Боль и Утешение

Леон был на взводе. Он понимал, что его вежливость принимается за слабость уже в геометрической прогрессии, и потому решил действовать. К тому же издалека было отчетливо слышно пение, напоминающее ему тон футбольных фанатов, шаги которых слышались все четче. Леон рассчитывал, что вся эта группа пройдет рядом с парком минут через пять в сторону остановки и, вероятно, не позволит конфликту дойти до крайней точки. Он решил сделать последнюю попытку, чтобы уйти.

– Достаточно ты сказал! – ответил он, смотря на Коляна. – Я не собираюсь отвечать на твои вопросы, идеалист... Если ты считаешь, что унижаешь меня, то ошибаешься. Ты сейчас позоришь только самого себя... а вы все пьяные, – он обвел их взглядом, – а я таких предпочитаю обходить стороной, чтобы не испачкаться! Мне нет нужды доказывать вам свою храбрость... Я в последний раз призываю к миру и прошу не преследовать меня! – Он сделал резкие шаги вперед, стараясь боковым зрением контролировать их действия.

– Вы слышали, что сказал этот обнаглевший гость? Держите его! – закричал второй из них.

– Покажите ему, ребята! Проучите, ну же! – бормотнула девка.

Что касается Коляна, то он оказался в неком ступоре, не ожидая такой решимости от Леона. Придя в себя, он побежал за ним и схватил за руку, при этом сильно дернув к себе.

– Значит, ты смелый, но сбежать решил? – вскрикнул он в исступлении и плюнул ему в область лица, пытаясь при этом нанести боковой удар кулаком.

– Тварь! – вскрикнул в ярости Леон, увернувшись от удара.

Он протер лицо и, сделав пару шагов назад, на отходе сам нанес мощный удар, который пришелся прямо в подбородок преследовавшего его Коляна.

Картина эта была поистине захватывающей. После полученного удара стокилограммовое тело Коляна рухнуло на землю, однако сознание он не потерял. Его товарищ, находившийся во время всего конфликта рядом с ним, был очень удивлен увиденным и, вероятно, подумывал сбежать. Сначала он повернулся боком, а затем, завопив, разогнался и в прыжке решил нанести удар ногой Леону. Однако его прыжок Леон встретил резким прямым ударом в нос, после чего хулиган оказался на земле, а из носа его хлынула кровь. Что касается девушки, то ее не было видно, да и Леон не придал этому значения. Он выпустил зверя, который так долго жил в нем, и, подобно льву, кружил над ними, не обращая внимания ни на что другое. После того, как Колян и его товарищ были остановлены, взгляд его был направлен на худощавого дружка девушки. Он успел разбить бутылку и с розочкой в руке угрожал Леону. Он сделал несколько корявых выпадов, однако все было тщетно. Благодаря природным инстинктам и ловкости Леон грациозно ушел от каждого замаха.

– Брось бутылку, и я не трону тебя! – призвал его Леон.

– Не валяй дурака, спортсмен!.. Не брошу... мы в неравном положении. Я тебя сейчас зарежу, – визжал он, нанося корявые удары стеклом в пустоту, кружась после каждого промаха на триста шестьдесят градусов.

Спустя пару таких кружений Леону удалось сделать ему подсечку, после чего пьяный мастер выронил из рук розочку и руками закрыл голову, ожидая своего избиения. Леон пнул розочку куда подальше и собрался уйти, не намереваясь его бить. Стоило же ему повернуться, как тут же он почувствовал какое-то сильнейшее боковое прикосновение огромного кулака в область виска. Ударил его Колян, который буквально несколько мгновений назад пришел в себя и поймал его врасплох. Леон, приняв этот удар, упал на землю, пытаясь бороться до конца. В первую очередь, он стремился защитить голову, дабы не потерять сознание и хоть как-то контролировать положение. К тому же бил его уже не один Колян, но и два его товарища, которые обрели трезвость и еще сильнее озлобились на него. Несмотря на то, что сие беззаконие продолжалось несколько минут, он не получил сильных увечий. Мало того, ему даже удалось встать на ноги и, благодаря грамотной обороне, уйти от многих ударов. Хулиганы от бесполезных движений начали утомляться, и Леон понял это. Он мог легко сбежать, но что-то внутри не позволило ему пойти на такое. В глубине души он понимал, что стоит ему полностью отойти от пропущенного первого удара, как все обернется в его пользу, ибо нападающие толком не умели биться. Но, к его удивлению, трое хулиганов остановились, а точнее, откликнулись на визг девушки. Леон, помимо ее крика, услышал мощное скандирование толпы. Это была та самая группа, на которую он рассчитывал.

А дело обстояло так: девушка, поняв, что три ее товарища навряд ли справятся с крепким молодым человеком, быстро рванула в сторону людей, шум шагов которых был слышен ранее. Направилась она к ним по одной очень простой причине – это была та самая толпа, от которой они отделились буквально полчаса назад. По иронии судьбы, Леон рассчитывал на приятелей своих противников.

И как жестоко порой судьба смеется над нами, как бы проверяя нашу волю и смирение. Нередко, после всех бед, она дружески протягивает руку, оставляя трудности позади, напоминанием о которых служат лишь глубокие шрамы на просторах души. До этой самой руки нашему герою в тот час было далеко, однако до сильнейшего избиения с фатальным исходом хоть рукой подай. Поняв, что его ждет в ближайшие секунды, он стиснул зубы и сжал кулаки. С разбитым носом, напряженными боевыми кулаками и диким взглядом он исподлобья смотрел на надвигающуюся толпу. Он не испытывал страха земного, однако за те несколько секунд осознал, что не хочет предстать перед Богом со всеми своими грехами. Ему так захотелось жить, что многие, испытав сие чувство, вероятно, попытались бы спастись бегством. Леон Авад был иной породы человек. Он умолял в глубине своей души. Но не своих обидчиков, а Бога.

Толпа со всех сторон окружила его и, очертя голову, набросилась с кулаками. Они быстро повалили его на землю, несмотря на яростное сопротивление. Их было по меньшей мере человек двадцать. Они, не соизволив узнать у своих товарищей причину конфликта, стали оголтело избивать его. Леон, получив множество ударов (били его и руками, и ногами) по лицу и корпусу, держался в сознании. Он отчаянно пытался встать, но быстро падал, не чувствуя ног. При каждом новом падении он машинально закрывал затылок. Несмотря на железное здоровье, каждый новый удар отнимал у него много сил, и всякий раз у него аж темнело в глазах. Каждый из толпы участвовал в преступлении. Кто-то бил его с ненавистью, а кто-то с равнодушием, но основная масса, на удивление, делала это с ироничным смехом, как бы упиваясь удачным моментом.

Торжеству их пришел конец, когда рядом с парком проходила пожилая дама, которой на вид было шестьдесят пять лет. Она не сразу поняла, в чем дело, однако, по мере приближения, все ясно осознала. Сначала медленно, как бы незаметно, а затем и вовсе чуть ли не бегом, она героически оттолкнула нескольких нападавших.

– Прочь, прочь! – кричала она из всех сил, поднимая руки к небу. – На помощь, люди добрые! Так что же это такое! Убивают! Убивают человека! Паразиты!.. Милицию! Милицию!

– Заткнись! – закричал один из нападавших.

Однако она стала еще громче звать на помощь. Улица по соседству с парком в тот час не пустовала полностью; хоть и редко, но проходили люди. Никто из толпы теперь уже не бил Леона, который пытался прийти в себя. Все их внимание было сосредоточено по сторонам.

– Милиция вот приедет!.. Всех вас посадят! Бандиты! – грозила она им пальцем.

– К черту милицеев твоих! Из-за них-то и весь дурдом в стране, глупая старуха! Звони, звони!.. – велел ей грубый голос из толпы. Это был Колян, который не мог успокоиться.

– Бежим, милиция едет! – неожиданно вскрикнул один из хулиганов.

– Кажется, я услышал звук сирены! Наверное, автобус с ОМОНом едет... бить будут!

– Уходим! – обратился к толпе другой участник избиения, после чего пустился в бега.

Причиной всему стал мужчина, который в метрах ста от них услышал крики пожилой женщины. Он стал наблюдать и, долго не думая, достал телефон и позвонил в дежурную часть. Это его действие более всего повлияло на одного из преступников. Заметив мужчину, шалопай испугался и решил сбежать, запустив тем самым цепную реакцию.

Все покинули сие место, кроме Коляна. Несмотря на то, что он подумывал сбежать вслед за другом, который истерично звал его, напоследок он все же хотел «попрощаться» с Леоном. Увидев его на ногах рядом со скамьей, без ссадин и глубоких сечек на лице, он был сильно удивлен и разозлен. Это вывело его из себя, и он решил в последний раз атаковать его. Несмотря на тяжелую усталость и боль в теле, Леон опередил обидчика, ударив того ногой в область живота во время их сближения. Затем он сделал несколько шагов в сторону, взял в руки прежнюю розочку и со звериным взглядом рванул в сторону Коляна. Он ни на миг не намеревался дрогнуть перед одним заключительным ударом. Вся эта картина заставила Коляна в ужасе обратиться в бегство.

Вскоре в парке не осталось никого, кроме пожилой женщины и Леона. В ту ночь полная луна отчетливо освещала его лицо. Несмотря на избиение, выглядел он живо и не торопился покидать парк.