Ступеньки измен Черное и Белое

– То есть, сам ты это не видел?

– Ну да, сам не видел, только предполагаю, как говорится, свечку не держал. А если это все-таки и Виктория, то не думаю, что она со всеми сразу с ними кувыркается! Когда там полно народу, то, наверно, просто присутствует с ними, как одна из них. Наверно, когда их там с ней двое-трое, вот тогда и секс у них. Не каждый раз, конечно, такое, чаще всего они встретятся с кем-то, поедят и, если она с ними, то вместе с ней уезжают, и там уже, должно быть, у них все и закручивается с нею…

Напрягся мужик, закинул в ставок удочку:

– И куда именно они уезжают, не знаешь?

– Куда? Непонятно! Может, просто до дома ее довозят. Но иногда бывает и такое, что задерживаются тут. Конечно, и она не каждый раз бывает здесь с ними, чаще всего без нее они тут тусуются. Но иногда для чего-то она им все-таки нужна здесь. Возможно, зовут ее, чтобы она была сопричастна к их делам и понимала, что, много зная, она не сможет тихо и спокойно уйти от них! – выдохнул гарсон и налил еще по рюмочке.

Выпили они, закусили…

Картина вырисовывалась, пазл постепенно складывался, но все еще оставались некоторые сомнения у мужика. Миша же воодушевленно выкладывал перед ним свою точку зрения. Выслушав парня, Сергей высказал свое предположение:

– Скорее всего, она причастна к их делам и находится там с ними. Возможно, и ничего такого между ними нет?

– Я тоже, братан, сомневался, пока однажды там, в их закутке, стоны и завывания не услышал.

Снова Серж сделал вид, что поражен услышанным:

– Ты это серьезно?

– Серьезней не бывает!

– Стонала и завывала?

– Видать, в экстазе девка была. Я же не дурак, различаю, где и как девки кричат. А этой было явно хорошо!

Прищурился мужик, качнул пальцем:

– Но, возможно, это была конторская проститутка, или еще любая другая девка присутствовала?

– Конечно, все может быть, братан! – согласился кельнер подозрительно охотно. – Я и не буду за это самое и спорить с тобой! Но до этого они заходили вместе с ней сюда, в наше кафе. Хотя, она, конечно же, могла уже и уйти, завывания я намного позже слышал. Я же не следил за ними. Она могла уехать, а драли любую другую шлюху! Все может быть, но есть и вероятность того, что это была она…

– То есть, фифти-фифти…

– Ну да…

Кивнул мужик, прищурился, решил прояснить для себя еще один остро интересующий его вопрос:

– Она ли это или другая девка, теперь не докажешь! А ты сам-то, как думаешь, они ту девку одну там все? Или же кто-то один ее пользует, а остальные все просто наблюдают…

– Нет, братан! Если один кто-то, а остальные все стоят и смотрят? Ты думай, что говоришь! Ты бы смог просто стоять и смотреть, как при тебе шпилят классно шикарную женщину? Поэтому я не думаю, я уверен, что все там при деле!

– Ну, так-то это так! – протянул Сергей уклончиво. – Но что-то не верится мне, сомневаюсь я, что она со всеми!

Молодой парнишка едва не вскочил с места, из его рта во все стороны полетала горячая слюна:

– Да ты же на нее посмотри! Она просто создана для этого дела! Какая фигура, какая попа, какие сиськи! Такую бабу надо драть до посинения! Что думаешь, сидит она там с ними такая сексотка, а они еще и выпившие, и что, не замечают они ее форм, не видят ее сисек, которые так и хотят выпрыгнуть из декольте. И что, братан, не волнует их ее такая шикарная попа, стройные, длинные ноги, которые виднеются в разрезе юбки, который у нее до самой попы? До этого они драли мартышек, если с ней сравнивать, а сейчас вдруг стали безразличны к столь красивой и сексапильной женщине? Или им всем и одновременно яйца отстрелили конкуренты?

– Ну да, Миш, ты в этом, конечно, прав! И все-таки ты же сам подумай, такая важная и строгая дама…

Качнул головой неплохо уже подпивший парень, решил доказать странному мужику свою правоту:

– Начнем с того, братан, что по-любому долбят там они какую-то, скажем так, шлюху! Причем, долбят они не всегда по одному, а человека по два, по три, а может, и больше! Может, конечно, и не одну и ту же, а разных девок привозят! Но то, что кто-то из них и с Викторией бывает, я просто уверен!

Почесал мужик за ухом, неуверенно протянул:

– Трудно, Миш, в это поверить…

– Я понимаю тебя, братан! Ты видел ее в другом образе, в образе твоей будущей начальницы, вот ты и не веришь. А она, чтобы ты знал, отличная мастерица, чтобы перевоплощаться. То строгая и недоступная, вся из себя холодная женщина, такая строгая бизнесвумен, то развязная шлюха…

Махнул Серж недоверчиво рукой, хмыкнул:

– Эка, брат, ты загнул!

– Ну, вот тебе еще один аргумент! Если ты уже и этому не поверишь, то я уже не знаю, что тебе и сказать!

Серж заинтересованно подался всем корпусом вперед:

– Ну-ну! Говори, Миша!

– Да уборщик наш, Ильхам, как-то утром говорит мне улыбаясь: «Там гандона стока нашёль, кито-то дэвушка ипата этот мнока». Я ему в ответ: «Ну и что, что тут удивительного?». А он мне говорит: «Та стока гандона тама, мнока дэвушка, навэрна, ипата. Дэвушка, навэрна, пилять!». А я ему: «А ты сам не видел эту девушку?». А он мне: «Ай, нэт, насяника, нэт! Его ночью сюды возила эта ипата, одинака, он хороший пилять, его мнока-мнока мужиков ипата!».

Прищурился Серж, спросил:

– А этот ваш уборщик мужиков этих видел?

– Да и я у него за это спросил, а он мне: «Ай, нэт, насяника, она тоже ночью приходи, пилять ипата, она ипата его и гандону кидата тама-сяма, моя утром куча-куча ее собирата».

– А ты чего? – усмехнулся Сергей.

– А я пошел, посмотрел, а там точно презервативов рядом с диваном накидано в кучу, штук восемь-десять, ну, точно. А накануне там только Виктория отдыхала с парнями, я поздно уходил, они там все сидели, никого больше не было. Конечно же, они могли по нескольку раз залазить, вот и презервативов много, а может быть, и их собралось много…

– И это случилось всего один раз?

– Да нет, братан! Я с тех пор всегда после того, как тут побывает Виктория с парнями, спрашиваю Ильхама: «Были там презервативы раскиданы?».

Не сомневаясь в ответе, Сергей спросил:

– И что он тебе говорил, Миш?

– «Ой, насяника, мнока биль, мнока! Опята пилять ипата! Мнока его ипата, мнока! Навэрна, она рота его ипата, зада его ипата, а потома она гандон менята, опята его рота ипата».

Качнул мужик головой, расхохотался:

– Какой сообразительный у вас уборщик!

– Я тебе, братан, больше скажу! Иногда, когда она бывала тут с теми, основными парнями, и с ними не было никого из новеньких, презервативов не было. А что это значит?

Серж нарочно привел неправильный вариант ответа:

– Наверное, они сами ее не дерут, а лишь подкладывают под выгодных им людей. А что еще?

– Нет! – хохотнул порядком окосевший гарсон. – Они ее дерут, но только без резины! По их просьбе диван каждый раз заправляют свежим, чистым покрывалом!

Сделал мужик большие непонимающие глаза:

– И что из того?

– А то самое, братан! Так вот, как раз в таких случаях все покрывало бывает в засохших лужицах и пятнах, и все оно вымазано в их залипшей сперме.

Сержу после столь убедительных доказательств ничего не оставалось другого, как сконфуженно улыбнуться:

– Ну ты, Миш, меня просто наповал сразил!

– Вот так-то, братан, знай, кто твоей начальницей будет! А в остальном ты прав, на нее и не подумаешь!

Почесал мужик озадаченно щеку, вздохнул:

– Это точно! Трудно подумать, если бы ты всего этого не рассказал, я бы, конечно, не поверил.

– Ну, ладно, давай еще по одной, и мне пора закругляться, еще убрать все надо! – обвел гарсон зал пьяненьким взором. – А то до утра тут проторчу, а еще надо поспать…

Выпили они, обнялись, попрощались.

– Ты заходи, Серж, всегда буду рад тебя видеть! И лучше вот так, как сейчас, попозже, когда я освобождаюсь. Посидим, поговорим, виски у меня всегда есть, все за мой счет. И еще, Серж, ты, пожалуйста, Виктории Марковне не проговорись о том, что я тебе рассказал. Сам же понимаешь! Узнает она за то, что ты знаешь за нее, всем мало не покажется!

– Хорошо, я язык за зубами, не беспокойся! Как-нибудь зайду к тебе, пока! – пошел мужик к выходу.

Глядя ему вслед, Михаил никак не мог для себя понять, зачем и ради чего он излил душу перед Сергеем…

Серж же столь заинтриговался услышанным, что не смог себя сдержать и пошел в обход кафе со стороны парка.

– Надо же, не думал, что парнишка так легко расколется, видать, здорово его придушили, от стресса и поплыл, выдал «на-гора» все, что только и знал, и думал за то…

Зайдя в парк поглубже, Серж свернул с дорожки, прошел метров сто влево и потихоньку принялся пробираться назад, в сторону кафе. Потемнело, и мужика царапали кусты и ветки, от которых он пытался уклоняться и разводить их в стороны. Шел Сергей, внимательно ко всему присматривался:

– И точно! Просто так сюда не доберешься со стороны! Чужих и любопытных тут не любят!

Наконец, Сергей увидел фонари, стоявшие вдоль кафе, и пошел на свет. Пройдя еще немного, он прислушался. Совсем недалеко раздавались голоса и смех. Шагнул мужик дальше и увидел открытое и освещенное место. Серж выбрал удобный пункт, встал за ближайшими двумя деревьями и кустами между ними. Теперь он мог спокойно наблюдать за происходящим, не боясь быть обнаруженным. И ему до шумной компании было всего-то метров восемь-десять. А темнота, в которой стоял он, и яркое освещение у них играли ему на руку.

– Да, не соврал мне Мишутка! – усмехнулся мужик. – Все, как он и описал. Неплохо бандюганы устроились…

Серж внимательно разглядывал открывшуюся перед ним картину. Прямо перед ним находились два сдвинутых вместе прочных стола, таких же, какие стояли и в самом кафе. Должно быть, их специально притащили оттуда. Поодаль от них стоял большой и широкий, весьма удобный диван. За ним виднелось что-то наподобие балдахина, который сверху служил навесом и от дождя, и от солнца, а сзади закрывал от посторонних глаз тех, кто находился за ним. Над диваном вверху установили два небольших фонаря. Вокруг спаренных столов стояли обычные пластиковые кресла, на которых и размещалась компания.

– Удобно устроились! – хмыкнул Сергей.

Хорошо все обустроили бандюганы, даже красиво. Рядом с кафе находилась площадка, на ней стояли столики, в центре их устроили фонтан. Дальше шел ровный рядок декоративно подстриженных деревьев и густых кустов, где-то в половину человеческого роста. Насаждения образовывали из себя стены большого прямоугольника, внутрь которого вел небольшой проход, где и располагалась вся бандитская компания. Ко всему прочему, всю зеленую ограду обтянули зеленой же камуфляжной сеткой, поэтому всех тех, кто находился за естественной растительной стеной, никак не было видно для всяких других посетителей кафе.

– Да, не дурак это придумал! – качнул он головой.

С другой стороны, там, где стоял Серж, начинался парк, так что, и оттуда их никто не видел. «Очень удобное место для интимных встреч», – вспомнились ему слова Вики. Значит, она нисколько не шутила. Удобное гнездышко они себе нашли, центр города и полное уединение, как на природе. По краям этой небольшой «комнаты» из деревьев и кустарника стояли невысокие фонари, большие и красивые плафоны которых давали хорошее освещение, светло было, как днем. Там же, чуть поодаль, стояло еще пару столиков, но уже пластиковых, как и везде на улице, и такие же пластиковые кресла.

Двое парней-бандюков сидели за сдвинутыми столами. Они выпивали, ели шашлыки и весело о чем-то разговаривали. На столе лежали шампура от шашлыков, стояли тарелки с бутербродами, пара бутылок виски, одна где-то наполовину выпитая, а на полу валялись уже две пустые бутылки. Стояла и бутылка вина, почти опорожненная, видимо, вино пила Вика. Также на столе стояла ваза с фруктами. Бананы, апельсины, груши и мандарины украшали ее. Там же стояла высокая ваза, в которой красовался букет красивых красных роз. Цветы, по всей видимости, предназначались для Виктории.

– Быки! – подумал Серж. – Скорее всего, это борцы, их выдают мощные торсы и накаченные шеи. Точно быки! – удостоверился мужик, разглядев их поломанные уши.

На диване в центре двух парней сидела Вика, а напротив них стоял с сигаретой в руке третий парень, загораживая собой красотку. Они, смеясь, что-то негромко говорили Вике.

– Ой, да отстаньте вы! – донесся ее возглас.

Его услышали и другие, тут же начали кричать:

– Эй, там, на диване!

– Давай уже к столу!

– Выпьем, закусим да уже ехать пора!

– Там Ваня уже заждался нас!

Парни встали и пошли к столу, за ними поднялась и Вика, поправляя юбку. Серж едва не обалдел от увиденного им, ее кофточка оказалась расстегнутой до самого низа, и его взору предстали шикарные Викины груди.

– Это неплохо я зашел! – хмыкнул мужик.

Перед его глазами оказались два больших и округлых конических холма с торчащими сосками. К удивлению Сержа, груди у Виктории не свисали, как это часто бывает у рожавших женщин. Литые и видно, что упругие, они сходились вместе в середине, образуя ту самую ложбинку, на верх которой мужик сегодня постоянно засматривался, мечтая увидеть всю картину целиком. Скорее всего, третий размер. Мечты реализовались, перед ним показалась теперь ничем не прикрытая красота. И он увидел то, о чем мечтал, сидя в кафе.

– Сбылась мечта идиота! – хмыкнул Сергей.

Виктория подошла к столу и, взяв с него салфетки, начала вытирать себе губы, подбородок и груди. Потом она взяла свою сумочку и вновь подошла к дивану, подняв с него лифчик, на секунду замешкалась, держа его на весу в руках.

– Чего, Викусь, задумалась?

– Да вот… – протянула Виктория задумчиво.

До Сержа донеслись громкие и веселые голоса:

– Да положи ты его себе в сумочку!

– Зачем одевать, если скоро все равно снимать!

– Сейчас уже поедем…

– Ну, одно другому не мешает! – хихикнула красотка.

К ней подошел крепыш, хлопнул ее по попочке:

– Давно я уже с Викусей не был!

– Где же давно, в субботу был! – хмыкнула Вика.

Здоровяк аж округлил глаза и прогудел:

– Ага, а сегодня уже четверг!

– Как много! – усмехнулась женщина.

– А для меня это целая жизнь! Никогда не знаешь, что нас ждет завтра, живем одним день, день вчерашний – это для меня уже глубокое прошлое! А сегодня – это наша жизнь. Как там еще: «Есть только миг между прошлым и будущим, именно он называется жизнь!». Вот так, Викусь, и живем!

Виктория села за стол, достала из сумочки косметичку и, осмотрев себя в зеркале, начала красить губы яркой красной помадой, которая ей, блондинке, очень шла.

– А для меня эта плутовка выбрала другую помаду! – вспомнил Серж мгновенно про то, что в кафе женские губы были накрашены менее яркой помадой.

Накрасив свои пухлые губы, которые теперь выглядели еще более чувственно, Виктория, рассматривая себя в зеркале, поправляла сбившиеся волосы. Крепыши обратили на это свое внимание. Вновь послышались громкие голоса:

– Да красивая, красивая!

– Можешь и не поправлять!

– Да и так отлично выглядишь!

– И так ты для нас самая красивая!

Виктория повернулась к ним и улыбнулась.

– А не была бы красивой, вы бы тут с другой сидели! – рассмеялась она. – Нашли бы себе другую красотку!

– Сплюнь, Викусь!

– Нет уж, после тебя нам уже другие не нужны!

– До тебя мы многих пробовали, да здесь их куча была, не говоря уж про то, сколько мы их у нас перепороли!

– Но они с тобой ни в какое сравнение!

– Без всякой балды!

– Ты лучшая, Викуся!

Мужская ладонь прошлась по женской попочке:

– А задок у нас какой!

– А губки какие у нее!

– Красивые, пухлые и от природы!

– Ненакачанные!

– Натурпродукт!

– А вы про какие губки, верхние или нижние? – засмеялся один из только что подошедших амбалов.

Стоявший рядом с красоткой крепыш усмехнулся:

– А мне и эти, и те нравятся! Там тоже хорошенькие, пухленькие! Ракушка у Викуськи классная!

– Викусь, ты просто рождена для этого и самого! У тебя такое классное и красивое тело!

Прищурив глаз, Виктория молчала и не отвечала.

– Не понимаю, почему твой муж тебя не дерет? Он у тебя чё, совсем уж дурак или как?

– Потому что не даю ему, вот и не трогает! – ответила красотка, покривила губами, поморщилась.

– Но как же так?

– Ты же ему жена! И вы же не в разводе?

Серж прислушался, чтобы точно все расслышать.

– Формально – да, а фактически – уже больше года как! Как с вами начала встречаться, так с ним практически не живу, как жена с мужем. И единственное, что нас с ним объединяет, так это общая жилплощадь. И все…

– Ну, а чего не съедешь от него?

– Съезжай!

– Мы тебе квартиру купим!

– Огромную!

– Шикарную!

Обвела женщина парней взглядом, усмехнулась:

– Ага, как же! И это будет не квартира, а публичный дом! Вам, конечно же, удобно, а у меня совсем времени не будет. Вас же оттуда потом и бульдозером не выгонишь!

– Да ты чё?! – расхохотались крепыши.

– Может, это как раз одна из причин, почему я не съезжаю от него. Стоит мне только отдельно жить, как мой дом станет проходным двором, а то и вовсе публичным домом!

– Не говори так, Викусь! Мы же тебя любим!

– Любите вы меня! Вас много, а я одна! А мне и отдыхать, и спать нужно! Так что, квартиру и сама купила бы! Проблем нет, все же зарабатываю!

Один из амбалов прищурился, тряхнул головой:

– А что еще за причины, Викусь? Мы же вроде бы все решили, все твои проблемы порешали, а?

– Ну, допустим, дочь у меня… – моргнула красотка. – Ну и еще кое-что, что не дает мне спокойно спать…

– А ты нам скажи, мы все решим!

– Мы всех тут в позу поставим!

– Да ты только, Викуська, скажи!

Красотка моргнула, пожала плечиком:

– Нет, к сожалению, вы этого, мальчики, не решите! Это находится уже не в вашей компетенции.

– А в чьей? – нахмурился тот здоровяк, которого звали Александром. – Скажи, заставим решить того, кто может!

Помялась Виктория, вздохнула:

– Такого нет! Хотя… есть один. Посоветовали мне, но он сам, видимо, не знает о том, что может…

– А ты говори, кто он!

– И мы из него быстро выбьем!

– И что знает, и что не знает, все бегом расскажет!

– Он не из тех, из кого можно что-то выбить! – пожала Вика неопределенно сильно сомневающимся плечом.

Усмехнулся Александр, взмахнул рукой:

– Из всех можно! Нужно просто найти к челу правильный подход! Говори, как его найти, телефон его дай!

– Я не дам его телефон! – нахмурила брови Виктория, по ее лицу пробежала тень тревоги и беспокойства.

Моргнул крепыш, подошел ближе к красотке, заглянул ей в глаза, строго и требовательно спросил:

– Почему?

– А мне и его, мальчики, жалко, и вас! После встречи явно кто-то сразу поедет прямо в морг, а кто-то отправится на зону. Причем, как мне кажется, в морг поедут несколько человек! – намекнула недвусмысленно Виктория и усмехнулась.

Бандюганы переглянулись и присвистнули.

– Такой крутой?

– Киллер, хочешь сказать?

– Ты где его нашла?

– Нигде! Посоветовали мне знающие люди.

Потер Александр подбородок, покривил губами:

– Ладно, Викусь, как знаешь, твоя проблема! Не хочешь, чтобы мы тебе помогли, не надо. Баба с возу, сама знаешь, что кобыле легче! Было бы предложено…

Хлопавший красотку по попке амбал хохотнул:

– Викуся, надеюсь это не любовник твой?

– Нет.

Мужская ладонь хлопнула Викторию снова:

– Смотри нам, девочка! Не дай бог, мы чего-то узнаем, живьем закопаем обоих! Цветочки на могилу принесем!

– Я же уже сказала!

– Ты такая красивая, Викуся, смотришь на тебя и хочется! Жалко будет, если такую красоту закопают!

Вика поджала губки, шумно выдохнула:

– Саша, скажи этому недоумку, чтобы сменил пластинку, все настроение мне изгадил! Заладил одно!

– Артур, завязывай! Не порть нам вечер!

– Понял тебя, Сашок! Меняем тему базара! А муж твой, Викусь, лошара! Променял тебя на эту рыжую лахудру! Чего он в ней нашел, извращенец конченный?

Натянув на лицо улыбку, красотка хихикнула:

– Каждый идиот ищет пару по самому себе!

– Это ты точно, Викуся, сказала!

– Кстати, – вмешался Александр, – если этот твой лошара наезжать на тебя будет или домогаться, то сразу нам говори, мы его махом в стойло поставим! Перевоспитаем так, что и близко к тебе подходить не будет! Пусть с этой рыжей шалавой и дальше спит! Видать, она в его вкусе!

Кивнула Виктория и поддакнула:

– Каждому свое! Видимо, она чем-то ему нравится! Так что, не беспокойтесь, не полезет он на меня!

– А ты, Викуся, уверена?

– Да на все сто! После того, как я узнала о их связи, мы с ним крупно разругались, и больше я ни разу с ним не была. И с тех пор я и сплю отдельно от него. Я сказала ему, что все! На этом все, не приставай больше ко мне! Так что, вот уже больше года у меня с ним ничего не было! Мы делим квартиру, благо, она большая, у каждого своя личная жизнь.

– А тут как раз мы подвернулись!

– Свято место пусто не бывает!

– А то жила бы, как монашка!

– Монашка, обделенная женским счастьем!

По женским губам пробежалась усмешка:

– Да! Не знаю, что и делала бы одна, но зато сейчас этого счастья столько, что я практически ног не смыкаю!

– Правильно! Зачем их смыкать? Такие красивые ножки всегда должны быть на чьих-то плечах! Так это, Викусь, мы с тобой знакомы уже больше года? – сощурился Сашок.

– Да уж скоро полтора будет, как познакомилась с вами и лишилась свободы… – хмыкнула красотка.

Александр мастерски сотворил удивленное лицо:

– Ты сама же согласилась!

– Выходит, это я сама себя в кабалу отдала?

– Да никто не заставлял тебя с нами договор подписывать! Все у нас по уговору! Или не так?

Нахмурилась красотка, топнула ножкой:

– Нет, не так!

– А как же еще, Викуся?

– Вы обманули меня!

Моргнул Сашок, развел непонимающе руками:

– Как это обманули?

– Хватит, Саш, под дураков косить! Вы сказали, что если я рассчитаюсь с вами натурой, то вы все сделаете. Я же вам деньги предлагала, так вы – нет, только натурой! Именно вы и настояли на подобном способе оплаты!

– Все так и есть! Мы хотели, чтоб ты с нами натурой, мы так и потребовали с тебя! Ты же согласилась!

Качнула Виктория головой, с шумом выдохнула:

– Да вы же обманули же!

– Да как же это мы тебя обманули же?

– Сказали, что надо с вами побыть, и все!

– И что было не так?

– Дала я вам! Вам потом еще надо было, потом еще! Еще, еще и еще! Я думала, что раз и все! А вы…

Хотевшую еще что-то сказать Вику перебил Сашок:

– Викуся, никто же тебя не обманывал! Ты знаешь, слово имеет вес! Особенно в блатном мире! Мы сказали тебе, что ты должна рассчитаться с нами натурой и подписать договор. Ты сама и подписала его, никто тебя силком не заставлял. Тебе просто надо было в нем оговорить, что рассчитываешься с нами только один раз! Если бы ты оговорила, что согласна только на раз, то так бы это и было! Мы свое слово держим, иначе бы нас в этом городе не уважали! Ты же сама подписала, что будешь рассчитываться с нами натурой! Ну, а «буду рассчитываться» – это понятие растяжимое, вот мы и трактовали это по-своему и так, что ты будешь рассчитываться с нами на постоянной основе! Иного и другого не было тобой оговорено, потому ты и рассчитываешься! И мы на сто процентов правы, можешь у любого юриста спросить про это! Он подтвердит, что договор имеет ту трактовку, которая удобна его получателю, так как количество раз в нем не оговорено.