моё имя немного необычно, поэтому я использую для сокращения другое, – лепечет чуть побледневшая Ми-ра, что слегка приводит меня в чувство.
В этот раз она не врет.
И я только сейчас замечаю, что нас разделает всего шаг.
Когда я успел придвинутся?
Пытаюсь вспомнить момент, но просветления не наступает.
Ерунда какая-то… Мне действительно нужно найти кого-нибудь, чтобы расслабиться. И чем быстрее, тем лучше.
Хотя, кажется, я уже нашел подходящую кандидатуру. Остается лишь её уломать. Только вот слишком сильно она трясется.
Ладно, дам чуть-чуть подумать, хотя нет.
Не так...
Я же уже все решил. А девчонка согласится. Уверен.
– Ты всегда работаешь на втором этаже? – делаю небольшой шаг назад.
Иначе трусишка того и гляди в обморок завалится.
– Я всегда на втором этаже, – кивает она.
И вновь не врет.
Прекрасно!
– Ты здесь надолго? – киваю в сторону комнаты, куда она собирается ушмыгнуть.
Понимаю, что время поджимает и очень сильно. На первом этаже уже все собрались и заставлять их ждать некультурно. Я и так попросил десять минут, чтоб переодеться.
Не было у меня желания ехать через две территории «при параде», поэтому как обычно облачился в толстовку и камуфляжные штаны. Но сейчас требовалось соблюсти формальности и надеть на себя деловой пиджак и галстук.
А выделенное время уже практически истекло. Однако, потребность увидеть еще раз эту кнопку всё перевешивает.
Наваждение какое-то.
– Минут десять, – кидаем мне за спину немного испуганный взгляд девчонка.
Я тоже улавливаю скрип ступени на первом этаже. Посторонние.
Ладно.
– Зайди на обратном пути, мне может понадобиться помощь с вещами.
– Хорошо, – кивает она и в эту же секунду пропадает за дверью.
Шустрая.
***
– Альфа Райдэн, Вы ошиблись крылом, – склонив почтительно голову, произносит незнакомый мне волк.
Медленно оборачиваюсь и лишь киваю.
– Я уже понял.
– Могу помочь… – начинает он, но мне неинтересно.
Всё что нужно, уже известно и так.
– Нет, – обрываю, не дослушав. – Свободен.
– Но альфа Винс велел проводить…
Р-р-р!
Ненавижу тупых и болтливых подчиненных, решающих оспаривать приказы вышестоящих. Моим хлопцам обычно хватает одного взгляда, чтобы понять и проникнуться.
Прищуриваюсь, посылая каплю силы альфы, отчего помешавшему нашему разговору с девчонкой волку становится неуютно.
Не жалко дурня, сам напросился.
– Я справлюсь. Десяти минут мне вполне достаточно. Так что можешь предупредить бету Винса, что скоро буду.
– Альфу, – решает поправить меня смельчак.
Идиот.
Еще и тугодум.
Не знаю, что здесь творится, но вот это самопровозглашение себя лидером до того, как отданы последние почести настоящему вожаку стаи – отвратительное неуважение не только к еще не погребённому вервольфу, его родным и своим соплеменникам, но и глупая бравада перед реальными альфами других пределов.
Кажется, Ноев раньше времени примерил на себя корону, до которой пока не дорос.
А значит, отвечать придется.
Никто ж за язык болтливого мальчика не тянул.
– Скройся, – рыкаю, легко высвобождая силу своего волка.
Очень недовольного волка, готового разорвать этого несчастного в любую секунду, если дам волю.
И что интересно, понимаю через мгновение, мой Серый гораздо сильнее негодует, ощущая волнение девчонки, притаившейся мышкой за дверью и дышащей через раз, чем тявканье глупого скунса, решившего делать альфе замечания.
Моментально побледневший волк пригибается на треть к земле и отшатывается метра на три. Еще полминуты, и, скатившись по ступеням, болван исчезает за дверью. Что подтверждает легкий щелчок захлопнувшегося запора.
– Он больше не придет, – произношу негромко, улыбаясь. – Не волнуйся.
И пусть знаю, что человечка услышать меня не может. Слух у людей не настолько идеален. Но хочется хоть так её успокоить.
В комнате быстро, как привык, стягиваю любимую камуфляжную форму и направляюсь в душ.
Пять минут.
Даю мысленную установку, врубаю на полную горячий тропический душ и, упершись кулаками в кафельную стену, прикрываю глаза.
Что такое, Серый, понравилась девчонка?
Задаю вопрос своему второму я, поскольку волк внутри так и ворочается. Словно что-то его беспокоит. Но что конкретно, понять не может.
Вот и я не пойму, что в ней такого особенного. Но ты прав, цепляет она знатно. Ничего уломаем. Попробуем девочку.
Хмыкаю, совершенно уверенный в собственном умении очаровывать и соблазнять понравившуюся самку. А тут задача даже легче. Всего лишь человечка.
Мелкая, пугливая, но чистая, нетронутая, что особенно влечет, и даже симпатичная. Без глупых желаний охомутать и прибрать к рукам сильного волка вроде меня.
Человеческие самки для нас, двуликих, в плане секса просто идеальны. Ты точно знаешь, что те не понесут от близости, а значит, не используют приятно проведенное совместно время против тебя. Не заставят жениться.
Зато с оборотницами такие номера уже, к сожалению, не редкость. Любят они, улавливая потребность волка в спаривании, появляться в нужном месте в нужное время. А потом всё. Щенок привязывает волка к самке намертво. Даже если и чувств между ними совершенно нет.
Исправить ситуацию может только появившаяся Луна, то есть истинная пара.
И что интересно, после обычной волчицы у оборотня с истинной волчата рождаются, а вот если наоборот, то никогда. Да и какой дурак решится уйти от своей мечты. Той, кто является для тебя всем без исключения.
Наверное, только полный идиот.
Интересно, а где моя Луна сейчас бродит? И родилась ли она вообще?
Переключаюсь на другую мысль, меняя воду с горячей на холодную. Люблю контрастный душ.
Вервольфы – долгожители. Шестьсот лет не предел. Главное, не потерять зверя и перекидываться хотя бы пару раз в месяц. И тогда взросление останавливается примерно на возрасте 25 лет. А дальше, как у людей, только не десятилетиями возрастные промежутки отщелкиваются, а сотнями.
Мне уже 186, а выгляжу на 28-30. Так сказать, волк в самом соку. Мику было 232, когда он погиб. А ведь он тоже так и не успел встретить пару.
Ладно, не время сейчас.
Хлопаю ладонью по рычагу смесителя и, сорвав полотенце с крючка, выхожу в комнату. Пора облачиться в строгий костюм, который предусмотрительный Стив уже повесил на дверку шкафчика, и предстать на поминальном вечере.
– Ой! – вскрикивает испуганно объект моих недавних мыслей.
==============
"Девочка контролера" https://litnet.com/shrt/tmqy
Меня зовут Лина Эванс, я – человек. И я – одна из восьми присяжных заседателей в деле против организаторов подпольного клуба для людей и двуликих. Я, как и все мои коллеги, знаю, что происходит с девушками, попавшими в лапы монстров, и голосую за самое жестокое их наказание.
Однако, преступники выходят на свободу, а на меня открывается охота…
***
Он придет ниоткуда, когда я почти сдамся.
Чтобы помочь, чтобы спасти, чтобы научить жить сначала.
Контролёр. Двуликий. Мой.
Глава 6
МИЯ
– Он больше не придет, – слышу урчащие нотки в голосе альфы. – Не волнуйся.
Ага-ага, конечно, легко говорить и быть смелым, если твой волк настолько силен, что одного из ближайших помощников Винса, как шелудивого пса всего лишь рыком заставляешь сделать ноги.
Вот это мощь!
Восхищаюсь зверем Райдэна.
Хотя, не только я одна. Моя Серебрянка буквально юлой вьется, желая показаться объекту своей страсти.
Луна-заступница, да как же так-то?
Волчица только-только почувствовала этого сильного вервольфа, а уже всю меня измотала, стараясь выбраться наружу. И скулит, и царапается, транслируя и транслирую мне его образ, который она почувствовала.
Но как? Ты же его никогда не видела.
Задаю логичный вопрос своей девочке, повизгивающей и не утихающей ни на минуту.
– Подожди, милая, давай вначале решим дела тут и схоронимся у себя в комнате, а там и обсудим всё, не торопясь, – предлагаю волчице, осматриваясь в кабинете.
Как же долго я здесь не была. Но неудивительно. Пусть папа и сделал мне документы. Все, как полагается, и даже показал, где они будут храниться. Но, ни он, ни я серьезно не рассчитывали, что те потребуются так скоро.
Подхожу к стеллажам с книгами и, выбрав второй от окна шкаф, веду медленно пальцами по корешкам книг, стоящих на четвертой сверху полке, читая названия.
Восточная стая.
Наша с папой. Та, что всегда была моим домом.
Вот она-то мне и нужна.
Аккуратно нажимаю на переплет, углубляя его внутрь, и на противоположной стене открывается совершенно незаметная панель, скрывающая дверцу сейфа.
Код – дата смерти мамы и братишки и мой день рождения. День, который в нашей семье теперь не принято отмечать.
Глухой щелчок подтверждает, что все манипуляции совершены мною верно, и замок разблокирован.
Оглядываюсь на дверь, прислушиваясь. Тишина полнейшая. Никого постороннего на втором этаже нет. Точнее, есть.
Этот альфа Райдэн и два его беты, но они уже мне немного знакомы. Оттого не так страшны, как волки собственной стаи.
Быстро достаю всё, что лежит внутри. На бумаги смотрю не особо. Честное слово, слаба я в этих юридических терминах, потому и вникать совершенно не пытаюсь.
Но тубус с завещанием буквально притягивает. Руки сами собой тянутся его раскрыть.
Нельзя!
Одергиваю собственное любопытство и, отложив контейнер в сторону, машинально перебираю другие документы.
Нашла.
Свидетельство о рождении и паспорт на имя Шаевой Мии.
Есть, откладываю их в сторону и листаю дальше. Документы на собственность в городе, документы на земельный участок. Нет, всё не то. И мне совершенно ненужное.
Еще какие банковские договора, непонятные цифры и коды. Ничего интересного. Но где-то же должен быть еще один нужный мне предмет.
Вновь подхожу к сейфу и аккуратно продавливаю все стенки, пока не нахожу углубление в нижней части. Подцепляю ноготком и оттягиваю в сторону узкую серебристую пластинку.
Сую пальцы в образовавшееся отверстие…
Что-то есть.
Подцепляю и вытягиваю на свет еще один небольшой документ.
Вот же ты, мой спаситель.
Прижимаю к груди паспорт на другое своё имя. Мамино. Иванко Амилия – записано внутри. Его делали вместе с первым, папа мне как-то рассказывал. Это он так хотел маме показать, когда она меня родила, что её имя для него так же важно и существенно, как и собственное.
Прячу все три документа в сумочку, которую прикрепила под подолом на пояске, чтобы даже в случае моего обнаружения никто не смог заподозрить, что у меня что-то с собой есть. В неё же добавляю пачку банкнот, которые могут пригодиться. У меня все средства только в электронном виде хранятся.
Да и зачем мне бумажки, если я из дома носа не кажу? И все покупки совершаются посредством интернета.
Аккуратно убираю ненужные уже документы в сейф, беру в руки тубус с завещанием, чтобы водрузить его на самый верх, как и было изначально.
Но… не сдерживаюсь.
Надеюсь, папочка во мне не разочаруется за такой поступок, да и Луна-заступница не отвернется, посчитав нахальной и дерзкой.
Сдвигаю бечёвку, легко поддевая ее ноготком, чтобы не нарушить целостность печати альфы, и приоткрываю крышку.
Плотный лист крафтовой бумаги буквально обжигает пальцы. Кажется, только в этот момент, читая написанные чуть угловатым размашистым отцовским почерком слова, я убеждаюсь, что действительно осталась совсем одна.
Без родных. И даже без близких.
Нет, неправильно.
Встряхиваю головой, посылая своей Серебрянке теплые лучики любви и нежности.
Мы есть с волчицей друг у друга. Может, другие вервольфы воспринимают себя, как единое целое со своей второй ипостасью, но мы с моей девочкой, как две половинки одного неделимого целого. Но все же две.
«После моей смерти альфой восточного предела прошу избрать мужа моей дочери Мии Шаевой, если более сильный волк моей стаи не заявит право на лидерство.
По достижении моим внуком возраста совершеннолетия право возглавить стаю восточного предела переходит к нему безоговорочно, как самому сильному альфе. Что не вызывает у меня сомнений уже сейчас, пока я пишу это завещание, находясь со своим волком в здравом уме и идеальной памяти».
– Папа… – выдыхаю еле слышно, понимая, что такими словами отец ставит меня под конкретный удар, и делает самым лакомым кусочком для очень и очень многих.
Только глупец не догадается, что подразумевает под собой фраза «самый сильный альфа без сомнений».
Винс меня точно никуда не отпустит, скорее под замком запрет. Странно, что еще до этого не додумался. А когда сбегу, станет землю носом рыть, чтобы найти. И не остановится.
В завещании нет имени мужа. Имени Винса. И он сделает всё, чтобы вывернуть ситуацию в свою пользу. Я ему буду необходима, как будущая мать наследника и гарант места вожака стаи.
А значит, как только завещание вскроют, меня тут же используют по назначению. Как инкубатор.
Ладно, всё пока нормально.
Успокаиваю себя, надеясь, что неделя в запасе должна у меня быть. Так быстро зачитывать завещание лидеры других пределов не попросят. Пока похороны, пока поминальные события, пока охота и гонки, пока кострища и ночные посиделки.
Я успею скрыться.
Должна успеть.
Возвращаю документ в тубус, перетягиваю бечёвку на положенное место и, положив аккуратно внутрь сейфа, закрываю последний.
Осматриваю кабинет на предмет своего в нем присутствия. Принюхиваюсь вместе с Серебрянкой. И только удостоверившись, что о моем здесь пребывании никто не догадается, выскальзываю в коридор.
Спасибо, матушка-Луна, он также пуст, как и был изначально. Только кажется, что прошло не десять минут, а целый час или два.
Аккуратно обходя скрипящие половицы, перебегаю в собственное крыло. Прохожу первую комнату, откуда слышатся редкие возгласы и тихий смех. Вторую, где совсем тихо. Иду к себе, решая не рисковать.
Ну подумаешь, девчонка-прислужница забыла о приказе или потратила больше необходимого времени…
НЕТ!
Взвизгивает Серебрянка, заставляя остановиться в удивлении. И вновь рвется к большому волку, показанному мне в мыслях.
Да что же это такое?!
Вскрикиваю мысленно, не узнавая свою тихую и мирную девочку. Однако, волчица знай себе требует вернуться и зайти во вторую дверь.
Только мне конфликта с собственным зверем не хватало.
Качаю головой и, не раздумывая, резко разворачиваюсь и, стукнув пару раз в дверь, тут же ее распахиваю.
– Ой! – замечаю едва вышедшего из ванной альфу.
СОВЕРШЕННО ГОЛОГО…
И моментально отскакиваю назад, прикрывая одной ладошкой глаза, а второй стараясь нащупать дверную ручку, чтобы поскорее сбежать к себе.
***
– Сто-оп, – перехватывает мою ладонь непонятно как так быстро очутившийся рядом оборотень, ведь я его видела не менее, чем в десяти метрах от себя всего секунду-две назад. – Не уходи.
Затягивает внутрь комнаты и захлопывает дверь.
Я же, стараясь угомонить развеселившуюся Серебрянку, вернуть себе нормальное дыхание и перестать дрожать от крепкого, но бережного касания сильной мужской руки, совершенно теряюсь в пространстве.
Матушка-Луна, да что же ты мне одно испытание за другим посылаешь так часто? Неужели готовишь к еще более серьезным делам?
Задаю вопрос, зная, что ответа не получу.
– Вы… я… – очень информативно лепечу бред, но по-другому не получается.
Пусть оборотни легче относятся к демонстрации собственного нагого тела, ведь перекидывание из одной ипостаси в другую не происходит только в комнате. И совсем не комплексуют…
Но я-то неправильная волчица. Точнее, Серебрянка моя очень даже правильная, судя по тому восторгу, который она мне транслирует, щекоча грудь и урча от удовольствия.
Вот же прохиндейка! Словно чувствовала, что оборотень не одет, и тут же толкнула меня к нему.
А вот я – да, дикая. Не привычная к обнажению при людях, да и их при мне. Некогда было привыкать, оттого сейчас и ощущаю не только пылающие заревом шею и щеки, но и тарабанящее сердце.
– Как ты у оборотней работаешь, если настолько скромна? – хмыкает альфа, слегка касаясь моей щеки костяшками пальцев.
Ощущаю его всеми органами чувств, кроме зрения, потому что так и стою с закрытыми глазами: опаляющий жар большого горячего тела в полушаге от меня, сильную энергетику альфы, но не враждебную, наоборот, ласковую и игривую, терпкий запах самца, безмерно будоражащий мою волчицу, нежное поглаживание сухих, чуть шершавый пальцев по лицу и нижней губе, словно крылышки бабочек порхают.
– Отомри, Мира, – опаляет горячим дыханием мои губы мужчина, отчего я тут же прикусываю и облизываю нижнюю.
Не успеваю себя сдержать от опрометчивого поступка, о чем мне сразу сообщают.
– Не дразни, маленькая, иначе я забуду, что меня ждут внизу по довольно серьезному поводу, и останусь здесь, с тобой.
Папа!
Приходит отрезвляющая мысль, заставляя моментально распахнуть веки и упереться глазами в голую грудь. Широкую, мощную, рельефную, горячую, с блестящими маленькими капельками воды, сохранившимися тут и там.
Райдэн стоит совсем рядом, буквально в каких-то пятнадцати сантиметрах от меня. И чтобы заглянуть ему в глаза, приходится задрать повыше голову.
Какой же он высокий. И безмерно привлекательный. Узкое скуластое лицо, высокий лоб, крупный с горбинкой нос, глубоко посаженный темно-серые глаза, узкие губы. Двухдневная небритость на лице добавляет дерзости и брутальности образу, делая его серьезнее, старше, жёстче. И волосы очень необычного цвета. Темно-серые с пепельным отливом.
Никогда такого оттенка не встречала, хотя, я и сама еще та а-ля необычность.
– Прости…те, – выдаю шепотом, ловя темнеющий взгляд на своих губах.
– Можешь обращаться ко мне на «ты», Мира, – нависает он всё также, не желая отходить.
