Сборник рассказов

Маленький зал крошечного дома словно наполнился тоской и разочарованием, но в добром сердце Олвина всё ещё бились искры надежды — он верил, что подсказка где-то рядом, нужно только её найти. Мальчик взял в руки старый пергамент, надеясь, что она укажет ему путь, и уселся за деревянный стол. Перед собой он разложил два магических предмета — путеводитель и зеркало — и стал пристально вглядываться в них, надеясь увидеть хоть какой-то знак, подсказку, как тогда, когда схема привела его к дому, переливаясь всеми оттенками радуги. Но молчание не давало ответов, и на мгновение Олвину показалось, что это конец пути. Ни намёков, ни указаний на то, что будет дальше, ни малейшей ниточки, за которую можно было бы ухватиться.

Отчаявшись, он решил немного отвлечься и разогреть себе чашечку чая. Поднеся металлический чайник к газовой плите, Олвин краем глаза заметил, что карта начинает меняться. Он резко обернулся, уселся на слегка поскрипывающий от забитых гвоздей деревянный стул и стал внимательно наблюдать за происходящим. «Ну конечно, карта всегда укажет путь! Что делать дальше? Покажи мне дорогу!» — мысленно умолял Олвин.

И вдруг карта исчезла, а на её месте появились загадочные письмена, словно те, что он видел утром, когда Зефир покинул его и оставил записку на этой бумаге. Надпись начала проявляться, и Олвин с замиранием сердца прочитал: «Создай свой Ключ, который откроет любую дверь, и не теряй его. Сохрани свой амулет». «Ключ? Но как мне его создать? С чего начать? Покажи!» — в отчаянии воскликнул мальчик. Но буквы остались неподвижными, и он понял, что подсказок больше не будет.

Погрузившись в глубокие раздумья, Олвин вдруг услышал шёпот зеркала. Он сразу открыл мини-зеркало, надеясь на помощь. Зефир говорил ему, что зеркало будет помогать на всём пути, но сейчас Олвин видел лишь своё отражение. Вспомнив сказки, которые он часто смотрел, мальчик обратился к зеркалу: «Зеркальце, скажи, да всю правду доложи!» И тут шёпот отозвался: «Я слушаю тебя, Олвин. Каков твой вопрос?» Мальчик был в восторге — магия действительно творила чудеса!

«С чего мне начать, чтобы создать ключ? Смогу ли я это сделать?» — спросил Олвин. Тихий голос ответил: «Если ты веришь в волшебство и был избран одним из существ, то ты можешь создавать что пожелаешь». «Даже конфеты?» — перебил его Олвин, не в силах сдержать любопытство. «Даже конфеты, мой мальчик», — с нежностью отозвался голос.

«Но как мне создать ключ? Что нужно делать?» — снова спросил Олвин. «Найди ингредиенты для ключа, а потом частичку магии. Без волшебства ты не сможешь создать то, что тебе нужно», — прозвучал ответ. «Но ты же магическое зеркало, ты мне поможешь?» — с надеждой спросил мальчик. «Я помогаю, направляю и подсказываю, — проговорило отражение. — В мире много магии, и ты должен почувствовать её, не прибегая каждый раз за помощью ко мне. Сначала собери пазл из нужных ингредиентов, чтобы создать то, что тебе поистине нужно».

Олвин решительно направился к гаражу, который примыкал к дому. Выбежав из дома, он схватил ключи от гаража, которые висели в замке входной двери, и поспешил к хранилищу, где лежали инструменты, которыми они с мамой часто пользовались. Там были шуруповёрт, болгарка и многое другое оборудование, которое облегчало им жизнь. Распахнув дверь гаража, Олвин стал внимательно осматривать инструменты и материалы, размышляя, что ему понадобится для создания ключа.

Его взгляд упал на несколько металлических пластин небольшого размера. Мама всегда говорила, что в хозяйстве пригодится всё, и сейчас эти пластины могли стать основой для ключа. Олвин собрал металлические предметы у себя в мастерской и, вернувшись в дом, начал рисовать эскиз будущего ключа в тетради. Он хотел изобразить богатый ключ с резными отверстиями, но понимал, что с помощью болгарки вряд ли сможет добиться такой тонкости. В итоге он набросал простой, но функциональный эскиз: головку, стержень и вырезы под выступ ключа.

С чувством воодушевления Олвин приложил макет бумаги к железной пластине и гвоздём выцарапал рисунок, чтобы он хоть как-то отобразился на стали. Воспоминания о том, как он срисовывал рисунки на уроке ИЗО, наполнили его радостью — он был счастлив, что эти навыки пригодились ему сейчас.

Взяв болгарку в свои руки, Олвин подсоединил шнур питания к домашней розетке и начал аккуратно выпиливать контур ключа. Он медленно водил распиловочным диском по линиям, и постепенно у него стал вырисовываться замысловатый рисунок. После того как он закончил работу, он нарезал маленькие бороздочки, слегка отшлифовал края, и в его руках лежало готовое изделие. Хоть ключ и получился не совсем ровным, это лишь придавало ему индивидуальный вид. Такой магической отмычки точно ни у кого не было!

Вернувшись в дом, Олвин положил заготовку рядом с зеркалом и снова обратился к нему. «Ну? Чего ты ждёшь? Давай помогай вдохнуть магию в этот ключ!» — сказал он. Голос из зеркала ответил: «Я же говорил, ты сам должен его создать и запустить в него волшебство. Я думаю, тебе по силам это сделать. Но где я возьму частичку волшебства?» — в отчаянии спросил Олвин. «А это, Олвин, ты должен сам понять. Они разбросаны повсюду, надо лишь научиться видеть и чувствовать их, и ты найдёшь», — прозвучал ответ.

Восьмилетний мальчик не понимал, как можно вдохнуть в ключ колдовство. Он закрыл глаза и попытался почувствовать магию. В его памяти всплыл вечер, когда он встретил Зефира во время бури. «Точно! Плед! — подумал Олвин. — Я укрывал Зефира той ночью, и частичка магии должна храниться в нём!» Он зашёл в зал, где на свёрнутом матрасе аккуратно сложенный находился плед, и оторвал от него вязаную нить. Сделав небольшой узелок, он скрепил две нити между собой и вернулся к зеркалу. «Вот, я нашёл! — показал он нитку невидимому шепоту. — Теперь ты должен создать артефакт, но помни, надо лишь верить».

Олвин вложил нить между пальцев, соединил ладони, как будто молится, и закрыл глаза. «Я верю, я верю», — мысленно повторял он. Внезапно его руки засияли, свет пронзил маленькую кухню, и он увидел невероятное излучение, что исходили от него. Обхватив ключ, он почувствовал, как нить слилась с ним воедино. Ключ преобразился: его грани стали ровными и красивыми, а две полоски от нити придавали ему загадочный и неповторимый вид.

Олвин расплылся в улыбке, но радость была недолгой, он оказался в кромешной темноте за секунду. Из-за спины раздался злобный голос, и мальчик обернулся. Перед ним стоял его собственный силуэт, но он отличался от него: от него пахло грибами, а кожа была усыпана незнакомыми прыщами. «Кто ты?» — спросил Олвин. «Зови меня Тень. Я лишь силуэт в твоём подсознании», — ответил профиль. Олвин сразу понял, что перед ним стоит нечто злое и коварное. «Ты Грибар?» — спросил он. «Браво, браво! — посыпались аплодисменты. — Я могу повелевать разумом и завладеть любым человеком. Но почему ты не можешь завладеть мной?» — спросил Олвин. «На дальних расстояниях я не могу завладеть разумом человека, но я могу поговорить с ним через его сознание», — ответила его собственная фигура. «Как ты проник так быстро в моё подсознание?» — спросил Олвин. «Ты воспользовался магией из моего мира, и я увидел тебя. Я пришёл, чтобы сказать, что я уже иду! Берегись!» — ответил очерк и растворился в воздухе, словно чёрный дым.

Олвин очнулся на полу, его сковывал страх от того, что грядет. Только зеркальце и карта остались на своих местах не тронуты. «Зефир, где же ты? Ты бы помог успокоить мою тревогу», — прошептал он.

МИР ДУХОВ

Олвин лежал на уютном ковре, который был постелен в маленькой, почти уютной кухне, наполненной тёплыми оттенками. Его взгляд был устремлён к потолку, украшенному причудливыми узорами, которые словно оживали в лучах солнца. «Вставать, пора подняться», — подумал он, ощущая, как внутри него борются противоречивые чувства. С одной стороны, ему не хотелось покидать этот уютный уголок, с другой — его манили неизведанные горизонты и приключения.

Олвин вспомнил, как недавно провалился в собственное подсознание и встретился там со своим протеже, но тот предстал перед ним в более омерзительном обличии, чем он мог себе представить. Это видение оставило в его душе тяжёлый след, но в то же время пробудило в нём решимость бороться со злом.

Он аккуратно встал, стараясь не нарушить идеальный порядок в доме. Его валенки, словно боясь нарушить тишину, не оставили ни единого следа на ковре. В руках Олвин держал магический предмет — ключ, который он сотворил с помощью своих ладоней. Этот ключ был не просто предметом, а символом его силы и предназначения. Ещё один магический предмет он положил рядом с двумя остальными — картой и зеркалом. Эти предметы были не просто вещами, они были связующими нитями между миром людей и миром магии.

Олвин взял рюкзак, который лежал на полу, и начал складывать в него вещи. Он аккуратно укладывал карманное зеркало, карту, и уже хотел вложить в рюкзак последний магический предмет, когда на подоконнике появилась милая кошка. Она мяукала, словно пытаясь что-то сказать, и её необычный окрас, похожий на сибирского кота, сразу привлёк внимание Олвина. Кошка казалась огромной из-за своего объёма, а её глаза, тёмно-зелёные, как сапфиры, таили в себе какую-то загадку. Олвин пристально вглядывался в них, пытаясь понять, что хочет сказать это животное.

«Брысь отсюда, я тебя не ждал, ты не вовремя, брысь, я сказал!» — произнёс Олвин, но кошка умоляюще смотрела на него, продолжая издавать звуки отчаяния. Она словно просила впустить её в дом, и Олвин, несмотря на свои первоначальные намерения, не смог устоять перед её взглядом.

Он приоткрыл дверь сеней и заметил, что кошка спрыгнула и направилась к входным дверям. Вскоре он приоткрыл дверь, и она быстро забежала в дом, словно замёрзла. «Стой, тебе сюда нельзя!» — крикнул он ей вслед, но маленькое животное уже скрылось из его поля зрения. Когда Олвин зашёл в дом, он увидел, как кошка мило вылизывала себя, умывалась, и её лапка скользила по языку.

«Тебе сюда нельзя, — проговорил Олвин. — Если тебя мама увидит, она будет в ярости. У нас нет кошек, так как у мамы аллергия на любых животных! Слышишь? Поэтому мы не ждём незваных гостей! А ты гость с очень интересным оттенком глаз. Первый раз вижу такое». Олвин стал пристально вглядываться в загадочно-зелёные глаза животного. В этот момент животное и человек встретились взглядами, и между ними словно пробежала искра понимания.

«Ты, наверное, кушать хочешь? Сейчас погоди, у меня в холодильнике есть колбаса, думаю, тебе понравится!» — сказал Олвин и быстро развернулся, чтобы достать кусочек уже нарезанной колбасы. Он скормил его непрошенному гостю, и с умилением наблюдал, как кошка с аппетитом уплетает лакомство.

«Ещё?» — спросил Олвин. «Нет, спасибо, Олвин», — неожиданно проговорила кошка мягким голосом. В душе мальчика что-то дрогнуло — то ли радость от осознания, что волшебство действительно существует, то ли страх перед неизвестностью. Смешанные чувства переполняли его, и он не знал, как реагировать на происходящее.

«Не паникуй, — проговорила кошка. — Я нежданно появилась, потому что мне нужна твоя помощь. Наш мир под угрозой, и он идёт». В воздухе повисла неловкая пауза, словно имя этого злодея нельзя было произносить вслух. Олвин медленно кивнул, понимая, о ком идёт речь.

«Помощь в чём?» — спросил он. «Увидишь в магическом мире, понимаешь о чём я?» — ответил гость. Олвин кивал, впитывая каждое слово, как губка впитывает воду. Он чувствовал, что перед ним открывается новый мир, полный тайн и опасностей, и он готов был принять этот вызов.

Диалог прекратился, и молчание затянулось. Олвин снова задал вопрос: «Куда я должен идти и в чём моя цель?» Но глаза животного сверкнули. Он решил притронуться к ней, но она лишь мурлыкала. Её сапфировые глаза, которые манили его, вдруг стали обычными тёмными.

«Ты меня слышишь?» — спросил Олвин. «Странно, — подумал мальчик. — Может, мне ключ поможет?» Как только он взялся за ключ, кошка спрыгнула с кухонного стола и направилась к выходу. Олвин выпустил её, и как только она покинула дом, он заметил необычное явление: при маленьком контакте ключа с дверью у неё появлялся замочный проём. Он убрал ключ — проём исчез, поднёс ближе — появился снова.

«Мир магии ждёт», — подумал мальчик с радостью. Он схватил рюкзак, закинул его на плечи, ровно встал, переводя дыхание, выдохнул и поднёс ключ к входным дверям своего маленького дома. Отверстие для ключа снова появилось. Он вставил ключ и провернул его. Дверь словно ожила: она светилась ярким светом, и её маленькие частицы магии словно прикасались к его лицу. Олвин шагнул вперёд, и яркий свет ослепил его. Он зажмурил глаза, и на секунду вспышка исчезла. Когда он узрел, то оказался в интересном лесу.

Стволы ярких деревьев возвышались до небес, их краски переливались в ярком свете, создавая множество оттенков светло-зелёного мира. Где-то слышалось пение птиц, их голоса завораживали и наполняли душу умиротворением. Олвин, поражённый красотой этого места, схватился за рюкзак, подтянул лямки и неспешно двинулся вперёд, рассматривая каждый камень, каждую усыпанную листьями тропинку. Но вдруг раздался раскат грома и молний, словно предупреждая о чём-то недобром.

Олвин без промедлений кинулся сквозь пучину деревьев и вдруг резко остановился, стоя на большом обрыве. Маленькие камешки сыпались в бездну, создавая тревожный шум. «Ты всё-таки пришёл», — отозвался голос за спиной мальчика. Он обернулся и увидел прозрачный силуэт, напоминавший духа. Его ноги парили в воздухе, а крылья были прекрасными, словно у зубной феи, что мама рассказывала, когда выпадал молочный зуб. Его знакомые мне уже темно-зеленые сапфиры, как будто смотрели сквозь тело, и видели настоящего меня.

«Кто ты?» — произнёс Олвин, и его маленькие усики на голове зашевелились, как будто он ловит радиоволны.

«Я дух. Это я позвал тебя. Ты незваный гость, который пришёл ко мне домой? Верно, проговорил Олвин. Это мир духов. Этот лес был ещё прекрасней, но магия покинула нас, и время словно остановилось». Маленький мальчик устремил свой взор вдаль и увидел чёрные тучи, которые сгущались за горизонтом. Раскаты грома отдавались эхом до обрыва, где находился наш герой.

«Да, вижу, но что это?» — спросил Олвин. «Это идёт Грибар. Когда он охватит наш мир, мы исчезнем, переместимся в небытие. Я не знаю куда, — говорил дух, — но я знаю, что волшебство исчезло, мосты разрушены, и то, что связывает нас с вашим миром, тоже исчезнет».

Олвин почувствовал страх и переживания. «А где все остальные?» — спросил он. Дух взмахом руки оживил вокруг себя некоторое пространство, и над каждой тропинкой, по которой недавно проходил Олвин, над каждым камешком виднелись маленькие клубочки прозрачных существ.

«Что здесь произошло?» — спросил Олвин. «Они спят, — ответил дух. — Я был в мире живых, когда это произошло, но когда вернулся, я увидел, что все уснули крепким сном. Я пытался разбудить всех, но мои попытки были тчетны. С каждым днём моя магия исчезала».

«Но как ты оказался в мире живых людей?» — спросил Олвин. «Наше волшебство поистине невероятное, — ответил дух. — Мы можем прийти в любом обличии и принять любой образ. Мы же духи, но так сложилось, что волшебство иссякло, и я смог вселиться только в животное, поэтому ты и повстречал на своём пороге нежданного гостя».

«Но как вы допустили такого?» — спросил Олвин. «Посмотри ещё раз за горизонт! Видишь там большое дерево без листьев? Это дерево времени, оно живое и служит сердцем нашего мира,мостом,магией», — сказал дух. Олвин уставился вдаль и тут же перебил духа: «Раз дерево живое, значит, разум его тоже живой, и Грибар захватил его! Верно?» «Да, Олвин, всё правильно», — подтвердил дух.

«Я старался беречь силы, чтобы рассказать свою частичку истории, но теперь мне пора», — сказал дух. Олвин почувствовал, как уходят последние искры магии. Он подбежал к духу, хотел ухватить его, но его руки просто проскальзывали сквозь прозрачное тело, как ветер, за который невозможно ухватится. «Стой, стой, что мне делать?» — воскликнул он. Слегка живой отголосок ответил: «Душа, береги душу, маленький мальчик, и свою веру. Путешествие сюда будет забирать частичку твоего существования». О чем ты? Я не понимаю, говорил Олвин.

И тут наступила гробовая тишина. Дух уснул рядом со своими сородичами, словно часы остановились и заморозило всё вокруг. Олвин понимал, что, возможно, Зефир и пришёл в качестве духа, после чего исчез из его дома и потерялся в этом мире. Где-то он сладко спит, под властью самого ужасного, устрашающего Грибара.

КРИСТАЛЛ

Олвин с умилением наблюдал, как милый призрак издаёт звуки, похожие на человеческие, но такие нежные и мелодичные.

«С чего же начать?» — задумался он. И тут же, словно по велению невидимой силы, он поднялся, подошёл к краю обрыва и стал вглядываться в даль. Перед ним возвышалось огромное дерево, листья которого, вероятно, уже опали. Возможно, именно туда ему следовало отправиться. Он взглянул вниз. «Да, слишком высоко», — подумал Олвин. Над ним в переливающемся свете раскинулось множество стволов зелёных елей, напоминающих мох, если смотреть с высоты. Через них пролегал путь, но как же его найти?

Словно молния пронеслась в его голове, и внутренний голос подсказал: «Загляни в карту!» Он снял рюкзак, который был не очень тяжёлым, — в нём лежало снаряжение и три артефакта, полученных от загадочного существа. Расстегнув молнию, он достал старую пергаментную бумагу и развернул её. Чертеж показывал его местоположение, обозначенное мигающими маленькими ботинками, и золотистую тропинку, ведущую через лес.

«Так, я здесь, — указал он пальцем на карту, — а мне нужно идти к дереву, что стоит за горизонтом. Не близкий путь, — подумал мальчик. — Но теперь главная задача — спуститься со скалистой местности».

Он сунул карту в карман, почувствовал, как становится жарко, снял зимнюю куртку и шапку и положил их в ранец. Взглянув на валенки, он улыбнулся: «Ну что ж, придётся не снимать их. Надеюсь, это не повредит ступням».

Собираясь закрыть рюкзак, он обратил внимание на лежащий там ключ, украшенный двумя нитями от тёплого пледа. «А что, если создать из одной из нити одну верёвку — прочную, по которой можно спуститься?» — мелькнуло у него в голове.

Он достал прекрасный ключ, созданный своими руками, положил перед собой, сложил ладони вместе и закрыл глаза, взывая с верой к своему подсознанию: «Прошу, магия, услышь меня, я вновь призываю тебя на помощь! Я верю в тебя, как верю в этот волшебный мир!» В тот же миг его руки озарились сиянием. Олвин взглянул на них и произнёс: «Хочу, чтобы одна из нитей превратилась в канат», — и коснулся ключа. Произошло мгновенное волшебство: перед ним оказались два предмета — ключ с оставшейся нитью и толстая верёвка, аккуратно свёрнутая в круг.

На мгновение сознание Олвина помутнело, он провалился в глубины разума, где всплыли недавние события. Он увидел маленького призрака, находившегося где-то рядом, и своё собственное отражение, будто в зеркале, и услышал голос духа: «Душу… береги душу…» И тогда он очнулся от этого короткого забытья.

«Магия не живёт здесь, но она есть во мне, потому что я не из этого мира. Каждый раз, когда я её призываю, она забирает частичку моего пребывания в этом мире», — с грустью подумал Олвин.

Радости не было предела, когда он увидел аккуратно лежащие перед ним предметы. Быстро убрав волшебный ключ в снаряжение и схватив верёвку, он надел рюкзак.

Оглядевшись, он закрепил верёвку на одном из хвойных деревьев, обвязал себя вокруг талии и подошёл к краю утёса. Взгляд вниз вызвал головокружение, и он отпрянул, но, глубоко вдохнув, решительно начал спускаться. Медленно и осторожно, цепляясь за трос и нащупывая ногами склон, он периодически останавливался, чтобы перевести дыхание.

«Ещё чуть-чуть…» — повторял он себе. И вот уже показалась земля, оставалось лишь ступить на неё, но в этот момент верёвка оборвалась. Он рухнул вниз, как мешок с картошкой, и дыхание захватило.

Олвин начал жадно хватать ртом воздух — падение было несильным, но пришлось на бок, отбив некоторые органы. Когда дыхание наконец выровнялось, он поднялся, отряхнулся и подобрал верёвку, упавшую следом. Взглянув на конец каната, он понял: «Перетёрся». Главное, что наш путешественник отделался лишь лёгким испугом!

Поправив заплечный мешок, он уставил взгляд на высокое дерево, которое было видно даже среди леса. Оно было так близко и так далеко… Мальчик двинулся вперёд, но не успел он преодолеть и несколько шагов, как послышался треск, напоминающий хруст ломающегося сельдерея или шинкованной капусты, и дерево стало медленно падать, подняв облако пыли и вызвав порыв ветра от падения чего-то огромного. Пылинки донеслись до лица Олвина и медленно осели на его румяных щеках.

«Сердце, — подумал он, — сердце этого мира разрушено». А раскаты грома и молний усилились, приближаясь. И тут Олвина накрыла печаль: неужели он не успел? «Нет, нет, нет», — нервно проговаривал он и быстро сунул руку в мешок.

Достав лист, он посмотрел на него, и путь у него на глазах стал таять, преобразовываясь в новую картинку, которая была ближе, чем то древо. Ему стоило обогнуть небольшой участок. Но куда он вёл, оставалось загадкой!

Выбора не было, пришлось двигаться дальше, через высокие дебри заблудшего леса. Олвин погружался всё глубже и глубже. Куда вёл его путь? Он часто открывал свой путеводитель, чтобы свериться: совпадают ли его шаги с золотистой нитью, ведущей в неизвестность.

Наверное, прошло немного времени — около трёх часов, — как он достиг пункта назначения. Перед ним проявилась мистическая пещера. «Темно и сыро», — подумал мальчик. Страх подступал всё ближе, но он старался от него избавиться, проговаривая: «Там нет ничего страшного, ничего, как нет и монстра под кроватью». А после послышалось эхо, отразившееся в глубокой темноте его же словами.

Собрав всю волю в кулак, Олвин шагнул вперёд и скрылся по ту сторону подземелья. Его силуэт моментально растворился в черноте, не оставив вокруг ничего. Но тут помещение озарилось ярким светом; ослепительные лучи заставили мальчика зажмуриться, будто кто-то шёл в атаку. Вскоре свет начал меркнуть, а подземный комплекс стал преображаться. Он увидел махровый ковёр, напоминавший газон, который вёл к огромному камню, а на нём кто-то спал, свернувшись клубком.

Чем ближе Олвин подходил, тем синий свет преображался в ярко-голубой. Говорят, голубой цвет успокаивает. Он тихо вступил на дорожку, которая была мягкой, как зефир.

— Эй, вы меня слышите? — шёпотом произнёс он спящему.

Голос его отразился от стен, придав звучанию силу, которая донеслась до слуха призрака.

И тот восстал в виде злобного стража огромных размеров, а голубые бабочки пархали над ним, создавая тайну склепа. Его глаза полыхали белым светом, на голове красовалась корона, обвешанная разными монетами и амулетами с надписями на неизвестном Олвину языке, нос был картошкой, а мягкие губы словно принадлежали не мужчине, а женщине. Но тембр голоса усиливался.

— Кто осмелился нарушить мой покой? — злобное эхо донеслось до маленького мальчика.

Он стоял непоколебимо и уверенно.

— Это я, простите.

Призрак заметил его — маленькое тело, словно кроха, похожее на новорождённого младенца; оставалось только взять Олвина на ручки и спеть колыбельную. И тут оттенки голубого излучения пархающих бабочек прикоснулись к фантому, и он сжался до масштабов Олвина, превратившись в прекрасную девушку-подростка.

— Я чувствую, — произнёс дух, обходя вокруг и осматривая мальчишку, — в тебе ещё теплится волшебство, Олвин! Но плата за его использование может быть высокой.

— Откуда вы знаете моё имя? — проговорил мальчик.

— Мой дар… или проклятье — знать всё о тех, кто приходит сюда. Но ты здесь не случайно, — говорило сияние. — Ты избранный, я вижу это.

— Но… но кто ты? — слегка дрожащим голосом, с капельками пота на лбу, задавал он вопросы призраку.

— Не бойся меня, малыш, — ответила девушка-спектр мелодичным тоном.

И тут напряжение спало, и Олвин почувствовал спокойствие.

Её милый голосок отвечал на вопросы маленького путешественника.

— Я — Стерегущая. У меня много имён: Берегущая, Следящая — как твоей душе угодно! Я охраняю это место от злых и потерянных душ.