Скажи, Кот: как мне дописать рассказ?

Но почему же папка «Детектив» у меня пустая? Если в основе детективной истории лежит преступление, то нет смысла его записывать. Перечень основных преступлений невелик: кража, ограбление, похищение, убийство. Выбирай любое!

Пожалуй, начну с кражи. Конечно, кража — менее драматичное событие, чем убийство, но убийство, даже если оно только на бумаге, морально тяжелее описывать.

Итак, кража. Пусть из школьного класса информатики украли компьютер.

Возможно, не стоит об этом писать, но всё же Более сорока лет назад я работал летом в студенческом стройотряде в подмосковном колхозе. Мы заливали бетоном огромное навозохранилище. Приходили самосвалы с раствором цемента, вываливали раствор на землю, а я и мои товарищи потом лопатами счищали остатки раствора из кузова.

Вместе с нами работал местный парень, наш ровесник, Сергей. Он уже успел несколько лет отсидеть в тюрьме за кражу магнитофона из школы. Воровал он магнитофон вместе с сыном директора этого учебного заведения. Когда их поймали, Сергей взял всё на себя. У подельника была беременная жена, и Сергей его пожалел. А когда он сидел в тюрьме, сын директора пьяным сел на мотоцикл и разбился насмерть.

Вот такая история. Получается, не просто так у меня выскочила идея про украденный в школе компьютер.

Личное воспоминание подкинуло вариант преступления, а дальше — пусто. Совершенно не знаю, о чём писать. Всё моё представление о легкости написания детектива путём обратного раскручивания преступления растворилось в воздухе.

Но я как-то написал предыдущие рассказы! Я стал просматривать ранее написанные главы этой книги и нашёл подходящее правило: когда сюжет не складывается — напиши синопсис: кто, куда, зачем и почему.

Вопросы — великая сила. Они помогают концентрироваться на нужном направлении. В правиле первым стоит вопрос «Кто?». Надо сначала определиться с персонажами: кто вор, кто расследует кражу.

Сила вопросов ещё в том, что, задумавшись над вопросом, каждый из нас непроизвольно подключает к работе подсознание. А оно выдаёт такие ответы, о которых ты сам сознательно бы и не подумал.

Так произошло и у меня. Года два назад я написал два рассказа про девочку-подростка, тринадцати-четырнадцати лет. Зовут её Соколова Ольга Александровна, но старший брат называет её Мелкой. Эта девочка читает детективы, а потом, когда жизнь заставляет, использует эти сюжеты в реальных ситуациях. Ещё у неё появился приятель, Петров, который сначала дёргал её за косички. Но потом Мелкая развернула события так, что теперь этот одноклассник провожает её до дома и носит её портфель.

(Эти два рассказа вы можете прочесть на моём основном аккаунте на Автор.Тудей).

Я вспомнил про рассказы с участием Мелкой, когда задумался над вопросом «Кто?». Зачем выдумывать что-то новое, когда можно использовать старых героев? Кроме того, читатели любят серии. Им будет интересно прочитать новые истории про Мелкую.

Хорошо, с персонажами определился. А дальше? На одних персонажах синопсис не напишешь!

Я снова стал листать предыдущие главы в поисках подсказок. И такая подсказка обнаружилась: если идея слабая — начни писать, и идеи придут.

Я представил, как Петров провожает Мелкую. Мелкая рассказывает ему, как полезно читать детективы И у Петрова появляется желание удивить свою приятельницу. Из этих мыслей родилось начало:

«Петров поставил перед Мелкой большую сумку.

— Ты что, мне щенка принесла? — улыбнулась Мелкая.

Петров молча, улыбаясь, расстегнул молнию сумки. В ней оказался компьютерный плоский монитор. Б/ушный. Чуть запылённый. Нет, можно было бы подумать, что её новоиспечённый друг сэкономил на школьных обедах и купил на барахолке старый монитор, но Мелкая узнала его. Это был школьный монитор из класса по информатике.

— Петров! — воскликнула Мелкая. — Ты что, идиот?»

Получилось, что Петров своровал монитор, чтобы удивить одноклассницу. А Мелкая, которая лучше него разбирается в жизни, понимает, что он совершил глупость, которая может дорого обойтись.

После этого я взялся за сухой синопсис, и вот что получилось:

«Приятель Мелкой Петров ворует монитор из школьного класса информатики. Мелкая отказывается принять этот «подарок». Затем она рассматривает украденную вещь и обнаруживает, что монитор отличается от тех, которые школа закупила год назад. Её вывод: кто-то ранее подменил школьный монитор на б/ушный, а потом пришёл Петров и украл этот б/ушный. Поэтому просто вернуть монитор в школу не получится. Мелкая предполагает, что кто-то из учеников хотел досадить учителю информатики. Когда обнаружат подмену, подозрение падёт на самого учителя. Мелкая с помощью Петрова находит организатора и заставляет его вернуть новый монитор на место».

Я окинул взглядом получившийся текст. То, что нужно: кто, что делает и зачем. «Петров крадёт — Мелкая обнаруживает подмену — ищет настоящего вора — заставляет вернуть монитор». Я понял, куда идти. И тогда разрешил себе писать — не спеша, не стараясь, чтобы все было «красиво».

Уже в процессе написания пришла идея, почему тот школьник — первоначальный вор — решился на кражу, а затем родилась и другая идея — как Мелкой удалось вычислить этого вора. Почему так происходит? Наверное, благодаря погружению в историю. Я мысленно видел всех персонажей, они жили своей жизнью, а мне оставалось только записывать.

Рассказ написался быстро, за пару часов. Я решил показать его Коту.

На этот раз Кот-учёный был очень строг.

— Плохо, очень плохо, — сказал он. — Ты про какую-то другую Мелкую написал. Раньше она у тебя была циничная и эгоистичная. Теперь бросается спасать мир. Сам же придумал правило — не делай героя удобным. Приспособленец ты, приятель! Приспособленец!

Такой отповеди я не ожидал. Хотел возразить, но в голову ничего не пришло.

— Всё, иди, — Кот махнул лапой. — Переделывай.

В тот же миг я оказался за рабочим столом. Под ногами — холодный пол, а не горячий песок Лукоморья. «Приспособленец! — возмущался я про себя. — Надо же меня так обозвать!»

Но самое обидное — Кот оказался прав. Я вспомнил, какой Мелкая была в прошлых рассказах. Она действительно была другой.

«Но она могла измениться! — воскликнул я про себя. — Герои должны меняться!»

«Но не так быстро, — одёрнул я самого себя. — Для изменений должны быть основания».

Пришлось править уже, казалось бы, готовый текст. А этого так не хотелось!

Вот что я добавил в самое начало, сразу после того, как Мелкая обозвала Петрова идиотом:

«А ещё ей пришла в голову мысль, что её приятель обязательно кому-нибудь проболтается о своём «подвиге». Тогда и ей не избежать неприятных вопросов».

На эти два предложения я потратил больше времени, чем на весь остальной рассказ. Я переписывал их раз пять, пока не поймал нужную интонацию: не благородство, а холодный расчёт. Мелкая спасает не Петрова, а себя.

Потом случилось чудо. Я придумал финальный твист — тот, который, как мне показалось, сделал рассказ честным. Не буду его пересказывать, лучше покажу.

Вот этот финал:

«Мелкая вышла из директорского кабинета, но двинулась не на третий этаж, где у неё был урок физики, а на первый, в кабинет информатики.

В кабинет информатики Мелкая зашла без стука. В классе не было никого. Она подошла к учительскому столу, выдвинула второй ящик. А там — россыпь шильдиков «ленова», один из которых, наверное, и был так неловко приклеен на мониторе, что стянул Петров.

«Ну да, — подумала Мелкая. — Шильдик маленький. Пальцы у Ник Ника неловкие. Аккуратно не получается».

Она взяла один шильдик в руку и в этот момент почувствовала на себе чей-то взгляд.

Мелкая обернулась к двери. Там стоял Ник Ник. Какое-то время они молча смотрели друг на друга. Потом учитель плотно закрыл дверь в класс и подошёл к девочке. У Мелкой слегка задрожали колени.

— А что ты хотела? — по-своему понял её состояние Ник Ник. — Это взрослая жизнь. Это вы все в куклы играете и не знаете, как кусок хлеба зарабатывается.

— Я пойду, — сказала Мелкая. — Там нам новую тему объясняют.

Она дошла до двери, открыла её.

— Ты никому не расскажешь? — раздалось за её спиной.

Мелкая обернулась, хотела что-то сказать, но только помотала головой.

Уже идя по лестнице, она нащупала в кармане маленький шильдик. Тот самый. Мелкая остановилась, с мгновение поколебалась, потом достала шильдик, подошла к кадке с большим фикусом, стоящим в коридоре у окна, и вдавила шильдик в мягкую землю горшка».

Вот такой финал. Мелкая не стала ни доносчицей, ни шантажисткой. Она просто ушла и закопала улику в землю. Не победила и не проиграла. Просто осталась собой.

(Полную версию рассказа «О пользе чтения детективов. История третья» вы можете прочесть в Приложении 1, в конце данной книги).

Я закончил главу и осторожно откинулся на спинку кресла. «Уж в этот раз, наверное, я сделал всё как надо», — подумал я и снова оказался в Лукоморье.

— Э-хе-хе-хе-хе, — заунывно раздалось со стороны дуба. Это горестное «э-хе-хе-хе-хе» явно принадлежало моему помощнику. Но Кот ещё ни разу при мне не горевал! Может, случилось что-то? Может, заболел? Может, нужна помощь!

Кота я нашёл на своём месте, под дубом. Он сложил лапы под собой, прижался к ним брюхом и горевал.

— Э-хе-хе-хе-хе, — неслось по сказочному лесу.

— Привет! — поздоровался я. — Что с тобой? Что за напасть?

— Нет в жизни счастья! — заявил Кот и посмотрел на меня жалостливыми глазами.

— ???

— Детектив мне твой понравился! — объяснил мой собеседник. — А у меня они не выходят. Ты же знаешь, направо — сказка, налево ну, ты понял Нет места детективам в моей жизни!