Измена... С чистого холста!

Прежняя я постаралась бы его успокоить — заботливо положила бы ладонь на его руку.

Теперь же я просто отвела глаза.

Он волнуется? С чего бы? Боится, что я что-нибудь выкину?

Но я хочу только одного — поскорее развестись.

— Ты уверена? — неожиданно спросил Вадим. Голос ровный, подчеркнуто равнодушный. — Подумай ещё раз. Подписывая это, ты отказываешься от всего.

Я поставила подпись. Один росчерк — и десять лет нашей жизни превратились в пыль.

Вадим криво усмехнулся, откинувшись на спинку стула:

— Дура. Ты могла бы остаться в доме. Получить хорошие деньги. Всё по справедливости.

— Они тебе еще пригодятся, — я поставила еще одну подпись и еще одну.

— А ты?

— Обо мне не беспокойся. Я сама разберусь.

Он наклонился ко мне чуть ближе:

— Ты пожалеешь, Лиза. Мир жесток к таким, как ты.

— Ваше мороженое, — к нашему столику подошел молоденький официант, который до этого флиртовал со мной, принимая заказ.

Я подняла голову, приветливо улыбнулась, принимая из его рук креманку.

— Благодарю!

— Что-нибудь ещё? — парень склонился ко мне, прикидываясь услужливым, но взгляд его скользнул в зону декольте.

Рука Вадима сжалась в кулак. Челюсть дернулась.

— Нам больше ничего не нужно! — рявкнул он. — Отойдите! У нас тут важный разговор!

Мне едва удалось сдержать смех. У моего бывшего мужа определенно расшатаны нервы.

Но мне было все равно. Я взяла ложку и зачерпнула мороженое. Сладкий сливочный вкус взорвался во рту. Я не ела мороженое много лет.

— Мммм, — я не смогла сдержать в себе стон удовольствия. — Изумительное! Спасибо вам! — я обратилась к официанту, и он с улыбкой отошел.

— Надо было встретиться в банке, в моем кабинете, — недовольно прошипел муж. — У нас там и переговорная есть… Но тебе, видимо, больше нравится трясти сиськами перед официантами!

Теперь я уже откровенно смеялась. Раньше я и не знала, как приятно бывает его бесить.

Вадим снова смотрел на меня — с глухой яростью, в которой путались злость, обида и потаенное желание. Наверное, он думал, что на встрече со мной его ждут мольбы, слезы, истерики. Попытки удержать или припугнуть.

Но вместо этого — я ложками ела мороженое, позволяла волосам виться и дышала полной грудью.

— Ты ведь понимаешь, что могла бы получить больше, — сказал он, с трудом сохраняя самообладание. — Дом, машину, половину счетов. Все, что тебе нужно…

Я подняла на него спокойный взгляд:

— Мне ничего от тебя не нужно.

Он напрягся. Потом с кривой усмешкой бросил:

— И в какой халупе ты теперь живёшь?

— Неважно, — я снова вернулась к документам и продолжила методично и спокойно их подписывать.

— Мама сказала, что ты так и останешься одна… Старой девой. Будешь жить с кошками… — мстительно прошептал Вадим.

— Как она угадала? — наигранно удивилась. — Я как раз собиралась завести одну!

Вадим замер. Он смотрел на меня, и в его глазах вспыхивало что-то злое. Он видел, что я полностью вышла из-под его контроля, и захлебывался в бессильной ярости.

К тому же он не никак мог понять, почему так вышло, что это я бросила его. Он же так мучился, раздумывая как избавиться от старой, надоевшей жены, а она сама ушла. Отказалась от всех его денег, подарков, имущества… Немыслимо!

— Дура, — выдохнул он негромко.

— Возможно.

Он встал так резко, что задел стол.

— Удачи тебе, — и направился к выходу.

— А как же документы? — крикнула я ему вслед.

— Подпишешь и отдашь потом! — Вадим уже выбежал на улицу.

А я снова взялась за мороженое, наслаждаясь каждой каплей.

Сегодня передо мной открывалась новая жизнь.

И я пока даже не догадывалась о том, какую она готовит для меня встречу.

Глава 6

Здание школы, где мне предстояло работать, выглядело как бутиковый отель — светлый фасад, охрана у входа, стеклянные двери. Здесь учились дети элиты, очень богатых и влиятельных людей.

С моим опытом работы мне бы не светила здесь даже должность уборщицы, но Лена уверяла, что меня обязательно возьмут, потому что она уже замолвила за меня словечко.

Лена была моей единственной подругой, оставшейся со студенческих времен. Все остальные исчезли почти сразу после моего замужества. Случилось это исключительно по желанию Вадима.

Он считал, что мне стоит общаться только с "нужными" людьми. А нужные — это его коллеги по работе и их жёны. Скучные, бесцветные, залитые ботоксом, с одинаковыми прилизанными прическами. У которых из интересов только модные диеты, спортзал и трата денег мужа в столичных бутиках. Ну и, конечно, производство наследников…

Лена не понравилась Вадиму сразу же, когда он еще был моим женихом. Слишком свободная. Слишком резкая. Слишком настоящая.

И от этого я любила её ещё больше. Она была той, кем я могла бы стать, если бы не угодила в двадцать лет в золотую клетку.

Пока я гладила рубашки мужу и улыбалась на светских приемах, Лена очень много работала. Сейчас она была завучем в элитной школе и матерью прекрасной девочки. Я благодарила вселенную за то, что мы не потеряли связь за столько лет, иначе мне попросту не к кому было бы обратиться за помощью. Именно Лена приютила меня — на диване в своей гостиной, среди бардака, книжных стопок и дочкиных игрушек.

Я вышла к заднему крылу школы и сразу заметила знакомый силуэт — Лена курила, спрятавшись за углом. Она всегда пряталась — "не по статусу завучу дымить у входа", как она сама говорила, но бросить не могла. Работа слишком нервная.

— Эй, — позвала я, подходя ближе. В руках у меня были огромные папки с документами по разводу и два стаканчика кофе. Один я протянула подруге.

— Можно тебя поздравить? — Лена кивнула на бумаги. — Ты теперь свободная дама?

Сама она была из тех женщин, что не гнутся под ударами жизни — только становятся сильней. Её собственный развод был бурей, после которой она стала только крепче стоять на ногах. Кроме того, ей удалось отсудить неплохую недвижимость. Именно поэтому она осуждала мое решение не претендовать ни на что.

— Еще нет, — я улыбнулась, пытаясь отыскать среди документов свою папку с рисунками. Свое портфолио. — Но уже скоро.

— Все равно надо сегодня отметить, — заявила подруга. — Мне очень нужно выпить бокальчик просекко, а без повода я не могу.

Я согласна кивнула. Бокал просекко и мне бы не помешал. Много лет я избегала алкоголя, даже на светских раутах выбирала сок, потому что постоянно находилась в стадии планирования ребенка.

Теперь можно было ни в чем себя не ограничивать.

— Дай и мне сигаретку! — вдруг неожиданно даже для самой себя попросила я.

— Нервничаешь? — Лена протянула одну.

— Немного…

— Еще бы, столько лет дома просидеть, — подруга неодобрительно покачала головой.

Я кивнула. Внутри всё сжималось от тревоги. После всех этих лет молчаливой жизни в золотой клетке я казалась себе чужой в этом новом, большом мире.

— Ты справишься, — спокойно добавила Лена. — Это всего лишь продлёнка. Детей нужно чем-нибудь занять, и ты с ними немного порисуешь.

Я закурила и на секунду перенеслась в прошлое. Мы с Леной, двадцатилетние, сидим за университетом на бордюре, курим дешёвые сигареты и мечтаем, как будем "делать мир красивее".

Сейчас я не мечтала изменить мир. Я просто хотела снова стать собой. Без диет, без графиков овуляции, без страха перед алкоголем.

— Я сегодня тоже на взводе, — призналась вдруг Лена, затягиваясь. — В школу приехал наш меценат. Глава родительского комитета, главный спонсор… Все должно быть идеально.

— Может, мне тогда лучше в другой день прийти? — забеспокоилась я, мысленно глядя на себя со стороны: непослушные волосы, уложенные беспорядочным кудрявым облаком, дешёвое платье, запах сигарет — не очень-то «идеально».

— Ерунда, — отмахнулась Лена. — Быстренько покажешься заместителю по учебной части и всё. Спонсор с директором — в другой части здания. Ты его даже не увидишь.

Я кивнула, сделала ещё один глоток кофе, собираясь с силами, и мы направились в школу.

Все в ней было необычно — коридоры светлые, просторные, дети не бегают, как сумасшедшие, а ходят стройными рядами, вежливо улыбаясь.

Я шла, чувствуя, как с каждым шагом нарастает волнение.

— Погоди, я на секундочку, — Лена юркнула в один из классов и оставила меня одну.

Я прошла дальше, чтобы не мешать толпящимся возле кабинета детям. Попыталась сосредоточиться на том, что буду говорить замдиректору. Ученики все прибывали, я отступила еще дальше, прошла в самый угол. Всё казалось под контролем, пока в один момент я не попыталась пройти туда, где, как оказалось, была… прозрачная дверь.

Я врезалась в неё лбом, громко стукнулась и отшатнулась назад. Кофе в руке дрогнул, и содержимое смачно вылилось вперёд — прямо на человека с другой стороны, который секундой ранее открыл дверь.

Он посмотрел на меня. Посмотрел на мокрое пятно на груди своего костюма.

Сначала в глазах мелькнуло раздражение, потом узнавание, а потом…

— Лиза... Да вы мастер неожиданных появлений!

Вот уж кого я ожидала увидеть здесь меньше всего!

Тот самый мужчина. Темные волосы. Упрямый подбородок. Лёгкая улыбка в уголках губ.

Я рыдала в его объятиях под колесами его автомобиля, а теперь вылила на него кофе в такой важный для меня день.

Я достала салфетки и промямлила что-то вроде:

— Простите, пожалуйста… Я просто не увидела дверь, она такая... Чистая. Вот, возьмите!

— Это моё фирменное умение — появляться в вашей жизни в самые неподходящие моменты, — отозвался он. — В своих лучших костюмах, которые после наших встреч всегда бывают безнадежно испорчены.

Я не знала, куда деваться от неловкости. Мне хотелось провалиться сквозь землю.

Сзади послышались шаги — Лена почти бежала по коридору.

— О, я вижу, вы уже познакомились, — она нервно усмехнулась. — Лиза, давайте я представлю вас официально. Это Руслан Волков. Наш главный благотворитель и меценат. Его дочка учится в том классе, у которого ты будешь вести рисование.

Глава 7

Тот самый спонсор и меценат, для которого всё должно быть идеально.

То есть человек, который может пожаловаться директору — и моё трудоустройство накроется ещё до того, как начнётся.

— Я... Я не знала, что вы... это вы… — пробормотала я, всё ещё размазывая кофе по его пиджаку.

— Так это вы будете вести на продленке кружок рисования? — спросил Руслан.

— Да, — коротко ответила я, прижимая к себе папку с рисунками.

Он снова медленно оглядел меня — раскрасневшиеся щёки, легкое платье, сквозь которое угадывалась грудь, взлохмаченные кудри — и добавил:

— Смелый выбор для учителя начальных классов.

Вот оно. Сейчас начнётся. Ищет причин, чтобы избавиться от меня. «Внешний вид не соответствует должности». «Плохо влияет на детей». И я останусь без работы. Без денег. Без возможности построить новую жизнь.

— Если вас что-то не устраивает, — выдавила я, — вы можете прямо сказать об этом. Я сама уйду.

Руслан вскинул бровь.

— Спокойно, Лиза, — Лена, которое до этого в замешательстве молча наблюдала за нашей перепалкой, поспешила вмешаться. — Руслан Эдуардович любит поддразнить новичков. Но на деле он за свободу творчества.

— Да, я за свободу, — согласился Руслан. — Но у нас тут консервативное заведение. И еще кое-что... У новых учительниц тут обычно просят справку от психиатра. Или у вас особая квота?

Я покраснела. Мало того, что и так нахожусь в неудобном положении, так он еще смеет напоминать мне о нашей ужасной первой встрече. О моем нервном срыве, о безобразной истерике.

Щёки вспыхнули. Хотелось закрыть лицо папкой.

Но вместо этого я гордо подняла голову. Какая разница? Мне нечего терять, потому что у меня пока абсолютно ничего.

— Справки у меня нет, — я улыбнулась. — А у вас? Я беспокоюсь, вдруг у вас нервный срыв из-за пятен.

Краем глаза я заметила, что глаза у Лены испуганно расширились.

Руслан едва заметно фыркнул. Кажется, ему понравился мой ответ.

В этот момент показалась директор. Кажется, она сразу догадалась о том, что тут произошло. Медленно, почти драматично, она перевела взгляд на меня — оценивающий, с оттенком осуждения. Брови её чуть приподнялись, как будто она уже готовила выговор за внешний вид и неподобающее поведение.

Я внутренне сжалась, приготовившись услышать что-то вроде: «Вы не подойдёте нашему учреждению».

Но тут я услышала голос Руслана. Спокойный, уверенный тон, которому невозможно возразить.

— Мы просто обязаны нанять эту женщину, — заявил он. — Желательно сразу, до того, как её переманит какая-нибудь другая школа. Поверьте, талант не стоит держать в стороне.

Директриса молчала, но её губы сжались в одну тоненькую ниточку.

— Я бы предложил вам выпить кофе, — Руслан обратился ко мне. — Раз уж этот достался моему пиджаку. Но у меня через пять минут важная встреча. Может быть, в другой раз.

— У меня тоже важная встреча, — заявила я. — И вряд ли случится этот другой раз…

Лена схватила меня за руку и потащила к кабинету:

— Извините, она просто очень нервничает, — заявила она Руслану и тут же зашипела на меня: — Ты головой поехала?

Я пошла вслед за подругой, чувствуя спиной его взгляд. И странное тепло, пробежавшее по коже.

Мне хотелось провалиться сквозь землю от неловкости и одновременно с этим — рассмеяться.

В квартире Лены пахло мандаринами и сладким шампунем — она только что уложила дочку спать и теперь сидела рядом со мной на диване.

Перед нами — два бокала шампанского. Мы отмечаем мой «почти развод» и то, что меня не выгнали из школы за то, что я вылила кофе на дорогущий костюм главного мецената.

— Ты мне расскажешь все-таки, откуда вы с Русланом знакомы? — допытывалась Лена.

— Мы не знакомы. То есть... Не были. Просто случайно один раз пересеклись.

— Случайно? И сегодня случайно второй раз? — Лена приподняла бровь. — Выглядит так, словно судьба намекает вам, что это не просто "случайность".

— Да брось ты, — отмахнулась я. — Просто неловкая ситуация.

— Так как вы встретились?

Я прикусила губу, на секунду задумавшись.

— Он чуть не сбил меня. У клиники. В тот день, когда я узнала про Вадима… А потом я немного поревела. У него на груди.

— Так вот к чему он упомянул психиатра… — хмыкнула подруга. — Он, кстати, действительно тебе бы не помешал.

Я промолчала, а Лена тут же добавила :

— Ладно, хоть ты и не спрашиваешь, но я всё равно скажу. Он разведён. У них с женой было очень громкое расставание, подробностей не расскажу, потому что не знаю... Потом он пропал из поля зрения месяца на три. А когда вернулся, стал ещё богаче. Ну и... красивее, что ли. Кажется, с тех пор он и одинок. Штурмующих его сердце было немало, но он оставался неприступен.

Я слушала, делая вид, что мне это просто любопытно. Но в какой-то момент заметила, что мои щеки горят так, будто я простояла полчаса под солнцем.

Лена, конечно, это тоже заметила.

— Ты чего такая розовая? — усмехнулась она. — Шампанское ударило?

— Да... Я просто уже отвыкла от... пузырьков.

Она фыркнула.

— Ага. И это никак не связано с Русланом...

Я хмыкнула, притворяясь возмущенной, но правда в том, что у меня перед глазами действительно всё ещё стояла его насмешливая улыбка и темные, горящие внутренним огнем глаза. Я будто снова слышала его хриплый смешок за спиной и фразу:

Мы просто обязаны нанять эту женщину.

И сердце — странным, предательским образом — билось чуть быстрее. Оно уже ждало нашей новой встречи. И что-то внутри подсказывало мне, что она случится уже очень скоро.

Глава 8

Здание банка возвышалось передо мной, стеклянное и бездушное, наполненное снующими людьми в одинаковых костюмах.

— Сегодня все закончится, — прошептала я сама себе и решительно толкнула тяжёлую стеклянную дверь.

Банк, в котором работал Вадим, был похож на него. Такой же стерильный, холодный, безукоризненно отлаженный. Я была здесь много раз, но каждый раз как в первый — эта корпоративная громадина внушала мне трепет и уважение.

— Добрый день. Мне к Вадиму Изосимову.

Девушка на ресепшене смерила меня равнодушным взглядом и натянуто улыбнулась. Узнала, но теперь со мной можно было не любезничать.

— Он вас ждёт, — прозвучало холодно.

Как будто я не бывшая жена, а доставщик пиццы. Хотя, возможно, доставщику здесь улыбнулись бы теплее.

Вадим встретил меня у своего кабинета. Взгляд беглый, напряженный. Губы поджаты, под глазами залегли тени, на лбу широкие морщины. Мне даже показалось, что он немного постарел.

— Много работы? — осторожно поинтересовалась я. В голосе мелькнуло сочувствие.

— Подписала? — коротко спросил Вадим, не удосужившись поздороваться или хотя бы ответить на вопрос.

Я протянула папку. Он даже не посмотрел внутрь.

— Я передам своему адвокату. Спасибо, что принесла. Можешь идти.

— Хмм... Я тоже рада тебя видеть.

— Лиза, давай не будем затягивать, — произнес он раздраженно. — У меня совещание. И просто куча дел…

Я кивнула.

— Конечно. У тебя ведь теперь новая семья. Нужна серьезная подготовка.

Он мгновенно изменился в лице.

— Откуда ты знаешь, черт побери…

За моей спиной вдруг раздался знакомый голос.

— Опять вы?

Я обернулась.

Руслан. В новом идеально сидящем костюме и с выражением искреннего изумления на лице.

— Да вы издеваетесь? — вырвалось у меня. Третий раз. Это уже не совпадение — это какая-то извращенная карма.

Он рассмеялся, подошёл ближе.

— Преследуете меня, Лиза?

— Конечно. Установила жучок под капот вашей машины. Ещё в первый раз, когда вы меня чуть не сбили, — парировала я, пытаясь скрыть смущение.

Он вдруг взял меня за руку. Легко и непринуждённо. Это был не просто жест. Это был — контакт. Живой, теплый.

— Теперь вы не отвертитесь, — сказал он, глядя прямо мне в глаза. — Я должен вам кофе. Обещал. А я всегда держу обещания.

В этот момент я почувствовала на себе взгляд Вадима. Он застыл, уставившись на руку Руслана на моей руке, как будто не верил своим глазам, что это действительно происходит.

— Простите, — вмешался он. Голос был странно визглив. — Вы... знакомы?

— Ещё как, — ответил Руслан с такой лёгкой ироничной теплотой, будто речь шла о старой подруге. — Я благодарен судьбе за каждую нашу встречу. Они все были такими… Яркими.

Пауза.

— Я супруг Лизы, — заявил вдруг Вадим. Его глаза за стеклами очков странно поблескивали.

— Уже нет, — уточнила я. — Сегодня подписали последние бумаги.

Наверное, не стоило посвящать Руслана в тонкости нашего бракоразводного процесса, но я не могла удержаться. Зачем отрицать — было приятно видеть, как Вадим бесится. Я еле сдержала улыбку.

Да и с чего вдруг Вадим вообще назвал себя моим мужем? Он перестал им быть в тот момент, когда залез на нашего репродуктолога.

— Да, документы подписаны, но с юридической точки зрения я все еще являюсь ее супругом, — вкрадчиво произнес Вадим. Я узнала этот тон — за ним скрывалась глухая ярость.

— Мы всего лишь определись с имущественными претензиями друг к другу, — добавил он.

— Вот как? — Руслан усмехнулся. Происходящее, казалось, его забавляло. — И какие же у вас претензии?

— Никаких, — я широко улыбнулась. — Я отказалась от всего.

— Ого, да вам повезло, мой друг, — Руслан похлопал Вадима по плечу. Тот нахмурился. — Бескорыстных женщин в наши времена уже не сыскать.

Я почувствовала, как воздух в коридоре сгустился. Накопилась критическая масса напряжения.

— Хорошо, что у вас нет претензий друг к другу, — продолжил Руслан и обратился ко мне. — В таком случае, я тем более настаиваю на кофе.

— Она уже уходит, — заявил Вадим.

— А теперь может задержатся, — парировал Руслан.

Я смотрела на обоих, удивленная тем, что они вели себя по-мальчишески. Вроде взрослые люди, в банке, в дорогих костюмах…

Но как же сладко видеть, как бывший ревнует! Вадим не в силах ничего мне запретить. Он потерял это право и теперь сам от этого бесится.