Подлец Высшей Академии

1.

Я стояла в кабинете ректора, чувствуя на себе его темный блуждающий взгляд.

Волнение усиливалось. Сердце учащенно стучало под ребрами. Я плотно прижимала к груди папку с документами, которую пришла ему отдать.

Он не должен узнать, кто я!

Габриэль Мейз стоял напротив, прислонившись бедром к краю стола, и внимательно смотрел на меня, не отводя своих карих глаз.

– Можете оставить здесь… – указал он на стол рядом с собой, и я робко шагнула к нему, пожалев уже сотню раз, что согласилась выполнить это поручение. – Напомните еще раз, как ваше имя?

Я опустила взгляд, стараясь не смотреть ему в глаза.

– Роза Брайн, – и едва я приблизилась, как он схватил меня за руку и потянул на себя.

Я и опомниться не успела, как оказалась на столе, прижатая его мощным телом, а листы из папки опустились на пол вокруг нас.

– Ложь, – вкрадчиво произнес он в сантиметре от моих губ.

Я судорожно выдохнула, ощущая спиной прохладную поверхность.

Волнение пронизывало насквозь. Грудь ритмично вздымалась, приковывая мужской взгляд. Габриэль нависал, удобно расположившись между моих бедер, пока я неотрывно смотрела ему в глаза.

Красивый, непредсказуемый, опасный…

Тяжесть его твердого тела, горячее дыхание с запахом виски и шоколада сбивали с толку и завораживали одновременно.

Это нужно прекратить.

Я попыталась отстраниться, но он молниеносно перехватил мои запястья и зафиксировал их одной рукой у меня над головой.

– Не понимаю, о чем вы… – прошептала в тишине тусклого кабинета.

На лице мужчины отразилась самодовольная ухмылка, и в следующее мгновение его ладонь властно легла на мое бедро, проникнув под короткий подол юбки.

Невольная дрожь пронеслась по телу. Я боялась пошевелиться и судорожно кусала губы, чувствуя, как его пальцы медленно скользят по коже, все ближе и ближе подбираясь к запретному месту.

Еще никто и никогда не касался меня там!

Внизу живота вместе с паникой разрасталось странное чувство, от которого все трепетало внутри.

– Отпустите, – прошептала, невольно прогнувшись в пояснице, и мужчина склонился чуть ближе, отчего наши губы едва не соприкоснулись.

– Мне нравится, как ты умоляешь, принцесса, – произнес он бархатным голосом, и я ошеломленно застыла, вглядываясь в невероятные, карие с янтарными вкраплениями, глаза.

Ему известно, кто я.

– Знаешь, что бывает с беглыми принцессами? – насмешливо уточнил он, и я чуть сильнее сжала бедра.

Его рука переместилась на мое плечо, а затем невероятно нежно прошлась по изгибам ключицы, проникая под ворот блузки с гербом академии.

– Ты не станешь… – прошептала, наплевав на манеры.

– Нет? – иронично переспросил он, и я отвернулась, пытаясь окончательно не потерять свое достоинство.

– Нет, – едва слышно повторила, закрыв глаза от мимолётного наслаждения, что предательским трепетом разбегалось по коже.

– Может, тогда вернуть тебя обратно отцу? – и прежде, чем успела возразить, его губы коснулись моей шеи.

Жар вспыхнул внутри. Я шумно втянула в себя воздух, пытаясь справиться с нахлынувшими ощущениями.

– Нет… – снова ответила, чувствуя, как горячие губы на моей коже искажаются в зловещей улыбке. – Просто прекрати.

Он играл со мной.

– Уверена, что хочешь именно этого? – усмехнулся ректор, и я судорожно сжала пальцы у себя над головой.

Нет, то есть да!

То, что происходило между нами сейчас, казалось настоящим безумием.

– Чего ты хочешь? – бессильно произнесла, слыша, как дрожит собственный голос.

– Тебя, – твердо ответил он, и мое сердце пропустило удар.

Я повернула голову и увидела на мужественном лице ухмылку отъявленного подлеца.

Габриэль Мейз – брат моего жениха. Бывший наемник и действующий ректор самой престижной академии магии Эденгард, в которую я тайно сбежала, спасаясь от предстоящей свадьбы.

Я ненавидела его до дрожи, до подкашивающихся коленок…

Он обрек меня на страдания, лишив самого дорогого. Но я спряталась в его тени, и теперь моя судьба будет завесить только от него!

Мои дорогие читатели!

Рада приветствовать вас в своей новинке. Будет очень эмоционально, откровенно и горячо!*

Не забывайте ставить «лайк» и добавлять роман в библиотеку, чтобы не потерять книгу.

С любовью, Виктория❤

2.

Габриэль

Длинные белокурые волосы разметались по столу, большие синие глаза смотрели на меня с упреком сквозь подрагивающие ресницы.

Я нависал над хрупкой фигуркой «Розы Брайн», опасно расположившись между ее соблазнительных ножек в черных чулках.

До меня дошла невероятно ценная информация. Я узнал, что сбежавшая дочь императора тайно учится в моей академии на первом курсе.

Удивительно, но ей целый год удавалось скрываться от меня под чужим именем и спокойно существовать без какой-либо охраны...

Отважная принцесска.

Девушка учащенно дышала. Ее маленькая, аккуратная грудь призывно вздымалась от каждого вдоха, пока я внимательно смотрел на нее сверху.

Хрупкая, утонченная, нежная…

Форма академии идеально смотрелась на ее стройном, худощавом теле, а от узкого кукольного личика невозможно было отвести взгляд: маленький носик, чувственные губы с симпатичной родинкой в уголке рта и невероятные синие глаза цвета морских глубин. Ее бархатная кожа источала цветочный аромат, а беспомощный и невинный вид дико возбуждал.

– Я принадлежу империи… – хрипло прошептала она, и я невольно усмехнулся.

В ее глазах отражались волнение, страх и… возбуждение.

Интересная и очень соблазнительная малышка, которую я точно никуда не отпущу. Она – мой единственный шанс выбраться отсюда.

Я являюсь ректором этой академии на протяжении уже трех лет и постоянно ощущаю, как ее каменные стены сдавливают меня, пытаясь размозжить мой череп рутиной.

Мне здесь не место.

Я прожигаю свое время впустую, периодически трахая симпатичных студенточек, которые сами лезут ко мне в постель.

Мана приятно заколола в ладонях, и я склонил голову набок, любуясь раскинувшимся передо мной видом.

Вдруг стало любопытно…

Я медленно провел кончиками пальцев по изгибам ее изящной груди и выпустил элементарное заклинание, обдав легким холодом нежную кожу.

Девушка шумно выдохнула, прогибаясь мне на встречу, и я мягко обхватил ее подбородок, вглядываясь в приоткрытые губы.

– Теперь, Риель Грейман… – назвал ее настоящее имя. – Ты принадлежишь мне.

Ее невинность будоражила.

Я чувствовал, как член в штанах упирается, желая послать все к черту и как следует наказать эту принцесску, отомстив императору.

Ее отец засунул меня сюда, ощутив с моей стороны угрозу. Но он и подумать не мог, что когда-нибудь в мои руки попадет его бесценная дочь.

Поддавшись искушению, я чуть приподнял ее лицо, собираясь попробовать на вкус эти нежно-розовые губы.

– Нам нельзя, – внезапно прошептала она, и я остановился, ощутив раздражение.

Терпеть не могу, когда мне кто-нибудь перечит, а сейчас возникло такое ощущение, словно меня оторвали от любимого десерта, продолжая водить им прямо перед носом.

– Ты ректор этой академии, а я…

– Принцесса, – насмешливо перебил, пропустив сквозь пальцы локон ее длинных ухоженных волос, напоминающих шелк.

– Я ученица, – возразила она, невольно облизнув нижнюю губу. – И мое новое имя Роза Брайн.

Я усмехнулся, вслушиваясь в ее мелодичный голос и прекрасно понимая, что если сейчас не остановлюсь, вряд ли смогу это сделать позже.

– Что ж, Роза… – многозначительно произнес, переводя взгляд на ее лицо. – Мы заключим с тобой сделку. Я позволю тебе учиться в этой академии, рискуя стать изменником империи, а ты…

Я замолчал, выдержав интригу, и девчонка застыла в моих руках, неотрывно глядя мне в глаза.

2.2

Она сильно отличалась от всех, кто учился в этой проклятой академии.

Я не мог это объяснить, но в ней чувствовалась некая стать, благоразумие.

– Что «я»? – судорожно переспросила она, прерывая мои мысли.

– Ты больше не скажешь мне слово «нет», – двусмысленно ответил я, и девчонка нервно сглотнула, продолжая блуждать взволнованным взглядом по моему лицу.

В ее синих глазах можно было утонуть…

Невероятная синева, что поглощала меня целиком.

– Я знаю, кто ты на самом деле, Габриэль, – внезапно произнесла она, не шелохнувшись. – Знаю, что ты сделал. Отец рассказал мне.

– Как любопытно… – я чуть сместился в сторону, освобождая ее запястья, чтобы в следующее мгновение нежно обхватить ее бедра обеими руками.

– Ты безжалостный, бесчестный… жестокий наемник… – задыхаясь, шептала она, упираясь ладонями в мои плечи. – Тебе нельзя верить.

– Тогда можешь не соглашаться и ждать, когда Себастьян с твоим отцом явятся сюда.

Да, я знал и это.

Она была помолвлена с моим младшим братом, но год назад сбежала от него, чем сделала мне огромное одолжение. Ведь если бы он женился на ней, то получил бы титул раньше меня и верховным магом империи стал бы именно он, а не я.

– Себастьяну не понравится то, что я ему расскажу….

– Расскажем вместе, принцесса. Заодно спросим, почему он до сих пор не лишил тебя девственности, – невозмутимо произнес я, и Роза постыдно прикусила губу, чуть сильнее вонзив в мою грудь ноготки.

Мне вдруг захотелось смутить ее еще больше.

Я самодовольно улыбнулся, наслаждаясь тем, как мои пальцы осторожно и невесомо блуждают по ее гладкой коже, пробуждая толпы мурашек.

– Потому что он... боялся моего отца, – призналась она, покраснев.

Этим брат от меня и отличался.

– Тогда я скажу твоему отцу, что спал с тобой.

Девчонка едва не задохнулась, почувствовав, как мои пальцы нагло проникают под тонкое кружево ее трусиков.

– Неправда… – прошептала на выдохе, запрокинув голову назад.

– Пока нет.

Такая горячая, мокрая, соблазнительная…

– Ты не скажешь, – произнесла, будто сомневалась.

– Я не боюсь твоего отца, Роза… – шептал я ей в губы, пока мой палец размазывал влагу по нежнейшим складочкам ее лона. – Для меня он лишь очередное препятствие на пути.

Она сама того не замечая, стала двигаться мне навстречу, томно перебирая ногами.

Я едва мог сдержаться.

– И ты больше никогда не скажешь мне «нет»! – твердо повторил я, и принцесса издала сладостный стон.

Кровь закипела в венах, член болезненно заныл в штанах, желая вырваться наружу и взять эту девчонку прямо на столе.

Но я терпел, стараясь не потерять контроль.

– Да-а… – простонала она в ответ, закрыв глаза, и я решил подарить ей то удовлетворение, к которому так отчаянно стремилось ее тело.

Она должна была понять, что обманывать меня в моей же академии чревато последствиями.

Я вошел в нее двумя пальцами, ощутив чертовски приятную тесноту, а после чуть надавил на нужную точку, и Роза содрогнулась в моих руках, издавая громкий сладостный стон, какого я прежде никогда не слышал.

Черт, от таких игр я сам себя заводил в тупик.

Я не боялся императора и уж тем более младшего брата, но должен был спрятать ее от них, чтобы достичь своей цели.

– Подлец… – произнесла она, тяжело дыша, пока я с удовольствием разглядывал ее лицо перед собой.

Полуобнаженная, раскрасневшаяся, с растрёпанными волосами она выглядела великолепно.

– Как грубо, – наигранно возмутился я и резко потянул ее на себя, в результате чего девушка оказалась в моих объятиях. – Я лишь подтвердил твои ожидания.

Я убрал руки, и Роза посмотрела на меня помутненным взглядом синих глаз, в которых отражался целый спектр эмоций: смущение, удовлетворение, досада и…ненависть.

Думал, она заплачет, но на ее глаза не навернулось ни слезинки.

Не помню, чтобы еще кто-то так сильно возбуждал меня. Это запретное желание вперемешку с предвкушением разжигало бешеный интерес.

Надеюсь, она усвоила урок.

Девушка осторожно встала со стола, опираясь одной рукой о его край.

Я видел, как дрожали ее ноги, как она смущенно застегивала пуговицы на своей рубашке и поправляла юбку.

– Значит, договорились, – довольно произнес я, и она опустила голову, от чего длинные пряди волос упали на ее хрупкие плечики.

Я ждал обвинений, слез, истерики, чего угодно…

Но она подняла лицо, и я не увидел на нем никаких эмоций, словно все они были разом стерты.

Она молча наклонилась и, как ни в чем не бывало, собрала разбросанные листы с пола.

– Ваши документы, профессор, – сдержанно ответила она и положила их на стол, а после с невозмутимым видом вышла из моего кабинета, будто ничего не произошло.

Такого я не ожидал.

Розы невероятно нежные цветы, но у них очень острые шипы. Пожалуй, стоит об этом помнить.

3.

Я вышла в пустой коридор и остановилась у лестницы, схватившись за перила.

Кожа горела огнем. Я до сих пор ощущала на себе обжигающие прикосновения ректора.

То, что он делал со мной…Там, где касался…

Немыслимо!

Я ненавидела этого человека и боялась его одновременно. Он был именно таким, каким я его и представляла по рассказам отца.

Надменный, бесчестный, жестокий.

Габриэль Мейз смотрел в мои глаза, но при этом не испытывал ни малейшего раскаянья о том, что сделал несколько лет назад.

Как он мог? Нужно прийти в себя!

Я закрыла лицо руками и опустилась на ступени, чувствуя, как пылают щеки.

Во дворце я в совершенстве научилась скрывать свои эмоции, невзирая на плохое самочувствие или настроение, но сегодня сделать это оказалось вдвойне сложнее.

Эмоции накалились до предела, внутри все пылало и разрывалось на части от противоречивых чувств.

Я сбежала из дома, чтобы никому не принадлежать, но этот наемник присвоил меня себе и заставил дать опасное обещание…

Теперь я зависела от него, и это было ужасно.

Я никогда не прощу ему смерть любимого брата и уж тем более не стану играть по его правилам.

Выпрямившись, я сделала глубокий вдох и закрыла глаза, ощущая, как мана равномерным потоком циркулирует в воздухе у моего лица - элементарное заклинание, которым я пользовалась дома, чтобы сконцентрироваться и «не задохнуться» в стенах имперского дворца перед высшими чинами аристократии.

После смерти Линза трон должна была унаследовать я, и моя жизнь с шестнадцати лет превратилась в сущий ад.

Я не хотела вновь вспоминать то, от чего бежала, и потому порывисто поднялась на ноги, намереваясь вернуться в комнату. Захотелось немедленно смыть с себя прикосновения этого подонка, от которых до сих пор бросало в жар.

Быстро спустившись с лестницы, я направилась к выходу из главного корпуса, в котором проходили занятия, но неожиданно мне преградил путь один из старшекурсников.

– Так-так… – насмешливо произнес он, и я резко остановилась. – Какая миленькая первокурсница нам попалась!

Нам? Я оглянулась, заметив позади еще одного парня, который стоял у лестницы, засунув руки в карманы.

Почему они здесь? Лекции давно закончились.

Внезапно в нос ударил запах жженой травы, напоминающей чертополох, и я сразу все поняла.

– На территории академии запрещено курить… – произнесла укоризненно, и парень с белыми волосами стал угрожающе наступать.

– А ты у нас, значит, примерная ученица? – усмехнулся он и деловито сложил руки на груди.

Судя по их растрепанному виду, они уже давно здесь расслабляются.

– Я лишь студентка, которая не хочет быть отчислена, – попыталась оправдаться, сделав шаг назад, как вдруг уперлась спиной в грудь его друга.

– Не стоит так нервничать, красотка… – чужая рука легла мне на плечо, и я невольно вздрогнула. – Пойдем с нами, и мы научим тебя всему.

– Мне нужно идти…

– Отказ не принимается, – ответил парень напротив, подходя вплотную, и прежде, чем я успела что-то возразить, выдохнул мне в лицо кольцо дыма.

Я тут же закашлялась и отвернулась, но ледяные пальцы крепко схватили меня за подбородок и повернули мою голову обратно.

– Отворачиваться невежливо, – раздраженно произнес он, пока я стояла между ними, нервно сжимая кулаки.

Что делать?

Я закрыла глаза, ощущая, как дурман окутывает разум, придавая телу приятную легкость, от которой становилось хорошо.

– Ты пойдешь с нами, – произнес кто-то из них, и я бессильно пошатнулась.

Это плохо…

Очень плохо. Нужно как-то выбираться.

Вот только ноги не слушались!

Чертополох часто использовался в зельях и оказывал невероятно мощный обезболивающий эффект. Он притуплял реакцию и сильно опьянял, вот только на этих двух придурках его действие сказывалось слабо.

Я даже боялась представить, что они могут сделать со мной в таком состоянии.

– Помогите…

3.2

Голова закружилась. Перед глазами все поплыло.

Я чувствовала на себе твердые руки, что придерживали меня за талию, не позволяя упасть.

– Тебе понравится… – доносился шепот, пока я отчаянно пыталась прийти в себя.

– Оставьте ее, – раздался внезапно звонкий мелодичный голос и, распахнув глаза, я заметила у дверей невысокого парня.

Кажется, мы учились на одном факультете…

У него была нетипичная для этих мест внешность: узкий разрез глаз, чёрные короткие волосы, худощавое телосложение и крохотная сережка в ухе.

– Не лезь, мариец! – ответил кто-то из старшекурсников, озвучив его происхождение.

– Если не оставите ее… – вкрадчиво произнес Аян, встав вполоборота. – Я применю силу.

– И какую же? – послышался издевательский смех за моей спиной. – Марийское искусство крови?

Я обреченно выдохнула, прекрасно понимая, что ему не справиться с двумя накуренными старшекурсниками.

Разница в силе была слишком велика.

На первом курсе мы изучали основы владения маной и практиковались преобразовывать ее в материю, тогда как на третьем, к примеру, уже проводились магические поединки.

– Я не стану повторять, – предупредил «мой спаситель», и я взволнованно затаила дыхание.

Блондин вышел вперед, второй парень продолжал держать меня за талию сзади.

– Ты не ответил на вопрос, мариец… – угрожающе произнес он, и в его руке вспыхнуло пламя. – Применишь магию крови?

Старшекурсник сделал еще один шаг, а затем неожиданно схватился за голову и рухнул на колени.

– Да, – твёрдо ответил Аян, и я увидела, как мана голубым светом переливается на кончиках его пальцев.

Это тайное искусство марийцев…

Никогда прежде не видела его в действии!

Они знали, как управлять влагой в теле человека. Я зачарованно наблюдала, как его руки плавно двигаются в воздухе, сплетая незнакомое заклинание, причиняющее адскую боль.

– Хватит, прекрати… – завыл блондин, корчась на полу, и мариец развеял магию. – Забирай свою подружку и проваливайте отсюда!

Меня толкнули в спину, и я упала на пол, не удержавшись на ногах.

В ушах раздался противный звон, а голова закружилась так сильно, что мне пришлось зажмуриться.

– Ты в порядке? – произнёс Аян, оказавшись рядом, и я подняла голову и заглянула в его серые глаза.

Странно было видеть его таким…

На лекциях он всегда был тихим, спокойным и очень сдержанным. Узкий разрез его глаз и симпатичное лицо выдавали в нем марийское происхождение, что заставляло держаться от него на расстоянии.

Марийцев не любили, поскольку ошибочно считали их зачинщиками конфликта между магами и людьми, создавшими оружие и машины из металла.

Жестокая война бушевала много сотен лет, пока мой прадед и император того времени не пришли к общему соглашению, объединив природу стихий и интеллект людей. С тех пор уровень жизни возрос многократно, а население обеих сторон стало использовать и магию и механизмы во благо всему человечеству.

Вот только мир между природой и машинами был хрупок, и мой отец, переживая за его сохранность, вел очень лояльную политику.

Я размышляла об этом в тот момент, пока Аян рассматривал меня и что-то говорил…

– Роза? Роза, ты меня слышишь? – вновь повторил он, и я опомнилась, вернувшись в реальность.

– М-м?

– У тебя кровь, ты ударилась.

– Кровь? – я опустила растерянные глаза и посмотрела на свои ободранные коленки сквозь порванные чулки.

Я даже не почувствовала, как ушиблась, видимо, чертополох своим обезболивающим эффектом смягчил падение.

– Ничего страшного… – ответила туманно, а после шумно выдохнула и бессильно повалилась на его плечо.

3.3

Аян неподвижно сидел рядом, ожидая, пока я приду в себя.

– Думаю, тебе лучше не вставать, – задумчиво произнес он, и я устало закрыла глаза, чувствуя, как сильно клонит в сон. – Они курили чертополох, его эффект скоро закончится. Нужно подождать. Просто разговаривай со мной, чтобы не уснуть.

– Хорошо… – прошептала согласно, вслушиваясь в его ровный приятный голос. – Спасибо, что заступился. Я испугалась.

– Я тоже, – усмехнулся он, и я невольно улыбнулась. – Я не такой храбрый, как тебе могло показаться под дурманом.

– Ошибаешься… – возразила я, проговаривая все, что приходило на ум. – Храбрый не тот, кто ничего не боится… а тот, кто очень боится, но преодолевает свой страх.

Аян молчал какое-то время, видимо, размышляя над моими словами, которым я едва отдавала отчет.

– Мудро, – кратко ответил он, продолжая сидеть рядом.

– Так сказал мне брат, – произнесла, чувствуя, как боль от потери отзывается в сердце.

Кажется, эффект от дурмана заканчивается.

– Я бы хотел с ним познакомиться.

Я взглянула на него, не проронив ни слова, поскольку до сих пор не могла оправиться от смерти Линза. В тот день я лишилась не только любимого брата, с которым была неразлучна, но и спокойной жизни.

Моя роль была предназначена ему. Он должен был унаследовать престол, а не я.

Линз интересовался политикой, жизнью обычных людей. Он частенько тайком пробирался в самые отдаленные районы империи, пока в один из дней просто не вернулся. И все из-за него, из-за Габриэля Мейза…

Он отнял его у меня, у империи.

Будь он проклят!

Я отвернулась, пытаясь не поддаваться эмоциям. Нужно срочно сменить тему.

– Знаешь, перед поступлением в Эденгард мне говорили, что здесь очень жестокие и суровые правила, – я замолчала на мгновение, вглядываясь в свои руки. – Но оказалось все иначе.

– Да, – мрачно подтвердил Аян. – Все так и было, пока ректором не стал Габриэль Мейз.

– Кажется, ему наплевать на всех, кроме себя самого… – произнесла задумчиво, и Аян вдруг укоризненно посмотрел на меня, словно я не знала, о чем говорила.

– Ты не права.

– Что?

– Знаешь, Габриэль спас меня когда-то от таких же придурков. Они выжигали на моей спине грязные ругательства и всячески издевались. Мейз защитил меня, а их жестоко наказал, преподав всем урок.

Я смотрела на Аяна во все глаза. Он так спокойно об этом говорил, в то время как у меня мурашки бегали по коже.

– Но ты ведь можешь за себя постоять… – удивилась я. – Ты владеешь искусством крови!