Адепт нового бога 2

– Может тогда нам рассказать Четырём о тебе как есть? Они справедливы и…

– Справедливы и абсолютно непредсказуемы, – вздохнул бог смерти, – как-то не хочется мне проводить эксперименты, в которых я буду выступать главным подопытным. Во-первых, держи, пожалуйста, обруч рядом с цепочкой с моим физическим воплощением. Перед восходом солнца, либо при признаках опасности, я поменяю вместилище.

– А в чём разница?

– Обычная золотая цепочка, фонящая эманациями смерти, выглядит несколько подозрительно. Твой артефактный шлем же, так набит магией, что моё присутствие там будет не особо бросаться в глаза. Особенно первое время, после моего перехода туда, энергию смерти не будет заметно. Надо было сразу об этом подумать, но, как говорится, пока жареный петух не клюнет…

– То есть тебя не будет видно, из-за того что там уже есть сильная магия?

– Ну да, это как в сильный ливень поссать с крыши. Мой вклад в общий поток будет малозначительный, – ухмыльнулся Аазог, – а, во-вторых, собирайся. Навестим нашу хвостатую подругу.

– Прямо сейчас? Район там…

– Брокс, не бойся, малыш, ты ведь со мной. Если на тебя кто-то нападёт - это будет даже хорошо, укрепим твою репутацию человека, к которому не стоит приближаться с дурными намерениями.

– Но зачем нам понадобилась Реза, посреди ночи?

– Затем, что с утра тебя уже могут ждать у входа в гостиницу. Ты ведь придерживаешься расписания, так? Утром ты всегда идёшь провожать Адель в гильдию храбрых портняжек. Искать тебя в течение дня по всему городу - то ещё удовольствие. Гораздо проще встретить в то время и в том месте, где ты точно будешь.

– Ну так да, разумно. А что мы хотим от Резы?

– Серьёзный парень хочет узнать твой секрет успеха. Пока он его не узнает - не успокоится. Так что наше дело - показать и рассказать, как это у тебя так ловко всё выходит. И лучше это сделать так, как нам это удобно, и тогда, когда мы это запланировали. А не в тот момент, когда это существо поймает тебя со спущенными штанами.

– Я понял, святейший. А Реза нам для чего?

За полчаса до текущих событий

2 августа 8 года дракона

Роттенбург, дом кустода Хенкеля

После походов по кавернам забраться в дом нищего кустода - это даже разминкой не назвать. За дверью была тесная и грязная комната, совмещающая в себе кухню и столовую. Реза тихонько скользнула внутрь и прислушалась, за занавесками, прикрывающими вход во вторую комнату, слышалось тихое сопение. Годы воровства научили арецци по дыханию определять, насколько крепко спит человек. Впрочем, сейчас это было не столь важно. Реза зажгла небольшую палочку, принесённую с собой, и когда та задымила, сунула её за занавески. Спустя десяток минут, из спальни раздался богатырский храп и кошка тихо скользнула за занавески. Обруч Брокса лежал на видном месте, арецци достала из поясной сумки тяжёлое золотое украшение и поднесла его поближе к вместилищу бога смерти. Извивающиеся чёрные щупальца быстро переместились в новое место хранения, и Реза временно покинула дом. Украшение это она утащила несколько лет назад, из дома одного богатея. И вот для него нашлось подходящее применение. Отойдя подальше от дома кустода, кошка добралась до заросшего пустыря. Раскрутив украшение, она запустила его далеко в кусты. Вернувшись в спальню храпящего Хенкеля, Реза вытащила свиток иллюзий, купленный днём у гильдейского мага. После покупки ей пришлось биться над этим свитком пару часов, формируя нужный образ. Из кристалла, любезно предоставленного Броксом, потекла энергия, заряжая и разрушая пергаментный лист.

– Начинаем представление, – тихо шепнула кошка себе под нос.

***

«Капитан Фергюссон» всхлипнул и испуганно посмотрел на Мелхора.

– Я не могу умереть как мужчина, святейший, я же женщина, – призрак жалобно хныкнул, – и вообще, я не стражник. Я просто надела обличие капитана. А кто такой Губчетай?

Раздражённо фыркнув, Мелхор махнул рукой. Барьер рассыпался, иллюзия тоже разлетелась туманными осколками.

– Это ещё что? – нахмурился бог энергии. – Какая-то драная кошка. Источника нет… ты вообще кто такая?

Распластавшаяся на полу арецци, собралась, и поклонилась божеству как положено.

– Следопыт гильдии скаутов города Роттенбург, святейший. Моё гильдейское имя - Резкая горлорезка. Но меня все зовут Реза, может быть, в гильдейских отчётах так и пишут.

– Дай-ка руку, дитя, – с лица Мелхора исчезла белая маска, и заговорил он так спокойно, словно это не он орал угрозы, несколько секунд назад.

Реза протянула руку, и её коснулась линия из зелёных цифр, возникшая из руки божества.

– Действительно, Резкая горлорезка, – задумчиво произнёс Мелхор, – отпечаток твой. Как же ты здесь оказалась, дитя?

– Этот вонючка, – арецци ткнула в сторону пустой кровати, – со своим сообщником, что тоже при лычках, сегодня избил и обобрал моего друга, Тёмного. Тоже авантюриста.

– Ответишь на несколько вопросов, следопыт Реза, – тихо проговорил бог усилений, – откуда ты знаешь Тёмного?

– Ох, история долгая, – вздохнула кошка.

И поведала Мелхору, как Брокс оказался единственным выжившим при зачистке каверны под Светлыми лугами, и как он потом пришёл продавать вещи Арлекина городскому торговцу.

– Мы же с Арлекином росли в этом городе беспризорниками, с детства с ворами ошивались. У каждого члена гильдии - инструменты меченые, метки те не каждый углядит, но для другого вора их прочитать - не проблема. Я этому Адорскому чуть глотку не вскрыла, когда поймала его с вещами Арлекина.

– И с чего он потом стал твоим другом?

– Был в банде Стервятников один ушлый паренёк - Садко его звали. Не знаю откуда, но были у него инструменты золотого ранга. Не весь набор, конечно, но кое-что нужное было, отмычка там, монокль, и ещё парочка, по мелочи.

Арецци продемонстрировала божеству отмычку золотого ранга.

– Тёмный мне эти трофеи подарил безвозмездно, благодаря чему я сдала экзамен на следопыта. Ну и плюс ко всему они с Арлекином друзьями были, меня детские воспоминания замучили. Да и вообще - хороший он парень, уж точно лучше этих сраных лычконосов, простите святейший язык мой поганый.

– Как же он из той каверны выбрался? Один выжил, из всех.

– Да повезло, думаю, – Реза пожала плечами, – как ещё. Там же всё смешалось - нежить, бандиты, крестьяне. У хозяина каверны амулет висел на шее, ему по шее рубанули, амулет и слетел. Тёмный его подобрал, амулет тот полезным оказался - мог нежить немного отталкивать. Когда зомби да скелеты рванули на них, Брокс-то этим амулетом их от себя отталкивал, а они особо и не спорили - отсюда оттолкнули, они на другого напали. Так он и спрятаться сумел, а остальные все рубились на смерть, так и порубали все друг дружку. Жив остался только тот скаут бандитский - Садко. Он давай сундук с наградой открывать, а Брокс и напал на него со спины. Тот вздрогнул - ловушка рванула. Так ловушка этого Садко убила, а взрывом крышку оторвало. Это всё, конечно, со слов Тёмного, да только чего ж ему не верить? Магией он не владеет, мечом махать не мастак. Да вы бы видели, какой он приехал в Ротню в первый раз.

Реза аж расхохоталась от воспоминаний.

– Такой лопух, в лаптях, в каких-то деревенских обносках. Тупенький, как пробка, у него на каждом шагу, то карманы обчистят, то стражники ограбят. Умора. И думать, что он мог как-то убить бандитов, сам… ну нет, ни в жизнь не поверю. А уж своих луговских он перебить точно не мог, зачем? Знаете, как он распорядился трофеями?

Мелхор отрицательно покачал головой.

– Отдал клинки своим односельчанам, чтобы могли оборону держать, если кто нападёт. Всякий лом железный - отдал кузнецу, на переплавку. Чтобы мог деревенским наделать гвоздей да подков. Лошадей бандитских - тоже селянам своим отдал. Что смог - продал, накупил еды две телеги, да отправил в общину свою, чтоб не голодали. Ну сами посудите, мог он своих друзей перебить? Зачем бы ему это было нужно, он же не для прибытка себе старался.

– Любопытно, – безэмоционально отозвался Мелхор, – а что там с первым пришествием капитана Фергюссона?

– Обобрал Брокса сержантишка один, ленивая скотина по фамилии Вильямс. Просто так, увидел тупицу в лаптях, да решил ограбить. Вот тогда-то я и придумала эту историю с призраком капитана, – Реза довольно ухмыльнулась.

– Не пожалела денег на свитки ради друга?

– Ну я с того увальня пятьдесят золотых содрала, свитки-то с лихвой окупила, – рассмеялась кошка, – а уж рожа этого лычконоса какая была… такое увидеть, никаких денег не жалко.

– Он говорил, его укусила тварь из каверны.

– Откуда этой хрокловой башке знать, как твари из каверны выглядят, – хихикнула Реза, – самый дешёвый свиток призыва крысы, а дальше у страха глаза велики.

– Понятно, в общем, ты тогда купила свиток призыва, свиток иллюзий и устроила точно такое же представление, как и сейчас? А почему просто не обчистила дом сержанта?

– Ну, стражника обворовывать, как-то чревато неприятностями, – пожала плечами кошка, – он мог бы понять, что это связано с Адорским. Начал бы его искать, преследовать. А так - пообщался с легендой прошлого века и от страха в штаны наложил. Потом, кстати, он нам ещё раз пригодился. Когда у Тёмного вышел конфликт с грандом Фроком и тот нанял стражников, чтобы парня кинули в подвал, именно сержант Вильямс его вытащил. Он же верил, что Брокс под защитой светлых богов, уж расстарался, чтобы ему помочь.

– Вообще, изображать богов, чревато смертью, – равнодушно отметил Мелхор.

– Знаю, святейший, потому изображала я не бога, а капитана, давно помершего, – выкрутилась арецци.

– Мда… ну а с Фроком то что? Я узнавал слухи, говорили о каком-то проклятом амулете.

– Жирный этот урод домогался меня. Как-то я к нему залезла, вскрыла глотку, а чтобы его убийцу не искали, разыграла вот такой спектакль. В рану засунула магическую печать смерти, рвануло так, что гранда будто демон разодрал. И тот амулет, что нежить отталкивал, он разрядился к тому времени, стал бесполезным. Вот я его на печать положила, его и оплавило при активации. Выглядело всё очень правдоподобно - проклятый артефакт убил своего нового владельца.

– Получается, некромантию использовала в Терлижере… – с усмешкой протянул бог энергии.

– Убийство, использование запрещённой магии смерти, мне грозит плаха. Выдадите меня властям, святейший?

– Наверное, ты бы не стала сознаваться в своих деяниях, если бы думала, что я тебя выдам? – Мелхор снова усмехнулся. – Мне до этого никакого дела нет. Ты - следопыт, дорогой и профессиональный солдат, в нашей войне с мглой. А какие уж там законы придумывают смертные короли, а тем более убийство какой-то сошки из гильдии воров, которая и город-то никогда не покидала… В общем, я бы скорее сам тебя спас от плахи, чем выдал законникам. Но ты не зазнавайся, и не наглей, поняла? Это не значит, что ты можешь ходить по улицам и убивать людей.

– Конечно, святейший, я ж не сумасшедшая душегубка.

– Последний вопрос. А что с гибелью отряда «Доблестные воители»? Тёмный не рассказывал тебе, как так ему повезло в очередной раз?

– Так он был у богини Виж, отдал ей свои воспоминания, святейший. Нешто вы их не видели?

Вот тут Мелхор удивился.

– В отчёте об этом не сказали… понятно. Там ведь были какие-то новые твари, видимо статью для бестиария ещё не оформили, поэтому не написали полный отчёт о визите к Виж. Надо бы сделать секретарю внушение о важности своевременного доклада. Тогда отпускаю тебя, а сам проведаю Виж…

Из тела бога усилений вдруг вырвалась цепочка зелёных символов и подняла вверх золотую цепь, в которой раньше скрывался Аазог.

– Это цепочка Тёмного?

– Да, святейший, он припёр её из каверны. Пытались понять, не магическая ли она, но применения ей так и не нашли.

Золотую цепочку окружили светящиеся символы, и, внезапно, она разорвалась на несколько кусков.

– Применения у неё нет. Она воняет смертью, но магии в ней не осталось, если она в ней была когда-то. Почему к Адорскому так и липнет всякая дрянь, пропитанная эманациями смерти?

Вопрос бы явно риторическим, и Реза, благоразумно, промолчала. Между тем, левитирующие кусочки золота спрессовались в монеты и посыпались на пол.

– Вы не против превращения украшения, сомнительного качества, в золотые монеты? – для чего-то уточнил Мелхор.

Вместо ответа, кошка лишь низко поклонилась, буквально, переломившись пополам.

– А вот обруч, просто загляденье. Кажется твой друг благословлён какой-то божественной разновидностью удачи. Не в каждом подземелье найдёшь такой идеальный артефакт.

– Ладно, почту визитом храм Виж, – тёмная фигура начала растворяться в воздухе, – и передай, пожалуйста, Тёмному, что если он снова вернётся один из каверны - он умрёт. Даже если будут стальные доказательства его невиновности, даже если он всю свою память вывернет наизнанку перед Виж, я всё равно его убью. Возможно, на нём висит какое-то проклятье, «подарок» от высших создателей миров. Или демоны шутят над ним, я уж не знаю. Но я не буду смотреть, как погибает отряд за отрядом, тем более, опытных авантюристов. Отнесись серьёзно к моим словам, дитя Матушки Мо.

Зелёные символы вспыхнули в последний раз, и Реза осталась в доме одна.

Глава 8. Я календарь переверну (возврат к событиям 1 августа)

01 августа 8 года дракона

Роттенбург, одно из зданий гильдии воров

На разбитых ступеньках старого покосившегося домика сидел пожилой мужчина крайне колоритного вида. Лицо изборождено многочисленными шрамами, левая нога отсутствует ниже колена, вместо отсутствующей конечности - деревяшка, одну глазницу прикрывает чёрная повязка. Мужчина курил трубку, набитую крайне вонючим, дешёвым табаком, и, казалось, получал от этого процесса искреннее удовольствие. Когда калитка со скрипом отворилась, и во двор зашёл посетитель, калека без всякой спешки и беспокойства повернул голову, чтобы посмотреть, кто решил потревожить его в столь ранний час.

Владелец дома был спокоен вовсе не потому, что его совесть была чиста и ему нечего скрывать. Просто при появлении в окрестностях посторонних, его обязательно предупредили бы вездесущие дети, привыкшие с пелёнок бегать по поручениям гильдии воров и готовые, едва повзрослеют, занят ряды солдат этой организации. А весь товар, нежелательный для показа всем подряд, был тщательно спрятан, так что нагрянь сюда внезапный рейд властей города, им бы ничего не светило. Кроме, разве что, неприятностей, когда-нибудь потом. Мужчина по прозвищу Паук-Почтальон выполнял заказы для самых высших чинов гильдии, был на хорошем счету у покровителя воров, бога Фло, и вмешательства в свои дела не простил бы никому. Пусть даже самому графу Роттенрургу.

– Реза, – взмахом руки поприветствовал хозяин дома зевающую арецци, – ой какой нечастый гость в моём скромном жилище. Важная авантюристка сама найдёт что угодно, без помощи старого калеки Паука.

– Да брось, Почтальон, – кошка подошла в упор к сидящему калеке и слегка приобняла его, – дело не в том, что я что-то могу найти, без твоей помощи, а в том, что мне давно ничего не нужно. Инструменты золотого ранга собраны, чего ещё желать? Сижу дома, поливаю цветочки.

– Ну-ну, – усмехнулся мужчина, – слышал, что Фрок одним из твоих кактусов подавился.

– Да ну, – поморщилась арецци, – просто толстяк схватил одну вещь без спроса, не учёл, что штучка проклятая. Не борзел бы, был бы жив, я ему никакого зла не желала. Пусть покоится с миром, чего его вообще обсуждать. Скажи, Паук, есть у тебя контакты с Регрусом?

– Гильдия воров есть везде, – одноногий широко развёл руками, – контакты у меня есть повсюду. Но сама понимаешь, когда в игре некроманты, то мне нужны подробности. Втёмную работать при таких раскладах - себе дороже. А то, как Фрок, схвачу не ту вещь… а из Регруса, как правило, приходят только «не те» вещи, согласна?

– Да всё в открытую, – успокаивающе махнула рукой кошка, – никаких шифрованных посланий. Мне нужен амулет, вот такого небольшого размера.

Реза показала на пальцах размер небольшого медальона.

– И чтобы он под завязку был заряжен магией защиты от смерти.

– Так сходи лучше к Чистейшим, чтоб их демоны драли, лучшая защита от смерти, выстроена на магии жизни. Уж эти долбонтяи с радостью напихают тебе полную сумку своих сраных амулетов, они ж как коробейники повсюду втюхивают…

– Нет-нет, дружище Почтальон, – перебила его арецци, – мне нужна именно защита от смерти построенная на магии, опять же, смерти. Это важно.

– Интересно. Но, ты же понимаешь, что сила магии, которая влезет в амулет, зависит от вместилища. Тебе нужен небольшой амулет, так что либо магии там будет с гулькин хер, либо…

– По материалу у меня тоже есть требования, – Реза опять опередила собеседника, – амулет нужен деревянный. Причём обязательно из доски с гроба архимага.

Паук-почтальон присвистнул. Речь шла об очень редком материале - древесине, которая добывалась только в кавернах. Стоила эта древесина как яйцо виверны, обрабатывалась только в специальных магических цехах, поскольку обычный металл её практически не брал, и придать куску дерева нужную форму в этом случае было просто невозможно. Никто не знал, причём здесь гроб архимага, но название прилипло к материалу навеки. В амулет из такого материала, магической энергии влезет прилично, мягко говоря.

– Шнурок из верёвки святейшего Кельна Вешателя, – продолжала вещать кошка, – всё должно быть максимально простым, не нужно светить редкостью материалов, наоборот, стилизовать под самый затерханный деревянный оберег.

С верёвкой была точно такая же история, как с древесиной. Материал встречался лишь в кавернах и никакого отношения к Кельну не имел. Хотя, ходили слухи, что физическое воплощение покровителя ордена Чёрной длани как раз таки ходило с петлёй, сплетённой именно из этой иномирной верёвки, и особо отпетые преступники удостаивались чести быть повешенными на этой петле, лично святейшим Кельном.

– Ценник тебе за эту игрушку выставят, как за молодого дракона, – рассмеялся Паук, пыхнув вонючим табачным дымом, – так зачем тебе такой странный оберег?

– Я краем уха слышала, что ходит такой слух, чуть ли не от самих, – Реза значительно показала пальцем в небо, выпустив коготь, – бывают, мол, у некоторых людей проклятья, не магические там, которые можно увидеть, а наложенные богами, может даже не из нашего мира, на саму судьбу человека.

– Как это? – нахмурился её собеседник.

– Ну… пойдёшь с таким человеком в каверну, допустим, он сам жив останется, а с тобой какая-нибудь нелепость случится. На ловушку простейшую наступишь, или споткнёшься, на ровном месте, да на копьё гоблина-замухрышки напорешься.

– Звучит дерьмово, – грустно усмехнулся калека, – а если такого проклятого… того?

– Проверять не стала бы. Такие мощные силы просто так не развеиваются, как вонища из отхожего места. Либо помрут все, кто к смерти проклятого отношение имел, либо проклятие на кого-нибудь прилипнет, может на убийцу, а может и на того, кто убийство заказал. В общем, по мне так, ну его нахер. Проще оберег надеть. И вот от такого проклятья, спасёт лишь амулет, заряженный магией смерти. Эманации смерти как бы размываются в магии твоего амулета.

Реза достала набросок, изображающий крест с песочными часами на пересечении перекладин и отдала его Почтальону.

– Как узнаешь цену, свистни, – сказала кошка и распрощалась со своим приятелем.

– Интересно-интересно, – посмотрел ей вслед Паук, – закажу-ка сразу парочку.

В то же время

Роттенбург, Пустырь неподалёку от гильдии портных

Брокс встал с травы и, поморщившись, помассировал рёбра.

– Ну не сломали, и то, хвала Аазогу, – пробормотал он под нос.

Отряхнув одежду и пригладив волосы, парень отправился обратно в гостиницу. Нападение стражников было неприятным, но ожидаемым. Вчера, во время ночных посиделок дома у Резы, они составили подробный план действий, под руководством святейшего покровителя.

Реза, если уже проснулась, должна была заказать особый амулет, который станет новым вместилищем Аазога. Посовещавшись, компаньоны придумали способ, как скрыть присутствие бога смерти, не привлекая лишнего внимания. Нужен какой-то предмет, невзрачный с виду, но, при этом, с большим потенциалом для магического зачарования. Брокс, по понятным причинам, не был знатоком каталогов артефактов, поэтому ничего особо умного предложить не мог. Зато Реза, с детства вращаясь в воровских кругах, была хорошо подкована в данном вопросе. А уж Аазог, сам по себе, ходячий каталог. Так что, эта парочка довольно быстро пришла к соглашению, каким должно быть новое вместилище божества.