КРОВЬ И ПЕПЕЛ. Книга 1. Тени предательства

Аникин Роман

КРОВЬ И ПЕПЕЛ. Книга 1. Тени предательства

Глава 1

Глава 1. Истинное лицо.

— Капитан! А расскажи ту историю про бордель!

Отряд тут же притих.

— Ишь какой смелый, — лениво отозвался капитан. — И не боишься так со мной разговаривать? Где ты его откопал, Рейнар?

— Сам прибился, — усмехнулся Рейнар. — Уже пару лет крутился рядом, всё мечтал служить под твоим началом. Самый преданный поклонник, каких я видел.

— Ясно. Слушай сюда, новобранец, — голос капитана стал жёстче. — Если не хочешь завтра чувствовать себя как жидкое говно, лучше спи, а не байки слушай.

— Ну пожалуйста, капитан, мы все просим!

Со всех сторон сразу послышалось:

— Да!

— Рассказывайте!

— Капитан, не жадничай!

Капитан раздражённо выдохнул.

— Раз уж Рейнар тебя приволок, пусть сам и рассказывает. А я спать.

— Ну капитан...

— Не скули, малой, — хохотнул Рейнар. — Сейчас дядя Рейнар тебя просветит. Из капитана рассказчик так себе. Даже дохлый одержимый и то интереснее.

— Я всё слышу.

— Вот и спи дальше.

В ответ из темноты донеслось только недовольное сопение.

Рейнар выдержал паузу, будто собирался поведать не солдатскую байку, а древнюю сагу, и заговорил:

— Значит так. После таверны решили мы с капитаном заглянуть к девочкам. Пошли в тот самый бордель, куда обычно захаживали. Капитан нажрался вусмерть и заказал сразу трёх.

— Трёх? — переспросил новобранец.

— Ага. А потом заявил, что просто цифры перепутал.

По отряду прокатился смешок.

— А сколько хотел? — спросил кто-то.

— Четырёх, — с важным видом ответил Рейнар. — Решил, что справится со всеми. Из-за этого мне досталась всего одна, да и то кривая. У капитана отличный вкус на женщин, но отвратительный — на выпивку.

Кто-то коротко хрюкнул от смеха.

— Разошлись мы по комнатам. Моя была как раз рядом с его. Я только начал устраиваться, а у капитана за стеной уже шум.

— Какой ещё шум? — не понял новобранец.

— Такой, который обычно слышат через стенку у родителей, — бросил кто-то из бойцов.

Отряд грохнул смехом.

— Отставить ржать! — гаркнул Рейнар.

Смех тут же стих.

— Так-то лучше. Лежу я, значит, думаю: «Вот же скотина. У меня ещё толком ничего не началось, а он уже вовсю развлекается». И тут в мою комнату, снеся к херам стену, влетает капитан. Голый. Весь в крови.

Новобранец вытаращился.

— Оказалось, одна из его девок была пиявкой. И напала она как раз в самый подходящий момент.

На этот раз заржал уже весь отряд, даже те, кто до этого молчал.

— Многоуважаемый Рейнар, можно вопрос? — осторожно спросил новобранец, когда смех улёгся.

— О, гляди-ка, «многоуважаемый», — довольно протянул Рейнар и хлопнул его по спине. — Растёшь, щенок. Скоро станешь моим любимчиком. Ну, спрашивай.

— Пиявки ведь мертвецы. От них воняет, и они холодные. Капитан что, ничего не заметил? И как вообще никто не понял, что одна из девок — нежить?

— Да хрен её знает, — пожал плечами Рейнар. — Может, обратили недавно и она ещё умела прятать свою суть. Может, подменила одну из девок, пока мы поднимались. А может, мы просто были пьяны в такое дерьмо, что не заметили бы и Архонта за занавеской.

Он понизил голос, и от этого история вдруг зазвучала жёстче.

— Влетает, значит, капитан ко мне в комнату, заливает всё кровью. За стеной — рёв пиявки и визг одной из шлюх. Другой эта тварь уже разорвала горло. Девка, что была со мной, тоже начинает орать. Я понимаю: всё, пиздец. Меч под обломками, времени нет. Тварь, что швырнула капитана, уже рядом. Ещё секунда – и мне конец.

Рейнар оскалился.

— И тут капитан встаёт.

Он сделал паузу.

— Просто, мать его, встаёт. Будто его только что не вышибли через стену. Хватает эту мразь сзади и швыряет прямо на обломки. Потом одним рывком оказывается рядом, выдёргивает откуда-то деревянную щепу размером с кол и всаживает ей в шею.

Несколько бойцов одобрительно зашумели.

— Только тварь и не думала дохнуть. Вцепилась ему в руку клыками так, что кость хрустнула. А капитану будто плевать. Он бьёт её. Ещё раз. И ещё. Пока не отрывает ей голову к херам.

Новобранец сглотнул.

— Челюсти у той дряни сжались так, что мы потом всем борделем целый час не могли отодрать её башку от капитановой руки.

В кругу повисло короткое молчание.

— И что потом было с капитаном? — наконец спросил новобранец.

— Да ничего особенного, — фыркнул Рейнар. — Перевязали, влили в него ещё пойла и пошли обратно в таверну. А вот в тот бордель больше не заглядывали.

— А пиявка там откуда взялась?

— Так и не выяснили. У капитана врагов хватает. Может, кто-то и подложил ему такой подарочек.

Рейнар усмехнулся и покосился в темноту, где лежал капитан.

— Хотя, зная его, пиявке стоило бояться сильнее, чем ему.

Ещё до восхода капитан стоял на возвышенности позади лагеря и всматривался вдаль. За спиной послышались едва различимые шаги.

— Рейнар, не крадись. Я и так понял, что это ты.

— В этот раз я подобрался ближе. Теряешь хватку, Каин.

— Или ты становишься лучше, Рейнар.

— Что ты здесь делаешь в такую рань?

— Смотрю на Морнвал. Как думаешь, культисты не готовят нам сюрпризов?

— Ты, как всегда, только о деле. Хоть перед боем бы отвлёкся немного.

— Я серьёзно.

— Разведчики ничего нового не принесли. Всё те же маршруты, те же позиции. Эти ублюдки любят постоянство.

— Всё равно у меня дурное предчувствие. Перепроверь всё ещё раз перед выступлением.

— Опять ты за своё. Ладно, проверю, если тебе от этого станет спокойнее.

— Спасибо, Рейнар.

— Мы, вообще-то, в первую очередь друзья, Каин, — Рейнар положил руку капитану на плечо.

Каин едва заметно усмехнулся.

— Тогда ответь мне вот что: какие сказки ты вчера им рассказывал?

— Почему сразу сказки? Всё было чистейшей правдой.

— То есть ты честно поведал, как мы там чуть не сдохли? Как я потом ещё полгода кровью ссал и не мог спокойно смотреть на баб? И как тот хер из борделя ещё пытался содрать с нас деньги за весь этот пиздец?

Рейнар фыркнул.

— Ладно, каюсь, может, кое-что и приукрасил. Но сам подумай: любой воин хочет идти за героем-предводителем, а не за тем, кто по пьяни чуть не сдох от пиявки, предварительно её трахнув.

— Это я понимаю. Только реальность куда менее красива.

— Может, и так. Но ты часто забываешь, что наши бойцы знают эту реальность не хуже нас. А такие байки для них — как глоток свежего воздуха.

— Да хуй с тобой. Ты кого угодно заболтаешь. Лучше скажи про новенького. Почему ты так быстро взял его в отряд? И не заливай мне про настойчивость.

Веселье на лице Рейнара угасло.

— Из-за его способностей. Я видел, как он в одиночку зарубил шестерых одержимых. Причём в истинной форме. Обычным ржавым топором. И это была его семья: отец, мать, младшие братья и сёстры. Он убил их всех без тени сомнения, потому что понимал, кем они стали. У такого рука не дрогнет в нужный момент.

Каин помолчал, глядя в сторону крепости.

— Способный малый. Может, когда-нибудь и займёт моё место. Я, если честно, начинаю уставать. А ты, Рейнар, пошёл бы под его начало? — с едва заметной улыбкой спросил он.

— Не неси хуйню. Мы так просто твою отставку не примем, капитан.

— Да знаю я. Шутка. Ладно, буди всех. Скоро выступаем.

— Слушаюсь, капитан. И да — малого зовут Гейл.

— Запомню. Спасибо.

Стальные Вороны заняли позиции у входа в крепость.

Каин окинул бойцов взглядом.

— Ну что, воины, каждый знает свою роль. Культистов немного, закончим быстро. Докажите всем, что мы лучшие.

— Есть, капитан, — почти шёпотом ответили бойцы.

Снайперы поднялись на стены и в одно мгновение точными выстрелами в глаз сняли охрану у внутренних ворот. Один из них быстро спустился и открыл проход остальным. И в тот же миг Гейл с громким рёвом ринулся вперёд.

Культисты сбежались на крик. Ровно столько, сколько и докладывала разведка.

Рейнар коротко рассмеялся.

— Ну вот и не вышло по-тихому.

Каин даже не обернулся.

— Чтобы вправил мозги малому. Понял?

— Будет сделано, — ответил Рейнар, всё ещё усмехаясь.

Каин вытащил меч.

— А теперь — в бой.

Вороны сорвались с места и с яростными криками врезались в ряды культистов.

Каин двигался быстрее остальных. Его меч работал без лишних замахов: коротко, точно, смертельно. Один удар — и голова слетала с плеч. Второй — и клинок уже вспарывал горло следующему. Тех, кто оказывался слишком близко, он рвал свободной рукой, будто в самой бойне находил не ярость, а привычное ремесло.

Культисты пытались сопротивляться, но против закалённого отряда у них не было шансов. Кто-то бросался бежать, но стрелы снайперов настигали беглецов прежде, чем те успевали добраться до ворот.

— Так вы служите своим владыкам?! — орал Рейнар, пробиваясь вперёд. — Уёбки сраные! Никого не щадить!

Кровь стекала по клинкам, рукам и доспехам, капала в грязь и смешивалась с землёй.

Капитан Каин продолжал молча убивать. Со всех сторон слышался треск ломавшихся костей, но не там, где бился он. Каин умел отделять конечности с почти пугающей точностью — так чисто, будто клинок вовсе не встречал на пути кости.

Новобранец тоже не отставал. На его счету уже было не меньше культистов, чем у самого капитана, но дрался он не как человек, а как загнанный зверь. Каждому, кто вставал у него на пути, он топором разваливал грудь, вырывал сердце и рвал его в клочья — привычка, оставшаяся после того дня, когда ему пришлось убить собственную одержимую семью.

Вот оно, истинное лицо Стальных Воронов: люди, изломанные судьбой, лишившиеся дома, родных, прошлого. Люди, которым остаётся только одно — снова и снова топить свою боль в чужой крови.

Наконец звуки боя стихли.

Вороны сразу же принялись за трупы — отрезали головы тем, у кого они ещё держались на плечах.

— А это ещё зачем? — спросил новобранец.

Рейнар, не спеша разглядывая глаза отрубленной головы, хмыкнул:

— Эх, пацан. Тебе ещё учиться и учиться.

— Вообще-то у меня есть имя.

— Эй, Вороны, вы слышали? — заорал Рейнар, обернувшись к остальным. — У него, оказывается, имя есть!

По отряду прокатился хохот. Никто даже не отвлёкся от работы.

— Смейтесь сколько хотите! — вспыхнул малой. — Я ещё всем докажу, чего стою. И чего стоит моё имя.

Хохот стал только громче. Даже Каин едва заметно ухмыльнулся.

— И что ты собрался нам доказывать, молокосос? — продолжал веселиться Рейнар. — Ты даже не знаешь, зачем этим мразям головы рубят. С такими темпами ты долго не протянешь, а мертвецу имя без надобности. Вообще радуйся, что тебя взяли с собой, а не оставили в лагере стирать нам портки.

Сказав это, он подошёл к новобранцу, обнял его за плечи и уже тише добавил:

— Пацан, у нас тут в цене дело, а не пиздёж. Иначе мы бы давно уже гнили в земле. Понимаешь?

— Понимаю, — буркнул тот, явно задетый.

— Вот и хорошо. Значит, не такой ты тупой, как выглядишь. Бери нож и начинай резать их сраные бошки. И не копайся.

— Эй, Рейнар, — позвал Каин.

— Да, Каин?

— Ты чего с пацаном так возишься?

Рейнар усмехнулся:

— Да приглянулся он мне. Точь-в-точь мой сын: смелости полные штаны, а ума ни хрена.

— Командир! — крикнул один из Воронов. — Тут какой-то проход!

Все сразу обернулись и подошли к нему.

— Где? Показывай.

— Вот здесь. Я голову отрезал, на стену опёрся — и случайно сдвинул камень. Из щели сразу потянуло сквозняком.

— А ну дай гляну, — сказал Рейнар.

Он подошёл к стене и ударил по каменной кладке рукоятью топора. Камни с хрустом подались, часть стены осыпалась внутрь. Из открывшегося прохода пахнуло резким сладковато-гнилым смрадом.

Каин прищурился, всматриваясь в темноту.

— Подождём, пока осядет пыль, потом войдём, — сказал он. — Похоже, здесь проводили обряд. А это уже совсем другие деньги.

— А что такое обряд? — спросил новобранец.

Рейнар шумно выдохнул.

— Ты и этого не знаешь, малой?

— Рейнар, спокойнее, — оборвал его Каин. — Не забывай: обычные люди о таком почти ничего не знают. Да и не каждый наёмник с этим дерьмом сталкивался.

— Ладно, твоя правда, — буркнул Рейнар и повернулся к новобранцу. — Слушай тогда. Ты знаешь, как Архонты попали в наш мир?

— Да. Они пришли из другого мира. Из того, что за солнцем.

— Сойдёт. Главное вот что: они пришли сюда по своей воле. А культисты с помощью обряда вытаскивают их насильно. Для этого им нужно много жертв. Чуешь, чем несёт?

— Да. Свежими трупами.

— И что это значит?

Новобранец нахмурился.

— Что?..

— Я же только что объяснил, тупица. Это значит, что обряд уже провели. Мы только не знаем, успешно или нет. Так что теперь дёргаться нужно от каждого шороха. Понял?

— Да. Теперь понял. Спасибо, многоуважаемый Рейнар.

Рейнар расхохотался.

— А вот подлизывать ты умеешь, когда припрёт, малой. Не ссы. Дядя Рейнар за тобой присмотрит.

Каин шагнул ближе к пролому.

— Пыль осела. Пора выдвигаться. Пойдём малой группой. Пятерых хватит. Со мной Рейнар...

— И пацан, — тут же вставил вице-капитан.

Каин бросил на него короткий взгляд, но спорить не стал.

— Хорошо. Трое есть. Маркус и Скальди — вы тоже идёте.

— Есть, командир! — громко отозвался Маркус.

Бой закончился, но крови Воронам всё ещё было мало.

— Приготовьте камни света, — приказал Каин. — С факелами внутрь не пойдём.

Новобранец неловко замялся.

— А у меня такого нет.

— На, возьми один из моих, — с улыбкой сказал Маркус. — Мы в последние дни были в разведке, так что толком познакомиться не успели. Меня зовут Маркус, а это мой брат — Скальди.

— Очень приятно, — сдержанно ответил Скальди.

— Не обращай внимания, он всегда такой с новыми людьми, — всё так же улыбаясь, продолжил Маркус. — Мы братья, Скальди старший. По сути, он меня и вырастил. Родителей я почти не помню — они умерли от цветочной лихорадки, а Скальди пришлось сжечь их тела. Наверное, после этого он и стал таким. Потом, в поисках заработка, он попал к Воронам, а когда я подрос, взял с собой и меня. А ты здесь какими судьбами?

— Ну... я... как бы...

Маркус тут же поднял ладонь.

— Прости. Похоже, я тебя немного огорошил. Ничего, привыкнешь. Когда почти всё время живёшь в шаге от смерти, перестаёшь думать, что кому-то может быть неловко.

— Да ничего, всё нормально, — осторожно ответил Гейл.

— Вот и славно. Я видел, как ты сражался. Ну просто зверь. Пару лет тренировок — и будешь биться наравне с капитаном. А может, и лучше.

— Правда думаешь? — заметно оживился новобранец.

— Да я уверен, — ответил Маркус. — И ещё: ты на Рейнара не обижайся. Он не со зла. Просто по-своему пытается научить тебя всему, что знает.

— Да... Отчасти я это понимаю... — Гейл глубоко вздохнул и поднял взгляд к небу. — Он чем-то напоминает моего отца. Тот тоже всегда был весёлым и одновременно строгим. Наверное, поэтому я так дурачусь... Чтобы Рейнар ещё раз обратил на меня внимание.

Маркус усмехнулся.

— Ого. А ты откровенный. Это, между прочим, хороший знак.

— Скажи, Маркус, этот обряд... он очень опасен?

— Вообще, мы точно не знаем. Каждый раз, когда сталкивались с таким, находили либо одни трупы, либо горстку одержимых.

— А откуда вы вообще узнали про призыв Архонтов?

— От Рейнара. Он однажды вернулся с разведки полуживой и рассказал об этом.

— То есть он своими глазами видел, как призвали Архонта?

— Выходит, что так. Мы в детали особо не лезем. Это у них с капитаном головы Воронов, а мы — крылья да когти.

— Эй, хватит языками чесать! — крикнул Рейнар. — Заходим!

— Ставлю треть жалованья, что там будут одержимые, — сказал Маркус.

— Поддерживаю, — ответил Гейл.

Каин и Рейнар вошли первыми. Следом за ними — Маркус и Скальди. Новобранец спустился последним.

Камни света сияли не так ярко, как факелы, но и их хватало, чтобы разглядеть подземелье: сырые холодные стены, длинный коридор и несколько ответвлений по обе стороны.

— Маркус, Скальди, — сказал капитан. — Мы с Рейнаром проверим всё слева. На вас — проходы по правую сторону.

— Есть, капитан.

— Гейл, — продолжил Каин, — ты остаёшься здесь и наблюдаешь. Если увидишь или услышишь хоть какое-то движение — неважно, крыса это или таракан, — сразу беги к нам и докладывай. Понял?

«Капитан назвал меня по имени», — подумал новобранец, с трудом сдерживая восторг.

— Да! То есть... так точно, капитан!

— И без глупостей, пацан, — добавил Рейнар, прежде чем скрыться в одном из проходов.

Комнаты, которые осматривали обе группы, почти не отличались одна от другой.

— Эй, Скальди, видишь что-нибудь подозрительное?

— Нет. Только старая мебель. Хотя этот шкаф мне не нравится. Помоги-ка его сдвинуть.

— Ставлю десять монет, что там будет что-то интересное.

— Маркус, — резко бросил Скальди, — сколько раз я тебе говорил, чтобы ты завязывал с этим? Это не игра. Мы здесь каждый день рискуем жизнью. Относись к делу серьёзнее, если не хочешь, чтобы однажды мы все тут сдохли.

— Да... извини, брат.

Скальди глубоко вздохнул.

— Иди сюда.

Он шагнул к Маркусу и крепко обнял его.

— Я не переживу, если с тобой что-нибудь случится. У нас больше никого не осталось. Понимаешь?

Маркус молча кивнул.

— Я понимаю, что тебе страшно и ты так пытаешься отвлечься, — продолжил Скальди. — Но мы не можем позволить себе быть легкомысленными.

Маркус ничего не ответил, только крепче сжал брата в объятиях.

— Ладно. Давай уже закончим с этим шкафом и пойдём дальше.

— Хорошо, — тихо сказал Маркус.

Через несколько минут вся группа снова собралась в коридоре.

— Маркус, Скальди, есть что-нибудь? — спросил Каин.

— Нет. Всё чисто.

— Хорошо. Тогда идём к следующим.

Отряд снова разошёлся по ответвлениям. Вороны обшарили каждый закуток, осмотрели все комнаты, но так ничего и не нашли.

Каин нахмурился.

— Странно. Здесь пусто. Тогда откуда этот трупный запах? Мы все его чувствовали. Значит, мне не показалось...

— Может, это просто вонь самого подземелья, — сказал Рейнар. — Посмотри, какое оно древнее.

— Похоже, ты проиграл, — шепнул Гейл Маркусу.

— Потом, — отмахнулся тот.

— Нет, здесь что-то есть, — продолжал вслух размышлять Каин. — Не может всё оказаться так просто.

— Да брось, Каин, — сказал Рейнар. — Поднимемся, передохнём, спокойно всё обдумаем. Крепость мы уже отбили. Наниматель явится только завтра, времени хватает.

Каин повернулся к Скальди.

— Дай щит.

— Держи.

— Лучше разобраться сейчас, — бросил капитан.

Он взял щит и принялся простукивать им стены, останавливаясь после каждого удара и вслушиваясь в глухой каменный отклик. Отряд молча наблюдал.

Вдруг Каин резко обернулся:

— Все назад.

Он разогнался и врезался щитом в стену. Камень дрогнул, но устоял. Каин ударил снова. Потом ещё раз. По кладке побежала трещина. Он не остановился, пока стена наконец не подалась и не рухнула внутрь, подняв облако пыли. За ней открылся ещё один проход.

— Заходим по одному, — скомандовал капитан и первым посмотрел на Рейнара.

За проломом оказался большой светлый зал с колоннами. Свет бил в глаза после полумрака коридоров, и первое мгновение Вороны невольно щурились. В воздухе стоял густой сладковатый запах разложения. На стенах горели факелы, а под ними тянулись ряды незнакомых письмен.

Каин прищурился.

— Впервые вижу такие знаки.

— Я тоже, — сказал Рейнар.

— Кажется, я видел что-то похожее, — подал голос Гейл и, щурясь, вгляделся в надписи.

Остальные замерли, ожидая. Через пару секунд он неловко кашлянул.

— А нет. Ошибся. Не видел.

Рейнар расхохотался.

— Ну и тупица. А я ведь почти поверил.

Маркус тоже усмехнулся. Даже у Скальди дёрнулся угол рта. Только Каин взглянул на них с холодным раздражением.

— Хватит. Вон там что-то есть. Идём медленно.

— Там клетки! Люди! — выкрикнул Гейл и уже дёрнулся вперёд, но Рейнар тут же схватил его за руку.

— Ты что собрался сделать? Рвануть туда? Сдохнуть захотел? А если там враг? Ты своей дурной башкой вообще думаешь?

Он сжимал руку новобранца всё сильнее. В голосе уже не было привычной насмешки — только злость.

— Встал за нами и следи за флангом. Понял?

— Есть, вице-капитан, — быстро ответил Гейл.

Спорить он не стал. По лицу было видно: и сам понял, какую глупость едва не совершил.

— Рейнар, хватит. Ничего ещё не случилось, — остановил его Каин. — Сейчас не до этого. Потом воспитаешь.

Рейнар отвернулся, скрывая перекошенное яростью лицо.

— Пошли.

Подойдя к клеткам, Каин поднял руку, останавливая отряд.

— Всем быть готовыми.

Он медленно потянул на себя решётчатую дверь. Вороны напряглись, готовые ударить в любой миг, но тела внутри даже не шелохнулись.

— Посмотрите... — тихо сказал Гейл, указывая внутрь. — Тут столько детей...

Он опустился на одно колено и вгляделся в мёртвые лица.

— Почему?..

— Первый раз? — спросил Маркус.

— Что?

— Детские трупы раньше не видел?

— Видел. Но не столько сразу...

Маркус мрачно пожал плечами.

— Привыкнешь. Я тоже поначалу реагировал так же. Человек вообще тварь живучая — привыкает даже к такому. Нужно только время.

Пока они говорили, Каин осматривал тела.

— Одержимых здесь нет, — наконец сказал он. — Разделитесь и...

Он не успел договорить. Из глубины зала донёсся голос:

— Здесь кто-то есть?! Спасите! Помогите! Умоляю!

Вороны мгновенно вскинули оружие и быстро, но осторожно двинулись на звук. Вскоре они увидели ещё одну клетку, накрытую грязной тканью. Каин подошёл первым и взялся за край покрывала. Рядом встал Рейнар, крепко сжимая топор. Остальные приготовились.

Каин рванул ткань вниз. Внутри оказался не монстр и не одержимый, а скорчившийся в углу полуголый юноша. Израненный, дрожащий, залитый слезами. Он испуганно жался к стене. Глаза у него были выколоты.

— К-кто здесь?.. — спросил он, повернув к Воронам окровавленные пустые глазницы, будто ждал ответа. — Помогите мне. Прошу... освободите. Мне так больно... — юноша всхлипнул и разрыдался. — Я хочу к своей семье. Пожалуйста... отведите меня к ней.

Каин открыл клетку, осторожно взял пленника под руку и помог ему выбраться.

— Да ему лет пятнадцать, не больше, — тихо сказал Маркус.

— Не бойся, — спокойно произнёс Каин. — Теперь всё будет хорошо. Мы тебя вытащим. Скажи, кто это с тобой сделал?

— Это всё они... эти Спасители Света. Они издевались над всеми нами...

Каин не дал ему договорить. Первым ударом он пробил юноше сердце. Вторым — снёс голову.

— Ты что творишь?! — взревел Рейнар.

Остальные Вороны в оцепенении переглянулись.

— А ты не заметил? — так же спокойно спросил Каин.

— Что я должен был заметить?! Это был ребёнок! У него даже глаз не было! Ты совсем рехнулся?!

Каин подошёл к Рейнару и положил руки ему на плечи.

— Подумай сам, — тихо сказал он. — Ты видел его раны? Они почти затянулись. Он сидел здесь не один день, но тело не истощено. И ты слышал, как он назвал этих ублюдков? Слышал? Спасители Света.

Ярость на лице Рейнара медленно сменилась пониманием.

— Да... ты прав, — глухо ответил он. — Только они сами так себя называют. Для всех остальных это просто культисты.

— Я знал, что ты поймёшь, — сказал Каин и перевёл взгляд на Гейла, Маркуса и Скальди. — Нечего тут торчать. Уходим.

— Так вот как вы меня раскусили, — раздался голос.

Говорила отрубленная голова.

— Значит, остальные зовут их культистами... — продолжила она, пока обезглавленное тело медленно поднималось на ноги.

Маркус отшатнулся. Впервые за долгое время на его лице проступил неподдельный ужас. Скальди молча заслонил брата собой; его рука дрогнула на рукояти меча.

— В другой раз учту, — невозмутимо продолжало существо, поднимая голову и приставляя её к шее. — Изувеченные люди вызывают больше жалости.

Голова приросла к телу с мерзким влажным звуком.

— Малой, назад! — заорал Рейнар, успев оттолкнуть Гейла в сторону.

Существо рванулось вперёд с такой скоростью, что стало похоже на размытое пятно тени, и ударом отбросило Рейнара на несколько метров.

— Всем в стороны! — крикнул Каин. — Рейнар, ты жив? Отвечай!

Тот не ответил. В тусклом свете камней было видно, как его тело неестественно выгнулось: он пытался вдохнуть после удара, переломавшего ему рёбра.