99,5

— Эй, сони, подъём! — Крикнул он, склонившись к входу в палатку. — День пропадает!

Михаил вылез следом, щурясь от яркого света, а вот Денис лишь что-то пробормотал и перевернулся на другой бок.

— Я сварю кофе, — произнёс Алексей, — а потом решим, куда двигаться.

Пока вода в котелке закипала, Алексей достал компас. В утреннем свете стрелка вела себя нормально, указывая на север. Может, действительно показалось? Или прибор временно вышел из строя от близости какой—то магнитной породы? Подумав, Алексей застегнул ремешок компаса у себя на запястье.

Запах свежесваренного кофе наконец выманил из палатки и Дениса.

— М-м-м, аромат цивилизации. — Пробормотал он, принимая кружку. — Что на повестке дня, господа путешественники?

Михаил, успевший умыться и полностью проснуться, сразу оживился:

— Конечно, прыжки со скалы! Помните наш вчерашний разговор? Погода идеальная — ни ветерка, вода чистая. Когда ещё будет такой шанс?

— Про вспышку вчерашнюю уже забыли? — Подал голос Денис.

— Ой, Дэн, не делай из мухи слона. — Отмахнулся Михаил.

Алексей посмотрел на противоположный берег. При свете дня скалистые уступы выглядели даже привлекательно — золотисто-коричневые, с какими-то вкраплениями, сверкающими на солнце.

— Знаете, — сказал он наконец, — я за. Но с условием: риск на минимум. Сначала проверим места для прыжков, определим глубину.

— Логично. — Кивнул Денис, допивая кофе. — Обязательно всё проверить.

После завтрака они собрали необходимое — полотенца, запасную одежду, перекус — и загрузились в лодку. Алексей снова сел на вёсла, ритмично погружая их в прозрачную воду.

— Вперёд, капитан, полный вперёд! — Скомандовал Михаил, прикладывая руку к глазам и изображая бывалого морского волка.

Путь до противоположного берега занял около пятнадцати минут. Вблизи скалы выглядели ещё впечатляюще — массивные, словно вырастающие прямо из воды, с узкими каменными уступами и небольшими площадками.

— Вот смотрите. — Михаил указал на один из выступов. — Метров десять высотой, внизу глубоко, я вчера проверял. Идеальное место для прыжка!

Они обогнули скалистый мыс и нашли удобное место для причала — небольшую галечную косу, откуда можно было подняться на скалы по естественным каменным ступеням.

— Ладно, давайте сначала проведём разведку. — Предложил Алексей, вытаскивая лодку на берег. — Денис, ты остаёшься внизу?

— Нет уж, — тот покачал головой, — если вы двое решили свернуть себе шеи, я хотя бы хочу это заснять.

Подъём оказался не таким сложным, как казалось снизу. Скалы были сухими, с множеством удобных выступов и трещин. Через несколько минут троица уже стояла на верхней площадке, откуда открывался захватывающий вид на всё озеро.

— Потрясающе! — Выдохнул Денис, доставая из рюкзака фотоаппарат. — Отсюда виден весь наш лагерь.

Действительно, противоположный берег с их палаткой и догорающим костром был как на ладони. Алексей подкрался к краю и посмотрел вниз. Вода казалась невероятно далёкой, и на мгновение его охватило сомнение.

— Может, начнём с чего-то пониже? — Предложил он, отступая от края.

— Брось, Лёха! — Михаил положил руку ему на плечо. — Это как раз то, о чём мы говорили вчера. Момент, который запомнится на всю жизнь!

Алексей колебался. С одной стороны, высота действительно впечатляла и даже немного пугала. С другой — он не хотел выглядеть трусом перед друзьями. И где-то глубоко внутри зудело любопытство, желание испытать тот самый адреналин, о котором любил говорить Михаил.

— Хорошо, — решился наконец он, — но сначала проверим глубину.

Они спустились обратно к воде. Михаил разделся первым и нырнул с небольшого выступа, расположенного в метре над водой.

— Глубоко! — Крикнул он, вынырнув. — Дна не достаю, а я могу нырять на пять метров без проблем.

— Камней нет? — Уточнил Алексей, тоже раздеваясь.

— Чисто! — Михаил сделал несколько гребков и отплыл в сторону. — Давай, проверь сам!

Алексей нырнул и погрузился в прохладную, кристально чистую воду. Михаил был прав — дна он не достал, хотя и старался нырнуть как можно глубже. Вода здесь была удивительно прозрачной.

Вынырнув, он отбросил мокрые волосы со лба и посмотрел наверх. Скала нависала над ними грозным утёсом.

— Ну что, рискнём? — Улыбнулся Михаил.

Алексей набрал воздуха в лёгкие и кивнул:

— Рискнём. Только ты первый, это была твоя идея.

Они снова поднялись на верхнюю площадку. Денис уже подготовил фотоаппарат и теперь с беспокойством наблюдал за приготовлениями друзей.

— Уверены, что это хорошая мысль? — Спросил он, когда Михаил подошёл к самому краю.

— Уверен ли я? — Михаил рассмеялся. — Конечно, нет! В этом-то и вся прелесть!

Он сделал глубокий вдох, шагнул вперёд и...

Полёт казался бесконечным. Михаил вытянулся в струну, руки плотно прижаты к телу, ноги соединены — идеальная поза. Алексей, затаив дыхание, наблюдал, как его друг становится всё меньше и наконец входит в воду почти без брызг.

Несколько секунд на поверхности ничего не происходило, и Алексей почувствовал, как в животе всё сжалось от дурного предчувствия. Но затем вода вспенилась, и показалась голова Михаила.

— Йе-ху-у-у! — Крик восторга эхом разнёсся по скалам. — Это непередаваемо!

Он отплыл от места приводнения и поднял руку.

— Лёха, слушай! Прыгай немного правее! Там глубже и подальше от подводных скал!

Алексей посмотрел на указанную точку. Действительно, чуть правее вода казалась темнее.

— Понял! — Крикнул он в ответ и отошёл на несколько шагов назад, готовясь к разбегу.

— Только без глупостей! — Денис поднял фотоаппарат. — Я всё снимаю!

Алексей глубоко вздохнул, сконцентрировался, и, сделав три быстрых шага, прыгнул вперёд, уходя немного правее от траектории Михаила. Ветер свистел в ушах, тело рассекало воздух. На долю секунды Алексею показалось, что он действительно летит — свободный от всего, словно птица. В тот момент, когда его тело рассекало пространство над озером, ему почудилось странное дрожание воздуха, по телу пробежала волна лёгкого покалывания.

...Удар о воду вышиб воздух из лёгких. Мир на секунду потемнел, а затем взорвался мириадами пузырьков. Алексей работал ногами, поднимаясь к поверхности.

Вынырнув, он глотнул воздух и рассмеялся. Адреналин наполнял тело невероятной лёгкостью.

— Миха, ты был прав! Это очень круто, я... — Начал он, но осёкся.

Вокруг царила полная тишина. Ни восторженных возгласов Михаила, ни щелчков затвора фотоаппарата Дениса. Только плеск воды от его собственных движений.

— Эй! Где вы? — Крикнул Алексей, оглядываясь. — Очень смешно!

Тишина в ответ. Он рванул к берегу, туда, где они швартовали лодку. Но галечная коса встретила его пустотой — ни лодки, ни брошенных рюкзаков, ни единого следа их присутствия.

«Розыгрыш. Шутники, блин!» — мелькнуло в голове, когда он выбирался на камни.

Вода ручьями сбегала с тела, оставляя на светлой гальке темные, быстро впитывающиеся пятна.

— Миха! Денис! Хватит придуриваться! — Заорал он что было мочи.

Эхо заметалось между утесами, но ответа так и не принесло. Беспокойство заползало под кожу. Алексей вскарабкался по ступеням наверх, на ту самую площадку, с которой прыгал. Наверху — ни души. Он подошел к самому краю, глянул на тот берег. И чуть не упал, потеряв равновесие — лагерь исчез.

Ни палатки, ни сизого дымка костра, ни натянутого тента. Алексей зажмурился, протер глаза — не помогло. Берег оставался девственно пуст. Более того, сами деревья будто стали другими — гуще, суровее.

— Да, что за чертовщина... — Прошептал он, отступая.

Виски сжало пульсирующей болью — может, ударился головой и теперь это бред? Сон? Он с силой ущипнул себя за предплечье — боль отозвалась вполне отчетливо. Тут он заметил ещё одну странность. Листья на деревьях стали золотыми, кое-где — багряными.

— Этого не может быть. — Произнес вслух, одними губами.

Ноги, вдруг, стали ватными, голова закружилась. Он сел, привалившись к скале. Сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь унять панику.

— Эй! Миха, Дэн! — Изо всех сил, до боли в горле прокричал Алексей.

Короткое эхо и тишина.

Он закрыл глаза. Посчитал до трёх. Открыл: ничего не изменилось.

Он ущипнул себя — сильно, до красного следа. Больно. Провёл ладонью по затылку. Ни шишки, ни крови. Поднял камешек. Гладкий, с прилипшими песчинками. Настоящий.

Тогда он поднялся и снова посмотрел на озеро.

Воздух над водой дрожал. Переливался, как марево в жаркий день. Но жарко не было — наоборот, тянуло прохладой.

«Лагеря нет. Деревья не те. А это мерцание — это как…» , — слово «портал» вертелось в голове.

— Бред. — Прошептал он.

Но уже не верил себе. Иного объяснения не находилось. Каким-то немыслимым образом его вышвырнуло на пару месяцев вперед. Мысль скрутила загривок холодной волной. Алексей долго не сводил глаз с дрожащего воздуха. Если эта штука сработала один раз, она обязана сработать и в обратную сторону. Нужно лишь попасть точно в центр.

Безумие. Но торчать здесь голышом, без снаряжения, еды и друзей казалась ещё безумнее.

Алексей отступил назад, глубоко вдохнул и, рванув с места, снова кинулся со скалы. Он вытянулся в струну, нацеливаясь в самую гущу мерцающего марева. В полете время будто вязло в меду. Он почти кожей ощутил, как прошивает невидимую, плотную пленку. В голове что-то щёлкнуло.

А затем — удар. Но не о податливую воду.

Алексей с размаху ухнул в плотный, обжигающе ледяной сугроб. Задохнувшись от неожиданности, он заработал руками, пытаясь вырваться из белого капкана. С невероятным усилием ему удалось вытолкнуть голову на поверхность.

Ледяной ветер ударил в лицо. Алексей задохнулся. Метель превратила озеро в белый котёл. А прямо над ним — в полуметре — висела сфера. Снежинки, пересекая её границу, вспыхивали голубым. Он потянулся вверх. Коснулся.

Его выдернуло.

Тело будто протащили по битому стеклу. После ледяного ада вода летнего озера показалась расплавленным свинцом. Алексей закричал — крик захлебнулся в пузырях. Он рванулся вверх, каждое движение отзывалось невыносимой резью. Конечности горели, но он греб, пока не прорвал гладь.

Алексей глотнул воздух. Кругом всё то же озеро... Сквозь пелену слез он различил сизый дымок на противоположном берегу. С трудом догреб до камней. Выполз, рухнул на гальку и замер. Солнце палило нещадно, прогревая остывшее тело. Когда дыхание чуть выровнялось, он приподнял голову. Костер на том берегу дымил, вот только лагеря не было. Ни палатки, ни тента. Лишь одинокий огонек среди камней.

— Что за хрень! — Выругался Алексей.

Пейзаж вроде тот же, но он замечал странности. Деревья будто подменили: одни вымахали ввысь, другие измельчали. Он протер глаза и заметил движение. Кто-то вышел из лесу к костру. Человек в темном, до боли похожий на...

— Дэн? — Прошептал Алексей.

Фигура была слишком далеко. Человек что-то подбирал у огня.

— Эй! — Алексей вложил в крик остатки сил. — Я здесь!

Крик разнесся над озером, отражаясь от скал эхом. Фигура на берегу замерла, повернулась, подняла руку в приветствии. Алексей моргнул. Никого.

«Крыша поехала. — он опустился на камни. — Переохлаждение, шок. У меня галлюцинации».

Силы таяли. Несмотря на солнце, Алексея колотило. Хотелось завернуться в тёплый спальник и уснуть.

«Не смей!» — приказал он себе.

Он поднялся, пошатываясь. Снова прыгать? От одной мысли желудок скрутило. Но если это единственный шанс...

На то, чтобы подняться на выступ ушло минут десять. Тяжело дыша Алексей подошёл к краю — воздух внизу всё ещё дрожал. Одиночество давило сильнее страха. Лучше рискнуть, чем сгинуть тут.

«Будь что будет, — подумал Алексей, — хуже уже вряд ли станет».

Короткий разбег, вдох и рывок. Знакомое покалывание, а следом удар о воду и, почти сразу ступнями о камни. Алексей ощутимо ударился о дно, глубина озера теперь едва ли достигала двух метров. Он всплыл, отплевываясь от мутной, теплой жижи. Выбрался на скалы. Озера больше не существовало. Перед ним расстилалась грязная чаша высохшего водоема. Вода отступила, обнажив мертвые, покрытые засохшим илом, камни.

Берега скалились безжизненными склонами. Лес ссохся, превратившись в скопление корявых скелетов. Зной стоял невыносимый — испепеляющая жара, от которой сам воздух превращался в марево. Засуха? Или изменение климата? Раскаленный песок обжигал ступни. Знакомые скалы почти скрылись под наносами песка.

Кое-как он укрылся в тени под скальным козырьком. Силы вытекали по капле.

«Влип, — понял он, — застрял в выжженном будущем».

Эта мысль отозвалась тупой болью. Но отчаяние — плохой спутник.

«Надо лезть на уступ. Прыгать, пока ноги держат».

Он впился взглядом в озерную гладь и нашел: воздух мелко дрожал, сворачиваясь в призрачный круг. Забравшись на выступ, он замер. Страх сковал мышцы — внизу было пугающе мелко. Алексей набрал воздуха и шагнул в пустоту.

Кожу полоснуло, а следом — плотный удар о воду. На этот раз температура была идеальной — прохлада летнего вечера. Вынырнул, ловя ртом воздух. Сумерки окрашивали воду в чернильно-фиолетовые тона. Он повернулся. Там, где должен быть их лагерь, сквозь листву, пробивался оранжевый глаз костра. Рядом — белесый бок палатки. Дыхание перехватило.

Тело слушалось плохо. Он поплыл к галечной косе неловкими движениями. Наконец, под пальцами обнаружилось дно. Алексей вывалился на берег. Силы кончились разом. Он рухнул на камни и перевернулся на спину. Над головой расстилалось синее небо с первыми звездами. Прохладный ветерок пробежал по мокрой коже.

Он запрокинул голову и сделал глубокий вздох. Попытался приподняться — окликнуть ребят. Тело не слушалось. Перед глазами поплыли черные пятна. Сознание утекало точно песок. Последнее, что он запомнил — холод камней и мерный, убаюкивающий плеск волны. Звезды над головой слились в одну точку и погасли.