Тихий мальчик и голубоглазая девушка

Он сидел на своём обычном месте, склонившись над книгой. Прядь тёмных волос упала ему на лоб. Рядом с ним чувствовался знакомый запах — как от свежих тостов с тёплым хлебом и сыром из школьного буфета.

Раньше Лалин его не замечала.

Возможно, после того как они стали партнёрами по проекту, она начала внимательнее смотреть на Керема.

Проходя мимо его парты, Лалин ненадолго остановилась.

— Доброе утро.

Керем поднял голову.

На мгновение он выглядел так, будто хотел проверить, не обращалась ли она к кому-то за его спиной.

— Доброе утро.

Лалин прошла к своей парте.

Мелис сразу наклонилась к ней.

— Ты сейчас поздоровалась с Керемом?

Лалин поставила сумку на парту.

— Да. Он всё-таки мой партнёр по проекту.

Мелис поджала губы и посмотрела в сторону Керема.

— Тебе не кажется, что он немного странный?

Улыбка Лалин сохранилась, но голос стал серьёзнее.

— Если человек молчаливый, это не делает его странным.

Мелис пожала плечами.

— Я ничего такого не сказала.

— На самом деле сказала.

Их разговор закончился, когда в класс вошла учительница.

Лалин открыла книгу, но её взгляд снова направился к Керему.

Он уже опустил голову и переписывал слова учительницы в тетрадь. Казалось, будто он не слышал их разговор.

Но он слышал.

Керем слышал почти всё.

Он просто предпочитал не отвечать.

Во время обеденного перерыва они должны были снова встретиться в библиотеке и продолжить работу над проектом.

Лалин отказалась идти с подругами в буфет.

— Мне нужно закончить проект.

— С Керемом? — спросила Мелис.

Лалин слегка прищурилась.

— Да, с Керемом.

Когда она вошла в библиотеку, Керем уже сидел за старым столом. Перед ним лежали несколько книг, тетрадь и две ручки.

Он поднял голову только тогда, когда увидел её.

— Я нашёл источники, — сказал он. — Можем разделить темы.

Лалин села напротив.

— Ты раньше когда-нибудь делал групповой проект?

— Да.

— И действительно разговаривал с людьми?

Керем приподнял брови.

— В основном писал.

Лалин рассмеялась.

— Я не удивлена.

На лице Керема появилась слабая улыбка.

Она исчезла так быстро, что Лалин не была уверена, действительно ли её увидела.

Некоторое время они работали.

Лалин упорядочивала материалы, а Керем выбирал важные места в книгах. Сначала они говорили только о проекте. Но постепенно тишина между ними перестала быть неловкой.

Молчание Керема отличалось от любой другой тишины, которую Лалин встречала раньше.

Оно не было злым.

Не было холодным.

Это была глубокая тишина, наполненная слишком большим количеством невысказанных фраз.

Лалин положила ручку на стол.

— Можно тебя кое о чём спросить?

Керем поднял голову.

— Ты уже спросила.

Лалин несколько секунд смотрела на него, а потом рассмеялась.

— Значит, ты умеешь шутить.

— Иногда.

— Почему ты никогда не говоришь на уроках?

Лицо Керема снова стало серьёзным.

— Я говорю, когда есть что сказать.

— А как насчёт того, что тебе хочется сказать?

Керем не ответил.

Его взгляд переместился на надпись на столе.

Лалин проследила за его взглядом, но не увидела фразу, написанную им утром. Её закрывала тетрадь.

— А почему ты всё время говоришь? — спросил Керем.

Лалин удивилась.

— Я не говорю всё время.

Керем посмотрел на неё.

Подумав несколько секунд, Лалин улыбнулась.

— Хорошо. Может быть, говорю немного больше остальных.

— Почему?

У Лалин не было готового ответа.

Она начала крутить ручку между пальцами.

— Не знаю, — сказала она. — Иногда тишина заставляет меня чувствовать себя неловко.

— А меня толпа.

— Ты чувствуешь себя в ней невидимым?

Керем не ожидал такого вопроса.

Впервые голубые глаза Лалин смотрели на него с настоящим интересом. Она не осуждала его и не пыталась пошутить.

Она просто ждала ответа.

— Иногда, — сказал Керем.

Лалин кивнула.

— А я иногда чувствую себя более одинокой среди людей, чем когда остаюсь одна.

Керем посмотрел на неё.

Эта фраза словно не подходила Лалин. Было трудно поверить, что самая популярная и разговорчивая девушка школы может говорить об одиночестве.

Но выражение её лица показывало, что она не шутит.

Некоторое время они молчали.

Впервые тишина не тревожила Лалин.

И впервые Керем не хотел, чтобы сидевший напротив человек нарушал её.

Наконец Лалин закрыла тетрадь.

— На сегодня хватит?

Керем посмотрел на часы.

— Хватит.

Лалин начала собирать вещи.

Поднимаясь, она случайно задела одну из тетрадей, и та упала на пол.

Лалин наклонилась и подняла её.

Выпрямившись, она увидела надпись на столе:

«Почему человек захочет раскрыться перед тем, кого совсем не знает?»

Её рука замерла.

Этой фразы утром здесь не было.

Значит, незнакомец ответил.

Сердце Лалин забилось быстрее, но она ничем этого не показала.

Она положила тетрадь обратно на стол и посмотрела на Керема.

Он застёгивал рюкзак.

— До завтра, — сказала Лалин.

— До завтра.

Когда Керем вышел из библиотеки, Лалин ещё несколько секунд смотрела на дверь.

Дождавшись, пока его шаги стихнут в коридоре, она снова села.

Лалин достала из сумки синюю ручку.

Под фразой, написанной чёрными чернилами, она аккуратно вывела:

«Потому что иногда незнакомец слушает, не осуждая тебя так, как это делают люди, которые уже тебя знают».

Она остановилась, затем добавила ещё одну фразу:

«Но можно ли сказать правду человеку, которого ты не знаешь?»

Лалин закрыла ручку.

Глядя на написанное, она почувствовала странное волнение.

Она не знала человека, находившегося по другую сторону стола.

Не знала, мальчик это или девочка, в каком классе он учится и как выглядит.

И всё же разговор с этим незнакомцем казался ей более настоящим, чем разговоры с десятками людей, окружавших её каждый день.

Лалин поднялась и вышла из библиотеки.

В дальнем конце коридора Керем стоял один у окна.

Казалось, он смотрит во двор, но, заметив Лалин, повернул голову.

Их взгляды встретились.

Лалин улыбнулась.

После короткого колебания Керем улыбнулся в ответ.

Всего несколько минут назад они сидели за одним столом.

Оба оставили там маленькую часть себя.

Но пока ни один из них не знал, что незнакомец, которого они искали, всё это время сидел прямо напротив.

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

Правда, рассказанная незнакомцу

На следующее утро Керем решил не идти в библиотеку.

Он принял это решение ещё дома.

Он всё ещё был уверен в нём по дороге к автобусной остановке. Оставался уверен, когда вошёл во школьный двор и направился по коридору к своему классу.

Ответ на столе его не интересовал.

По крайней мере, именно это он говорил самому себе.

Но за несколько шагов до двери класса Керем остановился.

По коридору распространялся запах поджаренных тостов. Несколько учеников торопились к лестнице с бумажными тарелками в руках. Аромат тёплого хлеба и плавленого сыра смешивался с холодным утренним воздухом.

Каждое утро немного этого запаха оставалось на одежде Керема.

Возможно, потому что он постоянно проходил по коридору рядом с буфетом. А может быть, запах исходил от простого тоста с сыром, который он обычно покупал перед уроками.

Сам Керем этого никогда не замечал.

Но однажды, когда кто-нибудь будет вспоминать о нём, именно этот тёплый и знакомый аромат может первым прийти на ум.

Керем поправил ремень рюкзака.

Затем развернулся.

И направился в библиотеку.

Когда он открыл дверь, внутри было тихо. Госпожа Неджла сидела за своим столом и листала толстую книгу. Увидев Керема, она посмотрела на него поверх очков.

— Ты вернулся, чтобы на этот раз правильно прочитать вчерашнюю перевёрнутую книгу?

Керем слегка опустил голову.

— Мне нужно кое-что проверить.

Госпожа Неджла улыбнулась.

— Некоторые вещи не проверяют, Керем. Их ищут.

Керем не любил подобные фразы. Его утомляло, когда люди пытались говорить загадочно и многозначительно вместо того, чтобы прямо объяснить, что имеют в виду.

Но он ничего не ответил.

Керем направился к столу в дальнем углу.

Вопрос, который он написал накануне, всё ещё оставался на месте:

«Почему человек захочет раскрыться перед тем, кого совсем не знает?»

Под ним синими чернилами были написаны две фразы:

«Потому что иногда незнакомец слушает, не осуждая тебя так, как это делают люди, которые уже тебя знают».

«Но можно ли сказать правду человеку, которого ты не знаешь?»

Керем прочитал эти слова дважды.

Потом ещё раз.

Слово правда