Масло и его коробка

Гений: «Подтверждаю. Ротация композиции „Плачь, плачь, танцуй, танцуй“ на радио — 10 раз в сутки. Это классический ушной червь. Простой мотив, повторяющийся рефрен, эмоциональная кульминация в припеве. Ангел подсадил нас на этот ушной червь ещё в 2004-м, и с тех пор мы не можем его вытащить. Это не судьба. Это нейробиология с элементами психоакустики».

Ангел: «Маркетинг — это и есть современная мистика! Просто у маркетинга есть бюджет, а у Вселенной — нет! Но суть одна! Ева Польна — наш тотем! Наш ушной червь! Наш... наш Муфаса в мире поп-музыки!»

Трус: «А если нас слышат в соседней машине? Вдруг мы подпеваем слишком громко? Вдруг водитель „Газели“ снимет нас на телефон и выложит: «мужик на „Мазде“ рыдает под Еву Польну в пробке, вот до чего довели цены на бензин»?!»

Зверь: «Мы не рыдаем! Это у нас... сезонная аллергия! На „Гостей из будущего“! У каждого свой триггер! У кого-то — пыльца, у кого-то — Ева Польна!»

Ангел уже не слушал. Он пустился в пляс прямо посреди командного центра. Движения были странные — помесь диско 2000-х с производственной гимнастикой. Как будто человек пытается одновременно танцевать и заряжать аккумулятор. Зверь пытался перехватить пульт, но Ангел уворачивался с грацией человека, который пересмотрел все клипы «Гостей из будущего» и теперь считает себя резервной танцовщицей. Трус закрыл лицом руками, но сквозь пальцы всё равно подглядывал. Гений конспектировал: «Интересная модуляция в припеве у нашего ушного червя».