Целительница моего сердца

― «Прости за вчера. За то, что я была столько резка с тобой и захлопнула дверь».

― Что ты, что ты. ― Он примиряюще поднял руки с раскрытыми ладонями. — Это я повёл себя грубо. Не стоило мне спрашивать.

― «Так о чём ты хотел поговорить?» ― Решила я закрыть тему, переводя тему разговора.

Кристиан неуверенно потёр затылок, тяжело вздохнув.

― Помнишь, как в академии, ты помогала мне с моей проблемой, используя магию? То успокаивающее заклинание… Сразу кошмары пропадали, и голова переставала болеть. Я бы хотел, чтобы ты помогла мне вновь. Конечно, не за просто так.

Не понимаю. Он сын герцога и спокойно мог бы обратиться к королевского целителю, чтобы тот помог ему. Так почему с этой просьбой он пришёл именно ко мне? Не хочет, чтобы кто-то знал об этой его проблеме? Я не видела в ней ничего такого ужасного… Я не против помочь ему.

Но… Я не могу. Мой дар… Моя магия жизни, которой я жила. Моя мечта стать прекрасным целителем. Всё это давно разрушено, потому что своего дара я лишилась.

Стискиваю кулаки и не хочу поднимать голову. Не хочу говорить об этом. И всё же придётся сказать.

5. Прошлое, которое нельзя изменить

Кристиан

Я был тем, кто всё испортил…

― Лорд Арес, я люблю вас.

― Вы мне нравитесь, лорд Арес.

― Вы можете стать моей половинкой, лорд Арес? ― И не счесть сколько раз я слышал подобные признания, которые с каждым разом начинали меня всё сильнее раздражать. Порой мне казалось, что они ходили толпами, чтобы признаться в глупых чувствах. Что не удивительно, ведь я был сыном герцога, наследником. Красив, умён, богат. Идеальный жених.

Каждый раз я слышал одни и те же фальшивые слова. Никто из них и не догадывался, что на самом деле я являюсь бастардом. Кто бы мог подумать, что в идеальной семье герцогского рода Арес было такое пятно на репутации, как я?

Бастард, не заслуживающий статуса наследника. Тот, кто до сих боролся со своим родовым даром и никак не мог его пробудить.

Я старался изо всех сил, чтобы стать тем сыном, которым бы мой отец гордился.

― Извините, леди, но я не могу принять ваши чувства. ― С холодной отстранённостью каждый раз отвечал я, делая лёгкий поклон. Их слова совсем не трогали меня. Я совсем ничего не чувствовал по отношению к ним. Даже не замечал, чем одна отличается от другой.

― Какой же ты скупой на эмоции! ― Вечно смеялась надо мной Лилиан, моя подруга детства, узнав о ещё одной девушке, убежавшей от меня в слезах. ― Какие слова, чтобы тронуть твоё чёрствое сердце, пробовали использовать на этот раз?

― Лилиан, прошу не начинай! ― Я утыкался носом в какую-то первую попавшуюся книгу, чтобы она не приставала с расспросами. Хотелось бы мне, чтобы всё было иначе. ― Мы же в библиотеке, нужно быть тише.

― Да-да. ― Не сбавляя тона, продолжала она, попутно крася губы. ― А я вот в отличии от тебя готова воспользоваться ситуацией.

― Снова идёшь на свидание с ещё одним признавшимся? ― Хмыкнул я, понимая, что её не остановить.

― Ага. Как я выгляжу?

― Как всегда прекрасно.

― Отлично! Удачи можешь не желать, она мне не пригодиться, ведь я само воплощение красоты и грации. ― Подмигнула она мне. ― И да, Марибель, заглянет вечером! Не скучай, «прекрасный принц».

Я скривился. Отвратительное прозвище, сковывающее меня по рукам и ногам.

― Не разочаруй меня, сын. ― Каждый раз отец бросал в мою сторону взгляд холодных зелёных глаз. Всегда напоследок. А до этого никогда не удосуживался посмотреть на меня или обратить внимание. Холодный, отстранённый, безразличный… Таким он был в моих глазах.

― Да, отец. ― Я вечно склонял перед ним голову, повинуясь. Я и сам не заметил, как желая стать идеальным сыном, запер себя в клетке. Желая угодить отцу, я всегда слушал всё, что он мне говорит. Не сомневался и не задавал вопросов, но так и не получил желаемого признания. Как себя вести, с кем дружить, что надеть, что есть — всё это отец контролировал.

В академии я мог получить желаемую свободу, но вновь запер себя в кем-то придуманном образе. Не смел показать своё истинное лицо, привыкнув скрываться за маской «идеального» сына герцога. Каким я был настоящим... Я уже и сам начал об этом забывать. Но многих восхищала эта маска, за которой я скрывал свои настоящие чувства и эмоции, выстроив стену отчуждения.

Наверное, только Лилиан и знала меня настоящего.

Но несмотря на всё это, академия продолжала быть островком счастья. Беззаботные дни, наполненные искренними эмоциями, с друзьмия, которыми я дорожил. Даже с младшим братом я начал сближаться лишь здесь. В академии была идиллия, о которой я мог лишь мечтать…

― Кристиан, Лилиан уже ушла? ― Запыхавшаяся Марибель влетела в библиотеку насквозь промокшая. Библиотекарь тут же начал её выпроваживать, чтобы она не намочила книги. Я поспешил подхватить сумку и бросился за ней.

― Буквально перед тобой. ― Лилиан же сказала, что Марибель придёт вечером?

― Не дождалась, а мы ведь договорились в это время встретиться.

Лилиан… Ты что сводничаешь?

Марибель с раздражением встряхнула головой, обрызгивая меня. Она была всегда какой-то неловкой и неуклюжей. Если бы Лилиан меня с ней не познакомила, мы бы никогда не стали общаться.

Нет, Марибель ― простая и милая девушка, с которой приятно проводить время и поговорить. Но как они с Лилиан смогли стать лучшими подругами, учитывая её характер? Меня это удивляло. Да и, Лилиан – дочь герцога, а Марибель – всего лишь дочь торговцев. Что вообще могло быть между ними общего?

― Эта клуша сказала мне, что мной невозможно дружить, потому что я всегда права? ― Вечно возмущалась она, спровадив очередную фальшивую «подругу» под надуманным предлогом. Ей не нравилось, что с ней дружат лишь из-за неё статуса. Взрывная Лилиан терпеть не могла, когда что-то было не так, как она хочет. ― Я же ей уже столько раз говорила не показываться мне в том ужасе, что она носит! Мои глаза не могут выдержать этой боли. Не хочу, вновь её видеть!

Слушая её ругань, мне оставалось лишь вздыхать, понимая, что с её характером вечно мне быть её «подушкой».

Но после встречи с Марибель всё изменилось. Сама Лилиан менялась, слушала её. Тянулась. Да и я не мог не потянуться к такой искренней девушке, что позже стала и моим другом тоже. А ещё через несколько лет к нам присоединился и Феликс. Вчетвером нам было хорошо. Не помню иного времени, когда я был доволен своей жизнью и не гнался за большим.

Но… всё изменилось.

― Простите, ребята. ― Заливая слезами сначала Феликса, а потом и нас с Марибель, стонала Лилиан. ― Я должна уехать и поступить в академию Моды.

Да, дочь герцога Кларес безумно фанатела по моде, вещам и всему, что с ними связано. Ещё с детства она мечтала поступить именно туда, но боялась рискнуть. Проблема была в том, что эта академия находилась в соседнем королевстве.

― Мы понимаем. ― Легко похлопывая её по спине, успокаивала Марибель. ― Исполни свою мечту и утри нос этому поганцу.

Я кашлянул. Поганец? Не от Лилиан ли она нахваталась подобного?

…А ещё Лилиан ввязалась в спор с нашим принцем Оливером и не могла так просто отступить.

― Я покажу этого королевскому петуху, что значит разбрасываться словами, не подумав. Приеду после выпуска высококвалифицированным специалистом и изменю моду в нашем королевстве. Он у меня ещё посмотрит, я специально введу моду на мужские чулки, чтобы он потом чувствовал себя нелепо.

― Так далеко заходить не надо. ― Напряглись мы с Феликсом. Зная Лилиан, можно было ожидать всё, что угодно.

С её отъездом-то всё начало меняться.

Феликс занялся подготовкой к рыцарскому турниру. И мы с Марибель как-то случайно стали всё больше времени проводили только вдвоём. Она не была простой, как я думал вначале. Наоборот, она была яркой и стойкой, сильной и смелой. Все воспоминания с ней вызывают улыбку. Порою казалась она понимала меня с полуслова.

― Снова болит голова? ― Обеспокоенно всматривалась она в мои глаза, когда я приподнял голову. Она легко нашла меня на обеденном перерыве в месте, где я скрывался от посторонних взглядов.

― Да, но это несерьёзно.

― Все больные так говорят. ― Беря меня за голову, не поверила мне. Она слегка сжала мне виски, сканируя моё состояния. Её прикосновения были нежны и легки, и как-то слишком быстро закончились.

А затем она начала слегка поглаживать меня по голове, принося облегчение и умиротворение с помощью своей магии.

Дар, который я никак не мог пробудить, переставал душить меня.

Как от наследника рода все ждали, что именно я овладею этой силой. Но она приносила лишь кошмары и боль: мучала, не желая поддаваться.

Но Марибель всегда помогала мне справляться с этими последствиями, ни о чём не спрашивая.

Я даже не заметил, как пролетел год в её компании.

А потом было её признание.

Других я отвергал с чистой совестью, ведь все они влюблялись в мою маску, в фальшивый образ. А с Марибель всё было иначе. Я никак не мог выбросить из головы тот день.

Ветер развивал её короткие волосы, едва достигающих плеч. Пряди лезли в лицо и мешали. Марибель смешливо пыталась бороться с ветром, стараясь убрать непослушные волосы от лица.

Внутри ― меня забавляла эта картина, как и сама Марибель, снаружи ― же я, как и прежде, старался оставаться отстранённым. Я наклонился к ней, желая помочь, осторожно собирая её короткие волосы назад. Она удивлённо подняла голову и наши взгляды встретились. Её голубые глаза завораживали и манили меня. И в них я увидел решимость. Ту решимость, которой мне всегда не хватало.

― Ты знаешь, а я ведь влюблена в тебя? ― Улыбнулась она нежно. Я застыл, как истукан, смотря на девушку, которую считал просто другом.

― Что? ― Наверное, мне послышалось или я что-то не так понял. С чего вдруг она решила заговорить об этом здесь и сейчас?

― Я люблю тебя, Кристиан. Кажется, ты единственный, кто этого не видит.

Я был поражён. Никогда не смотрел на Марибель с этой стороны, довольствуясь лишь нашей дружбой. И… теперь её неловкость и неуверенность рядом со мной, красные щёки, а порою и путаница в словах стали понятны. И как я раньше этого не замечал?

Но… Я должен был ответить, как и всем. Даже мой брак был решённым делом. Невесту ещё не объявили, но я подозревал, кем она будет.

Я не имел права на любовь и чувства. Ведь всё уже решено за меня. Так почему именно этой девушке мне было так сложно сказать слова отказа?

― Прости… ― Мой голос дрогнул, и предательское слово слетело с губ. Я словно заледенел внутри, всё моё нутро противилось этому слову. Мне не хотелось приносить боль этой девушке, с которой мы провели так много времени вместе. Четыре года дружбы не позволили мне так просто отнестись к её словам.

Часто после моих отказов следовали слёзы или истерика, но Марибель просто снова улыбнулась мне.

― Тогда просто друзья?

― Просто друзья. ― Машинально повторил я, следя за её удаляющейся спиной, а в голове стучало «лжец». Тогда я не понимал, почему в душе словно образовалась пустота.

А потом был он… Поход в лес, на котором я наговорил лишнего. Я попал с Марибель и братом в одну боевую тройку, собранную из разных групп и курсов. И тогда впервые моя непробиваемая стена лопнула, вывалив на Марибель жестокие слова.

― Ты такая же, как и они. Говоришь о чувствах, но не ко мне, а к этой маске, к этому образу!

― Ты ошибаешься. ― Мои слова, явно, сильно её обидели, но забрать их и то, что уже сказано, я был не в силах.

Я задел чувства, которых не заслуживал.

А потом нам было не до разговоров. Расползающуюся по лесу скверну заменила встреча с чудовищем, которая словно бы стёрлась из моей памяти. Это был последний день, когда мы говорили. Когда я слышал её голос.

Я не помню, как мы одолели монстра. Слишком смутные воспоминания у меня были о том бою. Помню лишь, как очнулся в лекарском крыле академии, а возле меня сидел брат. Феликс выглядел непривычно бледным, истощённым и серьёзным.

― Ты, наконец, очнулся. ― Бросаясь с объятиями, прохрипел Феликс.

Он никогда так явно не проявлял ко мне своих чувств. Да, мы были братьями… Только вот я всегда сторонился его, зная, что я всего лишь бастард, а он ― законный наследник, что легко может отобрать моё место.

В академии нас сблизили друзья. Только там я узнал, каким человеком он на самом деле является. Здесь и сейчас мы были настоящими братьями.

― Что случилось?

Голова немного болела, но на теле не было ни царапины. Я повернул голову к окну, видя в вечернем отражении себя. Мой облик казался странным, словно во мне что-то изменилось. Я зачем-то коснулся щеки, пытаясь что-то вспомнить, но в мыслях откликалась лишь звенящая пустота и размывающиеся образы, за которые никак не удавалось ухватиться.

― Теперь всё хорошо. ― Всё время, как заведённый, повторял Фел, крепче сжимая меня в своих объятиях. Его голос казался мне хриплым, словно он… плакал? Что-то случилось?

― А где Марибель? С ней всё в порядке? – Мы же были там втроем. Почему её здесь нет? Может она в другой палате? Ранена?

Хотелось вскочить и проверить её. Увидеть и убедиться, что она цела.

― Д-да. ― Отодвигаясь и отводя взгляд, ответил брат. Но мне казалось, что он что-то не договаривает. ― Она не пострадала.

Я скинул одеяло и хотел встать, чтобы убедиться в его словах. Я верил ему, но… Наверное, просто очень хотел увидеть Марибель.

Но ноги едва держали тело, и Феликс остановил меня. Я не стал спорить, о чём позже пожалел…

Пожалел, когда я узнал, что Марибель забрала документы из академии. По сердцу словно прошлись кинжалом. А у меня не было даже шанса извиниться перед ней. Безумно хотелось увидеть её вновь.

― Почему же она так резко забрала документы? ― Спросил тогда я Феликса, но тот лишь пожал плечами.

― Просила передать, что не стоит искать с ней напрасных встреч.

Были ли мои слова тому виной, я не знал. Но не думал, что ради своей мечты она бы отказалась от обучения в академии из-за моих глупых слов. И всё же червячок сомнения поедал меня.

Я часто видел Марибель издали в городе, когда выбирался на выходные из академии. Мои ноги как-то сами несли меня туда, где она могла находиться. Она была цела и невредима, счастливо улыбалась, поэтому я не рискнул к ней подойти. Как она и хотела, не приближался. Не имел права так поступать с человеком, которому разбил сердце. Не хотел ранить её одним своим видом.

Я знал, что как только приближусь к ней вновь, то больше не смогу оставаться в стороне. И я сторонился её, избегал, но наблюдал. Не знаю, зачем и почему.

Просто хотел знать, что с ней всё в порядке. Пусть хоть с кем-то будет. Ведь со мной не было.

― Готовся к объявлению помолвки, а после и к свадьбе. Лилиан станет твоей невестой, а после и женой. ― Непререкаемым тоном поставил меня перед фактом отец. ― Её семья принесёт нам влияние. Совсем скоро она вернётся, окончив ту глупую академию.

― Да, отец. ― Без особого восторга принял я его приказ.

Я ожидал чего-то подобного. Эта помолвка была решённым делом. Не зря же нас познакомили в детстве и заставляли всё время проводить вместе.

Я знал, что это когда-нибудь случится, и всё же в тот момент не чувствовал ничего, кроме тоски и печали.

В голове эхом отдавались холодные слова отца, когда он смотрел на мои достижения: “недостаточно”, “старайся лучше”, “ты мой сын или нет?”, “ ужасно”, “контролируй эмоции”.

И даже во снах его образ и слова не оставляли меня, продолжая мучать. Но не только он посещал мои кошмары. В холодном поту просыпаясь, я часто слышал звенящий женский голос и крик “чудовище”, обращенный ко мне. А перед глазами стояли её серебристые волосы…

Этот сон периодически преследовал меня с детства. Но никак мне не удавалось вспомнить, кому же принадлежат эти слова и было ли это в реальности.

После разговора с отцом о свадьбе я чувствовал себя также, когда в десять лет узнал о том, что являюсь бастардом.

– Илианна, – обратился он грозно, как я тогда думал, прячась за дверью, к матушке. – Ты слишком разбаловала Кристиана. Это никуда не годится.

– Я просто дарю ему такую же любовь, как и Феликсу. Что в этом такого? Все матери оберегают своих детей. – Злилась она на отца.

– Но ты не его мать. – Зло выдохнул он, и тут же пожалел, бросаясь успокоить расстроенную жену. Я впервые видел, чтобы он проявлял к кому-то чувства. – Прости… Я знаю, ты стараешься. Но ему это на пользу не пойдет. Он должен…

– Он всего лишь ребенок и ничего не должен! – Сопротивлялась она.

– Он мой сын. – Обнимая матушку, резко отзывался отец. – Наш с ней ребенок. Это опасно. Он должен быть…

– Отец… – Я толкнул дверь, застыв в дверях со слезами на глазах. – Что это значит?

Я переводил взгляд с мамы на отца, который не стал ни жалеть моих чувств в тот день, ни скрывать правду о моем происхождении.

– Если ты хочешь стать достойным сыном и наследником, то должен уметь подавлять эмоции и делать то, что я тебе скажу. Ты меня понял, Кристиан? – Держа меня за плечи, отец проникновенно смотрел мне в глаза, словно бы выжигая эти слова в моей голове. – Я хочу лучшего для тебя.

Маме… Мачехе же не нравились это. Она не разделяла его взглядов.

Снова разговор с отцом принёс с собой болезненные воспоминания. Медленно нарастающая с каждым днём головная боль вновь проявилась, не желая меня оставлять.

Дар, которым мне никак не удавалось овладеть, вновь начал меня душить. А ведь говорили, что в детстве я прекрасно с ним справлялся…

Пришлось отправляться к королевскому целителю, чтобы он помог мне избавиться от боли. Однако, как и прежде, эффект был не такой, как после магии Марибель. Отголоски боли я всё равно чувствовал. Но к ней я обратиться не мог. Не хотел занимать её время и лезть в её жизнь.

Но во дворце я случайно встретился со старостой нашего факультета.

― Марибель? ― Переспросил он меня, когда я ненароком задал вопрос о её жизни. ― Я видел её недавно… Ты знаешь, что с ней произошло? ― Староста как-то неловко указал на горло.

В тот момент я его совсем не понимал. Что за ерунду он мелет? Я бы ведь заметил, если бы с Марибель что-то случилось? Верно же?

Но, к сожалению, слова старосты оказались правдой. Марибель стала немой. С каких пор? Что случилось? На эти вопросы я никак не мог найти ответа.

Как я мог этого не заметить, видя её в городе? Я никогда не переходил грань, что сам выстроил между нами. Я думал, она разочарована во мне. Лишь потеряв её, я понял, что она была мне очень дорога.

И я больше не мог оставаться в стороне. Решил выяснить, что произошло и помочь ей. Иначе зачем мне было нужно богатство и влияние рода, которое мне не приносило счастье?

Хотя случайная встреча на рынке не входила в мои планы, я понял, что это шанс, который я не могу упустить. Но когда она побежала, увидев меня, я засомневался, но всё равно последовал за ней.

Её голубые глаза, как и прежде ярко сияли. Мне нравилось смотреть, как она пишет. Я вглядывался в каждую букву, написанного ею слова, не вчитываясь. Её почерк был таким же мягким, как и она сама. И ещё никогда в жизни мне не хотелось услышать так сильно чей-то голос. Но это было невозможно.

Да и слова тётушки Мирты никак не выходили из моей головы: «На сей раз сбереги эту жизнь. Помоги Марибель исцелиться. Спаси её от пламени».

И тот же день я рискнул связаться с Лилиан с помощью сферы связи.

― Кристиан! ― Проявился разгневанный вид подруги. Её светлые волосы были заплетены в две косы, а на лице красовалась ночная магическая маска. ― Я уже легла спать. Какого ты мне звонишь так поздно?

В последнее время мы общались не так уж и часто. Она была очень занята перед выпуском.

― Если это по поводу нашей помолвки и последующей женитьбы, то я уже знаю. И я в гневе. ― Даже сквозь сферу я чувствовал её нарастающее раздражение. Кажется, она давно хотела высказать мне все претензии, но не находила времени. Как же вовремя я решил с ней поговорить… ― Делай, что хочешь, но разорви её. Мужчина ты или нет?

― Лилиан. ― Я устало вздохнул, совсем не об этом я хотел с ней сейчас поговорить. ― Это ведь уже давно решено за нас.

― Ничего не знаю. Я не собираюсь выходить за тебя. У меня свои планы на жизнь. Поговори с отцом.

― Ты же знаешь…

― Плевать я хотела на твои обстоятельства. Ближе к делу. Мне завтра рано вставать.

― Насчёт Марибель… Ты знаешь? ― Всё-таки решил я спросить. Кто, как ни её подруга могла знать, что с ней случилось. Я знал, что они до сих пор общаются. Но в разговорах между собой мы старались не упоминать Марибель.

Нет, первое время Лилиан злилась на меня и отказывалась разговаривать с таким «оболтусом, кто отверг её милую девочку», а потом сдалась, просто став избегать разговоров о подруге.

― Знаю что? ― Лилиан даже стянула с себя маску, с обеспокоенностью вглядываясь в сферу. ― Про новую модель платья, которую сшила её мама? Или про то, что необходимые ей травы раскупили?

Я засомневался. Вдруг Лилиан ничего не знает?

― Я про то, что она больше не разговаривает. ― Выдал я на одном дыхании.

― Что за шутки, Кристиан? Я сейчас отключусь.

Так я и знал. Но…Как она могла этого не знать?

― Ты же… с ней всё ещё общаешься? ― На всякий случай уточнил я.

― Конечно же да! Каждый день. ― А мне постоянно говорит, что занята. Какие у Лилиан двойные стандарты. Но сейчас не об этом.

― И как же ты с ней связываешься?

― С помощью магического вестника и писем, конечно. ― Недовольно фыркнула она.

― Почему не через магические сферы?

Она посмотрела на меня, как на идиота.

― Потому что её сфера сломалась. А новые безумно дорогие. Её семья не может себе их позволить. Не у всех такая богатая семья, Кристиан. ― Я сдержался, чтобы не сказать ей, сколько на самом деле стоять подобные сферы. Уж семья Марибель точно могла себе их позволить. ― А в дар от меня она принимать отказалась. И хоть это жутко не удобно, лучше, чем ничего. Так что случилось?

― Она больше не может говорить…

― Что? Ты серьёзно? Почему? ― Она мне не поверила. Думала, что я издеваюсь над ней. Как бы и мне хотелось, чтобы всё это было лишь шуткой.

― Это я и хотел у тебя узнать…

Лилиан была шокирована.

– Я… Мне… нужно подумать. – В конце концов только и смогла сказать она.

Правильно ли я поступил, рассказав?

Но всё же, у неё больше шансов докопаться до правды. Ей Марибель с большей вероятностью признается, что с ней произошло. И всё же только на Лилиан надеяться нельзя. Нужно попытаться и самому найти зацепку. Но усложняло всё то, что она не хочет со мной общаться. Но как мне помочь ей, если она сама этого не хочет?

Но повод нашёлся легко. «Попросить о помощи с кошмарами и головной болью ― прекрасная идея» ― думал я. Но своей просьбой, заставил Марибель лишь понуро склонить голову.

И для меня было шоком прочитать, что её дара больше нет…

Как же так? Что на самом деле с ней произошло? Дело, явно, не в магическом водовороте.

У нас не было почти никаких точек соприкосновения, чтобы мы могли вновь увидеться. Я панически искал повод для того, чтобы встретиться вновь. Но в голове было пусто.

Артефакты, золото, влияние, я готов был помочь с чем угодно, ведь она мой друг, но понимал, что сейчас моей помощи она не примет, если мы снова не сблизимся.