Осколки памяти

Глава 2. Клеймо

Боль не утихала.

Она пульсировала в запястье, поднималась по руке к плечу, отдавалась в висках тупой, ноющей волной. Рейвен стояла посреди соляной пустоши, прижимая руку к груди, и смотрела вслед удаляющейся фигуре Кайрона. Его тени колыхались за спиной, как живой шлейф, и чем дальше он уходил, тем темнее становилось вокруг — словно он забирал с собой даже тот скудный свет, что был в этом проклятом месте.

— Эй! — крикнула она. Голос сорвался на хрип. — Эй, ты! А что мне теперь делать?!

Кайрон не обернулся. Он продолжал подниматься по обсидиановым ступеням к своему трону, и каждое его движение было наполнено такой ленивой, нечеловеческой грацией, что Рейвен на мгновение засмотрелась. Как мышь на змею. Как мотылек на пламя.

— Что мне делать?! — повторила она громче, и в голосе прорезалась та самая дерзость, которая не оставляла ее даже перед лицом вечности.

Он остановился. Не оборачиваясь, бросил через плечо:

— Ждать.

— Чего?!

— Наставника. Тебя всему обучат.

И исчез. Шагнул в темноту и растворился в ней, оставив после себя лишь запах грозы и странное, гнетущее чувство пустоты.

Рейвен осталась одна.

Впрочем, не совсем одна. Со всех сторон ее окружали души — серые, полупрозрачные, слоняющиеся без цели. Она рассматривала их теперь внимательнее, чем первые минуты после пробуждения. Кто — то сидел на корточках, раскачиваясь взад — вперед и бормоча бессвязные молитвы. Кто — то брел в никуда, вытянув руки перед собой как слепец. Кто — то лежал на соли, свернувшись калачиком, и тихо, безнадежно плакал.

Одна женщина — серая, как и все, но сохранившая остатки черт, — стояла неподалеку и смотрела на Рейвен. В ее пустых глазах мелькнуло что-то похожее на зависть.

— Ты… другая, — прошелестела она. — Почему ты другая?

— Я не знаю, — честно ответила Рейвен.

— Ты светишься. Они не светятся. Только он светится. И теперь ты.

Рейвен опустила взгляд на свое запястье. Алая вязь пульсировала, и вокруг нее действительно разливалось слабое сияние. Метка. Контракт. То, что отличало ее от остальных душ.

— Тебе повезло, — прошептала женщина. — Или не повезло. Еще не поняла.

И побрела прочь, растворившись в толпе серых теней.

Рейвен опустилась на корточки, обхватила колени руками. Страх, который она так старательно подавляла во время разговора с Повелителем, теперь поднимался из глубины живота, заполнял горло, сжимал гортань. Она умерла. Она действительно, по-настоящему умерла. И попала в Ад. И теперь принадлежала ему.

«Я согласна, мой Повелитель».

Ее передернуло от воспоминания. «Мой». Как он смотрел на нее, произнося это слово. Как смаковал его. Как будто пробовал на вкус.

Прошло неизвестно сколько времени. В Аду не было солнца, по которому можно было бы отсчитывать часы. Багровое небо оставалось неизменным, и только пульсация магмовых рек вдалеке создавала иллюзию движения. Но в какой-то момент тишину нарушил звук шагов — уверенных, четких, металлических.

Рейвен подняла голову.

К ней приближалась женщина. Высокая, мускулистая, с кожей цвета темной меди и коротко стриженными белыми волосами, торчащими в разные стороны как перья хищной птицы. Одежда на ней была странной: кожаные доспехи поверх черной туники, на поясе — два изогнутых клинка в ножнах, на плечах — металлические наплечники, исцарапанные в боях. На правой щеке — глубокий шрам, пересекающий скулу и уходящий под воротник. Глаза — один зеленый, один желтый, зрачки вертикальные как у кошки.

Незнакомка остановилась в двух шагах от Рейвен и смерила ее оценивающим взглядом. Пауза затянулась.

— Подъем, — бросила она резко. — Новобранец что-ли?

Рейвен медленно встала. Незнакомка была выше ее на голову и выглядела так, словно могла переломить хребет голыми руками.

— Кто ты? — спросила Рейвен, стараясь, чтобы голос звучал твердо.

— Твой наставник. Меня зовут Сайра. Я — старший Инквизитор Легиона. Повелитель прислал меня, чтобы сделать из тебя хоть что-то пригодное для службы.

— Пригодное? — в голосе Рейвен мелькнуло возмущение. — Я…

— Ты — мертвая официантка из Техаса, которая упала с крыши, делая селфи, — перебила Сайра. — Я знаю, кто ты. Я знаю о тебе все. Досье уже у меня. — Она похлопала по сумке на поясе. — Рейвен Блэквуд, двадцать один год, нелепая смерть, острый язык, дерзкий нрав. Сложные отношения с матерью, три брата — один погиб, два пропали. Бывший парень — кретин. Любишь высоту и рискованные селфи. Что-то упустила?

Рейвен стиснула зубы. Ее бесило, что кто-то знал о ней все, а она — ничего о них.

— Ладно Сайра. Веди.

— «Ладно, Сайра, веди», — передразнила та. — Хоть что-то умеешь — подчиняться. Это прогресс.

И развернувшись, зашагала прочь. Рейвен двинулась следом, чувствуя себя щенком на поводке.

Глава 2. Клеймо

Боль не утихала.

Она пульсировала в запястье, поднималась по руке к плечу, отдавалась в висках тупой, ноющей волной. Рейвен стояла посреди соляной пустоши, прижимая руку к груди, и смотрела вслед удаляющейся фигуре Кайрона. Его тени колыхались за спиной, как живой шлейф, и чем дальше он уходил, тем темнее становилось вокруг — словно он забирал с собой даже тот скудный свет, что был в этом проклятом месте.

— Эй! — крикнула она. Голос сорвался на хрип. — Эй, ты! А что мне теперь делать?!

Кайрон не обернулся. Он продолжал подниматься по обсидиановым ступеням к своему трону, и каждое его движение было наполнено такой ленивой, нечеловеческой грацией, что Рейвен на мгновение засмотрелась. Как мышь на змею. Как мотылек на пламя.

— Что мне делать?! — повторила она громче, и в голосе прорезалась та самая дерзость, которая не оставляла ее даже перед лицом вечности.

Он остановился. Не оборачиваясь, бросил через плечо:

— Ждать.

— Чего?!

— Наставника. Тебя всему обучат.

И исчез. Шагнул в темноту и растворился в ней, оставив после себя лишь запах грозы и странное, гнетущее чувство пустоты.

Рейвен осталась одна.

Впрочем, не совсем одна. Со всех сторон ее окружали души — серые, полупрозрачные, слоняющиеся без цели. Она рассматривала их теперь внимательнее, чем первые минуты после пробуждения. Кто — то сидел на корточках, раскачиваясь взад — вперед и бормоча бессвязные молитвы. Кто — то брел в никуда, вытянув руки перед собой как слепец. Кто — то лежал на соли, свернувшись калачиком, и тихо, безнадежно плакал.

Одна женщина — серая, как и все, но сохранившая остатки черт, — стояла неподалеку и смотрела на Рейвен. В ее пустых глазах мелькнуло что-то похожее на зависть.

— Ты… другая, — прошелестела она. — Почему ты другая?

— Я не знаю, — честно ответила Рейвен.

— Ты светишься. Они не светятся. Только он светится. И теперь ты.

Рейвен опустила взгляд на свое запястье. Алая вязь пульсировала, и вокруг нее действительно разливалось слабое сияние. Метка. Контракт. То, что отличало ее от остальных душ.

— Тебе повезло, — прошептала женщина. — Или не повезло. Еще не поняла.

И побрела прочь, растворившись в толпе серых теней.

Рейвен опустилась на корточки, обхватила колени руками. Страх, который она так старательно подавляла во время разговора с Повелителем, теперь поднимался из глубины живота, заполнял горло, сжимал гортань. Она умерла. Она действительно, по-настоящему умерла. И попала в Ад. И теперь принадлежала ему.

«Я согласна, мой Повелитель».

Ее передернуло от воспоминания. «Мой». Как он смотрел на нее, произнося это слово. Как смаковал его. Как будто пробовал на вкус.

Прошло неизвестно сколько времени. В Аду не было солнца, по которому можно было бы отсчитывать часы. Багровое небо оставалось неизменным, и только пульсация магмовых рек вдалеке создавала иллюзию движения. Но в какой-то момент тишину нарушил звук шагов — уверенных, четких, металлических.

Рейвен подняла голову.

К ней приближалась женщина. Высокая, мускулистая, с кожей цвета темной меди и коротко стриженными белыми волосами, торчащими в разные стороны как перья хищной птицы. Одежда на ней была странной: кожаные доспехи поверх черной туники, на поясе — два изогнутых клинка в ножнах, на плечах — металлические наплечники, исцарапанные в боях. На правой щеке — глубокий шрам, пересекающий скулу и уходящий под воротник. Глаза — один зеленый, один желтый, зрачки вертикальные как у кошки.

Незнакомка остановилась в двух шагах от Рейвен и смерила ее оценивающим взглядом. Пауза затянулась.

— Подъем, — бросила она резко. — Новобранец что-ли?

Рейвен медленно встала. Незнакомка была выше ее на голову и выглядела так, словно могла переломить хребет голыми руками.

— Кто ты? — спросила Рейвен, стараясь, чтобы голос звучал твердо.

— Твой наставник. Меня зовут Сайра. Я — старший Инквизитор Легиона. Повелитель прислал меня, чтобы сделать из тебя хоть что-то пригодное для службы.

— Пригодное? — в голосе Рейвен мелькнуло возмущение. — Я…

— Ты — мертвая официантка из Техаса, которая упала с крыши, делая селфи, — перебила Сайра. — Я знаю, кто ты. Я знаю о тебе все. Досье уже у меня. — Она похлопала по сумке на поясе. — Рейвен Блэквуд, двадцать один год, нелепая смерть, острый язык, дерзкий нрав. Сложные отношения с матерью, три брата — один погиб, два пропали. Бывший парень — кретин. Любишь высоту и рискованные селфи. Что-то упустила?

Рейвен стиснула зубы. Ее бесило, что кто-то знал о ней все, а она — ничего о них.

— Ладно Сайра. Веди.

— «Ладно, Сайра, веди», — передразнила та. — Хоть что-то умеешь — подчиняться. Это прогресс.

И развернувшись, зашагала прочь. Рейвен двинулась следом, чувствуя себя щенком на поводке.

Глава 3. Дорога в Казармы

Они шли долго.

Сначала через соляную пустыню — белую, искрящуюся, до рези в глазах. Кристаллы соли хрустели под ногами, и звук этот напоминал хруст костей. Рейвен старалась не думать об этом.

— Как ты сюда попала? — спросила она чтобы отвлечься.

— Умерла, — коротко ответила Сайра.

— Я уже это поняла. Но как?

Сайра помолчала, и Рейвен уже решила, что ответа не будет. Но потом наставница заговорила — сухо, отрывисто, словно докладывая обстановку.

— Я была воином в своем мире. Не в твоем — в другом. Мир назывался Асфодель. Им правила королева, которой я служила. Однажды ночью во дворец проникли наемные убийцы. Десять человек. Я положила девятерых, но десятый достал королеву. Я закрыла ее собой.

— И погибла.

— И погибла. А потом очнулась здесь. Повелитель увидел во мне потенциал и предложил контракт.

— И ты согласилась? Вот так просто?

Сайра резко остановилась и развернулась. Ее разноцветные глаза впились в Рейвен.

— Ничего простого в этом не было, — отчеканила она. — Я потеряла свой мир. Свою королеву. Свою жизнь. Я провела первый десять лет в Аду, мечтая, чтобы меня просто оставили в покое. Но контракт покоя не дает. Контракт требует служить.

— Сколько ты уже служишь?

— Сто сорок три года.

Рейвен осеклась. Сто сорок три года. Для нее, прожившей всего двадцать один, эта цифра была непостижимой.

— Годы здесь идут иначе, — добавила Сайра, смягчившись. — Привыкнешь.

Они двинулись дальше. Миновали каньон с отвесными стенами из черного базальта. Прошли по узкому мосту, перекинутому через реку магмы. Рейвен старалась не смотреть вниз — не потому что боялась высоты, а потому что вид кипящей лавы вызывал тошноту. Жар поднимался волнами, искажая воздух.

— А другие Инквизиторы? — спросила она. — Они тоже… мертвы?

— Большинство, — ответила Сайра. — Как и ты. Как и я. Но есть и живые — те, кто попал в Ад через разломы и заключил контракт добровольно. И есть такие, кто родился здесь.

— Родился? Здесь?

— Демоны низших рангов иногда идут в Легион. Им это выгодно: служить Правителю — значит иметь защиту и статус. Но большинство Инквизиторов — смертные, прошедшие через смерть.

Сайра бросила на нее короткий взгляд:

— Твой случай особый. Повелитель лично выбрал тебя. Обычно отбором занимаюсь я или другие старшие Инквизиторы. А тут он сам спустился в круг Прибытия. Это было… необычно.

Рейвен промолчала. Значит, он действительно ждал ее. Знал, что она умрет? Или просто почувствовал?

Они вышли к огромной площади, вырубленной прямо в скальном массиве. В центре горел исполинский костер — языки пламени вздымались на десятки метров, освещая окрестности. Вокруг костра располагались постройки: казармы, тренировочные плацы, арсеналы. И везде — Инквизиторы. Они тренировались, сражались на мечах, метали ножи, отрабатывали приемы рукопашного боя.

— Это Казармы, — сказала Сайра. — Твой новый дом. Привыкай.

— У уже есть дом, — пробормотала Рейвен.

Сайра резко схватила ее за плечо и развернула к себе. — когти на ее пальцах, острые, черные — слегка впились в кожу.

— Забудь, — сказала она тихо и жестко. — Забудь свою прошлую жизнь, Блэквуд. Она кончилась. Ты умерла. Твоя мать, бывший, друзья — их больше нет. Есть только Легион и Повелитель. Если будешь цепляться за воспоминания, они сожрут тебя. Поняла?

Рейвен не ответила. Но что-то внутри нее сжалось в тугой, болезненный комок. Сайра была права. Она понимала это. Но принять это сразу было невозможно.

— Я задала вопрос, Инквизитор, — голос Сайры стал жестче.

— Поняла, — выдавила Рейвен

— Хорошо. Тогда иди за мной.

И они вошли в Казармы.

Глава 4. Устройство

Комната Рейвен была маленькой, как монашеская келья. Четыре стены, вырубленные прямо в скальной породе, без окон — только узкая прорезь над потолком, через которую проникал багровый свет. Кровать — каменное ложе с тюфяком из грубой ткани, набитым чем-то колючим. Стол, привинченный к стене. Табурет. Свеча в железном подсвечнике. Крючок для одежды. Больше ничего.

— Здесь ты будешь жить, — сказала Сайра, остановившись в дверях. Еду приносят дважды в день, но разносолов не жди. Рацион простой: хлеб, похлебка, иногда мясо. Инквизиторы питаются не только физической пищей.

— А чем еще? — спросила Рейвен, осматривая свое новое жилище и пытаясь представить, как она проведет здесь годы.

— Энергией демонов. Каждый раз, когда ты убиваешь врага, метка поглощает часть его силы и передает тебе. Это питает твое тело, ускоряет регенерацию, делает тебя быстрее и выносливее. Со временем ты заметишь что почти не нуждаешься в обычной еде.

— А если я никого не убью?

— Тогда метка начнет питаться тобой, — голос Сайры стал мрачным. — Медленно. По капле. Сначала — усталость. Потом — слабость. Потом ты начнешь терять себя, пока не превратишься в одну из тех серый теней пустоши. Вечность в полузабытьи, без мыслей, без чувств, без надежды.

По спине Рейвен пробежал ледяной холод, контрастирующий с жаром адского воздуха:

— То есть у меня нет выбора? Либо убивай, либо умирай окончательно?

— Выбор есть всегда, — Сайра невесело усмехнулась, и ее шрам на щеке дернулся. — Можно сдохнуть. Можно служить и выжить. Ты, кажется, уже выбрала. — Она бросила на кровать аккуратно сложенный сверток. — Форма. Переоденься. Через час первая тренировка. Опоздаешь — будешь бегать вокруг плаца до потери сознания. Я не шучу.

И ушла, аккуратно притворив за собой тяжелую дверь.

Рейвен осталась одна. Она села на край кровати — жесткой, неудобной, — и развернула сверток. Форма Инквизитора: черная туника с высоким воротом и металлическими вставками на груди и плечах — достаточно легкая, чтобы не стеснять движений, достаточно прочная, чтобы выдержать удар когтей. Кожаные штаны, укрепленные на коленях. Высокие сапоги на шнуровке, с металлическими набойками. И тонкий наручь из темной кожи — специально для левого запястья, чтобы закрыть метку.

Она переоделась медленно, привыкая к новой коже. Одежда сидела плотно, но удобно, словно была сшита специально для нее. Может, так и было — Сайра упоминала, что ее досье изучили заранее.

Маленькое металлическое зеркало висело на стене — единственная роскошь, которую она заметила. Рейвен подошла к нему и замерла.

Из зеркала смотрела незнакомка. В черной форме, с бледным лицом и горящими янтарными глазами, она выглядела иначе. Опаснее. Жестче. Та Рейвен, что работала официанткой в баре, слушала нудные лекции по бухучету и по воскресеньям навещала мать, исчезла. Вместо нее стоял кто-то новый. Кто-то способный выжить в Преисподней.

— Ладно, Блэквуд, — сказала она своему отражению. Голос прозвучал глухо в каменных стенах. — Раз уж ты здесь, будем играть по их правилам. И выигрывать.

Метка на запястье потеплела, словно соглашаясь с ней.

Тренировочный плац был огромен. Ровная площадка, вымощенная черным камнем, отполированным тысячами ног до зеркального блеска. По периметру высились колонны, на которых горели факелы — их пламя было ровным, без единого колебания, словно сам воздух здесь замер в почтении. В центре стояли деревянные манекены — не простые, а зачарованные: они двигались, уклонялись и даже атаковали в ответ, имитируя поведение реальных противников. Вдоль стен тянулись стойки с оружием всех мыслимых форм и размеров.

На плацу уже собрались несколько Инквизиторов. Рейвен чувствовала их взгляды кожей — оценивающие, любопытные, у кого-то откровенно враждебные.

— Бери меч, — скомандовала Сайра, указав на ближайшую стойку.

Рейвен подошла. Оружие впечатляло: длинные полуторные мечи с гравировкой на лезвиях, короткие гладии для ближнего боя, изогнутые сабли, прямые клейморы. Она выбрала самый простой на вид — короткий клинок с простой рукоятью, обмотанной темной кожей. Взвесила в руке. Тяжеловат, но лежал удобно, как продолжение ладони.

— Неплохой выбор, — кивнула Сайра. — Это гладий. Стандартное оружие новобранцев. Короткий, легкий, эффективный в ближнем бою. Теперь покажи стойку.

— Я не знаю никаких стоек.

— Значит учись быстро. Ноги на ширине плеч. Меч перед собой. Лезвие под углом сорок пять градусов. Левую ногу вперед.

Сайра начала с азов. Ее метод был жестким, граничащим с жестокостью. Она не объясняла дважды. Если Рейвен ошибалась в стойке, получала удар древком тренировочного копья по ребрам — быстро, больно, без предупреждения. Если теряла равновесие — подсечку, и вот она уже на земле, глотает пыль. Если опускала меч — тычок в плечо, оставляющий синяк.

— Меч — не игрушка! — рявкала Сайра. — Ты держишь его, как кухонный нож! Он должен быть частью тебя! Ты не держишь меч — ты им дышишь! Он должен двигаться вместе с тобой и твоим телом, а не отдельно!

Через час Рейвен была мокрой от пота. Руки дрожали от напряжения. На ребрах наливались синяки — она чувствовала их при каждом вдохе. Но она не просила пощады. Не жаловалась, не плакала. У демонов нет чувства сожаления, они не пощадят тебя в бою, не дадут передышки и уж тем более не станут жалеть за слезы.

Сцепив зубы, она повторяла движения снова и снова. Стойка. Выпад. Уход. Защита. И снова.

— Базовый выпад, давай! Раз, два, три!

Рейвен сделала выпад, меч описал дугу, получилось вполне сносно, но не достаточно хорошо. Чтобы убить демона должно быть гораздо лучше чем сейчас.

— Еще раз! Теперь по манекену!

Манекен ожил, двинулся вперед, замахиваясь деревянной рукой. Рейвен попыталась парировать, но замешкалась на долю секунды, и деревянный кулак врезался ей в висок. Перед глазами вспыхнули искры. Она отлетела на пару шагов и рухнула на каменный пол. Над плацем разнесся смех — несколько Инквизиторов, наблюдавших за тренировкой, откровенно веселились.

— Жалкое зрелище, — бросил один из них. — Повелитель сошел с ума, выбрав такого жалкого человечишку.

Рейвен поднялась, потирая ушибленный висок, и повернулась к говорившему. Мужчина с резкими, хищными чертами лица, короткими рыжими волосами и холодными серыми глазами стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на нее с откровенным призрением Он был высок, мускулист, и от него исходила уверенность, как у тех кто слишком часто смотрел смерти в лицо.

— «Мудак», — подумала про себя Рейвен.

— Зейн, — представила его Сайра. — Инквизитор второго ранга. Один из лучших следопытов. Специалист по Архидемонам. На его счету сорок семь успешных охот.

— Сорок семь? — переспросила Рейвен.

Так он не только уверен в себе, но еще и дикая зазнайка. Уверена когда он был новеньким, тоже сделал все не с первого раза.

— Сорок восемь, — поправил он, не глядя на нее. — Вчера еще одного закрыл. Мелкий третий ранг, но все равно в зачет.

Ну вот, подумала Рейвен и правда зазнайка. Она посмотрела на него оценивающим взглядом, ничего необычного.

— И эта официантка будет выслеживать демонов? — он кивнул в сторону Рейвен. — Многообещающе. Особенно если демоны будут умирать от смеха.

Рейвен выпрямилась. Ее янтарные глаза вспыхнули — тот самый огонь, который она носила при себе, и который не смогли погасить ни нужда, ни унижения, ни смерть.

— Ну раз ты такой сильный, покажешь как надо? Вдруг ты меня недооценил?

— Правда? — Зейн шагнул к ней, его рука легла на рукоять собственного меча. — Тогда давай проверим. Я покажу тебе как надо. Спарринг. Ты и я. — он усмехнулся

— Зейн, она занимается первый день в своей жизни, — предупредила Сайра. — Это будет не бой, а избиение.

— Вот и посмотрим на что способна новенькая. Если она такая крутая, как говорит, — справится.

Рейвен понимала что это плохая идея. Она проиграет, но отступать было поздно, только не перед этим высокомерным ублюдком. Она видела таких, как он, всю свою жизнь. В школе. В баре. В колледже. Мужчины, считавшие себя лучше просто потому, что родились с членом.

— Хорошо, — сказала она, поднимая меч. — Давай красавчик, сделай мне больно.

Глава 5. Кровь на песке

Спарринг начался, и Рейвен поняла, что ее будут убивать. Не в буквальном смысле — Зейн не собирался ее калечить, — но методично, хладнокровно и при всех унизить ее.

Он двигался так, словно сам воздух расступался перед ним. Первый выпад она кое-как парировала, но ударная волна от столкновения клинков прошла через запястье до самого плеча, и рука онемела. Рейвен стиснула зубы и отступила на шаг, пытаясь восстановить дистанцию. Зейн не дал ей этой возможности — он наступал непрерывно, как машина, как хищник, почуявший кровь.