Сказки дедушки Никиты

Евгения Сапрыкина

Сказки дедушки Никиты

Глава 1

Венок из семи трав: волшебная история про богиню Ладу

Дедушка Никита живёт в деревне на самом краю улицы — там, где дорога плавно уходит в лес, а воздух пахнет мёдом и скошенной травой. Его домик чуть покосился от времени, но выглядит уютно: резные наличники будто шепчут старые сказки, а на крыльце всегда стоит миска с молоком — дедушка верит, что по ночам приходит домовой, тихонько проверяет, всё ли в порядке, и отпивает глоток.

К нему часто прибегают соседские дети — Мариша, Миша и Саша. Едва завидев дедушку на лавочке у дома, они мчатся со всех ног, тормозя прямо у калитки, и кричат наперебой:

— Дедушка, расскажи что-нибудь! Про богов, про леших, про нечисть и еще о чем ни будь!

Дедушка Никита улыбается, поправляет старенькую кепку и кивает: мол, садитесь рядышком, сейчас расскажу. Он ведь не просто сказки любит — он в них верит. Верит, что в каждом дереве живёт свой дух, что кикимора по ночам шуршит в сарае, а сила природы — настоящая, живая, её только услышать надо и всей кожей прочувствовать.

Он добрый, неторопливый, и кажется, что время рядом с ним течёт медленнее. Часто просто сидит на лавочке, слушает, как ветер разговаривает с листвой, смотрит, как солнце ложится золотыми пятнами на траву, и будто впитывает этот мир — чтобы потом пересказать его детям так, чтобы у них глаза горели.

Вот и в тот вечер дети прибежали за новой историей. Солнце уже клонилось к закату, небо наливалось мягким розовым светом, а воздух становился прохладнее. Мариша пристроилась с одной стороны, Миша — с другой, а Саша уселся прямо у дедушкиных ног, подперев голову кулачками.

— Ну что, мои хорошие, устраивайтесь поудобнее, — дедушка Никита поправил очки, улыбнулся и потянулся к старой резной шкатулке, что всегда стояла рядом с ним на лавочке. — Сегодня расскажу вам про Ладу — добрую богиню, что хранит в мире любовь и лад…

— А что такое «лад», дедушка? — тут же спросила Мариша, подперев щёчку ладошкой.

— Хороший вопрос, милая! «Лад» — это когда всё ладно, хорошо, когда никто не ссорится, когда в доме тепло и все друг друга понимают. Вот Лада как раз и бережёт этот самый лад.

— Она как мама? — тихо спросил Миша, прижимая к себе игрушечного медвежонка.

— Почти! Только она — как будто мама для всего мира. Жила Лада в небесных чертогах Ирия, в светлом тереме на зелёном холме. Вокруг — сады, где всегда лето, цветы цветут, птицы поют, а ручьи несут живую воду: кто её глотнёт, тот сердце своё любовью согреет.

Саша нахмурил брови:

— А если кто-то всё-таки поссорился? Лада может помирить?

— Ещё как может! — кивнул дедушка Никита. — Лада ведь не просто сидит в тереме — она по свету ходит, следит, чтобы в сердцах людей огонь любви не погас. Шагает — а за ней цветы распускаются. В руке у неё то рог изобилия, полный зёрен, ягод и мёда, а то веретено с золотой нитью: той самой, что род людской через годы связывает. А рядом с ней кружат лебеди да голуби — вестники мира и добра.

— А она сильная? — не унимался Саша.

— Сила у неё особенная. Не кулаками махать, а сердца согревать, слова нужные шепнуть, случайную встречу устроить. Говорят, если влюблённые друг друга никак найти не могут, Лада лёгким дуновением ветра их друг к другу приведёт — хоть у родника, хоть на лесной тропинке.

Мариша вздохнула:

— Как в сказке про принца и принцессу…

— Почти, только тут не про королей, а про простых людей. Под покровительством Лады свадьбы играли, и были они не просто весёлыми, а священными: богиня вплетала в них свет и добро. Невесты перед свадьбой уединялись и просили у Лады крепкой семьи, мира в доме. А в приданое клали вышитый оберег — Ладинец: узор, сотканный с молитвой, чтобы хранить семью от невзгод.

Миша тихонько спросил:

— А если в доме грустно? Если мама с папой устали и немножко поругались?

Дедушка Никита наклонился к нему:

— Вот тут Лада особенно нужна. Она умеет душевные раны ласковым словом лечить. Придёт, будто ветерок пронесётся — и в доме пахнет свежим хлебом, дети смеются, а взрослые друг на друга уже не сердятся. Она учила людей слышать дыхание природы, замечать красоту в простом: в капельке росы, в пении птицы, в тёплом луче солнца. И говорила: «Цените каждое мгновение — в нём живёт счастье».

Саша вдруг встрепенулся:

— Ты говорил, она помогает людям… Расскажи про это!

— Ох, и историй про это немало. Вот, например, рассказывают старики: однажды Лада спустилась на землю, потому что люди стали забывать про лад. В одном селении все перессорились: муж с женой не понимали друг друга, дети не слушались, соседи не помогали. Грустно стало богине, но она не стала сердиться — улыбнулась, взяла в руки венок и пошла по селению. Где пройдёт — там ссоры утихают, любовью сердца наполняются, дети смеются.

— И что потом? — затаив дыхание, спросила Мариша.

— Подарила она людям песню — простую, но волшебную. Сказала: «Кто споёт её с чистым сердцем, тот обретёт мир в душе и согласие в семье». И завещала: «Пока помните о любви и ладе — будете счастливы. А забудете — придёт разлад и печаль».

Миша нахмурился:

— Но ведь люди иногда всё равно ссорятся…

— Верно, милый, ссорятся. Но Лада не бросает их. Вот ещё одна история: в большом селе два рода из-за земли поссорились так, что чуть до драки не дошло. Ночью старейшине приснилась Лада. Говорит ему: «Сплети венок из семи трав и семи колосьев, пронеси его вокруг села и спой мою песню. Тогда сердца смягчатся». Так и сделали. Когда венок обошёл село, старейшины встретились, поговорили спокойно и поделили землю по справедливости. С тех пор венок Лады — символ примирения.

— Значит, даже когда очень-очень плохо, Лада поможет? — тихо сказал Миша.

— Да, если в сердце есть хоть искорка добра. Лада не заставляет, не приказывает — она помогает эту искорку разжечь. Она и с другими богами жила в ладу: была дочерью великого Рода, супругой мудрого Сварога, сестрой терпеливой Макоши. Сварог куёт мир, Макошь плетёт нити судеб, а Лада прикасается к этим нитям — и они светятся от любви. У неё и дети были — Лель да Полель. Лель — младший в семье, он озорной, пылкий, страстный. Он зажигает первую искру влюблённости, шепчет слова нежности. А Полель постарше — спокойный и надёжный, у него всё по порядку. Он бережёт крепкие семьи, учит терпению и мудрости. Оба они черпают силу из материнской любви Лады.

Мариша задумчиво посмотрела на дедушку:

— А мы можем как-то позвать Ладу, если кому-то грустно?

— Не звать, а жить так, как она учила. Улыбнуться, когда хочется нахмуриться. Сказать доброе слово, когда легче промолчать. Испечь оладушек и угостить близких — ведь «ладышки», круглые, как солнышко, пекли в честь Лады, чтобы напомнить: жизнь идёт по кругу, и за зимой всегда приходит весна, а за грустью — радость.

Саша кивнул:

— Я завтра Мише конфету отдам, даже если она моя любимая. С другом нужно делиться.

Миша расплылся в улыбке:

— А я маме помогу тарелки помыть! Я ведь знаю, как она устает и ей помощь точно понадобиться.

Мариша тихо сказала:

— А я бабушке нарисую картинку с цветами или веночек сплету из цветов луговых…

Дедушка Никита улыбнулся и обнял всех троих:

— Вот видите? Вы уже немножко делаете лад в этом мире. А Лада обязательно это заметит и тихонько улыбнётся. Потому что её сила — в добром сердце каждого из нас.

И пока за окном шелестел ветер, а в доме пахло тёплым молоком и печеньем, дети сидели, прижавшись к дедушке, и думали о том, как много в мире добра — стоит только его замечать.

Глава 2

Загадочная пряха миров: что нам оставила Макошь?

У околицы, под старой раскидистой сосной, собрались ребятишки — Маришка, Саша и маленький Мишутка. Они с нетерпением ждали дедушку Никиту: знали, что он, как всегда, принесёт из леса душистых трав да расскажет какуюнибудь старинную сказку. Дети то и дело поглядывали на дорогу, перешёптывались, гадали, про кого сегодня будет история.

Вот и показался дед на дороге — идёт, спина прямая, и не скажешь, что деду уже под девяносто лет. Для виду опирается на крепкую клюку. На голове потёртая кепка, за плечами большой рюкзак, в руках — охапка луговых трав.

— Дедушка Никита! — закричали дети хором, разом сорвавшись с места и подбегая к нему. — Расскажи нам про богиню! Мы уже знаем, что была Лада. У неё были друзья или родители? Кто ещё был?

Дед улыбнулся, погладил Мишутку по голове, а тот тут же прижался к его колену, будто боялся, что сказка не начнётся.

— Ох, ребятушки, — начал дедушка, неторопливо отнеся травы на веранду и умывшись с дороги. Вышел в сад и присел на лавочку в просторной беседке. Дети тут же устроились рядом, вытянули шеи, чтобы не пропустить ни слова, и, затаив дыхание, стали ждать рассказа.

— Давняя это история, древняя, как сама земля наша. Много богов почитали наши предки, многим поклонялись. Верили родичи наши в силу божественную, но и сами не плошали. Знали, что всё, что земля родит, полезно для человека. Многие века были люди ведающие — те, кто внимал зову природы и божеств. Они и сейчас есть. Но сейчас не об этом. — Дед призадумался и начал:

— Жилабыла великая богиня Макошь — пряха судеб, покровительница плодородия и женских ремёсел. Она — дочь самого Рода, прародителя всего сущего, и супруга мудрого Велеса, хранителя тайных знаний. Макошь живёт в небесном чертоге на острове Буяне, у белгорючего камня Алатыря. В руках у неё — веретено и прялка, а рядом — две верные спутницы: Доля и Недоля.

— Деда, а что за камень такой? — не выдержал Мишутка, подпрыгнув на месте.

— Да ты мне какнибудь в другой раз напомни — я расскажу, а сейчас не о нём речь, — улыбнулся рассказчик, чуть наклоняясь вперёд, чтобы голос звучал как будто для каждого отдельно. И продолжил:

— Доля, её ещё Сречей зовут, — добрая девушка с ясным взором. Она на нитях судьбы завязывает узелки счастливых событий: когда урожай богатый соберут, когда свадьба весёлая случится, когда ребёнок здоровый родится. А Недоля, она же Несреча, — строгая, с печальными глазами. Она узлы испытаний вяжет, чтобы человек мудрость обрёл да силу духа закалил.

Дети внимательно слушали, боясь пропустить хоть слово. Даже комар, жужжавший над ухом Саши, вдруг словно стих, будто тоже прислушивался к истории.

— А были ли у Макоши дети? — тихо спросила Мариша, почти шёпотом, будто боялась спугнуть сказку.

— Были, внучка, были, — кивнул дед. — Её дочери — Лада, богиня любви и красоты, — я вам уже рассказывал про неё. И Жива, воплощение самой жизни. Они помогали матери следить за порядком в мире, за тем, чтобы всё шло своим чередом. От них, родимых, зависит равновесие в мире. Как говорится, «что посеешь, то и пожнёшь» — это про Макошь да её дочерей.

Макошь властвовала над тремя царствами: над землёй, где колосилась рожь да росли сады; над водами живыми — реками, озёрами и колодцами, что жизнь дают всему живому; и над перекрёстками между мирами, где души странствуют от жизни к жизни.

Она следила, чтобы люди жили в ладу с природой, чтили предков и передавали мудрость младшим.

— А как предки понимали, что всё идёт как надо? — вдруг спросил Саша. — Ну, что Макошь довольна или наоборот?

Дед кивнул, будто только и ждал этого вопроса.

— Хороший вопрос, внучек. Наши предки каждый день примечали знаки вокруг. По тому, как ветер дует, по крику птиц, по тому, как цветы раскрываются поутру, они понимали, чего ждать — дождя или солнца, удачи или беды.

Например, если утром на траве много росы — значит, день будет ясным и добрым. Если ласточки летают низко над землёй — жди дождя. А если паук плетёт паутину спокойно, не прячется, — к тихой, спокойной неделе.