Шпионка против генерала, или Главный королевский секрет

— Я буду очень признательна, если вы обратите внимание его высочества на меня, — засмеялась я.

— Завтра пройдет первое испытание, — вдруг перевел тему мужчина.

Я внутренне содрогнулась и настороженно произнесла:

— Испытание? В королевском письме ни о каких испытаниях речи не шло. Да и король во время приветственной речи ни словом не обмолвился.

— Такова воля его величества, — вздохнул генерал. — И потому я попрошу вас никому об этом не рассказывать. Ну, к тому же это в ваших же интересах. Никто, кроме вас, не будет к этому готов.

— И к чему же мне готовиться? — мурлыкнула я, чуть сжав его руку и переходя на совершенно особый тон, которому учила меня Иветта. При этом внутри меня всю покоробило от этого. Не любила я флиртовать.

— А об этом, к сожалению, рассказать я не имею права. Но я уверен, что вы пройдете. А теперь вынужден откланяться.

Рокен иль Контаре довольно резко освободился от моей руки и, склонив голову, быстрым шагом, чуть прихрамывая, свернул на тропинку, которая вела к замку. Странный он. Неужели так поспешно скрылся из-за того, что я начала с ним кокетничать? Не нужно было этого делать? Ведь, пока мы разговаривали серьезно, он вел себя совершенно нормально. Этот человек вызывал во мне недоумение, и я была совершенно сбита с толку его внезапным бегством. Все же мне еще учиться и учиться взаимодействию с мужчинами. Кажется, Иветта поторопилась, отпустив меня на столь ответственное задание.

Весь оставшийся день во дворец то и дело прибывали невесты, мы ждали уже не так много девушек, поэтому генерал не стоял у входа постоянно, как когда ехал основной поток, но все же он подходил и встречал каждую девушку, проверяя документы. Я видела это из окна своей комнаты, когда отдыхала после обеда с книгой в руках.

Вечер прошел спокойно: мы поужинали, и я решила пораньше отправиться к себе. Мне не терпелось поговорить с Рикостой. Теперь я знала кое-что о ней, что давало мне огромное преимущество: она была довольно близка с генералом и могла рассказать о нем что-то, чего не знают другие. Мне пригодятся любые сведения, даже не касающиеся непосредственно задания с артефактом.

Когда служанка заглянула, я уже успела расплести волосы.

— Расслабь завязки на корсете, будь добра, — попросила девушку, когда она закрыла за собой дверь.

Она принялась ловко расшнуровывать ленты на платье.

— Я узнала, что все невесты уже прибыли.

— Сорок две? — уточнила я, испытывая блаженство с каждым движением служанки, потому что могла вдыхать все больше воздуха.

— Сорок, два дома прислали письма с извинениями, что не смогут быть.

— Значит, сорок, — хмыкнула я. — Рикоста, — повернула голову к служанке, та вскинула на меня голубые глаза, почти такого же оттенка, как и у меня, только чуть светлее.

— Да, госпожа?

— Откуда у господина генерала эта хромота, не знаешь?

Она вдруг поникла, как будто на моих глазах завял цветок.

— Я спросила что-то слишком личное? — предположила я. — Если так, то не отвечай.

— Нет-нет, все в порядке, — она сглотнула, закончив развязывать ленты.

— Могу я вам кое-что показать? — посмотрела на меня служанка.

— Разумеется. Иди сюда, садись, — я выскользнула из платья, накинула на тонкую нижнюю рубаху теплый мягкий халат и села на кровать, указав девушке на место рядом с собой.

Она повиновалась, на ходу вытаскивая из-под платья подвеску, которую, как и я, прятала под одеждой. Это был круглый медальон с маленьким замочком. Рикоста нажала на него, и медальон раскрылся. Я уже почти наверняка знала, что увижу там — чей-то портрет, потому что носила похожий внутри своей подвески-капли.

— Это мой брат, Джент, — девушка с нежностью погладила миниатюрное изображение внутри и подала мне украшение. Я аккуратно приблизила подвеску к себе, насколько хватало длины цепочки.

Не стала говорить о том, что знаю о службе ее брата с генералом. Хотела, чтобы Рикоста сама рассказала свою часть истории.

— Красивый молодой человек, — мягко улыбнулась я, глядя на светловолосого юношу.

— Он погиб на войне, — вернула мне грустную улыбку Рикоста. — Это случилось пять лет назад.

— Мне очень жаль, дорогая, — я отпустила ее медальон и погладила ее по плечу.

— Я тогда осталась совсем одна, и если бы не господин иль Контаре, который был другом Джента, меня определили бы в приют.

Сочувственно вздохнула. Я уже больше пяти лет жила у госпожи иль Грасс, однако до сих пор помнила детство и искренне радовалась, что Рикоста так и не узнала, каково это — жить в приюте.

— А что же генерал?

— Он тогда не был генералом, тогда у него даже не имел дворянской фамилии. Он был просто Рокеном Контаре, капитаном в армии нашего правителя. Рокен получал тогда совсем небольшое жалованье, однако значительную его часть отдавал на мое содержание в пансионате.

— Вот как? — сделала вид, что впервые слышу об этом. — И что же случилось потом?

Рикоста вздохнула.

— Мне было очень неловко оттого, что меня содержит чужой человек.

— Он ведь друг твоего брата.

— Да, — кивнула Рикоста. — Но все же я не хотела сидеть на его шее. И как только получила базовое образование, попросила помочь мне устроиться на работу. Рокен и в тот раз не отказал, — она так тепло улыбнулась, что какая-то неприятная искорка зажглась во мне. Уж не влюблена ли девушка в генерала? Не то чтобы мне до этого какое-то дело, но…

— А дальше? — решила не развивать мысли в том направлении.

— Он устроил меня гувернанткой в хорошую семью, а через пару лет забрал во дворец.

Это все казалось очень занятным, но я так и не получила ответ на вопрос.

— Так что же с его ногой?

Она всполошилась.

— Ах, да, простите, госпожа иль Грасс! Когда я думаю о брате, то забываю обо всем на свете. Джент и Рокен оба были небесными всадниками и вели за собой отряды на вивернах. Элитное подразделение.

Я подняла брови. Никогда раньше не встречалась с небесными всадниками.

— Оба отряда попали в засаду, — опустила голову Рикоста. — Джент погиб, его выкинула из седла вражеская виверна. Даже тела не нашли. Но они сражались над острыми скалами, выжить при падении с такой высоты невозможно, — Рикоста на несколько мгновений закрыла лицо руками. Я обняла ее, мягко укачивая. И это был искренний жест. Мне становилось неловко от этого, но все же я ощущала по отношению к этой девушке какую-то нежность и желание защищать. Может быть, я видела в ней себя? Мы ведь действительно чем-то походили друг на друга.

Успокоившись, Рикоста продолжила:

— Рокен в том бою чуть не погиб, долго лежал во врачебнице, лекари хотели отнять ногу, но он не дал, рискуя жизнью. Он мог умереть, но все же рискнул и остался с ногой. Некоторое время он не мог ходить, да и лекари говорили, даже когда опасность для его жизни миновала, что нога останется неподвижной.

Я внимательно слушала Рикосту, не решаясь перебить, но когда она замолчала, все же поторопила ее:

— И что же произошло дальше?

Девушка улыбнулась, и все лицо ее словно засияло.

— Не знаю, но Рокен настолько упрям, что начал вставать. Сначала ходил на костылях, потом перешел на трость. Ему пришлось оставить полеты, но он продолжал обучать новых бойцов, пошел вверх по чинам и очень быстро стал самым молодым генералом нашей армии.

— Но теперь он ходит без трости, — заметила я.

— Да, несмотря на все предречения лекарей, Рокен смог снова ходить. Не знаю, каких усилий ему это стоило, мы не очень близки.

При этих словах что-то внутри меня немного успокоилось. Почему-то неприятно было осознавать, что эта девушка ему дорога.

— Интересный человек, — заметила я.

— Он удивительный! — воскликнула Рикоста.

— А ты… — я все же решилась это спросить. — Любишь его?..

— В каком смысле? — серьезно посмотрела на меня собеседница.

— Ну, как мужчину, — уточнила я.

— Не знаю, — пожала плечами служанка. Мне нравилось, что она говорила со мной честно. — Рокен всегда относился ко мне как к сестре, и я привыкла считать его братом. Любить его как брата.

— Ну, а если бы он предложил тебе стать его женой? — спросила я. Не знаю, какой черт меня дергал за язык и почему я полезла в ее сердце.

Девушка надолго задумалась. От этого молчания я немного нервничала, поэтому встала и прошлась по комнате. Подошла к окну и застыла, глядя на огоньки, которые неярко светились со стороны сада. Сакрисы, так назвал магические фонари генерал…

— Нет, он не предложил бы, — наконец тихо произнесла Рикоста.

— Почему? — повернулась я к ней.

— Он любит другую женщину.

Эти слова неприятно резанули по груди.

— Вот как, — холодно произнесла я. — Разве генерал женат?

— Нет, но он был помолвлен.

— Был?

— Да, но я не знаю подробностей, это какая-то темная история.

— Ладно, это неважно, — слишком непринужденным тоном сказала я и отмахнулась. — Мы здесь собрались не ради Рокена иль Контаре. Лучше расскажи мне о его высочестве и о том, что за испытание нам приготовили на завтра.

Рикоста поднялась и стала заниматься моим платьем, его нужно было аккуратно повесить.

— Я ничего не знаю об испытаниях, сожалею, госпожа, — виновато улыбнулась она.

— Совсем-совсем ничего? Ни одной сплетни?

— Возможно, вас будут проверять на невинность с помощью артефакта.

Я хохотнула. Даже не додумалась бы до создания такого предмета. Но кому-то, видимо, он действительно нужен.

— Что ж, если это так, то бояться мне нечего, — усмехнулась я и легла, накрывшись одеялом по самые уши. — Пожалуйста, подбрось дров в очаг, — попросила Рикосту. — И расскажи о принце. Какой он? Что любит? Какие его любимые дисциплины? Игры? Занятия? Я знаю лишь, что он искусен в «Пехотинцах и всадниках».

Пока Рикоста занималась моим нарядом, аккуратно вешая его в шкаф, а потом подкидывала дрова в камин, она говорила. Не скажу, что я узнала хоть что-то новое, потому что мы с госпожой иль Грасс хорошо подготовились к поездке, чтобы я не ударила лицом в грязь. Минут через десять почувствовала, что погружаюсь в сон, и не стала противиться этому, засыпая под тихий голос горничной.

***

Утром меня ждал сюрприз. И он оказался совсем не из приятных. Взбудораженная Рикоста влетела ко мне в комнату чуть свет и распахнула шторы, сквозь окна на меня хлынули потоки осеннего солнца. Я тут же проснулась и поморщилась.

— Доброе утро, госпожа иль Грасс! — защебетала она. — Сегодня начинается официальная часть смотрин, и после завтрака вас ждет встреча с его величеством и его высочеством!

— Доброе утро, Рикоста, — улыбнулась я и зевнула. — Мне не помешает ванная.

Девушка обернулась на меня и виновато сказала:

— Госпожа, простите, но сейчас нет столько горячей воды. Некоторые другие невесты тоже пожелали принять утренние водные процедуры. Но у нас есть баня, если хотите, — скороговоркой закончила она.

— Баня? — задумалась я. — Почему бы и нет. Веди!

Рикоста помогла мне одеться, и мы двинулись по длинным коридорам, спустились на первый этаж и шли еще немного, пока не приблизились к толстым деревянным дверям. Чем ближе мы к ним подходили, тем теплее ощущался воздух вокруг. А когда служанка отворила их, на нас словно пахнуло горячим влажным ветром. Моим глазам предстало достаточно просторное помещение. Это был предбанник с деревянными скамьями, на которых мы с Рикостой оставили одежду.

— Это женская половина, — пояснила девушка. — А в другом крыле дворца есть мужская.

— Почему никого нет? — спросила я.

Рикоста пожала плечами.

— Управляющий еще затемно приказал натопить, чтобы тем, кому не хватит ванн и воды, смогли воспользоваться баней, но, видимо, остальные госпожи не пожелали.

— Им же хуже, хихикнула я, — тихонько сняв подвеску с портретом мамы, чтобы Рикоста не видела, и положила ее в карман платья, а потом вошла в самое жаркое помещение в этом замке.

Окон здесь не предусмотрели, а пространство освещали тусклые магические светильники. Меня удивляло, по какому принципу в замке решают, где использовать магию, а где обычные бытовые вещи. В доме госпожи иль Грасс совсем не использовали магию. Человеку, не обладающему особыми способностями, бывает сложно совладать с артефактами. И хотя Иветта могла бы себе позволить покупать их, из-за непредсказуемости таких вещей пользоваться ими в доме запрещалось. То и дело в газетах появлялись новости о том, что из-за использования артефакта случилось то или иное несчастье: дом сгорел, кто-то взорвался, задохнулся и тому подобное, поэтому я была вполне согласна с тем, что с магическими вещами лучше не шутить. Но у короля служат придворные маги, наверняка у них все под контролем.