Пернатый страж, или Осторожно, мой ворон кусается!

10

Рэмонд повернулся, и я едва успела спрятать записку в карман. Наверное, я должна была рассказать ему, но я решила дать себе время подумать.
— Чем это вы там шелестели, госпожа следователь? — вцепился в меня взглядом страж.
— Фантик оставила в кармане, — надеюсь, его удовлетворит такой ответ.
Крау многозначительно хмыкнул.

В участке сначала нас поприветствовал дежурный, и я с радостью узнала, что табличку на моём кабинете сменили и охранные заклинания сняли.

Рэмонд тут же занял своё любимое кресло.
Робко постучавшись, в кабинет вошёл Аксель.
— Доброе утро, госпожа Лаиш! Разрешите доложить? Обыскали весь город! Нашли кучера, который вёз жертву в тот вечер!..
Аксель докладывал так громко, что у меня зазвенело в ушах.

— Аксель Фейн! — рявкнул на него Крау.
Полицейский прервался и испуганно повернулся к Рэмонду.
— Сходите сделать доклад в прозекторскую. Разбудите своими воплями жертву, и госпоже Лаиш ничего не придётся расследовать!

Аксель смущённо кашлянул.
— Виноват! — и продолжил докладывать на этот раз тише, — леди Бекка Гарденс вышла из дилижанса около дома, где снимает квартиру. Примерно в семь тридцать вечера это было. Как зашла в здание, кучер не видел. Выпустил пассажирку и сразу уехал.

— Так. А что выяснили насчёт ножа?
— Нож для колки льда с характерным узором, возможно, является частью набора “Экзотика” столичной ювелирной мастерской серебряника Круста.
— Может, в мастерской хранят списки клиентов? Аксель, вы сможете отправить им письмо с запросом? — уточнила я.
— Отправлю сегодня же! Правда, сейчас мастерская называется “Санкруст”. Серебряник Круст скончался три года назад. С тех пор мастерской заправляет его сын. Подобные наборы больше не производят.

— Значит, узнай, сколько наборов “Экзотика” было произведено и кому продано.
— Будет сделано, госпожа.
— Жених Бекки не приехал?
— Никак нет!
— Хорошо. Благодарю вас за работу, Аксель. Можете идти.

Аксель вышел, с опаской зыркнув на Крау.
— Получается, Бекки вернулась домой, а убийца пришёл к ней? Или она отлучалась куда-то позже? — спросила я то ли сама у себя, то ли у Рэмонда.
— Платье, госпожа следователь, — многозначительно сказал Крау.
— Платье?
— Ну вы же женщина! Если Бекка была убита в том же платье, в котором была в родительском доме, значит, она не переодевалась. Ни для того, чтобы провести вечер в одиночестве, ни для приёма гостей. Возможно, она не дошла до квартиры, например. Её похитили, а позже убили. Или она навестила ещё кого-то, не заходя домой.

— А я не спросила Пауля о платье его сестры, — сказала я с досадой в голосе.
— Значит, стоит пригласить его для беседы. Пусть посмотрит на одежду, в которой погибла его сестра.
Я взяла лист бумаги и сделала пометки, чтобы ничего не забыть. Лист свернула и спрятала в поясную сумочку.
“Надо бы завести себе блокнот”.

...
Я вошла в кабинет начальника, и мужчина, сидящий напротив Эммета, поднялся и повернулся ко мне:
— Здравствуйте, госпожа Лаиш. Наслышан о вас! Позвольте представиться, Даррен Тенн, старший следователь.
— Очень приятно.
Даррен разглядывал меня с нескрываемым любопытством.
Я невольно ответила ему тем же. Шатен с зелёными глазами и хитрым прищуром был немного ниже Рэмонда, и едва ли старше.
Гляделки закончились, как только в кабинет вошёл сам Крау.
— Кого я вижу! Рэмонд, тебя тянет сюда, да, приятель? — спросил Даррен нарочито сочувствующим тоном.

Эммет Велор хлопнул ладонью по столу, и я вздрогнула от неожиданности.
— Достаточно! Приступим к делу! — сказал он, указывая нам на стулья.
Мы с Дарреном сели напротив Эммета.

А Крау привычно подпёр спиной дверной косяк, сложив на груди руки.
— Итак, Даррен. Что по вашим двум убийствам известно на данный момент? Изложите кратко, чтобы ввести госпожу Лаиш в курс дела.
— Простите, а мы что, будем в паре теперь работать? — Даррен очень удивился.
— Это я решу позже. Вы же уже знаете, что у нас третье убийство неизвестным проклятьем?

Даррен Тенн кивнул.
— Знаю. Ну, если очень кратко, то... Два месяца назад была убита Мелинда Томми, директор компании “Томмико”, которая занималась продажей строительных материалов. Тело Мелинды нашли у неё в доме. Все двери были заперты изнутри. Охранные заклинания не нарушены. Кроме Мелинды, в доме никого не было.
— У неё были враги? Есть ли подозреваемые? — спросила я.
Даррен метнул на меня немного раздражённый взгляд и продолжил:
— Я проверял рабочие связи, но не смог найти никого, кому Мелинда настолько бы помешала.

Рэмонд не выдержал и вмешался:
— Однако тёплое место директора крупной компании занял, если не ошибаюсь, некий Арнел Шэль, чем не мотив, Даррен?
Старший следователь пожал плечами:
— Я беседовал с господином Шэлем. Он заверил меня, что его не радует новое назначение. Он занял пост, только чтобы помочь семье госпожи Томми не разорить компанию, так как родители Мелинды уже в возрасте, а сын слишком мал.

— А вторая жертва? — спросила я.
— Аннет Бон, единственная женщина-машинист. Скончалась прямо на рабочем месте. Благодаря тому, что второй машинист присутствовал в кабине, удалось избежать крупной железнодорожной катастрофы. Ни врагов, ни следов. Второго машиниста я продержал в камере сутки и отпустил. У него даже магии нет, не мог он смертельно проклясть коллегу.

— Стало быть, серия у нас, будь она неладна! Если газетчики прознают про третью жертву, представляете, что начнётся? — Эммет не усидел на месте, вскочил и начал нервно расхаживать по кабинету.
— Получается, проклятие действует не сразу? Как узнать, за какое время до смерти их могли проклясть? — мой вопрос, похоже, ответа не имел.
— Я поговорю с Нежелем ещё раз, может, у него появились соображения на этот счёт. В любом случае госпожа Лаиш должна передать дело Бекки Гарденс мне.

Сказать, что меня такое заявление Даррена возмутило — значит, не сказать ничего. От негодования я даже заикаться стала:
— Н-но я же... Я должна выяснить, что произошло с Бекки! Она ведь моя однокурсница!
— О, тем более, госпожа Лаиш, вы и право-то расследовать это убийство не имеете!

Оставалась одна надежда, что Эммет Велор не позволит отобрать у меня дело. Я перевела на него умоляющий взгляд.
— Даррен прав. Делом займётся он.
Даррен победно ухмыльнулся, а я разочарованно опустила плечи.
— Но параллельно с вами, Летиция. Я же могу обращаться к вам по имени? — вернул мне присутствие духа начальник.
— Конечно, господин Велор!
— Так вот, вы, Летиция, продолжайте расследовать, кто нанёс жертве ножевое ранение. А Даррен займётся проклинателем, — Велор вздохнул. — Может, удастся скрыть пока от газетчиков.

— А я могу поинтересоваться? Две первые жертвы и... Бекка... Они похожи?
— Нет. Первая жертва — миловидная брюнетка. Вторая — на парня похожа, даже одежду мужскую часто носила, — рассказал Даррен, хотя я и опасалась, что он не захочет больше со мной о деле говорить.
— А Бекки блондинка... — задумчиво протянула я.
— Госпожа Лаиш, не забивайте свою хорошенькую голову. Искать общее у жертв — не ваша забота.
Ну что же, примерно этого я и ожидала от старшего следователя.

Эммет задумался, глядя в окно. Мы поняли, что собрание окончено, и встали.


— А, кстати, что это Рэмонд прохлаждается, господин Велор? Он-то чем заниматься будет?
— Вам прекрасно известно, Даррен, что Рэмонд в полиции больше не работает. Он здесь в качестве телохранителя госпожи Лаиш.
— Шутите? — Даррен ошеломлённо переводил взгляд то на Рэмонда, то на меня, а затем рассмеялся. — Ну ты даёшь, Рэмонд!
Странно, но Крау ничего ему не ответил и молча вышел из кабинета первым.

Поскольку жених Бекки так и не приехал, я решила пока навестить парня, который похитил Марселу Капэль.
Но когда я зашла в свой кабинет, чтобы взять пальто, Рэмонд неожиданно приблизился и прижал меня к стене. Его взгляд пылал яростью, он шумно выдыхал, расширив ноздри.

Я испугалась, но Крау этого было мало, для большего эффекта он ударил ладонью по стене рядом с моим лицом.
— Какого дьявола?
Я непонимающе смотрела на собственноручно нанятое воплощение зла.
— Вы сошли с ума, Рэмонд? — осторожно поинтересовалась я.
— Это вы сошли с ума, госпожа следователь! Какого дьявола, я вас спрашиваю, вы не сообщили мне о записке? Это ваш фантик, да? — Рэмонд тряс знакомой запиской перед моими глазами.

11

— Я думала, что эту дурацкую записку подсунули мне вы! — выкрикнула я дрогнувшим голосом.
На меня вдруг тяжёлым грузом навалились переживания последних дней. И слёзы, как бы я ни пыталась их остановить, хлынули по щекам предательским потоком.

Рэмонд удивлённо замер. Его нахмуренные брови выстроились в домик.
— Да чтоб меня мантикоры пожрали! Госпожа Лаиш! Как вы собираетесь работать в полиции, если плачете на пустом месте!
Я ничего не ответила, только закрыла лицо руками.
— Эммм... Госпожа следователь, Летиция... Ну я же... — совсем иным, растерянным тоном пробормотал он. — Да что за сырость!

Не зная, как меня успокоить, он вдруг крепко обнял и неловко прижал к груди, словно маленького ребёнка.

— Если вы сейчас же не прекратите, я буду вынужден принять серьёзные меры, — вкрадчивым голосом понеслись угрозы в мою макушку.
— Какие? — всхлипывая, полюбопытствовала я.
— Известно какие! Лучший способ успокоить плачущую женщину — это поцелуй.
— Ой, не надо!
— То-то же! Давайте, отключайте этот святой источник.

Дверь за моей спиной скрипнула.
— Госпожа сле... — раздался голос Акселя.
— Не видишь? У нас важное совещание! — гаркнул на него Крау.
— Но там прибыл жених жертвы... И брат тоже.
— Пусть подождут в коридоре. Их пригласят.
— Так точно!
Дверь закрылась.

“Боги! Что теперь обо мне будут думать!”
Я отстранилась от Крау. Он заглянул мне в лицо и вытер ладонями мои мокрые щёки.
— Вы должны понимать, почему я так разозлился, госпожа Лаиш, — на этот раз Рэмонд говорил спокойным, даже мягким голосом. — Я отвечаю за вашу жизнь. А вы скрываете от меня записку с такой угрозой! Это же не пустое запугивание, учитывая дело, которое мы... то есть вы ведёте.

— В-вы думаете, мне мог угрожать убийца Бекки?
— Боюсь, что да. Однако пока не могу понять, зачем ему это. Вы молодой, неопытный следователь. Ну испугаетесь, допустим, уйдёте. Расследование же не прекратится.
— Может, всё же это чья-то глупая шутка?
Крау помолчал, задумчиво поджав губы.
— Нет, я уверен, что записку вам в карман подсунула вчерашняя попутчица. В противном случае вы нашли бы её гораздо раньше.

Я попыталась вспомнить, проверяла ли карманы пальто до этого.
“А ведь Крау прав. Я доставала перчатки, когда ждала дилижанс. Записки не было!”

Приведя себя в порядок, я пригласила Лероя Гранта.
В кабинет вошёл высокий парень с военной выправкой. Открытый прямой взгляд серых глаз сквозил горьким отчаянием.
— Вы уже знаете, кто это сделал? — без предисловий и приветствий спросил он.
“Интересно, почему же он послушно ждал в коридоре, когда вызовут?” — спросила я сама у себя. И тут же ответила: “Приучен подчиняться.”
— Господин Грант... Примите мои соболезнования...
— Не надо этого! Для вас Бекки просто жертва. Это ваша работа, я понимаю.
— Это не так. Я училась в Академии вместе с Бекки. И мне действительно очень жаль.
— Значит, вы найдёте того, кто сделал с ней такое? — спросил Лерой, шумно втягивая носом воздух и столь же громко выдыхая.

— Мы делаем всё возможное. Прошу вас присесть и ответить на несколько вопросов, — я указала Лерою на стул напротив.
Прежде чем сесть, он бросил тревожный взгляд на Крау, расположившегося в кресле у окна.
— Когда вы видели вашу невесту в последний раз?
Лерой на несколько секунд прижал ладони к глазам, словно они болели, затем со вздохом ответил:
— В выходные. Я приезжал всего на день специально, чтобы провести время с ней. А мы повздорили. Так глупо! А теперь её нет.

Я сглотнула комок, образовавшийся в горле.
— Господин Грант, почему вы поссорились?
— Повздорили, — поправил меня Лерой, словно это имело большое значение. — Да, верно. Так почему?
— Мы собирались пожениться, как только Бекки окончит Академию. Её родители знали об этом, но вдруг сорвались и уехали на целый год. И Бекки предложила отложить свадьбу. Тем более что я буду служить в столице весь этот год... Я разозлился, не терпелось мне жениться... А ведь она была права.

Я нахмурилась, ситуация показалась мне весьма странной.
— То есть вы утверждаете, что родители Бекки уехали неожиданно? Мне сказали, они давно мечтали отправиться в кругосветное путешествие.
— Мечтали. Это верно. Но мечтать — одно. А сорваться и уехать несмотря на планы дочери — совсем другое. Я думаю, лорд Гарденс был против нашего брака. Поэтому они и поступили так. Чтобы за год мы передумали.

Лерой провёл руками по русым волосам, словно они не были короткими.
— Я сказал Бекки, что раз родители так некрасиво поступили, мы тоже можем пожениться и без них. Но она настаивала, чтобы мы подождали.
— И вы очень разозлились?
Лерой так резко вскочил со стула, что тот с грохотом упал.
Я скорее почувствовала, чем увидела, что Рэмонд напрягся и выпрямился в кресле, подавшись вперёд.


— На что вы намекаете? Это подло! Меня не было даже в городе в момент её смерти! И я любил её!

Я смотрела на Лероя в упор. Да, он отсутствовал, когда в Бекки всадили нож, но мы не знаем, сколько действует проклятие. Проведя рукой перед глазами, я включила магическое зрение.

Лерой обладал боевой магией. Красно-оранжевый спектр полыхал гневом вместе с хозяином.
— Успокойтесь, господин Грант. Я только выполняю свою работу. Скажите, вы разговаривали с Бекки о чём-нибудь ещё? Может, о её работе?
Подняв стул, Лерой сел и положил перед собой руки.
— Она рассказывала вскользь о парне, похитившем девушку. Считала, что это не должно сойти ему с рук.
— Может, вы заметили в поведении невесты что-то странное?

Лерой пожал плечами.
— Кажется, ничего такого.
— Хорошо. У меня последний вопрос, господин Грант. Бекки ведь носила красное пальто? Я помню по Академии, она предпочитала плащи и пальто такого цвета.
— Да. Но в этот раз она была в новой меховой накидке тёмно-зелёного цвета. Я ещё сказал, что ей очень идёт.
— Благодарю, за помощь следствию, господин Грант. Вы можете идти.
— Я могу... увидеть её?
Перед моими глазами мелькнула картинка тела Бекки на прозекторском столе.
— Если пожелаете. К господину Фейну обратитесь, он вас проводит.

Лерой вышел, а в кабинет снова заглянул Аксель.
— Госпожа следователь. Там Пауль Гарденс, брат погибшей, спешил. Я показал ему одежду, он признал платье, в котором жертва приходила в родительский дом накануне смерти. В каком она была пальто, он не помнит. Господин Гарденс ушёл, сказал, если будут ещё какие вопросы, обращаться.
— Благодарю, Аксель.

Подходило время обеда, и мы с Крау отправились в “Жёнушку демона”. Мы пришли первые и расположились за большим общим столом.
— Какие мысли по поводу расследования, госпожа следователь? — лениво спросил Крау, пока мы ждали еду.
— Честно говоря, информации много, а никаких зацепок я не вижу пока. Разве что...
Сидевший напротив Рэмонд подался вперёд:
— Что?
— Почему родители Бекки уехали внезапно, когда их дочь собиралась замуж? Были против брака с Лероем?
— И в доме Гарденсов накануне смерти Бекки перебирала письма родителей, — напомнил Крау.
— Надо выяснить побольше о семье Бекки. Сообщил ли Пауль отцу и матери о трагедии?
Кёльнерша принесла поднос с дымящейся похлёбкой.

Колокольчик на двери звякнул, и к нам присоединились Аксель, Даррен и несколько городовых.
— Крау, как работается на новой должности? — издевательским тоном спросил Даррен, хлопнув Рэмонда по плечу.
— Не жалуюсь, — пробормотал Крау, слишком быстро работая ложкой.
— Тебя что, госпожа следователь не кормит? Куда ты так торопишься?
— Заткнись, Даррен. Нет времени с тобой препираться.
Крау доел похлёбку, вытер рот салфеткой, встал и подошёл ко мне. Наклонившись, он сказал мне на ухо тихо:
— Я отойду на сорок минут. Прошу вас, подождите меня здесь и никуда одна не ходите, пока я не вернусь.

Я удивлённо кивнула. Крау и Акселю что-то тихо сказал и направился к выходу.
— Госпожа Лаиш, как продвигается дело? Удалось узнать что-то стоящее?
— Пока нет.
— Ну и не напрягайтесь, если это сумасшедший проклинатель сделал, то какая разница, кто ранил жертву ножом?
Я испуганно осмотрелась.
— Вы бы говорили потише, господин Тенн. Будет досадно, если новость просочится в газеты по вашей вине.
Даррен обиженно поджал губы. Ненадолго однако.
— А вы знаете, за что Рэмонда выгнали?
Мне не хотелось разговаривать с Дарреном, но здесь моё любопытство взяло верх. Я покачала головой.
— Он зарядил кулаком в глаз нашему мэру и укусил его охранника. Так что, вы поаккуратнее с ним, госпожа Лаиш.

12

Разумеется, новость меня удивила. Но Даррену я не стала показывать свои эмоции.
— Наверняка господин Крау не просто так ударил мэра. Было за что, значит.

Даррен нарочито испуганно скривил лицо и оглянулся.

— Вы бы потише говорили, госпожа Лаиш, а то завтра все газеты напишут: Новый следователь полиции считает, что мэра избили за дело.

Я медленно поднялась из-за стола, отодвинув тяжёлый дубовый стул. Аксель, который ещё не доел свой обед, тоже вскочил.
“Ага. Значит, Рэмонд велел ему за мной присмотреть”.
— Аксель, ты что такой дёрганый? Совсем зашугали? Сядь, доешь спокойно! — дёрнул его за рукав Даррен. — госпожа Лаиш, вы разве уже уходите?
— Нет, — пожалела я Акселя, — отлучусь в дамскую комнату.

“С какой стати я перед ним отчитываюсь?” — злилась я на себя по дороге.
Выйдя из дамской комнаты, я чуть не врезалась в Рэмонда. Он стоял вполоборота к стене, будто поджидал меня, но делал вид, что просто задумался.
— Господин Крау, вы теперь и в туалет меня сопровождать намерены?
— Если понадобится, — невозмутимо кивнул Рэмонд. — Я попытался найти вашу случайную попутчицу. Как и предполагал, в том месте, где она сошла, никто о такой не слышал.
— Может, она живёт рядом? Или навещала кого-то тайно?
— Маловероятно. Ближайшие дома я тоже проверил.
— Скорее всего, это чья-то глупая шутка.
— Не думаю. Вы пообедали?
— Да. Едем к господину Парру, директору театра.

Рэмонд подал мне пальто, и, махнув рукой Акселю, мы вышли из трактира, вдохнув морозного зимнего воздуха, и сели в экипаж. Крау молчал, пристально глядя в окно.

Вспоминая попутчицу, которая, вероятно, подбросила мне записку с угрозой, я всё больше ощущала нарастающую тревогу. Как любил повторять частный детектив Парис из рассказов в еженедельной газетной колонке “Криминальное чтиво”, я отчаянно чувствовала, что что-то упускаю в этом деле.

Директор театра проживал в небольшом особняке недалеко от переулка Олье.
Городовой прохаживался по двору, очевидно, следя за соблюдением домашнего ареста.
Дверь нам открыла горничная.
— Господин Парр на работе, в театре, — ворчливо сообщила она, хотя мы ещё ничего не успели спросить.
— Нам нужен его сын, Дионис.
Горничная бросила на нас недовольный взгляд.
— Вы из газеты?
— Мы из полиции, — я показала ей жетон, выданный мне накануне.
Она отошла в сторону, пропуская нас внутрь.
— Проходите в гостиную. Я позову молодого господина.

Дионис оказался худощавым, темноволосым парнем с большими грустными глазами.
— Господин Парр, у меня к вам несколько вопросов в связи с... гибелью помощника судьи, Бекки Гарденс.
И без того большие глаза Диониса расширились:
— Вы что же думаете, это я её убил?!
Едва присев на диван, парень вскочил и стал ходить по комнате, словно тигр в клетке.
— Прошу, господин Парр, успокойтесь, — произнесла я мягким голосом. — Это стандартная процедура. Произошло преступление, и мы проверяем всех, кто, так или иначе, контактировал с жертвой.

Мой спокойный тон, кажется, возымел действие, Дионис сначала перестал метаться, потом уселся напротив.
— Что вы хотите знать?
— Вы виделись с госпожой Гарденс?
— Всего один раз.
— Когда? Где?
— Она приходила в допросную на следующий день после того, как меня арестовали. Её очень интересовало, понимаю ли я, что похищение — это серьёзное преступление.
— А вы понимаете это, господин Парр?

Дионис опустил взгляд в пол.
— Почему Марсела не могла даже дать мне шанс? Скажите? Я ведь люблю её. А она отказывала, даже не попробовав. Уверен, мы были бы прекрасной парой! Я бы заботился о ней... Она же встречалась с другими!
Он резко поднял голову, его глаза блестели.
— Я просто хотел, чтобы она поняла, что со мной ей будет лучше. Ничего плохого я бы не сделал.
— Ясно. Значит, не понимаете. А что ваш отец думает по поводу вашего поступка?

Глаза Диониса сверкнули:
— Отец считает, что я опозорил его. Он очень злился, когда узнал.
— Но внёс за вас залог, верно?
— Верно.
— Скажите, вы нарушали домашний арест? Покидали дом?
Дионис замешкался лишь на долю секунды, но это не ускользнуло от моего внимания:
— Городовой дежурит у двери круглосуточно. Я не мог бы, при всём желании.

Когда мы выходили из дома господина Парра, городовой читал газету, сидя на табуретке в коридоре. Заметив нас, он быстро опустил печатное издание на колени и выпрямил спину.
Я бросила взгляд на первую страницу: газета была несвежей, а на низком столике рядом лежало ещё несколько экземпляров.

Уже у ворот Рэмонд вдруг обернулся, задумчиво глядя на особняк.
— Госпожа Лаиш. Я сейчас. Минутку постойте здесь.
Торопливо он вернулся в дом и тут же вышел с газетой в руке.
В ответ на мой вопросительный взгляд Крау улыбнулся:
— Охранять вас иной раз так скучно, госпожа следователь! Хоть будет что почитать.
— Ей почти неделя. Взяли бы посвежее.
— Мне понравилась именно эта, — капризным тоном объяснил Крау.
Я вздохнула.

В участке нас ждали новости от Акселя.
— Мы получили ответ из столичной мастерской Санкруст по поводу ножа. Всего набор серебряных столовых приборов с элементами из слоновой кости “Экзотика” было изготовлено двенадцать штук. Хотя первый набор продан аж пятнадцать лет назад, список клиентов сохранился!

Аксель радостно помахал листом перед нашими глазами.
Я перехватила его руку и пробежалась по фамилиям. Ни одной из тех, что были связаны с делом.
— Аксель, теперь тебе предстоит ещё более сложная задача. Возьми кого-то себе в помощники. Узнай, адреса всех этих людей. Есть ли среди них жители нашего города?
— А если таковых не окажется?
Я немного растерялась. “Ну, да, ведь столовые приборы могли кому-то подарить, например”.

— Если таковых не окажется, Аксель, то тебе придётся каждому клиенту написать письмо. Притворись коллекционером. Спроси, не хотят ли они продать набор, — пришёл мне на помощь Рэмонд.
— Будет сделано! Я ещё проверил, с кем жертва общалась помимо работы. Она иногда встречалась с кузиной, леди Одиль Гарденс. Она проживает на улице Котрон.
— Отлично, Аксель! Прямо сейчас и навестим её.

Особняк, где жила Одиль и её родители лорд Реми и леди Селин Гарденс оказался почти по соседству с домом, в котором Бекки снимала квартиру.
Нам с Рэмондом не пришлось даже брать экипаж.

День подходил к концу, серость сумерек разбавлял лежащий под ногами снежный покров. Ремонд шагал рядом, и помимо скрипа снега под ногами, я слышала тихий шелест газеты, которую он спрятал под плащ.
— Господин Крау, — я скосила на него взгляд, отчего, наверное, моё лицо, обрамлённое огненными волосами, могло казаться хитрым.
— Да, госпожа следователь?
— Вы собираетесь рассказать мне, что увидели в этой старой газете?

Как назло, в этот момент нога ступила на скользкий пласт льда и поехала, намереваясь отправить меня в виртуозный шпагат.
Но вместо гимнастических подвигов я оказалась в объятиях ловко подхватившего меня стража.
— Не торопитесь, госпожа Лаиш, все таланты раскрывать. Я не успел восхититься вашими дедуктивными способностями, а вы уже и гибкостью меня удивить решили, — проговорил Рэмонд тихим насмешливым тоном.

Я осторожно высвободилась из его рук.
— Можно подумать, вы никогда не падаете.
— Я этого не говорил. А мы уже пришли. Вот он. Особняк ещё одних Гарденс.

Крау показал на чёрные кованые ворота с фамильным гербом.