Набраться смелости сказать

В этот момент Кеиджи-сан перелистнул страницы фотоальбома, чтобы показать новые детали своей истории.

— Потом я нашел подработку в анимационной компании, но при этом совершенно не приблизился к своему идеалу. Спустя столько лет мне даже немного стыдно вспоминать об этом.

Аюми заметила, что чашка Кеиджи-сан уже опустела, и налила ему новую порцию чая. Они немного посидели в тишине, и только звон чашки о блюдце иногда выводил их из раздумий. К удивлению Аюми, Кеиджи-сан продолжил рассказ:

— Много лет спустя мы случайно встретились на кинопоказе мультфильма, над которым я работал. Он рассказал, что готовится оставить карьеру художника и хочет открыть кошачий приют. Ох, как же я тогда на него разозлился! Все, к чему я стремился столько времени, он был готов с легкостью оставить позади. Спустя какое-то время компания, на которую я работал, обанкротилась. Моих сбережений хватало, чтобы со спокойной душой уйти на пенсию, и я больше не искал работы. И вот однажды в местной газете мне попалась новость об открытии первого котокафе на острове, владельцем которого был Акихико.

— И вы пошли к нему?

— Не сразу. Я даже не мог представить, о чем мы будем разговаривать. Меня привел в кафе Микэ-сан.

— Вас тоже?! — Аюми отреагировала слишком громко и поспешила прикрыть рот руками. Кеиджи-сан лишь звонко рассмеялся в ответ и уточнил:

— Тогда он был еще совсем котенком. Я нашел его в коробке под дождем недалеко от места, где работал Акихико. Когда я пришел с брошенным котом и увидел его зарисовки на стенах, то испытал те же чувства, как в момент, когда увидел ту картину. Мы много проговорили в тот вечер, и я решил остаться здесь и помочь Акихико с его проектом.

— И что случилось потом? Когда он...

— Умер? У Акихико не было детей, и он переписал кафе на меня. Пускай формально я теперь владелец, кафе заправляют Ханами и Руми. Я же просто продолжаю делать рисунки.

— И вас это устраивает?

Аюми чувствовала, будто Кеиджи-сан перенял чью-то мечту и совсем забыл о своей.

— Разве вы не хотели бы нарисовать картину, которую посчитаете идеальной?

На мгновение, совсем на секунду, в глазах Кеиджи-сан промелькнуло сомнение, но потом он вернулся к привычному для себя состоянию и закрыл альбом.

— В моем то возрасте? Мне хватает забот, и я уже давно перестал пытаться стать лучшим.

— Вам вовсе не нужно становиться лучше других, или сравнивать себя с кем-то. Важно только то, что вы хотите изобразить от всего сердца. Мне очень сильно нравятся ваши рисунки, поэтому, пожалуйста, не прекращайте поиски себя!

Кеиджи-сан вконец растерялся от слов Аюми. Она так сильно напоминала ему Акихико, который так же убеждал старого друга найти свой путь, что в уголках его глаз заискрилась влага от непрошеных воспоминаний. Собравшись с мыслями, Кеиджи-сан с воодушевлением произнес:

— Обещаю, что как только нарисую картину, которую посчитаю идеальной, то покажу вам первой.

И Аюми в нем не сомневалась.

Когда солнце начало клониться к закату, девушка собралась домой и пошла пешком до станции. «Значит, даже следую своему предназначению, ты продолжаешь сталкиваться с трудностями. В действительности, даже самые талантливые люди могут все оставить позади. Ах, надеюсь, сегодня мне удалось хоть немного поддержать Кеиджи-сана».

Глава 4

Аюми сидела в кабинете за рабочим компьютером, когда на телефон вдруг позвонили.

— Привет, мам.

— Привет, не отвлекаю? — время на часах показывало 12.52.

— У нас как раз обед, что-то случилось?

— Я тебе скинула сообщение о встрече с молодыми специалистами, обязательно сходи, — Аюми открыла вкладку мессенджера и посмотрела на дату мероприятия.

— У меня на субботу были планы.

— Да? И какие же? — девушка понимала, что не может рассказать о своей новой деятельности, но без веской причины та не оставит ее в покое, и поэтому в итоге нехотя согласилась.

Когда разговор с матерью закончился, Аюми позвонила в кафе и пообещала прийти в воскресенье. После этого ей захотелось выйти на улицу и подышать свежим воздухом. Февраль выдался довольно холодным, но даже так на небе ярко светило солнышко, и Аюми подставила лицо его теплым лучам.

Спустя совсем немного времени ее совсем разморило, и девушка зашла еще в кафе за второй кружкой кофе за день. В последнее время ей требовалось больше концентрации, чтобы хорошо выполнять работу. Об экзамене и речи не шло — ее постоянно чем-то отвлекали, когда она пыталась сесть за подготовку. В итоге Аюми позволила себе отпустить ситуацию, перестать тревожиться и просто надеяться на лучшее. Родители бы сказали, что она расслабилась — может и так. Но Аюми предчувствовала, что все пройдет хорошо, даже если она не будет постоянно занята зубрежкой.

Ореховый раф приятным теплом разлился в груди, и девушка в приподнятом настроении вернулась на работу.

Дни за работой пролетели незаметно, и вот настало время собираться на встречу. Аюми не ожидала от нее многого, ей не очень нравилось заводить новые знакомства в подобных местах. К счастью, ей и не пришлось.

В толпе девушка заметила старого знакомого. Они не были одногруппниками, но учились на смежных специальностях и иногда посещали совместные лекции. Аюми никогда не разговаривала с ним в живую, лишь раз вела переписку по учебным вопросам, и вот теперь поразилась тому, как жизнь свела их вновь.

— Ну здравствуй, Юджи-кун!

— Аюми-чан! Ты тоже тут работаешь?

— Ага, совсем недавно устроилась. Еще стажируюсь, — Аюми не могла перестать улыбаться от встречи с кем-то из своей университетской жизни.

— Рад слышать. Если возникнут сложности, не стесняйся обращаться, я постараюсь помочь.

Юджи очень хорошо разбирался в инженерном деле. Он вырос в маленькой деревне и стал одним из лучших выпускников. Аюми невероятно сильно восхищалась такими людьми.

— Обязательно.

Пришло время для презентации, и ребята с большим интересом слушали о различных программах и субсидиях для молодых сотрудников. Уже дома Аюми поделилась впечатлениями о прошедшей встрече и с легким настроением вошла в новый день.

Икинэко встретил девушку небольшим количеством посетителей, что было ей только на руку. Руми пришла в свой выходной и начала рассказывать Аюми про каждого котика: сколько им лет, какой у них характер и история, как с ними следует себя вести. Аюми все записывала в блокнот и в конце делала несколько фотографий.

Когда девушка начала их пересматривать, то на заднем плане одной из фотографий заметила Микэ-сана. Она тут же поспешила к тому месту, но котик успел снова ускользнуть. Аюми подошла к Ханами и спросила, есть ли у Микэ-сана какие-то излюбленные места, и та предложила посмотреть на заднем дворе.

Аюми прежде не бывала здесь, но ей разрешили взять ключи и поискать кота. Действительно, Микэ-сан сидел на нижней ветке вишневого дерева и спокойно раскачивал хвостом из стороны в сторону. Когда Аюми поравнялась с ним, Микэ-сан, даже не глядя на нее, спросил:

— Так ты решила остаться здесь?

— Я... все никак не привыкну к тому, что ты разговариваешь.

Микэ-сан стукнул хвостом о ветку и повел ухом.

— Вы, люди, вечно все усложняете. Почему бы тебе не подумать над тем, чего ты действительно желаешь?

Аюми очень хотелось, чтобы кто-то указал ей путь. Она никак не могла в себе разобраться. Но маленький котик не поможет определиться, ей нужно было выбрать самой.

Словно прочитав мысли Аюми, кот сказал:

— Если не получается понять, чего хочешь, не торопись, дай себе время.

— Дело ведь не только в этом. Я столько лет училась на инженера, и если сейчас все брошу, значит оно было... напрасно.

— Вовсе необязательно выбирать что-то одно прямо сейчас. Используй приобретенные опыт и наблюдения. Все в этой жизни не напрасно, все пригодится!

«Микэ-сан... пытается приободрить меня?» — Аюми посмотрела наверх, но кота там уже не было.

Он исчезал так же внезапно, как и появлялся. Аюми села под деревом и вытащила из сумки творческий блокнот. Здесь было довольно тихо и умиротворенно, поэтому девушка без труда смогла настроиться на нужный лад и написать еще две страницы. Она не переставала писать даже во время болезни, поскольку это давалось ей невероятно естественно. Теперь история была наполовину готова, и Аюми даже смогла продумать дальнейший сюжет. Она надеялась, что это поможет закончить историю до конца весны.

Где-то на подкорке сознания у нее вдруг пронеслось: «Думаю, что я хочу создавать, а не бороться...»

Новая работа требовала от Аюми постоянной концентрации, знания огромного количества информации и отстаивания своего места в компании. Стоило достичь одной вершины, и ей тут же ставили в планы другую. Эта вечная борьба с самой собой жутко утомляла Аюми.

И все же она не могла отрицать важность этой работы для всей семьи. Родные рассчитывали на то, что Аюми будет вкладывать часть зарплаты в ремонт, потом поможет закрыть ипотеку, и вдобавок оплатит обучение младшей сестры, если сами родители не справятся. Долг старшего ребенка перекрывал все остальное, и Аюми не знала, сможет ли писательством закрыть эти нужды.

Когда девушка вернулась в комнату отдыха, ее встретил Кеиджи-сан, разливая чай по фарфоровым кружкам.

— Не присоединитесь ко мне? Остальные очень заняты, и мне не с кем разделить беседу.

— Конечно, — Аюми прежде не общалась с Кеиджи-саном наедине, и ей было интересно узнать его историю.

— Так значит, это ваши рисунки висят в кафе?

— Понравились? Большинство из них сделал бывший владелец, я лишь продолжил его идеи.

Кеиджи-сан вытащил из нижнего ящика тумбочки старый фотоальбом, чудом сохранивший аккуратный вид, и начал перелистывать чуть пожелтевшие страницы. Одно фото особенно сильно привлекло внимание Аюми — картина в полный рост с художественной выставки.

— Я помню, как в первый раз ее увидел и подумал: «Вот такие картины мне бы хотелось рисовать». Я продолжал стоять так и просто не мог пошевелиться. Все работы моего старого друга вызвали восхищение, но эта — ошеломляла. Когда я решил попробовать нарисовать что-то подобное, то вышло совсем не так. И дело было не в моих способностях или технике. Я понял, что это его индивидуальный стиль, которого у меня не было. В конце обучения, на прощальной вечеринке, он подошел ко мне и признался, что ему очень нравились мои работы. Он искренне хвалил меня, но я так сильно погряз в зависти и тревоге, что не мог перестать чувствовать ничтожность своей души.

В этот момент Кеиджи-сан перелистнул страницы фотоальбома, чтобы показать новые детали своей истории.

— Потом я нашел подработку в анимационной компании, но при этом совершенно не приблизился к своему идеалу. Спустя столько лет мне даже немного стыдно вспоминать об этом.

Аюми заметила, что чашка Кеиджи-сан уже опустела, и налила ему новую порцию чая. Они немного посидели в тишине, и только звон чашки о блюдце иногда выводил их из раздумий. К удивлению Аюми, Кеиджи-сан продолжил рассказ:

— Много лет спустя мы случайно встретились на кинопоказе мультфильма, над которым я работал. Он рассказал, что готовится оставить карьеру художника и хочет открыть кошачий приют. Ох, как же я тогда на него разозлился! Все, к чему я стремился столько времени, он был готов с легкостью оставить позади. Спустя какое-то время компания, на которую я работал, обанкротилась. Моих сбережений хватало, чтобы со спокойной душой уйти на пенсию, и я больше не искал работы. И вот однажды в местной газете мне попалась новость об открытии первого котокафе на острове, владельцем которого был Акихико.

— И вы пошли к нему?

— Не сразу. Я даже не мог представить, о чем мы будем разговаривать. Меня привел в кафе Микэ-сан.

— Вас тоже?! — Аюми отреагировала слишком громко и поспешила прикрыть рот руками. Кеиджи-сан лишь звонко рассмеялся в ответ и уточнил:

— Тогда он был еще совсем котенком. Я нашел его в коробке под дождем недалеко от места, где работал Акихико. Когда я пришел с брошенным котом и увидел его зарисовки на стенах, то испытал те же чувства, как в момент, когда увидел ту картину. Мы много проговорили в тот вечер, и я решил остаться здесь и помочь Акихико с его проектом.

— И что случилось потом? Когда он...

— Умер? У Акихико не было детей, и он переписал кафе на меня. Пускай формально я теперь владелец, кафе заправляют Ханами и Руми. Я же просто продолжаю делать рисунки.

— И вас это устраивает?

Аюми чувствовала, будто Кеиджи-сан перенял чью-то мечту и совсем забыл о своей.

— Разве вы не хотели бы нарисовать картину, которую посчитаете идеальной?

На мгновение, совсем на секунду, в глазах Кеиджи-сан промелькнуло сомнение, но потом он вернулся к привычному для себя состоянию и закрыл альбом.

— В моем то возрасте? Мне хватает забот, и я уже давно перестал пытаться стать лучшим.

— Вам вовсе не нужно становиться лучше других, или сравнивать себя с кем-то. Важно только то, что вы хотите изобразить от всего сердца. Мне очень сильно нравятся ваши рисунки, поэтому, пожалуйста, не прекращайте поиски себя!

Кеиджи-сан вконец растерялся от слов Аюми. Она так сильно напоминала ему Акихико, который так же убеждал старого друга найти свой путь, что в уголках его глаз заискрилась влага от непрошеных воспоминаний. Собравшись с мыслями, Кеиджи-сан с воодушевлением произнес:

— Обещаю, что как только нарисую картину, которую посчитаю идеальной, то покажу вам первой.

И Аюми в нем не сомневалась.

Когда солнце начало клониться к закату, девушка собралась домой и пошла пешком до станции. «Значит, даже следую своему предназначению, ты продолжаешь сталкиваться с трудностями. В действительности, даже самые талантливые люди могут все оставить позади. Ах, надеюсь, сегодня мне удалось хоть немного поддержать Кеиджи-сана».

Глава 5

Аюми стояла в очереди за кофе и строчила ответное сообщение начальнику. Экзамен назначили на пол четвертого, и ей хотелось взбодриться еще одной чашкой кофе перед тем, как она сядет повторять материал. Знакомая фигура на входе привлекла внимание Аюми. Действительно, посетителем был Юджи, который тоже сразу заметил Аюми и подошел к ней в конец очереди.

— Привет! Ну как ты?

— Привет, пришла за новой порцией глюкозы.

— Сдаешь что-то?

— Ага, экзамен на статус постоянного работника.

— Так значит, он пройдет сегодня. Все выучила? — Юджи в свое время учил десять билетов по десять вопросов, и до сих пор помнил, как сложно было совмещать рабочую деятельность с учебой.

— На самом деле, мне разрешили выбрать билет, который я хочу рассказывать.

— Такое и у нас бывает, довольно частая практика! Какой кофе возьмешь? Я угощаю, на удачу, — предложил Юджи-кун и подмигнул для пущей убедительности.

— Тогда лунный латте, пожалуйста.

Ребята взяли кофе с собой и разошлись у входа в филиал, где работала Аюми. Эта встреча каким-то магическим образом придала ей сил перед предстоящим экзаменом, и она почти без волнений его сдала.

Уже через несколько дней ее вместе с парочкой коллег отправили на обучение в другой филиал. Времени на посещения котокафе после занятий совсем не оставалось, поэтому Аюми использовала обеденные перерывы для написания постов в группу.

Когда она спросила в чате, кому можно показать их перед публикацией, все дружно сослались на Мицуки. Та внесла несколько правок, которые сделали текст Аюми еще интереснее, и они выложили первый пост.

В выходные Аюми все дни пролежала в постели за просмотром детективного сериала, изредка переписываясь с ребятами. Непрерывная учеба совсем измотала девушку, и даже свою книгу ей пришлось на время отложить. Но Аюми не была бы Аюми, если бы позволила внешним обстоятельствам и дальше влиять на свое настроение.

Излюбленный фруктовый салат давал ей потрясающий заряд бодрости, поэтому все следующую неделю она смешивала себе на ужин нарезанные банан, киви, мандарин с помело, заливала их медом и иногда посыпала крошкой шоколада.

Ближе к концу недели Аюми вдруг получила сообщение от бывшей одногруппницы — Сумико. Девушки проучились вместе все шесть лет, но хорошими подругами стали только на пятом году обучения. Они поддерживали друг друга в самые сложные периоды своей жизни, и когда университет закончился, продолжили общаться по телефону.

Сумико приглашала Аюми на свадьбу в мае. Новость о помолвке так обрадовала Аюми, что она тут же предложила встретиться на выходных и поделиться всеми последними событиями. Ей не терпелось также рассказать Сумико о своих новых друзьях, Икинэко и писательстве.

Прежде чем пойти на встречу, Аюми зашла в магазин парфюмерии и купила набор с миниатюрами самых популярных брендов. Идею для подарка на помолвку она взяла с интернета и искренне надеялась, что подруге понравится какой-нибудь аромат.

Сумико пришла на встречу в красном брючном костюме, который изящно подчеркнул ее новую прическу. Они обменялись теплыми объятиями и комплиментами, заказали по коктейлю с общими закусками и стали обсуждать последние новости.

Аюми сразу извинилась перед подругой за то, что не сможет присутствовать на свадьбе. В мае она взяла себе пару выходных, чтобы полететь в другой город удалять зубы мудрости. Они начали прорезываться как раз перед экзаменом, вот почему она так часто болела в последнее время. Сумико все поняла и не стала настаивать, тем более что Аюми вручила ей маленький свадебный подарок.

Они много философствовали на тему взрослой жизни, и в какой-то момент Аюми выразила беспокойство насчет своей работы. Она считала, что по сравнению с другими кандидатами, которые всю жизнь стремились к этой должности и прошли огромное количеств собеседований, ей все досталось намного проще. Девушка чувствовала несправедливость по отношению к более умным ребятам, поскольку ее саму взяли благодаря контракту, который она заключила с компанией еще в школе. Вместе с этим у нее появилось то, за что она готова побороться, но оно кажется таким недосягаемым, что Аюми иногда теряет веру в осуществление своей мечты.

Сумико тогда сказала одну вещь, которая поселилась глубоко в сердце у Аюми и дала ей возможность взглянуть на вещи по-иному:

— Мне кажется, жизнь учит нас всех терпению, и когда ты чего-то очень хочешь, чаще всего тебе дается это с очень большим трудом. Мы обычно мало ценим или хотим того, что плывет нам в руки. Тебе хочется другого, и ты над этим усиленно работаешь. Но просто это для того, чтобы научить тебя терпению и усиленной работе над тем, что тебе правда хочется.

Аюми потом еще очень долго прокручивала в голове эти слова. Они были нужны ей гораздо больше, чем она могла представить. В тот вечер Аюми села за книгу как только вернулась домой и написала еще пять страниц, а на следующий день — шесть, и это был ее рекорд.

Она осознала, что мыслительного барьера не существует. Писательский дар — это не исчерпаемый ресурс, который может закончиться спустя несколько предложений. И это осознание стало для Аюми таким большим потрясением, что она решила больше не останавливаться. Никогда.

Позже она написала в личных заметках: «Я писала и буду писать, неважно о чем: о своей жизни, о выдуманных мирах или просто о своих чувствах. У меня есть то, что я могу показать миру, и у меня есть возможность писать, даже если на деле я профилируюсь на других предметах. И я буду писать, потому что это то, чего я хочу всем сердцем».

Глава 6

— Наследница издательского дома?

Когда Аюми, наконец, решилась спросить, откуда у Мицуки такой хороший редакторский талант, та не стала ничего утаивать и прямо ей ответила.

— Так ты не знала? Я думала, ребята уже успели все рассказать.

— Нет-нет, о таком я бы не стала их расспрашивать.

— И почему же? — казалось, что Мицуки привыкла к обсуждению за спиной ее личной жизни. Но Аюми предпочитала строить доверительные отношения с людьми, прежде чем они решат что-то о себе рассказать.

— Да так... А для чего тебе тогда английский? Хочешь уехать заграницу?

Рука Мицуки, перебирающая учебники на полке книжного стеллажа, ненадолго остановилась.

— Для чего, спрашиваешь.... Я хочу освободиться.

Аюми все ждала, что Мицуки продолжит свою мысль, но она лишь вернулась к своим делам. Разговор не клеился, и Аюми решила пойти в вестибюль кафе, чтобы сделать пару новых фотографий.

Неожиданно там оказалось слишком оживленно — грузчики заносили какие-то коробки и оставляли их прямо перед входной дверью, чтобы не мешать посетителям. Коичи вместе с Руми вытаскивали оттуда всякие принадлежности для кошек, такие как лежанки, игрушки и многое другое. Аюми тут же к ним присоединились, хотя это и не входило в ее обязанности, и втроем они закончили еще быстрее.

— А вы неплохо так закупились. Кто-то сделал крупное пожертвование?

— Это все Мицуки. Она частенько спонсирует наше кафе с тех пор, как стала заниматься в комнате отдыха.

— Ух ты, — Аюми понимала, что у каждого здесь своя роль, но не знала, какая была отведена Мицуки.

— Это исключительно ее инициатива. Никому и в голову бы не пришло просить с нее денег, — Коичи сплющил последнюю коробку и прихватил с собой остальные, относя их в багажник грузовой машины.

Руми отряхнула руки и добавила от себя:

— И все же ее помощь оказалась не лишней. Иногда к нам попадают коты с непростым характером, которые умудряются погрызть всю мебель. Зоопсихологи тоже стоят денег, вот и получаются постоянные траты.

Лишь теперь Аюми осознала, что выручки с кафе не хватало закрыть всех потребностей котов. Наверняка они и сами зарабатывали немного, отчего Аюми испытала еще большие противоречивые чувства. В ее семье не существовало выбора профессии, где ты будешь мало получать. Только стремление к большему. Это можно было понять, ведь в современном мире все стоит приличных денег — образование, медицина, недвижимость. Но есть вещи, которые нельзя измерить деньгами — к примеру, желание писать книги.

В последнее время Аюми часто листала ленту в поисках информации о работе издательств с авторами, и все они предлагали весьма скудный процент с продаж. Помимо этого, книжный рынок сейчас весьма переполнен, и у отдела маркетинга нет времени продвигать все книги. Многим издающимся авторам пришлось завести соцсети, чтобы самостоятельно делать рекламу своим книгам. Из всего выходило, что написание книги — лишь первая ступень из трудностей, с которыми придется столкнуться Аюми.

Теперь ей хотелось больше узнать о работе издательства изнутри, и спросить об этом можно было только у Мицуки. Девочка сидела в комнате отдыха за общим столом и ела бенто, который прихватила из дома. Аюми взяла себе на заметку больше не спрашивать про английский, и надеялась, что разговор о семейном деле не принесет той новых неудобств.

— Мицуки, скажи, а сложно издать свою книгу?

Девочка совсем не выглядела удивленной прямотой Аюми. Скорее наоборот — ждала, когда же та решится.

— Все зависит от твоей работы. Если она подходит портфелю издательства, к ней приложен хороший синопсис и объем авторских листов соответствует требуемому — то это уже половина успеха.

Аюми впервые услышала о синопсисе, но решила поискать потом самостоятельно.

— А что может повысить шансы на издание?

— В первую очередь — хорошо написанный текст. Если не уверена в дебютной рукописи — найди редактора прежде, чем отправить ее в издательство. У меня есть парочка знакомых на фрилансе. Если хочешь, могу дать их контакты.

Аюми и подумать не могла, что Мицуки готова познакомить ее с редакторами, и преисполненная радостью, ответила:

— Буду тебе очень признательна!

— Далее — личный бренд. Любое издательство — это в первую очередь продажи, и если хочешь стать успешным автором, тебе нужно самой вкладываться в продвижение.

— Но разве это не работа издательства?

— Верно, но они не будут постоянно писать про одну и ту же книгу. Только автор полностью осознает свой сюжет, а значит способен рассказать о ней искреннее и интереснее чем все остальные.

Аюми прежде и не смотрела на работу с издательствами в таком ключе. Ей казалось, что они должны взять на себя полностью реализацию книги. Но Мицуки дала ясно понять, что успеха можно достигнуть только совместными усилиями.

— В ближайшие дни я не буду заходить в кафе, мне нужно готовиться к выпускным экзаменам. Того, что мы отредактировали, должно хватить до конца марта.

— Да, конечно, — они быстро обменялись контактами нескольких редакторов, после чего Мицуки поспешила к машине.

Аюми тем временем всецело погрузилась в чтение анкет новых кандидатов. Все они являлись литературными редакторами разных издательств, некоторые даже сами писали книги. В первую очередь Аюми требовался сторонний взгляд на динамику, повествование и слог. Вместе с этим просилось исправление логических дыр и стилистических ошибок. Среди предоставляемых услуг значились редакторская поддержка, писательские консультации, наставничество, бета-ридинг и литературная редактура.