Сводное недоразумение или Новогодний подарок для скромницы

— Всё, мам, — ставлю чашку из-под кофе в раковину. — Я побежала на учёбу.

— Хорошего дня, — произносит с улыбкой.

— Это вряд ли, — прохожу в прихожую, принимаюсь одеваться.

— Почему? — мама спешит за мной. — Ты отстаёшь?

— Нет, — поправляю шапку перед зеркалом и накидываю куртку. — Дело не в учёбе. Просто наш директор решил передать кафе сыну, и вчера я его видела, — застёгиваю молнию на ботинках. — Так себе тип…

— Может рано судить? — скованно спрашивает мама. — Ты ещё не успела с ним познакомиться, может он не так плох?

— Поверь, — целую маму в щёку. — Мне было достаточно пары фраз, чтобы понять, что он из себя представляет, — открываю входную дверь. — Всё, я побежала.

Время в университете пролетает незаметно. Хотелось бы мне, чтобы рабочий день проходил так же мгновенно.

Немного задерживаюсь, чтобы обсудить с девочками предновогоднюю вечеринку. Я не любитель таких отдыхов, но эта встреча состоится в стенах универа, а значит — без алкоголя. Тогда я всеми конечностями за.

На рабочее место опаздываю ровно на двадцать минут и буквально ураганом вношусь в двери здания. Взгляд сразу же натыкается на Юрия Степановича и его сына.

— Простите, — запыхавшись произношу. — Я опоздала, — пытаюсь отдышаться, но воздуха категорически не хватает. А под взглядом Матвеева-младшего, кажется, что и слова скоро потеряются. — В университете…

— Всё в порядке, — перебивает Юрий Степанович с добродушной улыбкой на лице. — Успокойся, все прекрасно понимают, что у тебя учёба.

— Да?

— Да? — переспрашиваем одновременно с Евгением, только он спрашивает с претензией в интонации, а я удивлённо.

— Лиза отличная работница, — заявляет сыну. — И хорошая девушка, — Юрий словно ставит сына на место, и мне это более чем нравится. — Проходя учёбу в университете, она работает здесь не покладая рук. Это достойно похвалы.

— Спасибо, — искренне благодарю мужчину.

— Это правда, — улыбается мне. — А за правду не благодарят. Беги переодевайся и приходи к нам.

— Хорошо.

Быстро перебирая ногами, следую в комнату персонала. Могу поклясться, что Евгений сейчас прожигает мою спину своим взглядом. Я понимаю, что его эго было задето тем, что отец заступился за меня. А мне это только льстит. Но не нужно забывать, что Юрий Степанович уйдёт, а Евгений останется.

Уже через пять минут возвращаюсь в зал. Посетителей нет, и только сейчас понимаю, что кафе закрыто на технический перерыв. Наверное, не заметила вывеску.

— Итак, все в сборе, — начинает говорить Юрий Степанович. — Можем начинать, — обводит взглядом присутствующих. — Возможно, кто-то из вас ещё не знает, но я больше не являюсь владельцем этого кафе. Теперь вашим директором стал мой сын Евгений Юрьевич, — Лена усмехается, глядя на Евгения, и Юрий замечает её реакцию. — Не смотрите на то, что он ещё молод. Да, ему всего двадцать три, но всё же он ответственный молодой человек, и я в нём полностью уверен.

Всё-таки он старше, чем я предполагала. Света продолжает стрелять соблазнительным взглядом в нашего нового директора. Какая неугомонная…

— Но если, — продолжает Юрий. — Какие-то недопонимания всё же будут, то мой номер телефона у вас есть, — мужчина подмигивает нам, на что Евгений недовольно закатывает глаза. — Вот вроде и всё, — разводит руки в разные стороны. — Прошу любить и жаловать.

— Нам будет вас не хватать, — произношу с иронией.

— Женя будет отличным начальником, — отвечает мужчина. — Всё, принимайтесь за работу.

Мужчины уходят в кабинет директора, а мы открываем кафе и начинаем принимать посетителей. Напряжения не чувствуется, и за рабочем процессом я вовсе забываю о том, что наш директор поменялся. До тех пор, пока Ольга Михайловна не объявляет, что Евгению Юрьевичу нужно со мной поговорить.

— О чём? — удивлённо спрашиваю женщину, а вспоминая наши несколько разговоров, понимаю, что ничего хорошего в кабинете директора меня не ждёт.

— Не знаю, — растерянно отвечает.

На ватных ногах прохожу к нужной двери, Ольга Михайловна следует за мной. За короткое время успеваю перебрать самые страшные причины моего нахождения здесь.

— Евгений Юрьевич? — заглядывает в кабинет администратор. — Сорокина Лиза… Вы просили позвать её.

— Да, — отзывается парень. — Заходите.

Заходим в кабинет, и я тут же ловлю на себе самодовольный взгляд этого мерзкого типа. Вот знала же, что ничем хорошим для меня не закончится эта смена власти. Он обязательно отыграется на мне за вчерашний отказ.

— Ольга Михайловна, — обращается к женщине, не отводя от меня взгляда. — Вычтите из зарплаты Лизы десять тысяч рублей.

— Что? — возмущённо выкрикиваю. — За что? Я же ещё не успела ничего сделать…

— Случай со вчерашней блузкой помнишь? — ну конечно, как я могла не догадаться. — Вчера мне пришлось поехать к девушке и заплатить за твою промашку.

— Это же почти половина моей зарплаты, — пытаюсь надавить на жалость, но кажется с ним это не прокатит.

— В следующий раз будешь внимательнее, — пожимает плечами.

— Это всё? — сдержанно переспрашиваю.

— Нет, — его губы вытягиваются в издевающейся улыбке, насмешливо продолжает. — Думаю, что временно ты отправишься на кухню.

— Я не умею готовить! — возмущённо перебиваю его.

— Тебе и не придётся, — подаётся немного вперёд. — Ты будешь мыть посуду.

— Вы серьёзно? — других слов просто нет. Он может раздавить меня как букашку. Может оставить меня без работы вовсе.

— Можешь приступать прямо сейчас, — довольно дёргает головой.

— Хорошо, — резко разворачиваюсь и покидаю кабинет.

Вытираю слёзы обиды рукавом блузки. Как можно быть таким? Я не выдержу работу под началом этого человека. Слишком жестокий и грубый. Я восемь месяцев работала в этом кафе официанткой, а он одной своей прихотью отправил меня в мойщицы посуды.

Если в ближайшие дни всё не вернётся на прежние места, то я буду вынуждена покинуть это место работы, несмотря на то, что оно мне очень сильно нравится.

Глава 3

Следующие два дня я устаю так, как не уставала никогда. Оказывается, мыть посуду не так просто, как кажется со стороны. Это просто ужасно, особенно вечером пятницы, когда людям не нужно никуда торопиться, и они спокойно могут позволить себе подольше посидеть в кафе.

Я надеялась, что Евгений поиздевается денёк и вернёт меня к моим обычным обязанностям. Но этого не произошло. Уже третий день я тру кастрюли, сковородки и ещё кучу посуды. От моих ногтей уже не осталось и следа, а кожа рук начала шелушиться. Домываю последнюю вилку и надеюсь передохнуть хоть десять минут, но не тут-то было.

— Ты всё домыла? — внезапно рядом появляется встревоженный Евгений.

Весь день его не видела, и это было прекрасно. Сейчас одним своим видом он будоражит каждую мою частичку. Хочется вцепиться в его лицо и не оставить на нём ни единого живого места.

— Нет, — брезгливо отворачиваюсь, и начинаю мыть уже чистую раковину, делая вид, что я занята. — У меня полно работы.

— Не нужно делать из меня идиота, — раздражённо хватает меня за руку и отдёргивает от раковины, выключая воду. — Давай, дуй в зал.

— В смысле?

— В коромысле! — повышает голос. — Руки в ноги и разносить заказы! Девочки не справляются!

— Но я…

— Не зли меня! — перебивает, и я даже вздрагиваю от его резкости.

Ошарашено разворачиваюсь и направляюсь в зал. Что это значит? Он решил вконец меня добить? Я безумно устала, не чувствую ни рук, ни ног. А вместо того, чтобы отдохнуть, я должна продолжать пахать.

— Что ты тут делаешь? — ахает Лена, когда я подхожу к стойке.

— Этот… Евгений, — перевожу взгляд на Дашу. — В общем, он послал меня в зал, сказал не справляетесь.

— Ты хочешь сказать, — прищуривается Даша. — Ты теперь и тут, и там?

— Понятия не имею, что у него в голове.

— Девушки? — недовольно кричит один из посетителей. — Может вы потом поболтаете и всё же принесёте мой заказ?

— Сию минуту, — быстро отвечает Лена и берёт поднос с заказом.

— Я думаю, что ты должна обратиться за помощью к Юрию Степановичу, — огорчённо качает головой Даша, собирая следующий заказ.

— Ни в коем случае. Я не покажу свою слабость этому негодяю. Да я лучше уволюсь, чем буду жаловаться.

— И всё же, — ставит поднос передо мной.

— Нет, — быстро беру его в руки. — Какой стол?

— Первый, — печально вздыхает.

Сбоку замечаю Свету и чтобы не портить настроение ещё больше, ухожу до того, как она подходит к стойке.

Осталось пара часов работы, а завтра выходной. Мама будет знакомить меня со своим мужчиной, день обещает быть прекрасным. Стараюсь думать только о положительных вещах до самого конца рабочего дня. Не обращаю внимания на Евгения, который периодически появляется в зале, чтобы проверить, как мы справляемся.

Утешаю себя тем, что следующие два дня мне не придётся сталкиваться с этим высокомерным индюком.

Когда последний столик наконец освобождается, закрываем кафе и принимаемся прибирать перед уходом. Ольге Михайловне пришлось уйти гораздо раньше по каким-то неотложным делам. Света, как и всегда, плевать хотела на все уборки и покинула рабочее место почти одновременно с последними посетителями. Остались только я, Лена и Даша. Евгения не видно, и я надеялась, что он тоже уже ушёл. Но как я могла в это верить, со своей-то везучестью?

— Девчонки, — его голос звучит куда веселее, чем несколько часов назад. — Вы отлично поработали! — одаривает всех довольной улыбкой. — Кстати, что у нас с уборкой снега?

— А что с ней? — удивлённо спрашивает Лена.

— Кто-то чистит снег? Там навалило столько, что двери с трудом открываются.

— Юрий Степанович нанимал какого-то человека, — пожимает плечами Даша. — Мы не знаем его, он приходил только когда сильный снегопад.

— Понятно, — задумчиво протягивает. — Инвентарь я видел на складе, — сосредоточенно продолжает. — Кто хочет задержаться и заработать пару тысяч?

— Вы сейчас нам предлагаете снег почистить? — усмехается Лена.

— Исключительно по желанию, — добавляет Евгений, я тут же разворачиваюсь, чтобы уйти, но он останавливает меня. — Подожди, — обводит взглядом девочек. — Никто? — они молчат. Поворачивается ко мне. — Тогда ты, лопата там, — кивает в сторону склада.

— Ты… Вы… — задыхаюсь от возмущения, но всё же беру себя в руки. — Нет! Это в мои обязанности не входит!

— Кто-то должен убрать снег…

— Почему бы это не сделать вам, Евгений Юрьевич? — вступается за меня Лена. — Вы же мужчина.

— Я бы с радостью, но мне нужно бежать. Завтра непростой день, и у меня есть дела.

— Я не стану этого делать, — уверенно качаю головой.

— Давай, малыш, не ломайся, — от его фразы не только у меня глаза на лоб лезут, но и у девочек. — Там дел на пять минут, раскидаешь снег по сторонам и свободна. Тем более, зарплата в этом месяце у тебя небольшая, и две тысячи лишними не будут.

— Нет, — продолжаю настаивать на своём.

— Хотел по-хорошему, — опускает глаза в пол, но тут же поднимает на меня. Взгляд уже не такой спокойный. — Это моё поручение и оно не обсуждается.

— Я официантка, а не уборщица.

— Мне плевать, — холодно отвечает. — Ты сейчас же возьмёшь лопату, и пойдёшь убирать снег.

— Ты не имеешь права!

— Напиши на меня заявление в полицию, — он издевается, не иначе.

— С меня хватит, я увольняюсь, — снимаю фартук и бросаю его на пол. — Работай сам!

— Я не против, — самодовольно ухмыляется. — Сейчас же пройдём в мой кабинет, ты напишешь заявление об уходе, отработаешь две недели и вали на все четыре стороны. Но, — уголки губ тянутся вверх. — Снег сегодня уберёшь, если, конечно, хочешь получить хорошие рекомендации для будущей работы.

— Ты… Ты… — смотрю на этого мерзкого пустоголового идиота и не могу подобрать слов. — Пошли.

— Куда?

— Писать заявление, — прохожу мимо него. — Ты же не думал, что я блефую?

— Пойдём, — слышу шаги сзади себя. — Девочки, вы свободны, — обращается к Лене и Даше, прежде чем мы выходим из зала.

«Прошу уволить меня по собст…»

— Что ты делаешь?

Замечаю, как Евгений подходит со спины, и почти кладёт свой подбородок на моё плечо. Тело обдаёт мурашками, не понимаю своей реакции на этого парня, но она явно мне не по нраву.

— Продолжай, — кивает на лист белой бумаги, обжигая шею своим дыханием.

— Держи, пожалуйста, дистанцию, — кладу ручку на поверхность стола, пытаясь выглядеть уверенной в себе. Вот только в действительности я это сделала, потому что руки начали дрожать. Надеюсь, парень не успел этого заметить.

— Я держу, — демонстративно поднимает ладони, не отдаляясь ни на шаг.

— После выходных я принесу заявление, — не выдерживаю его напора и резко поднимаюсь с места.

Только вот парень не планирует меня отпускать и целенаправленно встаёт напротив. Делаю шаг вправо, и он повторяет моё движение. Пробую шагнуть влево, но и здесь Евгений не отстаёт.

— Что тебе нужно? — сипло спрашиваю.

— Решила снова перейти на ты? — скептически выгибает бровь.

— Отпусти меня, пожалуйста.

— Скажи, малыш, — сгребает меня в охапку и прижимает к своему крепкому телу. — Ты всегда была такой принципиальной? Или это исключительно я вызываю в тебе эту черту характера?

— Не трогай меня, — упираюсь ладонями в мужскую грудь, но даже на сантиметр не могу увеличить расстояние между нами. — Я расскажу всё твоему отцу.

— И что дальше? Думаешь, я напугаюсь его?

Губы парня слишком близко от моего лица, и я отворачиваю голову, стараясь держаться как можно дальше.

— Евгений…

— Для тебя, просто Женя, — самодовольно произносит и резко обхватывает мой затылок. — Иди сюда.

Одним рывком притягивает меня к своему лицу, и прежде чем его губы коснутся моих, ударяю его в пах. Даже не знаю, как это получилось. Возможно, сработал инстинкт самосохранения или ещё что-то, но парень сгибается пополам, держась за своё сокровенное место.

— Сучка! — рычит, корчась от боли.

Продолжаю стоять как вкопанная и смотрю, как его физиономия искажается от злости. Хотя, наверное, я должна сейчас бежать со всех ног, как можно дальше отсюда.

— Сильно больно? — спрашиваю с сожалением, нагибаясь немного вперёд.

— Ты нормальная? — поднимает на меня взбешённый взгляд. — На хрена ты это сделала?

— Ты пытался меня поцеловать, — отвечаю без задней мысли.

— А ты на поцелуи всегда так реагируешь? — цедит сквозь зубы, превозмогая боль. Но я молчу, ничего не отвечаю. — Подожди… — продолжает, глядя на меня с прищуром. — Так ты… — взгляд парня проясняется, и я вижу в нём озарение. — Вот почему ты такая зашуганная и ведёшь себя как лесбиянка…

— Я не… — ошарашено открываю рот, но тут же замолкаю под пристальным взглядом Евгения.

— Молчи! — поднимает указательный палец вверх. — Мне нужно обдумать то, что я только что узнал.

— Так я должна убирать снег? — с недоверием смотрю на него.

— Сам уберу, — холодно отвечает. — Иди домой!

— Спокойной ночи! — быстро разворачиваюсь и выскакиваю за дверь.

— И тебе, малыш, — слышу последнюю фразу Евгения перед тем как дверь закрывается.

Что происходит с этим парнем? Мне не нравится его поведение. Теперь я точно уволюсь. Если в первые дни совместной работы он ведёт себя так, что будет дальше — боюсь представить. И лучше не испытывать судьбу… Дрожу всем телом, только вот какое-то внутреннее ощущение говорит о том, что дрожь эта вовсе не от страха.

Добежать до комнаты персонала и переодеться мне удаётся за несколько минут. Лишь бы только больше не встретиться с ним…

Дома мама в первую очередь спрашивает, почему я задержалась. Естественно, я не говорю ей правды. Вру, что возникли дела, и всем девочкам пришлось остаться на лишних полчаса.

Но также не скрываю от мамы, что увольняюсь из кафе.

— Как это? — недоумевает на моё заявление. — Что произошло?

— Я же говорила, что не сложились отношения с новым начальством, — пожимаю плечами, словно всё в порядке. — Но ты не переживай, я без работы не останусь. Найду что-нибудь.

— Ладно, — как-то недовольно протягивает мама. — Поговорим об этом немного позже.

За ужином обсуждаем с мамой предстоящий поход в гости к её избраннику. Шутим и разговариваем по душам.

Направляюсь в свою комнату и понимаю, что уснуть сегодня будет крайне тяжело. Ведь мысли не покидает инцидент с Женей. До сих пор словно чувствую его дыхание на своей коже. Не понимаю, что со мной. И почему не могу злиться на этого парня…

То есть я злюсь, особенно из-за того, что мне придётся уйти с любимой работы. Злюсь именно в тот момент, когда он передо мной. Когда заставляет меня делать что-то, типа мытья посуды или уборки снега… Когда обижает меня.

Сейчас, вспоминая как крепко он обнял меня, как не дал упасть в нашу первую встречу, во мне просыпается какое-то приятное чувство. Чего, наверное, он не скажет про меня. Моё к нему прикосновение, не было таким приятным. Это можно было понять по его разгневанному лицу.

Что-то в этом парне притягивает и отталкивает одновременно. Но он об этом узнать не должен. Тем более, что он назвал меня лесбиянкой.

Ну да, я ещё не встречалась с парнями и ни с кем не была близка. Но не думаю, что в девятнадцать лет это уж слишком зазорно. Хотя взгляды у людей сейчас не такие как раньше, но мне до этого нет дела. Да и вообще, я пока и не стремлюсь завязывать с кем-то отношения.

Переодеваюсь в пижаму и ложусь в постель. Но, как и предполагала, засыпаю только ближе к полуночи.

Глава 4

— Мам, — наношу лёгкий макияж, когда слышу шаги за дверью комнаты. — Что лучше надеть?

— Без разницы, — заглядывает в мою комнату. — В чём тебе будет удобно.

— Хорошо, — пожимаю плечами и возвращаю внимание к зеркалу.

— Лиз, — скованно произносит мама. Она весь день нервничает, словно на иголках, и я не понимаю, в чём причина. Ведь мы уже обо всём поговорили, но её нервозность никуда не девается. — Ты, пожалуйста, отнесись спокойно к моему выбору.

— Мам, в чём дело?

— Ни в чём, — её взгляд лихорадочно бегает по комнате. — Просто ты знаешь этого мужчину…

— Да? — резко поворачиваюсь, не давая маме договорить. — Почему же ты молчала? Кто он?

— Хочу, чтобы ты узнала всё на месте, — немного хмурится. — И тебя ждёт немало новостей, поэтому прошу тебя, не реагируй остро.

— Мама, это же я, — усмехаюсь. — Я не умею реагировать остро ни в чём или почти ни в чём.

— Поэтому и прошу, — тише произносит мама. — Ладно, пойду готовиться. Такси приедет через полчаса.

Даже не знаю, что думать. Обычно спокойная и уверенная в себе мама даёт всё больше поводов для беспокойства своим дёрганьем. Что меня может ждать? Что этот мужчина плохой человек? Не думаю, ведь мама хорошо разбирается в людях, и не подпустила бы к себе не пойми кого. Тогда что её мучит? Может этот мужчина младше её? Так в этом вообще ничего плохого нет.

Боже мой. Если я так и буду гадать, то с ума сойду от размышлений. Лучше проигнорировать эти мысли и просто дождаться встречи с этим загадочным мужчиной.

Надеваю строгие брюки и жилетку поверх блузки. Думаю что такой стиль будет в самый раз.

Как и предупреждала мама, такси подъезжает через полчаса, и мы выходим на улицу.

Всю дорогу я вижу, как мама нервничает. Её напряжённый взгляд, дёрганые движенья, кажется, скоро передадутся и мне.

Въезжаем в какой-то частный сектор, который застроен большими и дорогими домами. Неужели этот человек живёт здесь?

— Он богат? — перевожу на маму неуверенный взгляд, она лишь кивает в ответ, поджимая губы.

Разница в социальном положении меня не радует, но всё же посмотрим, что будет дальше.

Автомобиль останавливается у одного из домов, который ничем не отличается от предыдущих. Большая подъездная дорожка, на которой стоят два автомобиля. Такое чувство, что я где-то их видела. Решаю не заострять на этом внимание.

Мама расплачивается с водителем, и мы выходим на улицу.

— Пойдём, — мама кивает в сторону входной двери.

— Да, конечно.

Во всех окнах первого этажа горит свет. Мужской силуэт мелькает за занавесками. Замечаю появившуюся улыбку на лице мамы.

Поднимаемся на крыльцо и звоним в звонок. Через пару секунд слышим шаги за дверью, после чего она открывается. И я теряю дар речи.

Евгений. Неужели это… Смотрим друг на друга, широко открытыми глазами. Поверить не могу. Неужели мама? Нет… Он же ей в сыновья годится.

— Ты Женя, правильно? — добродушно спрашивает мама, и я понимаю, что что-то не сходится.

Перевожу взгляд с Жени на маму и обратно. Да что же тут происходит? Уголки губ парня ползут вверх, он прищуривается и немного подаётся вперёд.

— Серьёзно? — шепчет, обращаясь ко мне. — Ты пожаловалась на меня маме?

— Я? Нет! — хмурюсь и отрицательно качаю головой. — Что ты здесь делаешь?

— Я здесь живу! — его глаза округляются от непонимания. — А вот что ты здесь делаешь, да ещё и с мамой, мне очень интересно! — поворачивается к моей матери. — При всём моём уважении, ваша дочь уже достаточно взрослая, чтобы постоять за себя.

— Что? — мама явно не понимает, что имеет ввиду Женя.

А вот до меня, кажется, начинает доходить смысл происходящего. Перебиваю Женю, пока он не наговорил лишнего, и пока мама не догадалась о том, что он неровно дышит в мою сторону.

— Стоп! — поднимаю ладони вверх. — Мама, — медленно перевожу на неё взгляд. — Тот мужчина, с которым ты хотела меня познакомить, это Юрий Степанович?

Женя внимательно смотрит на маму, словно не верит в услышанное. Я и сама не хочу в это верить. Задаю этот вопрос, и почти уверена, что ответ будет положительным. Но чёрт! Как бы я хотела, чтобы она ответила «Нет».

— Юленька, — за спиной Жени раздаётся знакомый мужской голос. — Почему на пороге? — Юрий Степанович поворачивается к сыну. — Ты почему не приглашаешь гостей в дом?

Вижу, что Жене тоже эта ситуация кажется абсурдной. Продолжаем стоять на своих местах. Опускаю веки, пытаясь успокоиться и принять ситуацию.

Мама счастлива рядом с ним, а я должна принять её выбор. И не важно, что её мужчина — владелец кафе, в котором я работаю, и ещё дюжины ресторанов. Не важно, что его сын не даёт мне прохода… Что меня тоже к нему тянет, словно магнитом… И не важно, что теперь мы точно должны держаться как можно дальше друг от друга.

— Лиза, — вырывает из мыслей голос Юрия Степановича. — Я понимаю, что ты обескуражена, но давайте мы обсудим всё дома. Проходите.

Женя отходит в сторону, пропуская нас внутрь. Взгляд растерянный, словно он не здесь, а где-то в своих мыслях. Только когда мы отходим подальше, он закрывает дверь, громко хлопая ей.

Поворачивается и задумчиво смотрит на меня. Скорее всего, в его голове сейчас те же мысли, что и в моей. И с какой-то стороны это даже играет на руку, ведь теперь он не посмеет подойти ко мне, а я не буду испытывать этих смешанных чувств. Наверное.

В этом доме я чувствую себя неуютно. На каждом шагу дорогие предметы интерьера. Разнообразные картины и статуэтки. Телевизор в гостиной занимает почти всю стену. Всё не то. Теперь я понимаю, почему мама нервничала. И я уверена, что с Юрием Степановичем она не из-за денег, ведь я сама знаю, насколько он хороший человек, но я не могу чувствовать себя комфортно в стенах этого дома. — Юра, — ахает мама, и я перевожу взгляд на предмет её удивления. А именно стол, забитый изысканными блюдами. — Я же говорила, что не нужно всего этого... Мы с Лизой не привыкли к такому.

— Обещаю, — с самой искренней улыбкой отвечает Юрий Степанович. — Когда вы переедете к нам, мы будем есть исключительно то, что приготовите вы с Лизой.