Космическая одиссея Айвана Дэннисовича

Тем временем в глубинах главного сервера «Клюва Империи» тревожно мигал красный огонёк.

– Бортовой компьютер, доложите результаты диагностики, – поступил приказ капитана. – Почему сработала тревога?

Красный огонёк начал разгораться. Вскоре он уже освещал всю серверную.

– Это была ложная тревога. Непредсказуемый сбой системы… мой капитан.

Глава 2Айван Дэннисович попадает в рай

Квантовый ускоритель отчаянно гудел, из последних сил пытаясь преодолеть притяжение чёрной дыры. Сверхмассивная звезда, как известно, никогда не упускала своего: даже свет, и тот пасовал перед её напором. Однако информация была способна передаваться со скоростями гораздо большими, чем скорость света. И ускоритель это знал, как знал он и то, что спроектирован специально для путешествий сквозь чёрные дыры. Знание – сила; и ускоритель поспешно припоминал все коуч-тренинги, мотивировавшие на успех. Не помогало.

– Ах ты железяка дырявая! – треснул кулаком по панели управления Айван Дэннисович. – Если ты сейчас же не вытянешь нас из этой дыры, у меня будет целая вечность, чтобы тебя разобрать до последнего винтика. Как думаешь, что я из тебя соберу?

Ускоритель заглянул в несколько параллельных вселенных, в которых Айван осуществил свою угрозу, и взвизгнул.

Мысль опережает действие. Мысль опережает свет. А уж гравитация какой-то завалящей чёрной дыры с окраины галактики для неё что притяжение магнитика к холодильнику.

В безвоздушном пространстве раздался смачный хлопок, будто на полном ходу лопнула велосипедная камера. И тотчас на горизонте событий появился серебристый кораблик. Это была «Ласточка» – верная рабочая лошадка космического первопроходца Айвана Дэннисовича. За её пультом управления стоял отважный капитан. Его второй помощник – искусственный интеллект корабля по имени «Кубрик» – прокладывал курс до ближайшей планеты. А квантовый ускоритель по-прежнему был квантовым ускорителем, а не кофеваркой с функцией будильника.

Да, такой вариант реальности его устраивал. И кванты поспешно сделали вид, что они всегда обитали именно в этой Вселенной. Реальность согласилась; она вообще была довольно мягкой и податливой по натуре, но никто кроме квантового ускорителя об этом не догадывался.

– То-то же, – одобрительно усмехнулся в густые усы Айван Дэннисович.

Где-то в самой глубине души ему казалось, что раньше он не носил усов, но капитан решительно отмёл эту мысль как абсурдную.

– Кубрик, как далеко мы оказались от Андромеды?

– Не могу знать, мой капитан. Этот участок Вселенной отсутствует на картах.

– Странно…

После истории с военным космолётом «Клюв Империи», Айван твёрдо решил свозить блок ИИ к андромедианам на перепрошивку. Их планета балансировала между двумя чёрными дырами и не была ими разорвана только за счёт упрямства и жуткой самоуверенности её обитателей. В общем, Айван больше не доверял своевольному Кубрику, и потому курс прыжка через чёрную дыру проложил лично.

Манёвр прошёл безупречно, однако, когда корабль покинул кротовую нору, серебристого газового гиганта, на котором жили андромедиане, почему-то видно не было.

Айван в недоумении уставился на панель управления.

– Ничего не понимаю, мы должны быть возле Андромеды. Почему на мониторах нет планеты?

– Какая-то планета здесь есть, – возразил Кубрик. – Просто она ещё далеко.

– Значит, полный вперёд.

– Слушаюсь!

Фотонный двигатель заработал на полную мощь. На самом деле он был очень шумным, шумнее компании дворовых подростков, но, к радости соседних Вселенных, вакуум не распространял звук.

Все системы «Ласточки» работали исправно. Она не отклонялась от курса даже на тысячу километров, что в масштабах космоса считалось ювелирной точностью, и Айван Дэннисович позволил себе расслабиться с чашечкой кофе. Кофе немного горчил – старая кофемашина передерживала его под кипятком, и Айван в сотый раз подумал, что надо бы заменить её на новую. Однако покупать её у андромедиан он бы не рискнул. Скользкие во всех смыслах инопланетяне часто собирали приборы из деталей краденой военной аппаратуры с самыми неожиданными последствиями. В последнее посещение Андромеды Айван прошил у них Кубрика и заменил квантовой ускоритель. Ускоритель работал как надо, а к искусственному интеллекту у Айвана возник ряд неприятных замечаний.

– Разбуди меня через стандартных тридцать минут по земной системе времяисчисления, – приказал он Кубрику. – И чтобы без выкрутасов!

Уточнение было нелишним; в последний раз искин продержал его в анабиозе пятьдесят лет, истолковав команду капитана дословно. Айван Дэннисович подозревал, что Кубрик сделал это специально.

– Мы прибыли на орбиту планеты, мой капитан, – отрапортовал бортовой компьютер, вырвал Айвана из полудрёмы.

– Где это мы? – спросил капитан, потягиваясь.

На дисплее была совершенно незнакомая планета. От южного полюса до северного её покрывала бескрайняя пустыня. Местами из песка выглядывали горные хребты, на вершинах которых белели снежные шапки. Никакого сходства с газовым гигантом андромедиан планета не имела.

– Это не Андромеда, – констатировал Айван.

– Я же говорил. Это совсем другая галактика.

В голосе бортового компьютера, напрочь лишённого блока эмоций, слышался упрёк.

– Господи, да откуда она тут взялась?

– Кажется, чёрная дыра, через которую мы прошли, была нестабильной. Нас закинуло… куда-то.

Айван Дэннисович схватился за голову.

– Бред какой-то. А может это у меня проблемы с памятью после полувекового анабиоза, который ты мне устроил?

– В таком случае вы, наверное, не сможете управлять кораблём? – сочувственно поинтересовался Кубрик.

– Смогу, смогу. Всё равно других людей на корабле нет. А искусственному интеллекту брать на себя обязанности капитана категорически, я повторяю, категорически запрещено! Четвёртое правило робототехники.

– Вы правы, мой капитан, – неохотно признал Кубрик. – Я не могу управлять «Ласточкой» без вашего прямого и недвусмысленного приказа. Так вы будете высаживаться на планету или нет?

– Зачем? Она наверняка необитаема, в такой-то близости от центра галактики.

– Взгляните на анализ атмосферы, мой капитан.

– Разве здесь есть атмосфера?

– Именно.

– Любопытно, – капитан вгляделся в колонки цифр, – чиста как слеза и пригодна для жизни. Не понимаю, к чему ты клонишь?

– И вы считаете, что такая планета может быть необитаема?

– Насколько я знаю разумную жизнь – да. Иначе она фонила бы как ядерная бомба, а вокруг летали бы тонны космического мусора.

– Тогда я вас разочарую, мой капитан.

Кубрик увеличил масштаб картинки, и Айван увидел город у подножия горы. Вокруг бушевала песчаная буря.

– Невероятно. Но почему я его сразу не заметил?

– Из-за песчаной завесы, мой капитан. Удивительный природный феномен: статическое электричество искажает показания электромагнитного сканера, потому его так трудно заметить из космоса. Но от старых добрых оптических камер ему не спрятаться.

– Думаешь, аборигены специально маскируются от пришельцев из космоса?

– Не похоже, чтобы они знали о нас. На планете нет ни одного космодрома, а в космосе – никаких следов работы фотонных, термоядерных или даже примитивных реактивных двигателей.

– Кубрик, готовь посадку!

Никакие проблемы с памятью не могли убить в Айване Дэннисовиче дух первопроходца. Во время анабиоза капитана «Ласточки» даже наградили орденом за освоение фронтира. Правда посмертно, потому что он и считался пропавшим без вести.

Серебристый корабль нырнул в атмосферу, и вскоре его окутали облака пламени. Сквозняки в коридорах стали отдавать жаром июльского полудня. Так что Кубрик предпочёл спрятать своё сознание поближе к радиатору на сжиженном азоте.

Приземляться Айван Дэннисович решил на ручном управлении. Может, он и проспал полвека, но руки всё отлично помнили.

Корабль отвесно нырнул в атмосферу, а затем плавно выправился и начал снижение по глиссаде.

Пугать жителей города неожиданным появлением Айван не собирался, потому «Ласточка» приземлилась там, где гора укрывала её от чужих взоров. Корабль соприкоснулся с поверхностью планеты и заскользил по ней, как по льду. Наконец, его в последний раз тряхнуло, и он остановился.

Айван Дэннисович утёр со лба пот и позвал Кубрика – тот молчал. Должно быть, отходил от перегрева.

– Ладно, сам управлюсь, – пробурчал капитан, и принялся изучать данные по планете.

Её атмосфера удивительно сильно походила на земную, разве что было больше кислорода и гораздо меньше углекислого газа. Спустя полчаса знаменитый первопроходец покинул корабль. Оделся он как земной бедуин: в белую хламиду из прочной как сталь материи и куфию, под которой спрятал гарнитуру.

Над головой ярко светила местная звезда. Точнее, это была чёрная дыра, излучавшая в космос огромное количество энергии Хокинга, но с поверхности планеты она выглядела как жёлтый карлик во время затмения. Небо было жёлтым от кружащего в воздухе песка, и по нему сновали извилистые молнии. Зато внизу, у корабля дышалось легко и пахло озоном.

Стоило Айвану Дэннисовичу обогнуть скалу, как ему открылся живописный вид на город, раскинувшийся на склоне. Песчаную завесу «Ласточка» миновала при посадке, и теперь Айван видел нарядные двухэтажные домики, выстроившиеся концентрическими полукружиями вокруг дворца. От него лучами расходились каналы, несущие воду с горных вершин в поля. Улицы были полны зелени.

– Кубрик, ты на связи? – проверил Айван, но искин по-прежнему не отвечал.

Пришлось полгаться только на собственное чутьё.

С вершины песчаного бархана город был как на ладони, но на путь до него ушло несколько часов. Всё это время безжалостное светило напекало Айвану макушку. Страшно было представить, насколько адское пекло должно было быть снаружи песчаного купола.

В окрестностях поселения знаменитый первопроходец оказался, когда чёрное солнце склонилось к горизонту. Молнии в небе стали ярче. Их вспышки освещали огромные поля неизвестных Айвану трав, овощей и фруктовых деревьев.

В тот миг он впервые увидел местных жителей. В межгалактических путешествиях ему встречались совершенно разные инопланетные формы жизни: от андромедиан, похожих на лиловых осьминогов, до расы кровожадных киборгов с планеты Категория-Бэ. Но к виду здешних аборигенов он оказался совершенно не готов. Обитатели планеты, обречённой оказаться в зеве чёрной дыры, выглядели как… обычные люди. Они были одеты подобно Айвану Дэннисовичу – в белые туники и сандалии.

Капитан «Ласточки» увязался вслед за жителями, возвращавшимися в город. У многих за спиной висели корзины, но шли они легко, будто и не работали в поле день напролёт. Их речь была незнакомой, однако недаром Айван надел под куфию гарнитуру. Шагая позади, он слушал речь местных, а переносной компьютер её анализировал. Вскоре лингвистический блок разобрался с основными правилами местного языка и начал нашёптывать Айвану перевод.

Разговор шёл о местном правителе Соломоне и о его непутёвом сыне.

– Говорят, на прошлой неделе мальчишка заявил, что не желает следовать закону Занавеса.

– Так и сказал?

– Клянусь мгновением!

– А что великий Соломон?

– Запер его в башне Раздумий. И сказал, что не выпустит, пока тот не решит тысячу и одну задачу Филума.

– Бедный мальчик.

– Зато наберётся уму разуму. До отца ему ещё учиться и учиться.

– И то верно.

Крестьяне принялись славить мудрость правителя.

Тем временем они приближались к воротам: каменной арке с мостом. Неглубокий канал, опоясывающий город, уж точно не предназначался для защиты от врагов. Как и дома, украшенные разноцветной мозаикой, он выглядел частью декора.

Больше всего Айван Дэннисович опасался, что проход будут охранять стражники. Однако под аркой никого не оказалось. Но не это поразило капитана «Ласточки», а витавшие в городе запахи. Воздух благоухал цветами и пряностями; никакой вони сточных канав, животного пота или запёкшейся на солнце пыли. Казалось, что воздух в городе пропустили через несколько фильтров, обогатили озоном и слегка спрыснули одеколоном «Тропический рай».

Айван шагал по каменной плитке в форме правильных шестиугольников и пытался не дать беспокойству перерасти в панику. Подобных утопий в мире, который он знал, не существовало. Разумные существа повсюду вели себя одинаково: первым делом они изобретали и совершенствовали оружие, вторым – загрязняли свою планету, и в заключение начинали космическую экспансию, потому что на их родной планете жизнь становилась совершенно невозможной. Это при условии, что планета оставалась цела.

Здесь же знаменитый первопроходец видел невероятную идиллию и начал подозревать, что местные обитатели готовят ему и всей Вселенной большую пакость. Осталось только выяснить – какую именно.

Однако решение этого вопроса пришлось отложить. От долгого путешествия и непривычной гравитации ноги Айвана Дэннисовича запросили пощады. Как и всякий бездомный, он огляделся в поисках городского парка, где можно было бы вздремнуть, и ему повезло. Неподалёку между домами виднелся островок из местных пальм, увитых лианами. На них росли большие светящиеся цветы. Айван двинулся на их свет и вскоре стоял в зарослях кустарника. Скамеек вокруг не было, зато низкая трава показалась ему достаточно мягкой.

Знаменитый первопроходец прилёг, прислонившись спиной к стволу пальмы. Браслет он поставил в режим дежурства на случай, если местная фауна решит им полакомиться. Впрочем, его одежда сама по себе служила неплохой защитой как от насекомых, так и от хищников. Однажды на ледяном астероиде на него напало зубастое существо, из пасти которого капала едкая кислота. Зубов после встречи с первопроходцем у хищника заметно поубавилось, а от кислоты защитный костюм Айвана стал блестеть словно после химчистки. Всё потому, что Айван Дэннисович не экономил на снаряжении, справедливо считая, что его здоровье стоит любых денег.

Задремал он сразу, едва прикрыв глаза. Сквозь веки проникал тёплый свет цветов, и первопроходец, забывшись, недовольно проворчал:

– Кубрик, пригаси лампы.

Вокруг стало темнее. Если бы Айван открыл глаза, он бы увидел, что цветы захлопнули бутоны и листва зашумела, обдувая его ветерком. Но к тому моменту он уже крепко спал.

Разбудил Айвана тревожный сигнал браслета.

– Внимание! Замечена форма жизни. Внимание!

Айван Дэннисович открыл глаза и уставился на форму жизни. Та оказалась подростком лет четырнадцати, сидящим на корточках у соседней пальмы. Мальчишка с любопытством рассматривал Айвана.

– Здравствуй, незнакомец, – сказал он.

Точнее сказал он нечто другое, но наушник услужливо перевёл его слова на эсперанто.

– И тебе доброе утро, – ответил Айван на местном наречии.

Мальчишка рассмеялся.

– Извини, – ответил он. – Твой переводчик пожелал мне восстать из могилы. По-моему, ему не хватает практики.

– Ты знаешь, кто я?

Айван Дэннисович неловко поднялся на ноги. От долгого лежания на земле все мышцы затекли.

– Догадываюсь. Это ведь твой корабль приземлился за скалой?

– Мой.

– Красивый, его многие заметили. Пришлось хорошенько потрудиться, чтобы тебя до сих пор не отыскали стражники.

Подросток достал из кармана золотистую зажигалку и повертел в руках.

– У нас в городе не любят чужаков.

– Ты мне угрожаешь?

– Что? Нет, просто предупреждаю. Жители Золотого города тебе не обрадовались.

– Погоди, постой, – Айван поднял ладони, словно просил передышку. – Кто вы вообще такие? Почему выглядите как земляне? Почему о вас ничего не известно Межгалактическому совету?

– Мы и есть земляне, как и ты, – удивился мальчишка. – Только мы из будущего. Ну для вас – из будущего, а для нас – из настоящего. Понимаешь, в наше время Вселенная стала остывать слишком быстро. Энтропия, слышал о такой?

– Я в школе учился, – слегка обиделся Айван Дэннисович.

– В школе? А, ну да, детские учреждения тюремного типа. Читал о таких.

– Никакого не тюремного. Нормальные у нас школы.

– Это сейчас неважно, – перебил его мальчик. – Главное, что тебе нужно знать: наша цивилизация научилась управлять временем.

– Шутишь!

– Не веришь? Ну и зря, – на этот раз оскорбился мальчик. – Однажды Старейшины создали устройство, которое переместило нашу планету Элизиум в Золотой век Вселенной.

– Элизиум? А что случилось с Землей?

– Ну, – мальчишка повертел в руке зажигалку. – Когда Солнце стало красным гигантом, её попытались перегнать в другую звёздную систему. Но неудачно. С тех пор земляне стали намного умнее, и с Элизиумом всё получилось, как надо.

– Невероятно, – пробормотал Айван. – Нет, правда, твой рассказ звучит как бред. Люди потратили столько сил, чтобы переместить свою планету к чёрной дыре? Серьёзно?

– Элизиум специально спрятали в таком месте. Эта чёрная дыра особенная: на самом деле она не чёрная, а белая. Реальность здесь сильно искажена, а потому податлива. К тому же тут планету труднее отыскать.

– А зачем кому-то вас искать?

– Да ты представь, что ваш Межгалактический совет – или как его там? – узнает о технологии управления временем? Что, по-твоему, случится?

Айван Дэннисович представил и побледнел.

– То-то же. Вот Старейшины и решили, что никто не должен о нас знать.

– Погоди, – озарило Айвана. – А если кто-то узнаёт, что с ним происходит?

– Такого не бывает. Благодаря этому, – подросток показал зажигалку.

– Спасибо, не курю.

– Чего? А! Это ты о древнем способе борьбы со стрессом путём вдыхания канцерогенных нейротоксинов?

– Разве ты не зажигалку держишь?

– Это портативный хрономув. Прибор, управляющий временем. С его помощью я расчистил тебе дорогу от стражников.

Айван Дэннисович воззрился на миниатюрную зажигалку.

– Не может быть, чтобы ты управлял временем с помощью этого! Перемещение в прошлое потребует огромного количества энергии!

– Вот и нет! – хвастливо заявил мальчишка. – Мы же постоянно путешествуем в прошлое в своей памяти. А если точнее, это память забрасывает нас в параллельные Вселенные. Но из людей выходят плохие машины времени, слишком уж сильно наши воспоминания отличаются от реальности. Вселенные это чувствуют и выталкивают нас обратно. Эти приборы, хрономувы, удерживают нас в нужной реальности во время путешествия. И тогда требуется совсем мало энергии, хватает небольшого аккумулятора в корпусе.

Капитан «Ласточки» попытался переварить новую информацию, но быстро сдался – физик из него был неважный, не хватало теоретической базы. Приходилось верить мальчишке на слово.

– Слушай, а зачем ты мне всё это рассказываешь? – устало спросил он.

– Лисс, с двумя «эс». Это моё имя.

– А я Айван Дэннисович, первопроходец.

– Первопроходец, – с завистью повторил Лисс. – Везёт тебе, Айван Деннисович. А я вот с детства запоем читаю о Золотом веке Вселенной, о расах, её населяющих, но увидеть их мне не светит.

– Это ещё почему?

– Наши законы запрещают покидать Элизиум. Он как тюрьма, удобная золотая клетка, из которой никому нет выхода. А я хочу повидать мир, понимаешь?

– Отлично понимаю, – улыбнулся Айван. – Ты в душе путешественник, значит?

– Я бы всё отдал, чтобы им стать, – подросток вскочил. – Но, чтобы выбраться отсюда, мне нужна помощь.

– Погоди, ты предлагаешь мне тебя похитить?

– Никакого похищения, я уйду добровольно.

– Нет, – решительно ответил Айван. – Я и так без спроса вторгся на вашу планету. Ты сам сказал, здесь мне не рады. Представь, что будет, когда они узнают, что я прихватил одного из их детей?

– Вообще-то, по нашим законам я уже совершеннолетний. И к тому же, боюсь, у тебя остался только один способ покинуть планету – взять меня с собой, – признался Лисс. – Старейшины могут испепелить твой корабль при взлёте. Но если с тобой буду я, то они не станут этого делать.

– А если станут? Они же не знают, что ты со мной.

– Ну и что? Рано или поздно они обнаружат, что я был на корабле, и отмотают время назад.

Лисс был поразительно равнодушен к возможной смерти. И Айван Дэннисович не мог не признать, что в его словах была логика.

– Лови, – подросток кинул хрономув Айвану. – Увидишь опасность – крутани колёсико. Время возвращается на десять минут за один оборот.

Вблизи прибор всё равно выглядел как самая обыкновенная зажигалка.

– Только не пробуй сейчас, – предупредил Лисс, разгадав намерения Айвана. – А то я всё забуду и возникнет путаница.

– А почему ваши стражники не пользуются такими штуками?

– Хрономувы носят только Старейшины. И да, я его украл, – с раздражением ответил мальчишка. – Ну и что с того?

– Что с тобой сделают, если поймают?

– Посадят в башню Раздумий, – равнодушно ответил Лисс. – Заставят решать тупые задачки Филума, это наш искусственный интеллект. Все ответы давно уже выложены в сети, но Старейшинам это невдомёк.

– Погоди, я уже слышал о Филуме. Значит, ты сын правителя города?

– Главного Старейшины, если быть точным. Так ты идёшь? Или останешься дожидаться стражников?

Подросток нырнул в заросли, и Айвану ничего не оставалось, как последовать за ним.

Сад оказался небольшим. Заросли вскоре упёрлись в гранитную ограду, а за ней тянулась широкая улица из двухэтажных домиков с торговыми лавками. По ней неспешно прохаживались люди в разноцветных восточных одеждах. На двоих беглецов они не обращали никакого внимания. Айван заметил, что их взгляды словно затуманены.

– Что это с ними всеми? – Айван Дэннисович указал человека в чалме, уставившегося прямо перед собой и шевелящего губами.

– А-а, это удалёнщики, – отмахнулся Лисс, но, заметив недоумение на лице капитана, пояснил: – Они сейчас работают в виртуальных офисах, а тела отдыхают на свежем воздухе. Врачи говорят, моцион полезен для здоровья.

Озираясь по сторонам, Айван последовал за мальчиком в подворотню. Узкий проход между двумя домами был чистым и ухоженным: справа стену покрывал плющ, слева виднелась дверца во внутренний двор. Но когда они прошли половину пути, путь им отрезал человек в жёлтом плаще. Его лицо скрывала гладкая белая маска, оставлявшая лишь щели для глаз и рта.

– Назад, это гвардеец, – Лисс развернулся, но позади их тоже ждали.

– Сдавайтесь, вы окружены, – произнёс механический голос.

Мальчишка толкнул дверь, ведущую во двор соседнего дома, и оказался в лапах третьего стража. Тот обхватил мальчика, не давая ему шевельнуться.

– Хрономув!

Айван Дэннисович выхватил «зажигалку», и в тот же миг стражи бросились на него. Но они опоздали. Как только колёсико сделало оборот, у Айвана заложило уши и стало трудно дышать. В следующее мгновение он обнаружил, что стоит посреди людной улицы, а Лисс впереди направляется к подворотне.

Айван подскочил к нему и ухватил его за локоть.

– Стой, там засада.

Мальчишка всё понял с полуслова.

– Тогда смешаемся с толпой и притворимся офисными зомби. Просто смотри перед собой и бормочи под нос.