Вкус ветра

Фарьяд

Вкус ветра

I глава. Ветер со вкусом мёда

- А ты знала, что мёд бывает горьким, - Хиир пыталась надавить на жалость, хотя в глазах так и плескались озорные искорки, – хотела сладкого, а оно вон - совсем не сладкое, а и вовсе горькое! – чуть не плакала проказница, при этом без малейшего зазрения срвести и вполне неприкрыто слизывая остатки сладости с круглых пальчиков.

Женщина засмеялась.

- Опять без разрешения лазила на чердак? – произнесла она, приподнимая раздосадованное, но оттого не менее милое лицо её хорошенькой дочери. Та исподлобья посмотрела в глаза матери. – Потому что всё хорошо в меру, и даже сладкое может показаться горьким, если употреблять его в неразумных порциях, - в ответ на это она получила удивлённое выражение увеличившихся детских глазок. – И вообще, если будешь вот так брать без разрешения взрослых, то всё будет не таким, как хотелось бы. Благословение старших необходимо, дочка, - погладила она розовую щёчку.

- То есть, если я ещё захочу мёда, но не спрошу разрешения - он снова будет горьким? – спросила она неожиданно звонким голосом.

- Да, - улыбнулась мать, думая про себя, что так по крайней мере, она сможет контролировать количество съеденного.

- А если возьму с разрешения, то обратно будет сладким? – снова уточняла Хиир, забавно наклонив голову.

- Да, - забавный анализ дочери рассмешил её, хоть такое и не впервые происходило, - совершенно верно. Значит, ты всё поняла.

- Тогда я сейчас прошу: можно мёд, мамочка?

- Нет, сейчас нельзя, скоро придут гости, и мы вместе будем обедать. Не порть аппетит ещё больше.

- А что за гости? – весело запрыгала девочка.

- Скоро увидишь, а пока иди вымой лицо и руки, а то они у тебя липкие, люди скажут, такая красивая и такая неопрятная, – окинула девочку укоризненным взглядом. Маленькая Хиир мигом помчалась к колодцу.

- А кто это у нас бежит? - весело сказал отец, перехватывая бежавшую через двор девицу в подмышку, - Кто, а? Кто? - говорил он, кружась вместе с ней.

- Пусти, - задыхаясь, смеялась она, - пусти! Па-а-а-а-а-а-ап!... вот-вот придут гости и скажут, какая я «неопрятная-я-яя-я»… - фыркала, тщетно пытаясь вырваться из сильных рук отца.

- Гости?... – приостановился мужчина и решив не напрягать дочь, перевёл тему, - пусть только попробуют так сказать про мою девочку, и они увидят!!!

- Тогда, пусти! Мне нужно умыться… - умоляюще завизжала Хиир. Наконец, вырвавшись из объятий папочки, она возобновила свой кросс в направлении к колодцу – спасению от статуса быть «неопрятной».

- Мадхави?

- Да, Прэйтап Джи.

- Они, всё-таки, придут? Хиир только что сказала- … мужчина был мрачен. Не зная, как подобрать слова, он смог только произнести, - после всего… как?

- Дорогой, - подошла женщина, утешающим жестом положив руку мужу на плечо, - забудь, отпусти… оно уже прошло. Всё проходит.

Прэйтап лишь тяжко вздохнул и кивнул, тем самым, обещая, что не будет тревожиться из-за визита «долгожданных гостей».

***

За столом было тихо.

Неловко тихо.

Звон посуды был едва ли не единственным звуком, нарушавшим царившее безмолвие.

- Хиир, дочка, - заговорила Мадхави, - сходите с Нилам и Ранджой, погуляйте около дома, поиграйте.

- Хорошо, мамочка, - девочка очевидно весьма охотно согласилась. Мадхави, отлично знавшая нрав дочери и её неисправимое упрямство, многозначительно покосилась. Девочка же, поняв, что своим «послушным» поведением может ненароком выдать свои «планы», опустилась обратно на свою подушку. - Будь умничкой, - улыбалась Мадхави, одобряя чуткость и проницательность дочери. Последняя благодарно улыбнулась, вскочила и схватив мальчика и сестру, выбежала во двор. Сестры стали выносить из дома все имеющиеся куклы, различные тряпочки, которые были «сменной одеждой» их игрушек, но к величайшему огорчению Хиир, мальчик и словом не обмолвился, стоя опустив руки и с полнейшим безразличием смотря на всё происходящее.

- Ты что - говорить не можешь? Чего молчишь? – воскликнула Хиир.

Ранджа скрестил руки на груди и продолжал просто смотреть. - Э-эй, я тебя спрашиваю!!! - размахивала она руками.

- А что я должен сказать? Она заулыбалась: ответил, значит, принимает участие. - Скажи, что тебе нравятся мои куклы!

- Я тебе что, девочка, чтобы увлекаться куклами?!

- А это? – схватила потрёпанную игрушку, напоминавшую какого-то зверька.

- Мне игрушки неинтересны. – ответил он с расстановкой.

- Ладно! У меня куча цветных камешков - поиграем…!

- Я не хочу играть. – ответил Ранджа, явно теряя терпение. Девочка фыркнула.

- Любишь мёд? – резко спросила она, пристально глядя на гостя, тем временем в своей маленькой голове тотчас продумывая все шаги к исполнению затеи… И не дожидаясь слишком затянувшегося ответа, вцепилась в его рукав и нетерпеливо потащила его на чердак. Уж от этого он не посмеет отказаться…

- Вот, смотри, мне сказали, что если я возьму без разрешения, то мёд будет горький – поэтому бери ты! Мальчик недоумённо смотрел на неё.

- Ты ненормальная, что ли?

- Хиир, давай быстрее, кажется, кто-то идёт, - поторапливала Нилам, которая осталась в дверях «сторожить».

- Ну же, - запихала она добрую ложечку мёда парню в рот. Тот лишь беспомощно промычал и с ложкой во рту вылупил глаза на безумную младшую хозяйку дома. - Чего смотришь? – прошипела та, - глотай, давай! И не делай такое лицо… я знаю, что он сладкий и вкусный, - прикрыла она глаза от удовольствия, - так что наслаждайся, - добавила с улыбкой, затем аккуратно вынула ложку. Недовольный гость покорно обхватил губами как мог, чтобы не оставить сладости на серебряном приборе. – Вот та-а-а-ак, - ещё шире заулыбалась девочка. – Теперь моя очередь. – с этими словами она потянулась наполнить ложку, на сей раз для себя, разумеется.

- Хиир! Это – мама! Быстрее!!! Она идёт! – махала руками старшая сестра.

- Не могу, я ещё ничего не съела… - отвечала та, высунув язык от усердия, пытаясь зачерпнуть побольше.

- Ну тебя! – и Нилам убежала.

- Богиня… что же будет? - опустилась на корточки Хиир и придумывала, куда же ей деваться.

Мамины шаги становились всё ближе, и она решила, что самым верным в этот момент будет пока просто притаиться… но посмотрев перед собой и увидев лицо её гостя, она не на шутку испугалась – он собирался чихнуть!!! «Богиня, - взмолилась она снова, - ну что же я не так делаю? Ну… да, да, знаю… беру без разрешения, но… это же так вкусно! Помоги, пожалуйста, помоги!» И быстро принялась говорить без голоса одними губами, затем показывать ему что-то руками, потом только пальцами, но, увы, безуспешно, тот ничего не понимал и готовился вот-вот чихнуть… определённо, он был бессилен перед активными жестикуляциями Хиир, призывающими не издавать ни звука. Но она не могла сдаться вот так вот просто, она приблизилась и схватив его за затылок одной рукой, другой принялась тереть вдоль его лба и переносицы. Ранджа застыл в полнейшем недоумении – ему с недавних пор до ужаса не нравилось, когда к нему прикасались, а тут эта ненормальная! Однако ничего, кроме как следить за её ладонью и размещённой на ней яркой чёрной точкой в виде родинки, прямо перед его глазами, ему не оставалось. Старания Хиир сработали – чиханья не последовало. Мадхави, убедившись, что детей тут нет, спустилась в дом и прошла в другую комнату:

- Хиир, Нилам, где вы? – доносился снизу её голос, - Рандже пора домой. Его папа ждёт!

- Фу-у-ух- … облегчённо выдохнула маленькая героиня, отстраняясь и едва не падая на пол, – Пронесло… никогда, больше никогда не буду так делать… - пообещала она самой себе.

- Что именно – кормить меня засахарившимся мёдом или трогать своими грязными руками без моего позволения?

- Что-о-о-о-о-о?! – возмущённо протянула Хиир– . «Засахарившимся»?! Это – самый вкусный мёд на всём белом свете! И руки у меня чистые!!! Если бы я так не сделала, нас бы нашли. Ты меня ещё благодарить должен – я спасла нас! – самодовольно добавила она.

- Ты спасла себя, а не нас! Обжора…

- Хиир, Ранджа! Да где же вы??? – звали их старшие. Мальчик смерив, до смешного, неумелым надменным взглядом, ушёл, оставив негодующую девочку наедине с её гневом. Постояв так несколько мгновений, Хиир направилась к окну, проводить хотя бы взглядом друга… который уходил, так и не успев им стать… Рандже было всего двенадцать лет и будучи старше Хиир, пускай и не на много лет, заметил в отличие от неё, какое было напряжение между их семьями, и как крепко, непривычно крепко, отец держал его за руку, когда они уходили прочь… Напоследок, он поднял глаза и увидел её, обиженно стоявшую у окна. Заметив его взгляд, она приложила ладонь к окну и слабо помахала… Он понимал, что скорее всего, они пришли в этот дом в первый и в последний раз… вспомнил её интересную родинку, и сам того не осознавая, подумал, что хотел бы когда-нибудь встретить её вновь.

***

15 лет спустя

- Всё готово? Он будет с минуты на минуту! Сегодня возвращается домой Ранджа Сингх Малик! Мой сын! Моя гордость и честь! Моя опора… - всё больше увлекался Динеш - владелец поместья Маликов.

- Прям только Ваш, - иронично, но всё же тепло отозвался Ранджа, едва преступив через порог.

- Вне всяких сомнений!!! – радостно воскликнул тот, раскрывая объятья для приветствия. Однако, «наследник», вместо того, чтобы обнять, традиционно прикоснулся к ногам для получения благословения. Ему как и прежде не нравились какие-либо прикосновения к себе.

- Добро пожаловать, сынок, добро пожаловать, - говорил Динеш, кладя руку ему на голову.

- Благодарю, отец.

- Иди, отдохни… с дороги устал, – произнёс Динеш, похлопывая по плечу и провожая его в комнату. – Потом сразу спустись на обед. Сегодня мы пойдём на базар, заодно, я тебе расскажу, какие изменения тут произошли в твоё отсутствие.

***

- Нилам, нет никакой причины для беспокойства!

- Но ты… как же ты?

- Я же сказала, не волнуйся! Ступай. Никто и не заметит «замены», - улыбалась Хиир сестре.

- Раз ты так уверена…

- Давэ бовээ, вем, - пыталась как можно более чётко произнести заверяющее «даже более чем», держа в зубах край накидки, которой она укрывала голову. Наконец, спрятала лицо открытыми оставив лишь глаза, – Вот видишь – «никто и не заметит», - подмигнула она Нилам, процитировав свои же слова.

Отец Хиир - Прэйтап Рао Триверди - был купцом и имел небольшое дело, а его любимые дочки помогали с магазином. Так и сегодня, на прилавке имели место украшения ручной работы, сделанные из металла, стекла и дерева, куски ткани самых разных цветов и оттенков.

- Ну, ладно… смотри тогда. Я вернусь быстро!

- Угу, - кивнула Хиир уходящей девушке и закрепила последнюю булавочку на дупатте*.

Здешние места отличались особенно сильными ветрами, и пыль, то и дело, попадала в глаза, в нос, в рот, оставляя неприятное ощущение скрипящего на зубах песка. Проверив руками, плотно ли всё закрыто, она вытянулась в полный рост и улыбаясь осматривала прохожих, ожидая покупателей.

***

- Ты чего такой унылый? И тихий..? – спрашивал Хашим друга, протянув к нему руку. Тот лишь поморщился и брезгливо двумя пальцами убрал его руку от своего лица:

- Мне попрыгать? – спросил Ранджа серьёзным тоном. - Хотел бы на это посмотреть! – расхохотался Хашим. Ранджа в ответ лишь лениво щёлкнул языком. Приятель попробовал передразнить его, однако, как бы Хашим не хотел развеселить друга, он только лишь раздражал. Ранджа закатил глаза и спросил:

- Где отец?

- Сказал, что скоро будет, - ответил, осматриваясь по сторонам. – Эмм… - Хашим неожиданно замолчал, - ты… ты её знаешь?

- Кого? – безразлично спросил Малик младший. - Да вон, та девушка у прилавка… она смотрит на тебя.

- Пусть смотрит, - пробубнил он, но сам краем глаза посмотрел в ту сторону, которую показал друг и… оторвать взгляда уже не смог. У девушки видны были только глаза, но тем не менее, Ранджа отметил, что смотрела она с интересом и в то же время холодно и как будто остранённо… ветер усилился, играя и звеня аксессуарами, обрамляющими лавку нашей героини. Этот внезапно усилившийся звон вернул её в реальность и заставил заметить, что на неё тоже уже смотрят. Хиир вздрогнула и слишком быстро отвернулась, тем самым, привлекла к себе ещё больше внимания. Ранджа, не сочтя нужным предупредить друга, что «должен» отойти, оставил стоять одного среди шумной толпы, а сам поддавшись порыву ветра, приблизился к девушке. Во всей сложившейся ситуации был только один положительный для неё момент – густо покрасневшие щёки были надёжно спрятаны под дупаттой, и это дивное зрелище не могло быть предоставлено на обозрение посторонним. Он уже стоял прямо напротив, пытаясь вновь поймать её уже до ужаса смущённый взгляд, который она теперь отчаянно и тщательно пыталась скрыть… «Ну, подумаешь, посмотрела… - успокаивала она себя, - а он чего хочет? Пусть стоит! Не буду ничего предлагать. – фыркала она про себя. - Но он тут, а значит он – потенциальный покупатель, - думала она. - А-а-а-ах, глупая я, глупая! Я же сестре обещала… придётся… надо.»

- Что это? – спросил Ранджа, взяв в руки самую непонятную вещицу и с интересом смотря на незнакомку. Хиир мельком взглянула на его руку и по-прежнему не смотря ему в лицо, коротко и небрежно ответила:

- Брошь.

- Что, прости?

Хиир недоуменно посмотрела на него. Молодой человек обрадовался, что их взгляды, наконец, встретились, но разумеется, ничем эту радость не выдал. Решил немного подразнить «стыдливую бесстыдницу».

- Что значит «брось»?!

- Брошь! – громче, но также кратко повторила Хиир, недовольно смотря на него. Говорить большее не имело смысла: пока пыталась убедить сестру оставить её тут, она слегка перестаралась, обматывая лицо шалью и теперь трудно было говорить. Ослабить туг ткани уже не к месту, прижется терпеть – она стойко вынесет это «испытание».

- И не подумаю. – продолжал «играть» он, - Мне понравилась эта вещица, и я хочу её купить. Сколько она стоит?

- … Я, - открыла было рот возразить, но потом передумала… он же открыто смеётся над ней… оделся, как невесть кто, сразу видно, что не здешний… ещё и умничает! Хочет купить, значит, посмотрим, как сильно хочет. И слегка приподняв голову, назвала самую немыслимую цену. К её неописуемо великому удивлению, он с совершенно невозмутимым видом достал «запрошенные» золотые монеты и протянул их девушке, но последняя неожиданно начала смеяться… он приподнял бровь и пытался понять причину столь неуместного веселья. Смеялась она негромко, но только не для него… в ушах звон её, казалось, с трудом сдерживаемого смеха, смешивался со звоном браслетов, серёжек и колокольчиков, которые подыгрывали своей хозяйке. Все звуки перемешались и слились в одну мелодию… подобно какому-то волшебному явлению. В глазах девушки уже сверкали слёзы. Ранджа не понял, когда его нахмуренность перешла в умиротворённое спокойствие… «Эмоции… - думал он, - такая живая и весёлая… жизнерадостная… а чему она радуется?… - он окиеул её всю быстрым оценивающим взглядом, настолько насколько позволяла «витрина», - не такая богатая, – пронеслась мысль. - Не такая счастливая, раз стоит тут…» Он стоял в полной растерянности, но всем своим видом старался этого не показать. Молодому Сингх Малику хотелось впечатлить эту необычную девушку со сверкающими глазами, а она смеётся ему прямо в лицо… при чём, в буквальном смысле… сколько это уже длилось и сколько могло бы продлиться, если бы к этой, на его взгляд, неблагонравной не подошла ещё одна девушка.

- Хиир, ты что вытворяешь, глупая?! – шикнула та и стукнула её по плечу, - перед тобой покупатель, а ты такое вытворяешь… Простите, что Вы хотели? – обратилась она к сердитому Рандже. Но он промолчал. – Джи*… я могу Вам что-то показать?

- Нет, всё, что я хотел, я уже взял, - произнёс он с расстановкой и многозначительно смотря в мгновенно посерьёзневшие глаза незнакомки… взял ту самую вещицу и демонстративно положив на запрошенную сумму на витрину, развернулся уходить. «Хохотушка» вдруг принялась жестами что-то показывать и объяснять ему, однако он лишь бросил ещё один проникновенный холодный взгляд и ушёл.

- Постойте!!! Джи… это много! Я… я это… пошутила! Это не стоит таких денег!!! – кричала она всё громче по мере его отдаления. Ранджа остановился. Девушка застыла. Обернулся. Ранджа готов был снова окатить её очередным презрительно холодным и в то же время, неведомо для себя, каким-то ещё взглядом, но и он замер, увидев, беспомощно расставленные в стороны руки девушки… он пригляделся, стараясь максимально сфокусировать взгляд. Дыхание сбилось, сердцебиение участилось… родинка! Та самая родинка на ладошке левой руки… Это невероятно!... Как?! Не может быть! И…

«Неужели???» - завороженно прошептал он одними губами последнее слово и почувствовал на языке «вкус» ветра… сладкий, как мёд… как тот мёд… да, как та самая ложка мёда.

- Ранджа! – послышался голос Хашима, который заставил его оторвать взгляд от девушки, и тем самым, беспощадно вырвал его из этого чудесного воспоминания… – Ранджа, ты где был? Мы с дядей Динешем тебя потеряли! Идём, он ждёт. – друг едва ли не толкал его, заставляя трогаться с места. Ранджа обернулся, но Хиир уже не было… стояла уже другая девушка. «Словно испарилась. – думал про себя, - неужели? Та самая… Нашёл?...» И только в этот момент он осознал, что не видел лица девушки… не видел лица той, кого так хотел увидеть… Какая ирония!» - эти мысли окончательно привели его в себя, и он откинул руку Хашима, который решил, что всё же без его помощи, он передвигаться не сможет.

- Ты чего? – удивился он столь резкому движению. – С тобой всё хорошо?

- Вполне. – ответил сухо, - Где отец?

- Он, наверное, уже у выхода, пойдём скорее.

Уже ни разу не обернувшись, он покинул этомистическое и вместе с тем, сказочное место.

Примечание к части *Дупатта — это длинный, универсальный шарф, который носят многие женщины в Южной Азии, подбирающие её под свою одежду. Дупатту чаще всего носят вместе с шальвар-камизом и куртой, но также могут носить поверх чоли или гхарары. Дупатта в южно-азиатском женском костюме давно считается символом скромности. *Джи - думаю, многие знают, но я, всё же, сделаю сноску и поясню на "своём" языке значение этого короткого, но столь объемлющего слова. "Джи" после имени (и даже без) выражает уважение и почтение. Также "джи" может интерпретироваться, как "ответ-согласие", "слушаю" или "что?"

II глава. Женитьба решит все проблемы?

Поравнявшись со стоявшим у ворот Динешем, Хашим вдруг вспомнил, что дома его ждут и не предупредив, убежал.

- Я не понял, он нужен был только в качестве сопровождающего? – говорил Ранджа достаточно громко, чтобы тот мог услышать. – Я что, сам дойти не мог? – продолжал забавлять друга, вызывая ещё большие раскаты смеха, пока тот, махнув рукой, наконец, совсем не скрылся из виду. Порой казалось, что Хашиму только палец покажи, и он будет хохотать до потери пульса… тем более, если это палец Ранджи, который всегда скуп на эмоции, не говоря уже о смехе. Он сам на себя покачал головой… ещё пытается шутить! Как бы то ни было, он всегда умел скрывать свои переживания, так и сейчас… да, это не составит ему большого труда. Сейчас предстоит прогулка с отцом, и он ничем не выдаст своего внутреннего беспокойства. «Тем более, что ничего особенного и нет… и быть не может», - говорил он сам себе.

***

До особняка они добрались только к вечеру.

- Ранджа, - неожиданно обратился к нему Динеш, - я хотел сказать тебе это немного позже, но бесполезно откладывать, - выждал короткую паузу.

- Отец, я слушаю, - подтвердил он ему всё своё внимание.

- Ты, можно сказать, сделал всё, что мог. И сделал превосходно, за что я тебе безмерно благодарен. Ранджа про себя лишь тяжко вздохнул: «Невероятно… он так и думает, что если не он, я ничего не сделаю… более того, думает, что всё, что я делаю – ради него…» - О чём ты задумался?

Малик младший удивился, увидев понимание в глазах отца…

- Да так. Ни о чём. – соврал он.

- А я знаю, о чём, - откинулся в большое мягкое кресло Динеш и многозначительно посмотрел на сына…

- Тебе нужно жениться!

- Что?

Динеш удивлённо вскинул бровь:

- Вроде как с дикцией и произношением у меня проблем нет. - тут же съязвил, - Так, что же я сказал такого непонятного?

Ранджа на секунду прикрыл глаза. Сделал глубокий вдох.

- Я не женюсь.

- Почему? – холодно спросил, не поднимая взгляд на сына.

- Я не женюсь, - повторил Ранджа с расстановкой и с большей выразительностью. Даже сквозь полуопущенные веки можно было увидеть, каким свирепым стал взгляд отца… «Да что он о себе думает?! Как вообще смеет общаться со мной в таком тоне?! Словно я – сын, а он – мой отец!!! Он настолько ни во что не ставит ни мои слова, ни меня самого, что не относится серьёзно ровно ни к чему!!!

- Ты вообще на что-нибудь годишься?! – неожиданно, в том числе и для себя самого, гневные мысли вырвались наружу. Останавливаться уже было поздно. - Вот элементарно, ты даже не поинтересовался, на ком я предлагаю тебе жениться!

- Да мне всё равно.

- А вот не должно! Не должно оно тебе быть «всё равно»!!! Думаешь, всё просто так достаётся? Вот это всё, - он в воздухе нарисовал шар над собой и сыном, - это всё - просто так?!

Лицо Ранджи оставалось беспристрастным. Увидев, что Динеш готов держать паузу до тех пор, пока он не заговорит, ответил так:

- Конечно, нет. Далеко не просто так. Берётся у одних – даётся другим. Одни теряют – другие приобретают.

- Как ты смеешь??? – задыхался от возмущения Динеш, но потом, всё же, подумав, что подобную свободу мысли, он сам же в нём и воспитал, решил пока окончательно не переступать черту, которой надлежит быть между родителем и ребёнком, пускай уже и взрослым. Теперь его черёд делать глубокий вздох и запасаться спасительным кислородом. – Допустим, - он постарался произнести это как можно тише, но оно было больше похоже на шипение… - как тогда, по твоему мнению, этому может «благоприятствовать» женитьба?

- Очень просто и очевидно. Я не хочу, чтобы кто-либо страдал по моей вине. А оно так и будет. Несчастной станет не только девушка, которая преступит порог этого дома, но и вся её семья… такими же несчастными будут и дети – твои будущие наследники, на моментальное появление которых ты ведь явно сразу после свадьбы будешь рассчитывать. Я не могу допустить этого. Мне слишком много себя. Кого-то ещё рядом с собой я вынести буду просто не в силах, - почти беспомощно прошептал он последние слова и бесцеремонно вышел, оставив старшего в доме наедине с его запутанными мыслями. Направляясь в свои покои, Ранджа чувствовал, как весь горит, что он готов прямо голыми руками отодрать себе кожу от негодования и той необъяснимой боли, которая его мучила. Его тело обессиленно рухнуло на кровать и утонуло в пушистом матрасе… Что за глупости… «Жениться!» Это просто смешно! Неожиданно, взгляд упал на лежащую рядом с рукой, безделушку, выпавшую из кармана. Он вспомнил девушку с закрытым лицом. Вспомнил её глаза. Её смех. Её родинку… С чередой беспорядочных мыслей в голове, он заснул. Усталость взяла своё – сознание просто отключилось, и он погрузился в сон… в очередной кошмар, которые неустанно терзают его с детства. Ужасные воспоминания, которые оставили глубокий неизгладимый след и безобразный шрам в его сознании… каждую ночь этот шрам надрывался, открывая рану и кровоточа… опять эти лошади, посторонние люди, крик, беготня, ураган, треск и неожиданная тишина… оглушительная тишина, царящая над образовавшимися руинами… Но сегодня над ними появился лик. Светлый и ясный девичий лик, при одном взгляде на который становилось спокойнее. Это спокойствие было настолько непривычным, что Ранджа вырвался из сна и сел на кровати… Это была она! Как бы странно и трудно не было в это поверить, но несмотря на то, что весьма болезненно переносил ночи из-за этих снов, к ним он уже привык, а это новое утешительное явление напугало его… Прошло столько лет!!! Почему это воспоминание до сих пор хранится в нём? Что такого особенного в этой девочке было, что она заняла его мысли? «И спустя более десяти лет, мне это покоя не даёт… а для чего она появилась там? Может… то было лишь видение? Хотя, нет, Хашим ведь тоже её видел… да и это, - подумал он, беря в руки брошку и рассматривая мелкий ювелирный узор на ней, - нет, не видение - точно. К чему бы это?... как бы то ни было, мне не должно быть до этого ровно никакого дела. Не должно, - убеждал он себя и усилием воли перевёл мысли на другие более важные на его взгляд, вещи. Вспомнил разговор с Динешем и снова задумался. Нет, он не женится – это без разговоров. Должен быть другой выход! Он судорожно перебирал брошь в пальцах, ища выход. И он его нашёл… Всё же оказалось так просто. Да, Ранджа скажет об этом ему… завтра.