Второй шанс для Валентины

— Нет.

Тишина легла между нами.

— Ты очень изменилась после этого, — добавила она. — Стала… другой.

Я горько усмехнулась про себя. О да, я изменилась. Если бы ты знала, насколько…

— Милая, мне пора. Я не рассчитывала, что задержусь настолько и не предупредила родных.

— Да, конечно. Извини, что припахала.

— “Припахала”? — она усмехнулась. — Ты всегда можешь рассчитывать на меня. Я могу прийти завтра.

— Спасибо.

— И ещё, — окликнула меня Лора уже на пороге. — Ты вела записи.

— Записи?

— Да. Когда начала осознавать свои провалы в памяти, стала записывать всё самое важное. Поищи в своих тетрадках. Ну до завтра. Пока!

— Пока… — проговорила я растерянно, а потом подошла к прилавку.

Солнце уже клонилось к вечеру. Аптека наполнилась длинными тенями. Я стояла за прилавком, глядя на полки.

Склянки. Тетради с записями лекарств. Что ж, первичный учёт мы ввели. Завтра осталось только рассортировать все по группам и навести порядок на полках.

Но где те самые тетради с записями, о которых говорила Лора? Открываю все ящички подряд. И на дне самого нижнего нахожу неприметную тетрадь в коричневой обложке. Кажется, её я раньше не замечала.

Бумага была плотной, пожелтевшей. Почерк — мелкий. Неровный.

Я перелистывала страницу за страницей.

Названия. Рецепты. Пометки.

Иногда — просто отдельные слова.

"Сегодня он снова приходил."

"Я сказала, что у меня нет."

"Он не поверил."

Я нахмурилась.

Кто — он?

Перевернула ещё страницу.

И замерла. Потому что эта запись отличалась от других.

Она была написана крупными буквами и подчеркнута парой черт.

Будто писали в спешке или в страхе.

"Не доверяй ему!!!"

Ни имени. Ни объяснений. Просто эта фраза.

Я перечитала её снова. Ещё и ещё раз.

Кому — ему? Картеру?

Я медленно перелистнула страницу.

“Сегодня снова заходил Адриан”.

Пальцы сами собой сжали край страницы. Сердце забилось быстрее. Значит они, то есть мы, уже были знакомы. Но он вёл себя слишком странно для знакомого.

Будто держал дистанцию. Он знал о долге. Предложил помощь в поставках. И появился слишком вовремя.

Совпадение?

Я медленно выдохнула и закрыла тетрадь.

— Во что же ты ввязалась, девочка… — прошептала я. И тут же поправила себя: — Во что же я ввязалась.

Глава 6

Утро началось с тишины.

Не той тревожной, что давила на уши сразу после пробуждения в прошлой жизни, а умиротворяющей. Теперь по утрам я чувствовала себя полной энергии, живой.

Где-то скрипнула дверь внизу — Лора, наверное, уже возится в аптеке. С улицы донёсся глухой стук колёс по мостовой. Я лежала и смотрела в потолок.

Рука сама потянулась к карману вчерашнего платья, что висело на стуле. Внутри лежал свёрнутый вчетверо листок, который я выдернула из тетради накануне. Я не стала его доставать — и так помнила каждую букву.
«Не доверяй ему!!!»
Три восклицательных знака, две подчёркивающие черты. Женщина, которая это писала, кого-то очень боялась. И знала то, чего не знаю я.

Я села на кровати. Вчера вечером мне было спокойно впервые с момента, как я попала сюда. Спокойно, потому что он был рядом.

— Дура старая, — шепнула вслух и фыркнула сама на себя. — Размякла. Тебе не семнадцать, чтобы на красивые глаза вестись. Хотя… — я посмотрела на свои тонкие руки, на гладкую кожу, — телу-то как раз двадцать три. А телу, Валя, всё равно. Телу он нравится, иначе бы оно так не реагировало.

Вздохнув, я поднялась с крвоати и достала из шкафа другое платье, надела, вынула записку из вчерашнего платья и сунула её в карман нового — пусть будет при мне немым напоминанием о том, что никому тут нельзя верить на слово.

В аптеке пахло травами и пылью. Лора уже расставляла склянки.
— Рано ты сегодня, — сказала я.
— Дел много, — она улыбнулась как-то натянуто. — Ты как? Выспалась?
— Выспишься тут, — буркнула я и сразу пожалела: Лора не виновата, что у меня в голове каша. Но она только кивнула и отвернулась к полкам.

Я взялась за травы. Простые понятные действия всегда успокаивали меня. Пучок ромашки — влево, мяту — на верхнюю полку. Руки помнили то, что голова ещё не выучила. Хорошо. Значит, не пропаду.

Дверь открылась. Я вздрогнула. Внутри что-то замерло ещё до того, как я обернулась. Кажется, от его появления даже сам воздух в аптеке будто переменился.
Адриан стоял на пороге. И снова ждал, не решаясь войти без спроса. Он снова был одет просто, в тёмные хлопковые брюки и льняную рубашку, на которой закатал рукава.

— Доброе утро.
Я кивнула. Рука машинально прижалась к карману. Бумага там, на месте.
— Доброе. Проходите.

Когда он вошёл, запахло свежей древесиной. Только тогда я увидела, что в руках Адриан держал стопку досок.

— Я заметил в прошлый раз, что полка у окна шатается. Укрепить надо, а то упадёт и все банки перебьются.
Он говорил спокойно, по-деловому. Смотрел на полку, а не на меня.
— Спасибо, — я лишь кивнула в ответ и отошла

Он улыбнулся уголками губ — и принялся за работу. Я отошла к прилавку, делая вид, что перебираю бумаги. А сама посмотрела на него украдкой.

Спокойные уверенные движения. Его руки сильные, с доской он работает бережно, заботливо, будто она живая.

Интересно, — подумала я, — откуда в нём это? Он не похож на столяра. Скорее всего, занимается работой по дому, всё чинит сам. Интересно, чем он занимается в свободное от посещения аптеки время? Он говорил, что занимается закупками. Купец, получается. А, может, у него своя лавка. Надо бы поинересоваться как-нибудь между делом.

— Простите, у меня сегодня много дел, — Лора кинула на меня многозначительный взгляд. — Я пойду, милая. Забегу ещё позже.

— Хорошая у тебя помощница, — проговорил вдруг Адриан, не оборачиваясь.
— Хорошая, — согласилась я.

Он прибивал доску, и каждый удар молотка отдавался где-то в груди. Странно. Я не привыкла к такому. После смерти мужа я привычка справляться со всем сама. Да и он не отличался такой заботой.

Я поймала себя на том, что смотрю на спину Адриана. На то, как двигаются лопатки под рубашкой. И одёрнула себя:
Валя, очнись. Ты в чужом теле, в чужом мире, у тебя долги, бывший муж-мошенник и записка с угрозой в кармане. А ты на мужика засматриваешься, как девка на выданье.

— Ты хорошо спала? — спросил он, не оборачиваясь.
Простой вопрос. Слишком простой для всего, что происходит.
Я помедлила.
— Поспишь тут с вами, — буркнула себе под нос.
— Что?
— Хорошо, — сказала громче. — Спала хорошо.

Он обернулся, и я поймала его взгляд. Слишком внимательный. Будто он не просто спрашивает, а проверяет.
— Ты выглядишь… иначе, — сказал он.
— В смысле?
— Стала спокойнее, что ли. Раньше ты всё время будто ждала удара.

Раньше. Он знал её раньше.
Я сжала пальцы под прилавком.
— Жизнь налаживается, — постаралась я произнести как можно беззаботнее.
— Хорошо, если так, — кивнул он и снова повернулся к полке.

Я перевела дух и отвернулась к полкам в лекарствами. Нужно подписать каждый бутылёк.

Увлёкшись этим занятием, я не сразу заметила, куда он смотрит.
Тетрадь.
Та самая, с коричневой обложкой. Вчера, вырвав из неё листок, я оставила её лежать на прилавке рядом с остальными бумагами, которые хотел перебрать с утра.

И сейчас она лежала, раскрытая на странице с записями прежней Тины.
Адриан закончил с доской и шагнул к прилавку. Может, искал тряпку, чтобы смахнуть древесную стружку.

Он посмотрел на стопку бумаг. На саму тетрадь. На секунду — всего на секунду — он задержал на ней взгляд.

Забыв, как дышать, я быстро подошла к прилавку и захлопнула тетрадь, положил сверху руку. Адриан он перевёл глаза на меня.

— Можно пока оставить инструмент здесь? Я завтра заберу, если позволишь.
— Конечно, — голос не дрогнул.
Он кивнул и протянул руку за молотком, чтобы убрать его в ящик с инструментами. Но когда он тянулся, его пальцы скользнули по моей руке, которая лежала на прилавке. Совсем легко. Будто случайно.
Но я отдёрнула руку так резко, будто обожглась. Он замер. Посмотрел на меня. Потом на мою руку, которую я уже спрятала под прилавок.