Исповедь счастливой жены

Я запомнила эту фразу. Не потому что она меня потрясла - а потому что в ней было всё, что мне следовало понять гораздо раньше.

И еще кое-что зацепило меня. В прессе имя Адриана всегда шло следом за родительским - статьи о Фонде семьи Телеки, светские хроники, фотографии с благотворительных балов. На снимках его родители выглядели именно так, как должны выглядеть люди их положения: безупречно, уверенно, в центре кадра. А их сын - чуть в стороне. Подтянутый, улыбающийся правильной улыбкой, с выражением лица человека, который очень старается выглядеть непринужденно. Повзрослев, он взял в управление проекты отца, продолжил дело матери, выстроил собственное - и всё равно оставался в тени известных родителей. Люди его уважали, и он умел это ценить. Но рядом с этой безупречной семейной историей он всё равно выглядел человеком, который отчаянно пытается доказать, что способен стать кем-то отдельно от своей фамилии. Стать не продолжением чужой истории, а началом своей.

Я же видела себя рядом с ним и мечтала быть той, кто поможет ему найти собственный путь. После смерти папы я едва держалась на плаву, и встреча с Адрианом Телеки казалась мне чем-то большим, чем случайность. Почти спасением.

Как же многообещающе всё начиналось! Но романтические отношения - плохой способ узнать человека. Когда влечение становится магнетическим, здравый смысл не просто отступает - он перестаёт казаться нужным. Я видела только то, что сама себе придумала. А потом - не сразу, не вдруг - словно маленький камешек попал в лобовое стекло. Крошечная трещина. И от неё пошли трещины во все стороны, разрастаясь и затягивая меня в паутину, из которой я очень долго не могла выбраться.

Глава 3

Я распаковывала еще не успевшие помяться вещи и мысленно перебирала предстоящий разговор. Что я скажу своей маленькой семье - маме и тете?

Им точно не понравится моя задержка в Клуже. В последнее время они обе слишком настойчиво, пусть и мягко, просили меня вернуться сразу после получения диплома. Им наверняка тяжело управляться с отелем вдвоем, но они никогда в этом не признаются. Мама обязательно спрячет досаду, улыбнется в трубку и скажет своим теплым, как будто заранее меня утешающим голосом:”Ну что же сделаешь, если есть возможность немного поработать в большой компании, то не переживай о нас, милая. Мы скучаем по тебе, но потерпим. Главное - твой опыт и твоя карьера”. И от этого ее великодушия мне станет только горше. Тем более, что моё желание остаться не имело ничего общего с карьерными устремлениями .

Я вздохнула, настраиваясь на непростую словесную эквилибристику... И только собралась набрать знакомый номер, как на пороге возникла бледная, как мел, Райхан.

- Элена, звонит твоя тетя!

- Тетя? Почему?

Я схватила трубку.

Разговор был очень коротким. Как только я услышала, как сильно дрожал голос тети, мое сердце провалилось.

Мама…

Не может быть…

Тогда мне казалось невозможным, чтобы земля под ногами просто не разверзлась, а мир не остановился после того, как за каких-то два года я потеряла обоих родителей. Оказывается - всё возможно. Мир даже не дрогнул. Мне казалось, что судьба уже забрала у меня все, что могла, но позже выяснится, что потеря родителей была только первым ее ударом.

Не веря в услышанное, я почему-то сразу набрала номер единственного человека, с которым я сейчас хотела поделиться болью. Потом я много раз спрашивала себя - почему ему? Человека, которого знала от силы несколько недель. Наверное, потому что он был единственным, кто казался мне в тот момент по-настоящему взрослым. Способным удержать реальность, пока я сама разваливаюсь на части. А еще потому, что за одно наше свидание он стал для меня невероятно близок.

Я долго не могла собрать слова в одно предложение, сбивалась, плакала, несколько раз начинала рассказ заново. Но Адриан терпеливо ждал на другом конце провода, не перебивая и не пытаясь остановить мои рыдания.

Как только он понял, что произошло, его голос изменился. Спокойный, уверенный. В тот момент он стал тем, кто знал, что мне делать дальше.

- Не переживай, все будет хорошо. Дыши глубже. Никуда не уходи. Я уже еду за тобой. Собирай вещи, и мы немедленно поедем в аэропорт. Я дам все распоряжения, нас будут ждать.

Дальше всё было как в тумане. В самолете я сидела рядом с Адрианом, крепко сжимая его руку, и смотрела в иллюминатор на темноту внизу. И молилась - бессловесно, отчаянно, как молятся только тогда, когда уже почти не верят. Маме было всего сорок восемь лет. Ее не могло просто “не стать”, да ещё и так скоро после кончины папы. Это была ошибка. Какое-то чудовищное недоразумение. Сейчас мы прилетим, и окажется, что всё не так страшно.

Оказалось, что не ошибка, а жестокая реальность.

___________________________________________

Когда мы приземлились в Констанце, нас встретила администратор отеля. Я не помню, откуда она узнала о нашем рейсе - может быть, кто-то из ассистентов Адриана позвонил ей. Помню только собственную заторможенность и острое, почти физическое чувство вины: если бы я не осталась тогда в Клуже, я бы успела увидеть маму.

Тётя, беспомощная и опустошенная, как шарик, из которого вдруг выпустили весь воздух, сидела в больничном коридоре. Я никогда не видела её такой. Я всегда помнила ее веселой, легкомысленной хохотушкой. С ней все время происходили какие-то нелепые события, она умела смеяться над всем - мелочами, собственными неудачами. И сейчас я ее не узнавала.

Адриан и здесь взял всё на себя. Он говорил с врачами, делал распоряжения с ритуальным агентством, организовывал поминальный обед, отвечал на звонки. Всё делал спокойно, уверенно, не повышая голоса, словно знал мою семью уже очень давно. А когда я окончательно сломалась на похоронах, он просто обнял меня сзади, крепко прижав к себе. И оплачивал все услуги, по-моему, тоже сам. По урайней мере, я не помню, чтобы я выписывала чеки.

Я вообще не могла думать - просто делала то, что говорил Адриан. Именно так: не решала, не выбирала - слушалась его. Тогда это казалось единственно возможным способом существовать. Я ещё не знала, чего мне это будет стоить

Он отложил все свои дела, встречи и ни на секунду от меня не отходил. После похорон уже прошла неделя, и я ждала, что он возвратится в Клуж, чтобы вернуться к своим обязанностям - у него же холдинг, встречи, люди, но Адриан удивил меня, сказав, что останется здесь, со мной так долго, сколько это понадобится.

- Я займусь вашим отелем, - он погладил меня по голове, поправляя выбившуюся прядку моих волос. - Я буду представлять твои интересы. Ни ты, ни твоя тетя сейчас управляться с бизнесом пока не в состоянии.

Он произнес это так же уверенно, как делал все остальное в последнюю неделю. Словно все уже было решено, и не было необходимости это обсуждать.

И почему-то тогда мне даже в голову не пришло спросить себя - хочу ли я этого сама.

- А …как же твой холдинг? - только и смогла я вымолвить, борясь с желанием облегченно вздохнуть. - Как ты можешь здесь задержаться? Ты же говорил, что твой холдинг - это как живой организм, за которым постоянно необходимо присматривать. Разве тебе не нужно вернуться?

Адриан только покачал головой и слегка приобнял меня за плечи.

- Мне приятно, что ты помнишь мои слова. Но компания - это отлаженный, как часовой механизм, бизнес. Им руководить я могу откуда угодно, а ваш отель сейчас нуждается в ручном управлении. Здесь нужно сделать много поправок. Без хозяина всё быстро развалится.В самое ближайшее время я подыщу для вас приличного менеджера, и помогу твоей тетке освоится в новой роли. Я не позволю разрушить дело твоих родителей. И ты этого не захочешь. Я знаю.

“Ты не захочешь.” Не вопрос - утверждение. Он потом всегда так говорил со мной - формулировал за меня то, чего я хочу.

И я соглашалась..

Тётя слушала, стоя в дверях, и смотрела на него с такой же благодарной растерянностью, с какой, наверное, смотрела и я. Мы обе, неговоря ни слова, согласились. Обе шагнули туда, откуда потом так долго пришлось выбираться.

Но это я понимаю сейчас. Тогда я просто почувствовала облегчение.

Адриан немного помолчал, а потом добавил тише, наклонившись совсем близко к моему лицу:

- И тебя я не оставлю.

С той же легкостью и умением, которые я уже наблюдала за ним, он взялся за наш отель, внося корректировки, чтобы улучшить производительность. Ему все удавалось с головокружительной виртуозностью. Новая система учета и контроля запасов и расходных материалов, переговоры с поставщиками, брифинги с персоналом - всё это Адриан делал спокойно, без суеты, словно давно знал здесь каждый уголок. Он пригласил специалистов, которые разработали целую программу мероприятий для привлечения гостей - и это сработало. Дела пошли лучше, чем в те годы, когда папа был ещё здоров и руководил всем сам. Всего через несколько дней после нашего приезда казалось, что Адриан всегда был здесь. Что он - часть этого дома, этой семьи, этого воздуха.

Моя тетя была просто без ума от его идей и от него самого.

- Не упусти своего счастья, девочка моя! Взрослый, разумный мужчина, с сильным характером. Он будет тебе надежной опорой! - шепнула она мне.

А я … Я просто смотрела на него - как он разговаривает с администратором, чуть наклонив голову, терпеливо и внимательно - и понимала, что тётя права. Что я уже и так пропала. Что это и есть то самое, о чём я никогда не позволяла себе мечтать вслух.

Вот тогда я, наверное, и влюбилась в него по-настоящему.

___________________________________________

В начале зимы он пригласил нас с тётей в поместье своей сестры, чтобы представить нас друг другу.

Поместье находилось в предгорьях Западных Карпат, примерно в паре часов езды от Клужа. Мы свернули с дороги, проехали через заснеженный парк, и вскоре между деревьями показался огромный дом.

Он был совсем не похож на те современные особняки, которые я видела на фотографиях в журналах - неорумынский стиль с готическими акцентами, стрельчатые окна, камень, потемневший от времени... В этом доме было что-то старомодное и одновременно величественное: высокие окна со стрельчатыми деталями, старинная мебель, картины и вещи, о которых я боялась спрашивать, потому что чувствовала: у каждой здесь есть своя история, и, скорее всего, мне стыдно будет признаться, что я ее не знаю.

За окнами лежал снег, как-то нерешительно припорошивший парк тонким, легким слоем, обозначив только контуры дорожек, - как будто зима только примеряла этот наряд, не решив окончательно, оставаться или нет. В глубине парка темнели конюшни, над крышами которых поднимался легкий пар от дыхания лошадей. А дальше уходили сутулые холмы, в складках которых мерцали редкие, теплые огоньки далекой деревушки.

До праздников оставалось меньше месяца, но здесь, вдали от городской суеты, это предчувствие торжества казалось величественным, сдержанным и каким-то опасным в своей безупречности. Каким-то совсем другим - непривычным для меня. В этом доме всё подчинялось невидимому распорядку - от слуг, скользивших по паркету вроде бесплотных теней и угадывавших желания хозяев с полувздоха, до сестры Адриана, которая всего одним взглядом показала моей тёте её место за обеденным столом. Здесь правила не озвучивали - казалось, они существовали десятилетиями и их соблюдали по умолчанию. Любая попытка нарушить их или даже просто не знать выглядела бы нелепой и неуместной.

Я стояла у окна, рисуя пальцем по холодному стеклу, и думала - а есть ли место для меня в этом совсем чужом мне мире?

Я была всего лишь девушкой из Констанцы, дочерью владельцев небольшого отеля, которая еще совсем недавно жила обычной жизнью - ходила в кино с подругами, любила смотреть как мама лепит крошечные пирожки с голубикой и лимоном, тихонько подпевала, когда папа играл на рояле. Я не знала, какие вилки здесь брать первыми, кому подавать руку, о чём принято говорить за столом и о чём лучше молчать, забывала постоянно держать осанку… Я не знала почти ничего из того, что для них, вероятно, было таким же естественным, как дыхание.

Даже в качестве гостьи я чувствовала себя немного чужой.

Но рядом был Адриан.

- Тебе здесь нравится?

Я даже не заметила, как Адриан подошел ко мне, и вздрогнула от неожиданности.

- Очень!

- Это имение принадлежало еще моему деду. Мы с сестрой проводили здесь большую часть нашего детства.

Он шагнул ближе и встал прямо за моей спиной. Его руки легли мне на плечи, моментально накрывая меня своим теплом. Пальцы Адриана чуть сжались, словно считывая напряжение в моих мышцах, и я почувствовала, как вместе с выдохом из меня вытекает этот липкий, въедливый страх не вписаться, сделать что-то не так.

Это было удивительное чувство, когда не нужно ничего объяснять: он будто слышал гул моих сомнений и умел заглушить их одним своим присутствием.

- Ни о чем не беспокойся, - тихо сказал Адриан. - Ты привыкнешь.

Я повернула голову и улыбнулась. Это было так просто и маняще - перестать бороться, отпустить все тревоги и позволить ему просто позаботиться обо мне. И я сдалась. Позволила себе расслабить плечи, опираясь на его грудь, и разрешила ему стать моим щитом перед этим чужим пока и таким безупречным миром.

Вечером, перед нашим отъездом обратно в Клуж, Адриан вытащил что-то из кармана, и встав передо мной на колени, подал мне маленькую коробочку, завернутую в золотистую бумагу. У меня бешено затрепетало сердце. Я столько раз видела этот момент на экране - и вот он происходит со мной. Дрожащими руками я развернула бумагу и открыла обтянутую пунцовым шелком коробочку.

Кольцо. Помолвочное кольцо. Только глядя на него, я поняла, что даже не догадывалась, как сильно я надеялась его получить от Адриана!

Я и сама не знала - до этой секунды - что уже успела об этом мечтать. Мне казалось, что наши отношения только начинаются и у нас впереди еще много времени. Тем более Адриан совсем не походил на человека, способного принимать такие решения поспешно. Он был слишком собранным, слишком разумным, слишком привыкшим всё обдумывать заранее.

Он поднялся и легко притянул меня к себе.

- Я ждал тебя всю жизнь и понял это в ту секунду, когда ты вошла в мой офис и , нервничая и краснея, стала раскладывать свои бумаги, рассказывая о проекте. Я не хочу больше ждать. Я хочу начать свою жизнь с тобой.

Я опустила глаза и осторожно провела по кольцу подушечкой большого пальца.

Это был довольно массивный перстень с крупным алмазом в высокой оправе. Красивое кольцо, но не совсем такое, о котором я мечтала. Я всегда представляла что-то лёгкое, изящное, почти незаметное на руке. А это ощущалось на пальце непривычно весомым и немного давило соседние пальцы. “Словно его вытащили из прабабушкиной шкатулки,” - скользнула незваная мысль. И мне тут же стало стыдно. Я мгновенно прогнала её. Разве дело в кольце? Оно было прекрасным. Настоящим. Наверняка очень дорогим. И, судя по всему, с какой-то семейной историей, о которой я пока ничего не знала.

Я подняла руку к свету. Камень вспыхнул холодным огнем. Адриан выбрал для меня этот перстень. И мне этого будет достаточно.

- Дорогой, оно такое красивое ! - как можно искреннее восхитилась я, поднимая глаза на Адриана.

Он добродушно улыбнулся, вполне довольный моей реакцией .

- Ты ведь не откажешься от чести украсить мою жизнь и стать моей женой? - Адриан полувопросительно наклонил голову.

Его сестра ахнула и всплеснула руками, а моя тетя тут же расплакалась.

- Да! - вне себя от счастья я обняла своего жениха.

Он надел кольцо мне на палец, и моя тётя захлопала в ладоши. Перстень сидел идеально - так, словно его делали именно для меня. Я вытянула руку и повертела её перед собой, любуясь игрой света на камне.

Как Адриан успел узнать размер моего пальца?

Я ещё раз провела большим пальцем по тяжёлой оправе. Что ж… со временем кольцо перестанет казаться таким непривычным. Может быть, даже станет любимым.

Адриан тем временем подошёл к моей тёте.

- Я очень надеюсь, что вы дадите свое согласие, - между тем обратился он к моей тете, подойдя к ней. Слегка поклонившись, он поднес тетину руку к своим губам. - Я позабочусь о вашей племяннице, обещаю вам. У нее будет все, что она захочет. Я очень люблю ее.

Тётя снова прослезилась и молча кивнула.

- А ты что думаешь, дорогая? - повернулся он к своей сестре, которая улыбалась, глядя на нас, но почему-то молчала.

Это была очень выдержанная женщина, лет на пять старше своего брата. Я сразу поняла, что она имела на него большое влияние. Все время, что тетя и я гостили в поместье, она была очень радушна и приветлива, но в ее глазах иногда мелькали тени эмоций, которые она тщательно скрывала. Эта женщина предпочитала слушать больше, чем говорить, и была очень сдержанной и осторожной в проявлении своих чувств, поэтому в этот момент мне было сложно догадаться, о чем именно она думает.

- Немного быстро… - наконец промолвила она.

Стало тихо. По лицу моего свежеиспеченного жениха на миг скользнуло раздражение, но тут же исчезло. В следующее мгновение он уже улыбался и, наклонившись, поцеловал сестру в щеку.

- Я полюбил эту девушку с первого мгновения, как только ее увидел. И я не могу представить свою жизнь без нее. Надеюсь, ты порадуешься за нас.

Сестра Адриана ничего не ответила сразу. Её взгляд скользнул к кольцу на моей руке, задержался на нём всего на секунду, потом поднялся к моему лицу и остановился на Адриане. Мне показалось, что она смотрела на него чуть дольше, чем требовала обычная вежливость.

- Добро пожаловать в семью, дорогая! Я очень рада, что у меня появится сестра, – сказала женщина и улыбнулась шире, но эта улыбка не коснулась ее глаз.

- Когда мы поженимся? - прошептал Адриан, крепко прижимая меня в танце.

- Когда скажешь, - ответила я, в смущении немного отстраняясь - его сестра все так же смотрела на нас с вежливой улыбкой мраморной скульптуры.

Он с чувством поцеловал мою руку, ту на которой было подаренное кольцо, и я опять посмотрела на сверкающий бриллиант.

- Оно просто просто восхитительно!

- Рад, что тебе нравится. А давай поженимся в январе? Прямо в мой день рождения.

- В январе? - счастливо засмеялась я. – Но это же всего через месяц! Мы ничего не успеем.

- Успеем! - улыбаясь мне, отмахнулся Адриан. - Устроим свадьбу в Бонциде, в замке Банффи . Там есть всё, что нам нужно: старинная часовня, огромный двор и бывшие барочные конюшни, где можно устроить банкет. А если погода позволит, церемонию проведём прямо во дворе.

Замок Банффи. Версаль Трансильвании. Я даже рассмеялась от счастья. Ещё совсем недавно я не знала, существует ли вообще такой мир, а теперь собиралась выйти замуж в настоящем замке.

- Но разве такое можно организовать за месяц?

- Обычно для церемонии в таком месте места бронируют намного раньше - каждое прошение рассматривают индивидуально, но … - Адриан улыбнулся. - Но один из Банффи - мой дальний родственник по материнской линии. К тому же, мы вместе учились. Он поговорит с Фондом замка, который сейчас всем управляет. Уверен, мы договоримся.

Я кивнула, будто это было самой обычной вещью на свете - иметь родственников среди людей, чьё имя носит замок. Для Адриана, кажется, так оно и было.

- А как же платье? - подала голос моя тетя. - Это может занять время - примерки, подгонка…

- Вот вы вместе с моей сестрой и поможете невесте, - послав обеим женщинам обаятельную теплую улыбку, он опять приблизил меня к себе. - Ты ведь согласна, любовь моя?

Меня переполняло такое счастье, что я почти физически чувствовала, как оно поднимается внутри, вытесняя все сомнения и страхи. Я была готова выйти за него замуж завтра. Или сегодня. Где угодно, как угодно - лишь бы рядом с ним. Я только мелко закивала головой, соглашаясь со всем, что он сказал.

И в ответ в его глазах вспыхнуло что-то, чего я тогда не поняла.

Торжество.

Удовлетворение человека, который получил именно тот ответ, на который рассчитывал.

Сколько раз еще мне придется увидеть этот взгляд, полный триумфа и почти неприкрытого наслаждения от того, что всё идет именно так, как он хотел. Но тогда я еще не могла этого распознать, а просто была счастлива. Мой жених, довольный полученным ответом, увлек меня в танце дальше, а я улыбалась, положив голову ему на плечо.

- Ты ведь хочешь детей? - спросил он меня, спросил он, словно между прочим.

- Да, очень, хочу!

- Это замечательно, - он легко поцеловал меня в лоб. - Когда я увидел тебя, то сразу понял, что ты будешь прекрасная мать. Представляешь, в следующем году в это время у нас уже может быть первенец !

Я опять ничего не ответила, я чувствовала себя самым счастливым человеком на свете.

Глаза Адриана - темные, как вишни - сверкали восхищением, и я с трудом могла поверить, что теперь этот мужчина - мой.

___________________________________________

Я всегда мечтала о небольшой свадьбе - несколько близких людей, простое платье и праздник, который принадлежал бы только нам.

Но Адриан представлял все иначе. Он хотел пышное торжество, многочисленных приглащенных - партнеров по бизнесу, инвесторов, друзей и знакомых его родителей. Я попыталась было возразить, но получилось это довольно робко.

Его сестра тут же поддержала брата.

- Дорогая, мы просто обязаны пригласить этих людей, - говорила она, сочувственно похлопывая меня по руке. - Иначе они никогда не простят нам этого. Да и для компании будет полезно показать единство в нашей семье.

И я согласилась. С моей стороны на свадьбе присутствовала только моя тетя. Адриан осторожно объяснил, что моих друзей лучше пригласить потом, на отдельную вечеринку. На большой свадьбе им, скорее всего, будет неуютно среди серьезных деловых людей.

И я опять не возразила. Может быть потому, что сама боялась оказаться среди этих людей еще сильнее, чем хотела признаться.

Мне казалось, что я должна была сначала научиться быть одной из них.

А Адриан, как всегда, уже знал, как именно это сделать.