Призраки Ансана

— Спасибо, нормально. А вы? — сухо отозвалась Анна, удерживая спину прямой, несмотря на ноющий разлом в пояснице.

— Я вчера слышала ваш плач за стеной, — Лена отвела взгляд и тяжело вздохнула. — У меня прямо сердце сжалось от того, какие мы все здесь ненужные, лишние...

— Ну, нас никто сюда не звал. И на веревке не привязал, — поправив очки, отрезала Анна.

Лена удивленно моргнула, явно не ожидая такой жесткости от изможденной иностранки.

— Ну да, не привязал... — пробормотала она, пятясь к своей двери. — Ладно, удачи вам...

И она поспешно скрылась в своей комнате. Анна проводила её взглядом, развернулась и зашла в двери общей кухни. Открыв тяжелую крышку огромной промышленной рисоварки, она застыла. Внутри было абсолютно чистое, выскребенное другими соседями досуха металлическое дно. Пустота.

Запасов ни крошки. Превозмогая боль, она доковыляла до ближайшего дешевого магазина у дома и на последние деньги набрала самый скромный улов: продукты на пару дней, а также две упаковки яиц в хлипких, полностью прозрачных пластиковых блистерах на круглых защелках. Корейский продавец сложил всё это в один тонкий, копеечный полиэтиленовый пакет.

Анна медленно шла обратно по серому тротуару промышленной зоны Ансана. Корейская летняя жара стояла невыносимая — душная, липкая, тяжелая баня, которая высасывала из нее последние силы. Каждые сто метров давались с каторжным трудом, ноги гудели как натянутые тросы.

Пакет не выдержал прямо посередине уличного перекрестка. Раздался резкий, сухой треск, и всё содержимое лавиной плюхнулось прямо на горячий асфальт под ноги Анны.

Большая часть яиц из раскрывшихся от удара блистеров разбилась мгновенно, даже не успев прокатиться. Они плюхнулись всей массой на серый тротуар, создав большую, клейкую, желто-белую яичницу под палящим корейским солнцем. Вокруг этого месива разлетелись остальные продукты, а тяжелая бутылка минеральной воды укатилась далеко в сторону.Анна в полном оцепенении застыла над этой грязной кучей. Позор и унижение обожгли её изнутри. Превозмогая дикую боль, она всё-таки наклонилась и стала собирать продукты. И в этот миг появился заношенный, дешёвый мужской кроссовок. И чьи-то мозолистые, рабочие руки ловко перехватили на асфальте семь уцелевших яиц, которые упрямо катились по наклонной дороге, прочь от липкого месива всего в метре от неё. А укатившуюся далеко бутылку воды аккуратно подобрала старенькая, согнутая пополам корейская бабушка с тележкой для сбора картона, тихо подав её Анне со словами сочувствия на своем языке.