Девушки мечты

«Ну вот, опять!», — подумала Арзу, выходя наружу. Ей уже хватило компании двух язвительных мужчин да предстоящим знакомством с матерью-драконом, а тут ещё и этот тип! Голова и так была забита всякой ерундой.

В новое место жительства Арзу отправилась на такси. Уже на месте, следов автомобиля Джина поблизости не наблюдалось, и внезапно она припомнила утреннее упоминание про гостей.

Увидев сквозь окно включённый свет в гостиной, девушка ощутила внезапное нежелание входить домой. Однако альтернативы не существовало.

— Привет!

Едва переступив порог, она услышала взволнованный мальчишеский голосок. Оглянувшись немного влево, Арзу увидела ребёнка, уютно устроившегося на диване. В руках у него был тот самый футбольный мяч, ранее замеченный ею на высокой полке. Этот мяч, похоже, принадлежал какому-нибудь знаменитому игроку.

— Привет... — едва слышно ответила она, чувствуя такое же замешательство.

Первое, что мелькнуло в голове девушки, увидев ребенка, — вероятно, это сын Джина, плод отношений с какой-нибудь женщиной, который приехал погостить у отца во время каникул. С трудом изобразив приветливую улыбку, Арзу постаралась выглядеть радушной, хотя внутри испытывала совершенно противоположное чувство. Всё происходящее казалось абсурдом прямо из дешёвого телесериала, обожаемого её матерью.

Они больше не успели обменяться ни словом, когда позади неё резко прозвучал недовольный голос Джина:

— Положи мяч немедленно!

Ребёнок вздрогнул и мгновенно вернул мяч на полку.

— Извини, дядя Метин, — тихо произнёс мальчик, оправдываясь. — Просто захотелось взглянуть...

— Не нужно! — сердито оборвал его Джин, чей настрой явно оставлял желать лучшего. — Не смей прикасаться к моим вещам! Отправляйся сейчас же к маме!

Мальчишка обиженно хмыкнул, но послушно удалился прочь.

Арзу окончательно растерялась. Её мозг отказывался воспринимать происходящее, заставляя замереть на месте, уставившись в никуда.

— Объясню позже, — бросил Джин, косо взглянув на озадаченную девушку.

Позже стало известно, что его гостьей оказалась та самая женщина в зеленом платье, с которой у него, похоже, сложились непростые взаимоотношения. Впрочем, никаких подробных разъяснений не последовало — Джин лишь представил Арзу своей знакомой Руе и сообщил, что некоторое время обеим дамам придется жить вместе. Такое заявление ни одну из них не удовлетворило. Но сам Джин тут же исчез, предварительно попросив никого его сегодня не тревожить.

Пришло время ужина. Особенного аппетита не наблюдалось, но Арзу подумала, что свежий салатик никому бы не помешал.

— Ты случайно не знаешь, где сейчас Айше? — спросила она, обращаясь к вошедшей на кухню за водой Руе.

На лице Руи появилось настороженное выражение, она долго стояла в тишине, делая глотки из стакана.

Арзу едва заметно улыбнулась уголком губ, поняв, что разговор предстоит нелёгким.

— Ну ладно, кажется, дошло до меня...

— И до чего именно ты дошла? — резко перебила её Руя, поставив стакан обратно на стол громче обычного.

— До того, что мы с тобой навряд ли сможем стать подругами, — спокойно ответила Арзу, слегка пожимая плечами.

От этих слов Руя расхохоталась пронзительно и нервно, будто смех прорывался прямо из её сердца, наполненный обидой и болью. Арзу растерянно наблюдала за ней, испытывая неловкость от чужой эмоциональной вспышки.

— Мне здесь совершенно не нужно налаживать дружеские отношения, — процедила сквозь зубы Руя после долгой паузы.

— Так же, как и мне, — быстро откликнулась Арзу, осознавая, что атмосфера накаляется всё сильнее.

Теперь Руя приблизилась вплотную, сложив руки на груди и пристально глядя ей в глаза. Арзу предпочла промолчать, сосредоточившись на приготовлении салата, стараясь подавить внутреннюю тревогу. Ясно было одно: дела их дрянь полнейшая.

Но тут положение стало совсем скверным — на пороге кухни показалась другая женщина. Судя по всему, мать Руи...

***

Айше перед уходом на покой нарушила своё слово, данное молодому хозяину, и всё рассказала его отцу, Омеру. Несмотря на позднюю ночь, тот незамедлительно отправился в дом своего сына.

В доме стояла полная тишина, лишь часы мерно тикали на стене.

Не задумываясь долго, Омер направился прямиком в спортивный зал. Интуиция подсказывала ему, что именно там сейчас находится сын.

Запах пота и резины густо пропитывал помещение зала, перемешанный с едким металлическим привкусом. Метин, облачённый в спортивную одежду, изо всех сил лупил по боксерскому мешку, выплёскивая свою боль и гнев через каждый удар.

— Она убила меня! — прорычал он охрипшим голосом.

Каждый удар сопровождался проклятиями и рыданием души, полной горя и разочарования.

— Бросила, сбежала... Вышла замуж за другого, когда даже наша постель не успела остыть от её присутствия! — выкрикивал он, словно рвал куски живого сердца.

Омер замер в дверях. Спокойный, с поседевшими волосами и взглядом, видевшим слишком много боли. Не произнеся ни слова, он наблюдал, как сын пытался уничтожить своими ударами образ прошлого, что терзал его душу. Во взгляде отца читалось не осуждение, а искреннее сострадание. Перед ним стоял мужчина, сокрушённый внутренним врагом — собственным чувством слабости.

— А я теперь, как законченный идиот, вынужден выслушивать сопливые жалобы её отпрыска, о том, как плохо им живётся без папочки! — последовал ещё один мощный удар.

Боксерский мешок вздрогнул, словно хотел смыть с себя эту горькую исповедь. Тихо вздохнув, Омер понял, что никакие слова не помогут сыну сейчас справиться с душевной травмой. Лишь терпение и воля способны исцелить эти глубокие раны, оставленные предательством.

7.2

— Тётушка, приготовь, пожалуйста, кофе.

— Какая я тебе тётушка? Приди в себя, девочка! Я вообще-то не прислуга тут!

— Правда? А Джин утверждал, будто ты служанка...

На следующее утро Руе пришлось столкнуться с очередным взрывом чувств. В кухне разыгрывался настоящий спектакль: мама Абиде изображала глубоко уязвленную гордость, а своевольная Арзу активно притворялась избалованной гостьей. Это хотя бы ненадолго помогло самой Руе отвлечься от навязчивых размышлений о возможной связи Арзу и Метина. Почему иначе девушка оказалась именно тут?

Метина она не видела с прошлого вечера ни разу. Видимо, он сознательно избегал общения. Хотя сама Руя старалась сохранять спокойствие, присутствие Арзу никак не укрепляло её уверенность в благополучном завершении истории. Девушка только раздражала её своим поведением. Но Руя твердо решила держаться стойко и держать эмоции под контролем. Не хватало только выглядеть ещё жалче, показывая свою тревогу открыто. Вскоре всё равно пора идти на работу — там уж точно думать обо всём некогда будет.

Попытавшись игнорировать утренний скандал, Руя заварила себе чай и перехватила ломтик сыра с блюда. После всех переживаний она теряла вес, поэтому одежда некрасиво топорщилась.

— Ну и мерзавка! — ворчала Абиде, оставшись одна с дочерью после ухода Арзу из кухни. На язвительную усмешку Руи последовала очередная порция упреков: — Ты чего там ухмыляешься? Думаешь, что я не замечаю, как эта пигалица тут командует? И вообще, ты уверена, что её намерения настолько уж очевидны?

— Да какие уж тут очевидности, мамочка... — тихо произнесла Руя, вовсе не стремясь затевать ещё один конфликт. Хватило вчерашних страстей.

Однако такая позиция казалась матери абсолютно абсурдной. По её мнению, терпеть присутствие назойливой девицы, нацелившейся на её будущего зятя, было верхом глупости.

— Какая у тебя странная невозмутимость! — возмутилась Абиде, разводя руки. — Мужчина твой увяз в кружевах каких-то дамочек, а тебе будто всё равно!

— Прекрасное описание... — процедила сквозь зубы Руя, притворившись восхищённой наблюдательницей чужих драм: — Я прямо вижу всю глубину трагедии!

Абиде ничего не услышала, погружённая в собственные эмоции. Для нее эта девушка из провинции всего лишь пыталась отнять мужчину вместе с деньгами, которые были нужны самой госпоже Абиде.

— И как ты можешь быть настолько слепой? — вновь набросилась она, кипя от возмущения. — Ведь фактически он тебе уже изменяет, а ты сидишь себе спокойно да чай попиваешь!

Руя нервно пожала плечами, пытаясь сдержать внутреннюю тревогу.

— Ну что теперь делать, мам? Драку с ней устроить? Мне совсем не нужны скандалы сегодня.

— Запомни хорошенько моё слово, — слегка успокоившись, сказала Абиде. — Эта Арзу — настоящая хитрюга. Только отвернёшься, как она уже прыгнет в его кровать, а нас всех выставит вон. Или даже хуже — возможно, они уже давно вместе...

— Что?! — вздрогнула Руя, чувствуя, как кровь застучала в ушах от тревожащих слов матери.

К своему огромному огорчению, она никак не могла разобраться, что сильнее раздражало: вечное вмешательство матери в свою жизнь или вероятность того, что та была совершенно права. Это осознание отозвалось острой болью, кольнуло сердце, закружилось в голове.

Абиде между тем справившись с эмоциями, оценивающе посмотрела на дочь и твердо произнесла:

— Ладно уж, займусь этим сама. Довольно уже этой нелепицы. Какой-то Джин... — с явным пренебрежением хмыкнув, женщина покачала головой. — Взрослый мужчина, а ведёт себя словно дурак. Организовал здесь целый гарем... Прямо как папаша свой. Чтоб ему пусто было!

Руе показалось, будто внутри неё всё стянулось узлом. Её рука слегка задрожала, ставя чашку обратно на стол, чуть не расплескав чай. Сейчас материнская забота казалась ей совершенно лишней. Впрочем, так было всегда…

— Не вздумай, — негромко, однако твёрдо ответила она. — Я сама решу эту проблему.

— Сама? — Абиде резко поднялась, взгляд вспыхнул возмущением. — Ты когда-нибудь поймёшь, что одной тебе не справиться? Погляди на себя сейчас: бледная, исхудавшая, глаза погасли. И всё из-за него!

Руя плотно сомкнула губы, пальцы непроизвольно сжались в кулак. Странным образом боль, разрывающая её изнутри, помогла собраться. Спорить с матерью, уверенной, что источником всех несчастий дочери является лишь Метин, оказалось бессмысленно.

— Я ясно сказала, что сама разберусь, — она подошла ближе к матери и чётко проговорила. — И никаких охот на ведьм устраивать не надо. Арзу всего лишь гостья здесь, как и мы сами.

Абиде вновь неодобрительно фыркнула, скрестила руки на груди и направилась к окну. Некоторое время кухня оставалась наполнена тяжёлой, напряжённой тишиной.

— Что теперь делать будем? — тихо поинтересовалась она. — Сидеть сложа руки и смотреть, как эта особа всё провернёт? Когда ты наконец-то расскажешь ему про Эфе?

Именно тогда снова раздался тихий звук шагов позади. Это была Арзу, вернувшаяся, чтобы ополоснуть свою кружку и убрать её в мойку. Бросив быстрый взгляд на обеих женщин, девушка чуть улыбнулась уголком губ.

— Извините, я вас перебила? Сейчас уйду обратно.

Воздух словно пропитался напряжением. Руя пристально следила за каждым движением Арзу, выискивая хотя бы крошечный признак притворства. Однако девушка казалась абсолютно спокойной и естественной — быстро выполнила своё дело и положила кружку сушиться.

— Всё нормально, — сухо отозвалась Руя, сомневаясь, успела ли Арзу услышать последние слова. — Уже собирались расходиться.

Та молча пожала плечами и поспешила выйти. Абиде громко выдохнула.

— Ты разве не заметила? — скривившись, возмущенно произнесла мать. — Посмотри, как она смотрит! Насмехается прямо нам в лицо!

Руя проводила взглядом уходящую Арзу. Её терзали беспокойные мысли: «Чего же ей действительно надо? Или зачем Метин вообще связался с ней?» Чем дольше она размышляла, тем настойчивее звучали в её голове слова матери, будто птица, упорно долбящая одно и то же место.

— Прошу тебя, держи язык за зубами, — резко оборвала Руя. — Нам вовсе не нужны лишние уши. Мне нужно идти на работу, проследи, чтобы Эфе сделал задания, иначе он снова отстанет от школьной программы.

— Что значит проследить? — удивлённо возмутилась Абиде, даже не пошевелившись. — То есть теперь я и нянька, и педагог? Хочешь, чтоб сын занимался — найми учителя.

Руя закрыла глаза, осознавая, что долго такое положение вещей не продлится. Больше всего сейчас ей хотелось покончить с матерью одним решительным действием.

— И каким образом, по-твоему, я смогу оплачивать индивидуальные занятия? — едва сдерживая раздражение, спросила она, обернувшись. — Может, мне увеличат ставку помощницы в борделе?

Однако эти доводы никак не повлияли на мать.

— Может отец ребёнка сам займётся этим вопросом? — холодно прыснула та. — Раз уж семьи не желает, пусть хотя бы деньги выплачивает. Совсем невоспитанный тип.

Руя уже не собиралась себя контролировать дальше. Резко приблизившись к матери, она ухватила её за край домашнего халата и слегка толкнула назад.

— Я ясно выразилась?! Замолчи немедленно! — жёстко приказала она. — Пока сама не разрешила, рта раскрывать не смей! Иначе вон отсюда вылетишь быстрее, чем Арзу успеет тебя о чём-либо попросить!

***

Джин очнулся от неприятного чувства постороннего взгляда. Привычно протирая глаза, он обнаружил прямо перед собой улыбающееся лицо Абиде. Сначала возникло ощущение ледяного ужаса: каким образом эта ведьма проникла в его комнату и почему сейчас нависает над ним? Но быстро страх сменила знакомая ярость.

— Шайтан тебя забери! Кто позволил тебе сюда войти?! — прорычал он, резко привстав с кровати. Вторжение в личное пространство показалось таким бесцеремонным, что гнев стал единственной естественной эмоцией. — Совсем спятила, что ли?

Но, похоже, эмоциональный всплеск никак не задел Абиде. Улыбка осталась прежней, а в руках у нее был поднос с дымящимся кофе и небрежно сервированным завтраком.

— Доброе утро, мой красивый, будущий зять, — пропела она, словно кошка, царапающая стекло когтями. — Позавтракать тебе принесла. Разве не мило с моей стороны?

Его лицо исказилось гримасой недовольства, глаза сверкали негодованием.

— Вон отсюда немедленно! — голос дрожал от едва сдерживаемых чувств, но он отчаянно удерживал бурлящие внутри эмоции. Эта женщина будто специально провоцировала его дальше, невозмутимо глядя прямо в глаза. — Иди, иди! Что, плохо слышишь?!

— Спокойно, спокойно... — Абиде тяжело выдохнула и, усевшись рядом с ним на кровать с подносом в руках, продолжала. Джин резко отодвинулся подальше. — Хватит капризничать. Мне всего лишь нужно с тобой поговорить.

Но он и не думал прислушиваться к её словам. Сжав руки в кулаки, всеми силами подавлял кипящую злость. Мгновенным движением Джин снова попятился назад, расширяя пространство между собой и этой демоницей.

— Внимательно послушай меня, Метин, — спокойно продолжила Абиде, будто ничего необычного не случилось. — Как мать, я беспокоюсь о твоём благополучии. Для меня ты почти как собственный ребёнок, знаешь ведь. Почему ты выбираешь такой путь? Зачем тебе все эти женщины, ведь Руя снова рядом с тобой! Она сейчас обеспеченная вдова и уже воспитывает ребёнка. Неужели этого недостаточно, чтобы вы наконец-то были счастливы вместе? Скажи честно, что думаешь обо всём этом?

Почти физически ощутив, как поток сведений, вываленных на него безумной женщиной, вскипает в мозгу, Джин почувствовал, как кровь ударила ему в голову. Его охватило желание швырять вещи и кричать от ярости, требуя немедленного исчезновения гостьи из своей комнаты.

Абиде же спокойно занималась расправлением складок на покрывале, старательно приглаживая каждую.

Джин глубоко вздохнул, понимая необходимость успокоиться. Эта женщина специально поймала его врасплох и сейчас атаковала, прикрываясь маской простушки. Настоящая ведьма.

— О чём ты тут вообще говоришь, а? — процедил он сквозь зубы, откровенно издеваясь и демонстрируя явное пренебрежение. — Ей-богу, я был уверен, что твой зятёк тебе уже эфтаназию сделал.

Та едва заметно улыбнулась, лукаво блеснув глазами.

— Да брось ты! Вспомни лучше, кто такая Руя — ведь это твоя любимая, единственная и незаменимая. Как здорово вы жили вдвоём в Бодруме... Замечу, кстати, я вас совсем не беспокоила. Смирилась ведь, — выразительно вздохнула она, закатывая глаза. — Ведь именно ты совратил мою бедную малышку. Но знаешь что? Я тебе всё простила, милый мой.

Гнев душил его настолько сильно, что казалось, вот-вот задохнется. Абиде несла какую-то чушь, нагло вторгаясь в личное пространство. Пальцы сами собой сжались крепче, суставы белели от напряжения. Так и подмывало одним ударом смыть с ее физиономии самоуверенную ухмылочку.

Но Абиде словно купалась в его раздражении. Отставив поднос, она театрально выдохнула и спокойно добавила:

— Не кипятись ты! Просто озвучиваю очевидное. Можешь считать, что освежаю твою память. Представляешь, сколько нервов ушло, пока моя дочь моталась вместе с тобой неизвестно где? — сказала она игриво подмигнув. — Ладно, сама-то её прекрасно понимаю. В молодые годы тоже такие вот красавчики мне нравились.

Его последнее терпение лопнуло. То, что он испытывал теперь, было уже не просто раздражением, а настоящей, кипящей ненавистью.

— Заткнись немедленно! — резко сорвался он. — Да кто ты такая вообще, чтобы тут появляться?! Раз уж вошла в мой дом, сиди молча и не высовывайся, иначе клянусь — прикончу!

— Ну зачем так нервничать? — демонстративно закатывая глаза, протянула Абиде. — Выпей лучше кофейку, съешь булочку. Говорят ведь, совместная еда укрепляет отношения.

— Сейчас узнаешь, что именно укрепляет… — угрожающе проворчал он и быстро ушёл в гардеробную.

Абиде слегка сощурилась, пытаясь догадаться, какие намерения скрываются за его внезапным исчезновением.

Джин вернулся скоро, неся охапку одежды, сорвав её прямо с плечиков.

— Держи! — резко швырнул он всё это ей под ноги. — Не показывайся передо мной, психованная ты женщина, пока всё это не постираешь три раза подряд. Займи себя полезным делом наконец-то. — И метнул на неё уничтожающий взгляд. — Чего уставилась?! Работай!

Абиде нахмурилась, опустив взор. Но вскоре внезапно вспыхнула сама.

— Вот мерзавец! Ты вообще понимаешь, кто перед тобой стоит? Своей будущей тёще грубишь да барахлом своим швыряешься вместо благодарственных слов? Я твою жизнь хорошенько устроить предлагаю, глупец!

У Джина внутри появилось странное чувство нереальности происходящего. То ли эта дамочка действительно тронулась умом, то ли она настолько искусная интриганка, что разум теряется среди её нелогичных обвинений. Взглядом пытался проникнуть сквозь эту маску и найти границу между сумасшествием и ловким притворством. Одно было ясно точно: если немедленно отсюда не сбежать, дело непременно закончится кровопролитием.

***

Арзу вошла в клуб и остановилась на пороге просторного холла, погружённого в сумрак. Её внезапно охватило желание тут же повернуть назад и уйти прочь; изнутри нарастало чувство, будто она оказалась здесь совершенно неуместно. Однако неприятность состояла в другом: сейчас ей стало некомфортно везде. Здесь её никто не ждал, а от мысли вернуться туда, где сейчас она жила становилось ещё хуже — взять хотя бы Абиде, которая уже сама по себе являлась испытанием.

Утро началось с неожиданной встречи с Джином — вечно недовольный, куда-то спешащий, он невольно подсказал ей причину своего дурного расположения духа. Даже владелец дома сбежал неизвестно куда, так что нечего было удивляться всеобщей нервозности, но ей пришлось молча мириться с происходящим.

Сегодня ожидалось обычное занятие, которое раньше доставляло ей радость, однако недавно всё пошло совсем иначе.

Она направилась в гримёрку, надела потрёпанные, но удобные легинсы и свободную футболку, собрав волосы в косичку. Остальные девчонки, сидевшие перед зеркалом, почти не обратили внимания, лишь шепотом переговаривались между собой и косились на неё искоса, выказывая откровенное пренебрежение.

— Кто-нибудь может мне сказать куда пропал Аслан? — щебетала блондинка, имя которой Арзу никак не могла запомнить. Из-за сильного акцента речь девушки иногда звучала неразборчиво.

— Аслан сейчас в Испании, у него там гастроли, — равнодушно откликнулась Дилара, даже не повернувшись к Арзу. — По словам Эллы, пока назначат нового хореографа.

— Интересно узнать кого именно?

Это вызвало интерес и у самой Арзу. С трудом подавив обиду, она попробовала влезть в разговор, однако её будто игнорировали — беседа катилась дальше своим чередом, оставляя девушку в стороне.

«И ладно! Делайте, что хотите!», — сердито подумала она, удаляясь прочь.

В центральном помещении она повстречалась с новой руководительницей — Эллой Савджи. Пока что Арзу слабо себе представляла, кем является эта дама и каких действий от неё стоит ожидать.

Элла внимательно осмотрела помещение, коротко поприветствовав остальных сотрудников, а встретившись глазами с Арзу, позволила появиться на своём лице едва заметной высокомерной улыбке.

— Отлично, что успела вовремя, — произнесла она, подходя ближе. — Уж думала, что тебе предоставлены какие-то исключительные привилегии.

Голос звучал внешне корректно, однако отчётливо ощущалось скрытое раздражение и пренебрежение. Как бы намекая, что Арзу тут находится благодаря протекции владельца клуба.

Поджав губы, девушка постаралась скрыть своё недовольство происходящим.

— Не считаю себя особой персоной, — спокойно отозвалась она. — Всегда стараюсь приходить вовремя.

Элла слегка приподняла брови, словно поражённая дерзостью собеседницы. Её лицо на мгновение помрачнело, но почти мгновенно вновь приняло вид приветливой маски.

— Нет-нет, ничего подобного я не имела в виду, — сказала она нарочито мягко. — Просто хочу удостовериться, что ты осознаёшь одно правило для всех. Без всяких послаблений.

Гнев вскипел где-то глубоко внутри, но Арзу сумела сдержаться и лишь молча отступила назад, направляясь к площадке сцены. Фаланги пальцев невольно напряглись, сжимаясь в кулак — ей было противно терпеть подобные выпады и надменность, будто она занимает место здесь исключительно благодаря благосклонности Джина.

Тем временем пространство зала заполнялось остальными участниками коллектива. Перед началом разминки Арзу обратила внимание на вошедшую Рую, выглядевшую такой же потерянной и подавленной, как и во время прошлой встречи. К ней немедленно приблизилась Элла и начала активно что-то обсуждать.

— Слушай, Арзу! — позвал её юноша-настройщик инструментов по имени Бехрам. — Знаешь уже, что у вас новая постановщица назначена?

Пытаясь изобразить улыбку, девушка посмотрела на парня.

— Да, знаю. Любопытно узнать, кто именно...

— Сейчас тебе станет весело, — ухмыльнулся Бехрам. — Это снова Ирем.

Арзу резко замолчала, застыв на месте. Сначала ей показалось, что коллега решил неуместно пошутить, поскольку Джин ранее уверял, что эта женщина навсегда покинула заведение. Однако, очевидно, планы поменялись...

— Ага... — выдохнула она спустя несколько секунд. — Действительно забавно получается...

Сейчас Арзу могла только надеяться, что Джин понимал, что делает, и появление здесь Ирем сыграет решающую роль в их скрытой борьбе против Чагатая. Правда, способы достижения целей Джином порой казались довольно сомнительными. Достаточно вспомнить реакцию персонала клуба после той публикации в соцсетях.

— Арзу, поторопись, пожалуйста, — неожиданно раздался голос Эллы прямо позади неё. — Тебе надо срочно ехать в студию снимать постеры. Руя тебя проводит. Не затягивай, фотограф ждать не станет.

Арзу едва удержалась, чтобы не вздохнуть громко. Всего полчаса назад она намеревалась посвятить время репетиции, отрабатывая танец и песню до совершенства. Похоже, опять ничего не выйдет, да ещё и ехать придётся вместе с Руей.

— Ладно, — коротко согласилась девушка, вставая с пола. — Сейчас переоденусь и выйдем.

Быстро собравшись, она вышла наружу, где уже стояла Руя, нервно перебирая автомобильный брелок. По всей видимости, Элла доверила им собственную машину.

— Готова? — тихо уточнила Руя, заметив приближающуюся девушку.

— Да, конечно, — мягко отозвалась Арзу. — У тебя точно всё хорошо? Ты выглядишь немного взвинченной.

Руя лишь молча пожала плечами и первая забралась внутрь автомобиля. Арзу тоже села следом.

Дорога до студии проходила в тягостной тишине. Руя была молчаливой, напряжённо глядя вперёд, словно пытаясь спрятаться от собственных раздумий среди улиц города. А Арзу терзали смутные чувства тревоги и раздражения. Волнение вызывало даже не столько неожиданное появление Ирем, сколько сама мысль находиться сейчас рядом с женщиной, которая волей-неволей превращалась для неё в соперницу.

Утро началось с непонятного разговора между Руей и её мамой на кухне, где Арзу услышала лишь отдельные слова. Она догадывалась, что речь шла о её сыне, и эта неопределённость рождала бесконечные мысли, подталкивая задать вопрос, но внутренний голос убеждал оставить всё как есть, понимая, что это не её забота.