Незабытая демоном. Второй шанс

— В чём тогда?

— Не хотел тебя тревожить, но ты имеешь право знать, — он сделал небольшую паузу, подбирая слова. — Шэйн кон Элло женился на герцогине Кандински.

— Кандински? — с ужасом переспросила я. — Племяннице Вита?

— Именно…

— Бедная девочка, — протянула с полным сочувствием. Лёгкая грусть накрыла меня. Вит не хотел бы подобной участи для своей племянницы. Если бы он был тут, то никогда бы не допустил подобного. Я вмиг почувствовала себя виноватой перед ним. Витор практически не общался со своим братом. Они были слишком разными. И всё же он переживал и беспокоился о своей семье. А сейчас выходило так, что он бросил их, чтобы спасти мою дочь. А я не смогла сделать того же для его племянницы.

— Не спорю. Но проблема не в этом. Семья Кандински — одна из самых уважаемых в Элло. И этот брак подарит Шэйну поддержку верхушки. Смерть императора не стала для нас сюрпризом. Но и не принесла ничего хорошего: из-за траура и отсутствия альтернативных наследников престола волнения в стране прекратились. А нам это совершенно не на руку, сама знаешь.

Я молча кивнула.

— Если раньше у нас был шанс сместить Шэйна с трона, хотя бы попытаться поднять восстание, то после брака его власть станет практически безграничной. Раф боится, что этот союз будет разрушительным для драконов. Внутренние проблемы в империи Элло прекратятся полностью, и демоны вспомнят о своей ненависти к нам. Война станет неизбежной. Безумный и жестокий император на троне — это угроза, которую невозможно игнорировать.

Слова о том, что внезапное появление Даррена сейчас было бы как нельзя кстати, остались невысказанными. Мы оба это понимали, но Нэйт не хотел лишний раз произносить его имя.

И я была ему за это благодарна.

О Рене и своей прошлой жизни я предпочитала не вспоминать. Но чувства и мысли не всегда возможно контролировать. Его образ часто всплывал в моей голове. Я заталкивала его куда подальше, отстранялась, напоминала себе про обиду и предательство. И всё же не могла заставить себя полностью отпустить его.

Какое-то время я была уверена, что ненавижу бывшего мужа. А потом поняла, что это не так. Я злилась, но не ненавидела. Стоило бы, но у меня не получалось. Я провела с ним большую часть своей жизни, любила этого мужчину так сильно, как не полюблю больше никогда и никого. Я восхищалась им, доверяла ему. И хоть он и предал моё доверие, разум до сих пор искал ему оправдание, отказывался верить до конца в его виновность. Эти противоречия разрывали меня на части и часто становились ещё одной причиной моего плохого настроения. К счастью, мне удавалось переключаться на настоящую жизнь, чтобы не погрязнуть в этой депрессии.

Рен пропал не только из моей жизни — он словно под землю провалился. Никто ничего не слышал о принце демонов много лет. Это было странно, потому что его страна рассчитывала на него. Официально его признали мёртвым, но никаких доказательств не было. И это вызывало смутное беспокойство, хотя и об этом я старалась думать как можно реже.

Даррен кон Элло был взрослым мужчиной, он мог за себя постоять. А ещё был умным и не обделённым хитростью. Мне проще было поверить, что он скрылся в тени, чтобы однажды эффектно вернуться, чем в то, что с ним действительно что-то случилось.

Признаться честно, я бы предпочла вообще не знать о нём ничего. Даже имя его не слышать. Оставить лишь воспоминания и закрыть эту главу своей жизни.

— Ани… — тихо позвал Натаниэль.

Я вздрогнула, понимая, что снова слишком глубоко ушла в собственные мысли.

— Прости.

Он лишь понимающе улыбнулся.

— Я знаю, что ты сейчас чувствуешь.

Я отвела взгляд.

— Я сама не понимаю, что именно чувствую…

— Не забывай про нашу связь… — Нэйт нежно взял мою ладонь в свою, сжимая в молчаливой поддержке. — Иногда мне кажется, что я понимаю тебя даже лучше, чем ты сама. Так что не пытайся от меня прятаться или закрываться. Помни, ты можешь поговорить со мной обо всем. Я всегда буду на твоей стороне. Я очень сильно тебя люблю.

Благодаря этим словам мне и впрямь стало немного легче. Мысли о Рене наконец немного улеглись, уступая место другой тревоге. Куда более реальной и опасной.

Я больше не принимала активного участия в политических играх и интригах, но король Рафаэль очень ценил мои знания, опыт и способность стратегически мыслить. Он обращался ко мне за советом чаще, чем я того хотела. И даже попытки Натаниэля оградить меня от всего часто оказывались безуспешными.

Раф был не менее упрям, чем мой бывший муж, — такой же амбициозный и бескомпромиссный. Прекрасные качества для короля, опасные для врага. А я оставалась всё такой же участливой и небезразличной. Я просто не могла закрыть глаза и отвернуться, если нужна была моя помощь. Особенно когда дело касалось важных решений для обеих стран — той, что была для меня домом, и той, что им стала.

Хоть народ Амада ничего не знал обо мне (наши отношения с Нэйтом держались в строжайшем секрете, как и моя прежняя личность), а высшие круги общества не принимали меня всерьёз, это никак не влияло на то, что я заботилась о благополучии родного государства моего мужа. Всё, что было важно ему, имело значение и для меня.

Именно поэтому я никогда не отказывала Рафаэлю в его просьбах, открыто делилась мнением и собственными знаниями.

И вот сейчас Натаниэль не просто так рассказывал мне последние новости. Наверняка Рафаэль хотел узнать моё мнение, попросить помощи. Но, как всегда, предпочёл сделать это через своего брата. Политик, что сказать. Раф умел действовать тонко.

— Я могу чем-то помочь? — буквально выдавила я из себя эти слова. Сталкиваться с прошлым было тяжело, но и бездействовать — не вариант.

Нэйт тяжело вздохнул и замялся, что-то обдумывая. В такие моменты я жалела о том, что он прекрасно чувствует мои эмоции и переживания, а я его — нет. Мне порой не хватало этих умений. Казалось, он знает обо мне всё, а я не могу помочь ему в элементарных вещах.

— Мне поручили найти младшего принца, — наконец произнёс Нэйт, недовольно поморщившись.

Размер катастрофы, что надвигалась на нас, был непредсказуемым, но однозначно огромным. Натаниэль был прав — возможно, война начнётся не сразу, не через год и не через два. Но она неизбежна и точно будет разрушительной. Драконы уже несколько лет пытались подготовиться к ней, но, по правде говоря, к подобному просто невозможно быть готовым.

Демонам нужен был законный наследник, способный возглавить государство и предотвратить нежеланный конфликт. Надеяться на здравомыслие Шэйна не приходилось. Лучшее, что мы могли сделать в данной ситуации, — это найти Даррена кон Элло, пока ещё не поздно, и помочь ему свергнуть брата.

Для меня это могло обернуться личным кошмаром. Но сейчас речь шла не обо мне, а о чём-то гораздо большем. О людях, о странах, которые я считала домом, о том, за что боролась много лет.

— Ты должна знать. Но я не хочу, чтобы ты в этом участвовала.

Смесь разных эмоций пролетела у меня в голове после слов мужа.

Я не ответила. Просто молча встала и подошла к сыну, села рядом и поцеловала его в лоб. Мои дети — вот ради чего я действительно была готова пройти через любые испытания и переступить через собственные обиды и боль.

Глава 3. Эмиль

— Ты же понимаешь, что я обязан тебя задержать? — голос Дина прервал поток моих мыслей, возвращая в реальность.

Сразу за этой фразой в комнате включился свет. Слишком резкий и яркий. Он больно ударил по глазам, которые за последний час чересчур привыкли к темноте. Пришлось прикрыть и протереть веки, чтобы избавиться от неприятных ощущений.

— Что ты делаешь в моём доме, в моём кабинете, Эмиль? Да ещё и в темноте.

— Жду тебя, — без задней мысли ответил другу. — Хотел поговорить.

В последнее время между нами пробежала чёрная кошка. И всё же Коллинз оставался единственным человеком в мире, кому я безгранично доверял. После смерти Анабель и пропажи Даррена кон Элло моя действительность пошла под откос. Мне сохранили жизнь, но лишили титула, наследства, должности и средств к существованию.

Семье пришлось отвернуться от меня. Я знал, что они этого не желали, знал, что мать и отец готовы были поддержать меня, дать кров и убежище. Но помощь предателю плохо бы отразилась на них, а также братьях и сестре. Я не мог подставить их настолько сильно, потому ушёл в собственное плавание. Стал тем, кого видело во мне моё государство — изменщиком и преступником.

Уверенность в том, что Шейн кон Элло недостоин трона, лишь укреплялась со временем. Я больше не был богатеньким золотым мальчиком, не жил во дворце, не носил дорогие одежды. Я увидел изнанку жизни, проблемы родной страны своими глазами.

Наша империя была далеко не идеальна, какой она казалась мне раньше. Вокруг царили бедность, неравноправие и несправедливость. То, что сильные мира сего привыкли не замечать, находясь на вершине пищевой цепочки.

Оказавшись ближе к народу, я прозрел. И от этого мне лишь сильнее захотелось перемен. Пока у власти был Азаэль, существовало хоть какое-то подобие законов, в людях жила надежда на лучшее. Но как только его место занял Шейн, всё покатилось к чёрту.

Ощущение безопасности исчезло, несправедливость стала ощущаться острее. Любые протесты и волнения подавлялись силой, полицейские и военные получили безграничную власть — они творили, что им вздумается: грабили собственный народ, прессовали, насиловали женщин. Император игнорировал подобное поведение, порой даже поощрял, называя это благодарностью за верную службу.

— Если кто-то тебя увидит здесь, нас обоих за это посадят, — тяжело вздохнул друг, плотно закрывая за собой дверь и проходя к своему рабочему месту.

— Прости, я иногда забываю, что ты стал верной шавкой нового императора.

Дин лишь закатил глаза и без капли злости ответил:

— Я служу закону, ловлю преступников, наказываю их за совершённые преступления. Это мой способ помогать людям, менять общество.

— Менять? — хмыкнул я. — Не обманывай сам себя, дружище. Рыба гниет с головы, значит и перемены должны начинаться с верхушки. Твои жалкие попытки ничего не приносят.

— И что ты предлагаешь? Поднять восстание, сместить императора? Ты думаешь, это хоть что-то изменит? Кроме того, что нас могут повесить лишь за попытку?

— Ох, как же ты заговорил. А раньше был настроен решительно. Кажется, ты забыл, за что боролся когда-то.

— Нет, Эми, я прекрасно помню, за когоборолся раньше. Да вот только сейчас в этом не осталось смысла. Анабель мертва, принц Даррен, возможно, тоже. А может быть, просто сбежал, спасая собственную шкуру. Так за когомне сейчас бороться? Из-за когорисковать своей жизнью и благополучием семьи?

— Ты неправильно ставишь вопрос, дружище. Не закого, а противкого! — не выдержал я. — Ты же прекрасно понимаешь, что Шейн не достоин своего места. Он разрушает наш дом, убивает наших людей. Его нужно сместить, а лучше даже убить!

— Не спорю, что император из него на редкость хреновый, — спокойно ответил друг, — но кем его заменить? Есть варианты? У меня — нет. Неужели ты не понимаешь: если не найти достойного преемника, которого поддержат другие лорды, то от его смерти станет только хуже. Начнутся ещё большие беспорядки, борьба за власть, делёжка земель. Это ослабит империю, а наши враги чего-то такого только и ждут. Война будет неизбежна, она принесёт ещё больше смертей, разрухи и горя.

— И ты предлагаешь просто сидеть, ничего не делая, просто терпеть? Только из-за страха, что может стать ещё хуже? Нет, Дин, это не вариант. Ты сам это понимаешь. Я не собираюсь сидеть сложа руки. И пусть мои методы тебе и не нравятся, но я хотя бы что-то делаю. Пытаюсь всё изменить.

— Методы? — хмыкнул друг. — Именно так ты называешь грабёж, убийства, нападения на полицейских, организацию бунта? Это не методы, Эмиль. Это преступления. За которые я должен посадить тебя в тюрьму или даже повесить.

— Ну так давай, дерзай. Я ведь уже тут, Дин. Просто надень на меня кандалы и сдай властям. Наверняка получишь награду за мою голову, может, даже повышение. Уверен, новый император оценит твою преданность. Как и твой тесть, собственно говоря.

— Какой же ты идиот, — сморщил лоб друг и прикрыл глаза рукой. — Нам нужен лидер, Дебуа. Достойный, умный, уважаемый. Без него все твои попытки не возымеют смысла. Сейчас ты ведёшь себя как обиженный мальчишка, тупоголовый бандит. Нужно действовать умнее и аккуратнее. Так что будь добр, перестань мелькать в новостных сводках, заляг на дно и начни думать головой. Хочешь построить движение сопротивления — пожалуйста. Но никто не должен знать об этом раньше времени. Никто не должен догадываться о твоих целях. Понял меня?

Я молча посмотрел на друга, оценивая и переваривая его слова. Раньше я мог доверить ему свою жизнь, точно знал, что он со мной на одной стороне. Но за последние годы всё так сильно изменилось.

Дин начал работать в полиции, у него была семья — жена и двое детей, благополучие которых его волновало. Кроме того, его тесть так и оставался генералом империи Элло, он был верным подданным императора и, наверняка, давил на Коллинза.

Я рисковал, приходя к старому другу и разговаривая с ним столь откровенно. Но он был единственным, кто остался у меня из прошлой жизни. Я потерял всех и не готов был отказаться от последнего дорогого мне человека.

— Не смотри на меня так, Эми. Я не стану тебя сдавать, я не предатель. Да и ты кое-что забываешь. Я вырос в бедной семье и слишком хорошо понимаю, о чём ты говоришь и за что борешься. Ты ошибаешься, если считаешь, что мне всё равно. Тем не менее, действовать в лоб, как ты сейчас, неправильно. Я за тебя переживаю, брат. Возьмись за голову наконец. И знай — я на твоей стороне. Ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь. Но не заставляй меня бессмысленно подставляться, ладно?

— Договорились, — я встал с кресла, шутливо отдавая честь своему другу. — Мне пора. Передавай привет Насте. И, Дин, спасибо.

Он не стал переспрашивать, за что именно. Это и так было понятно. Некоторые вещи не требовали объяснений.

— Думаю, ей лучше не знать… — пробормотал Дин. — Не хочу её вмешивать. Если всё пойдёт коту под хвост, она не должна пострадать.

— Логично, — ответил я, ставя на этом точку, и вышел, скрываясь в темноте.

Убедившись, что за мной не следят, я направился в бордель, который стал для меня и моих последователей прикрытием. Иногда прятаться нужно на виду, чтобы быть не заметным. И это получалось у меня отлично.

Глава