Парадокс Джона. ТВОРЕЦ

— Юн! — послышался незнакомый мужской голос. — Юн! — повторил более настойчиво.

Джон встрепенулся от своего мысленного погружения и увидел, что в него почти упирается подносом молодой официант. Он держал в руках блестящий железный поднос, на котором помпезно красовались два тяжелых бокала с виски и четыре элегантных флюте, наполненных игристым. Вся эта композиция словно олицетворяла гостей за одним столом.

— Отнеси за второй покерный — выплюнул слова официант и всучил Юн поднос

«Черт! Тяжелый!» — чуть не уронила поднос Юн. — «Похоже, что не до конца мой мозг синхронизировался с телом. Я думал, этот поднос ничего не весит. Ладно. Зато теперь я понял свою роль на этом празднике жизни. Похоже, что я все-таки официант. Официантка. У которой роман с начальником. Или просто такие отношения. Сдельные. Но почему тогда Чао сказал, что он терпит Сэма из-за меня? Я попросила за него? Зачем? Мы же вроде не такие близкие друзья. Хотя откуда мне знать, да и какая разница? Надо получить деньги и сваливать из этой страны.» — активно размышлял Джон и не заметил, как он оказался в середине зала с подносом в руках и без понятия, где находится второй покерный. — «Паспорт! У меня же есть паспорт. Никогда не думал, что буду так рад этому факту. Осталась ерунда — найти деньги» — расплылся в блаженной улыбке Джон, застыв в центре игорных зон.

— Сюда неси! Что ты там лыбишься! — раздраженный голос раздался где-то справа

Юн повернулась на клич и встретила недовольный взгляд посетителя в оранжевом пиджаке и с двумя дамами вместо лацканов.

— Сколько можно ждать?! Неси сюда выпивку! — мерзким голосом протянул китаец, развалившись на диване за покерным столом, с двумя девушками в мини-юбках в обнимку.

Юн поставила бокалы на маленький столик и выдавила улыбку, стараясь максимально сдерживать эмоции. Она не хотела поднимать глаза, чтобы не столкнуться с наглецом взглядами. Несмотря на то, что на нем были маленькие солнцезащитные очки, Джон чувствовал его презрительный взгляд под бликами стекол.

— Мы заждались тебя! Почему ты так долго?! — совершенно другим, мягким и тихим голосом обратился к Юн китаец в оранжевом пиджаке. Его слова звучали отстраненно и загадочно, они приглушили весь шум и гам вокруг, заставив Юн посмотреть ему в лицо. Черные прямоугольные стекла блеснули молниями, уничтожив остатки посторонних звуков.

Время словно застыло на месте, превращая секунды в вечность, а бесконечность в мгновения. Лишь микромимика ехидной улыбки таинственного гостя давала ощущение реальности. Ничего не происходило, но Джон ощущал колоссальное напряжение, будто находится в эпицентре энергетического вихря.

Протяжный звон бокала донесся откуда-то очень издалека, но постепенно звук набирал силу, как приближающийся поезд. И в один момент оборвался, закрутив все вокруг. Музыка праздника и запахи духов снова заполнили все пространство. Время подхватило привычный ритм.

Оранжевый пиджак откинулся назад и, поддерживая тост своей спутницы звоном бокалов, громко расхохотался. Юн разогнулась в полный рост и медленно поплелась в сторону бара с пустым подносом.

— Будет кто-то другой вместо тебя? — отчетливо, пробившись через множество шумовых помех вокруг, донеслись слова из-за спины Юн. Это был тот же голос, что и минутой ранее.

Странно было все — значение слов, четкость и тембр речи, тональность… Юн замерла на месте, ужас прокатился по всему телу. На мгновение ему показалось, что он уже слышал этот голос.

***

Его разрывали на части совершенно разные эмоции, побуждающие к еще более противоречивым действиям. Джон хотел схватить за грудки противного китайца и выбить из него всю информацию — и тут же в нем проснулось жгучее желание бросить все и убежать, чем дальше, тем лучше. Все его нутро металось от крайности к крайности, взгляд менялся от яростного гнева до искреннего детского испуга. Джон злился от невозможности понять, чей это голос. Он точно знал, что уже слышал его, но не мог вспомнить. Он гонялся за этим воспоминанием у себя в голове, но оно издевательски ускользало в самый последний момент.

Джон стоял на месте, пытаясь уловить издалека ту самую тональность, тембр и стиль, воплощенные в неповторимую речь, которая играла с его разумом. Но у него ничего не вышло. Таинственный гость снова превратился в прожигателя жизни и все, что слышал от него Джон, — это громкий гогот над своими пошлыми шутками.

— Сэм, кто этот гость в оранжевом пиджаке? — Юн решила узнать более простым способом о таинственном незнакомце.

— Без понятия. Первый раз вижу. — ответил Сэм, отрицательно покачав головой — Наверное, какой-то коммерс или, может, приезжий, кто-то из постояльцев мог дать ему приглашение. Ты же знаешь, такое у нас не редкость. А что такое? Ты выглядишь встревоженной.

— Ничего. Просто интересно. Пиджак у него красивый. — улыбнулась Юн в ответ.

Атмосфера внутри приобретала все более плотный оттенок. Азарт и алкоголь постепенно разрушали рамки стеснения и благоразумия, заполняя помещение безудержным весельем, бравадой и высокими ставками. Температура повышалась не только за игровыми столами — и в зале становилось реально жарко.

Джон наблюдал со стороны за тем, как люди освобождали себя от внутренних, скрытых в обычной жизни, желаний и воплощали их в эмоции. Они выплескивали в кости и карты ту внутреннюю энергию, которую не смогли пустить в созидательное русло в обычной жизни. Виной тому сложные конструкции из ограничений, которые собирали с самого детства. Вопрос лишь в том, кто раздает стройматериалы для этих конструкций на протяжении всей жизни человека. Джон знал ответ на этот вопрос и с каждым часом в этот день убеждался в истинности открытой ему правды.

Любой праздник всегда ускоряет время. Это закон. Неважно, участник ты торжества или же создаешь эту атмосферу. Юн не заметила, как стрелки часов уже показывали без двадцати минут семь. И если бы не напоминание Вэя или Сюаня (Юн пока не научилась их различать), то она бы пропустила ВИП-зону.

Втроем они проскользнули под суровым взглядом охранника и попали в пустое помещение зала для особых гостей. Дверь захлопнулась, и от громкой музыки, шума и смеха не осталось и следа. Внутри царила тишина, словно в гробнице. А большой покерный стол в середине комнаты напоминал огромный саркофаг.

Джон не сразу понял, почему у него возникли именно такие ассоциации, пока не поднял голову. Над столом-саркофагом висела огромная люстра представляющая собой железные обод с бутафорией под свечи. Такие раньше вешали в средневековых замках, только с настоящими свечами.

— Прекрасно… — пробубнила шепотом Юн, когда увидела, что один из официантов начал зажигать большие пеньковые свечи, расставленные по всему периметру. — Здесь в покер играют или жертвоприношение готовят? — продолжала бубнить Юн.

В зале была еще одна комната, где располагался бар и диванная зона с сигарным шкафом. В ней все было обыденно, поэтому Юн решила более тщательно осмотреться в игорном пространстве. Конечно, все выглядело очень дорого и помпезно, как и в основном помещении казино. Но вот свечи… Юн взяла одну незажженную свечу и обнаружила маленькую этикетку на дне.

— Вэй, скажи, а тут всегда свечи? — обратилась она к своему коллеге.

— Я — Сюань — с презрением ответил он. — Нет. Их поставили специально для сегодняшнего гостя.

— Да, точно. Я так и хотела сказать. — без доли стеснения парировала Юн — Понятно. А люстру тоже сегодня повесили? — она подняла голову наверх.

— Нет, она всегда тут была… Что за вопросы, Юн?! Ты что, память потеряла?! — раздраженно кинул Сюань и двинул в сторону бара в лаундж-зоне, словно брезговал компанией странной Юн.

«Понятно. Никто ничего не знает. Ждем гостя, возомнившего себя Генрихом Шестым. Ну или Толботом на худой конец» — шутил про себя Джон, медленно поправляя стулья.

Юмор всегда присутствовал в его жизни. Джон подозревал, что не будь у него этого чувства вкупе с самоиронией, он бы уже давно сошел с ума или покончил со своей никчемной жизнью, самоубийством. Но издевка над собой или окружающим миром всегда растворяла самые гнусные мысли, возвращая эмоциональный фон в норму.

Совсем мало времени понадобилось троим официантам, чтобы навести марафет в ВИП-зоне и создать атмосферу интимности и таинственности. Множество зажженных свечей по всему периметру, а также идеально подобранный трек группы «Энигма» сделали свое дело.

Джону не очень нравилась такая музыка, но именно здесь она звучала особенно магически. Сексуальный женский вокал доносился откуда-то из эфирного тумана, в сочетании с шепчущей, медитативной музыкой создавал не только плоские абстракции, но и наполнял воздух чем-то особенным, сказочным.

«Ладан.» — почувствовал знакомый запах Джон, наслаждаясь моментом с закрытыми глазами. — «Похоже, что сама музыка превращает воздух в аромат ладана.» — глубоко вдохнула Юн, по-прежнему с закрытыми глазами. Она стояла неподвижно, погрузившись в атмосферу, словно в теплую ванну, не желая тратить секунды нирваны на внешний мир.

Но, как это обычно бывает, у мира свои правила, и он бесцеремонно диктует их. Сначала ворвался энергичный свинг, нагло растоптав разноцветную поляну Энигмы. А за ним терпкий, тяжелый запах алкоголя и сигар, словно лавина, снес на своем пути легкий, божественный ладан.

Джон понял, что кто-то очень дерзко вломился в помещение ВИП-комнаты. Первая мысль была про самоуверенного Чао, но это оказались люди, внушающие куда больший страх, чем простой управляющий казино.

***

Четверо крепких мужчин ворвались, словно ураган, в игорную комнату. Двое из них были полностью экипированы в армейский черный камуфляж с балаклавами на голове и оружием в руках. Они заняли позиции по обе стороны открытой двери. Еще двое также были одеты во все черное, но уже в классические костюмы, с наушником в ухе.

Вслед за ними вбежал растерянный охранник казино, выглядевший на их фоне, как ребенок, у которого отобрали мяч. Мужчины в камуфляже уверенным жестом руки остановили бедолагу и вежливо указали, что ему тут не место.

Люди в черных костюмах начали обыск помещения, заглядывая в каждую щель. Совершенно не обращая внимания на Юн и Вэя, прижавшихся к стенке с выпученными от страха глазами. Быстро и слаженно осмотр помещения был закончен, включая комнату с баром и ошарашенного Суавэя. Черные костюмы доложили обстановку через наушник, и в этот самый момент на входе появился Чао. Он успокоил охранника казино и поприветствовал вооруженных людей в черном.

Джон выдохнул, осознавая, что важный гость вот-вот прибудет. Чао с охранником удалились из ВИП-зоны, люди в черных костюмах закрыли входную дверь и расположились на противоположной от входа стороне комнаты, официанты смиренно заняли позиции вдоль стены. Все помещение замерло, как по команде, хотя не было произнесено ни слова.

Языки пламени свечей колыхались на слабых и редких порывах воздуха, подъедая свое восковое тело, будто подтверждая безжалостную власть времени. Времени, которое застыло в комнате и, казалось, замедлилось настолько, что вот-вот совсем остановится.

Шли минуты за минутами, но ничего не происходило. Сквозь слабый шум музыки доносились редкие постукивания и звуки бурной деятельности из основного зала казино. Внутри ВИП-комнаты царила усыпляющая атмосфера ожидания.

«И сколько нам еще стоять, как статуи?» — подумал Джон, чувствуя, как поднимается его внутреннее раздражение от бездействия. Но он снова увидел себя со стороны и в зародыше отлавливал эмоции, которые способны вывести его из равновесия. Джон не понимал, как это происходит. Это ощущение и видение себя извне пришло к нему сегодня вместе с новым телом Юн.

К слову, его тревожность была не одинока. Джон заметил, как Вэй мечется глазами из угла в угол. Вэй не понимал, что происходит: тревожный мозг двигал им к привычному ритму жизни и посылает ему сигнал не стоять на месте.

«Нужно же выяснить, с чего вдруг мы просто так стоим? Да, Вэй?» — мысленно задавал вопросы своему коллеге Джон — «Мозгу неприятно, некомфортно, небезопасно все новое и выходящее за рамки его схемы. Оно и понятно, у него совсем другие задачи. Мы всего лишь стоим в тишине. А это уже вызывает панику у нашего беспокойного управленца.»

Вэй поймал взгляд Юн и кивнул на выход. Но Юн, еле заметно, отрицательно покачала головой. Вэй уже не контролировал себя, но только он дернулся в сторону выхода, как ближайший к нему вооруженный мужчина в балаклаве приподнял автомат. Этого было достаточно, чтобы все всё поняли.

«Интересно, чем закончится сегодняшний вечер? Сколько мне заплатят? Хватит ли мне денег улететь?» — смирившись с ситуацией, начал размышлять Джон — «Как сейчас выглядит Лена? Что там с Нусьером? Что меня ждет? У меня же есть выбор оставить все как есть и спокойно жить жизнью Юн. Нет, конечно, я многое изменю. Но, может, все не просто так, и это то счастье, покой, которые я искал? Может, я уже прошел свой путь и теперь это шанс начать все сначала? Отработаю смену, заберу деньги и уволюсь к чертям. А дальше поеду куда-нибудь отдохнуть, обдумаю, как строить свою жизнь дальше. Можно даже книгу написать. Точно! Это же сколько историй я могу рассказать! Стану известным писателем… известной писательницей, по моим книгам снимут фильмы. А ведь и правда, может так и сделать?! Меня никто не узнает, я в будущем, про Джона все давно забыли. Самое время начинать все сначала. Так. Решено. Заканчиваю смену, забираю зарплату и уезжаю куда-нибудь на юг, где тихо и спокойно можно обдумать дальнейшие шаги в новую жизнь!» — лицо Юн засветилось от таких приятных мыслей. И она расплылась в улыбке. Но помехи и шум в наушнике одного из мужчин в костюме вернули ее из мира мечтаний в темную игорную комнату — «Да, для начала надо завершить сегодняшний вечер без происшествий. Но идея уехать на юг — отличная. К тому же, это не означает, что я брошу поиски Нусьера, Лены и остальных. Просто буду делать это аккуратно, из тени» — хитрый план Джона, как усидеть на двух стульях, словно был услышан, и внезапно мужчины в черном начали действовать, получив указания через наушник.

Четкими и выверенными движениями они указали на выход Вэю, а затем вывели из лаундж-зоны Суавэя и закрыли за собой двери. При этом не произнося ни слова. Юн наблюдала за этим действом, замерев. Вскоре она осталось в ВИП-зале одна.

— И что это все значит? — возмущенно произнесла Юн. Произнесла так, чтобы ее услышали. Но кроме легкого эха, никто не ответил на ее вопрос.

В комнате была кромешная тишина — такая, что, казалось, были слышны колыхания пламени множества свечей, расставленных по периметру. Юн медленно проскользила по внешнему краю стола-саркофага, стараясь делать максимально мягкие шаги, чтобы не нарушать тишину.

— Странно. Нет ни звука из основного зала казино, — повернувшись ухом в сторону выхода, очень медленно приближалась к дверям Юн — Что, все разошлись? Или вместо покера решили сыграть в прятки?

Юн, крадясь, пробиралась к двери, делая шаги практически неуловимыми на слух. Джон подметил, насколько воздушное и гибкое его новое тело, по сравнению с мужским. Но, несмотря на идеальную тишину вокруг, он чувствовал, что там за дверьми кто-то или что-то есть. Джон точно не знал, связано это с ожидаемым важным гостем или же это часть шоу-программы, или, может, за дверьми полиция, а может в этом казино каждый вечер такая ситуация. Как бы там ни было, адреналин быстро распространялся по всему телу, наперегонки со страхом. И с каждым шагом, приближающим Юн к входной двери, ее сердце билось чаще и чаще, и, казалось, этот стук был единственным на всем этаже.

Она прильнула ухом вплотную к массивной двери. Но ничего, кроме гула дерева, слышно не было. Юн продолжала слушать, улавливая тончайшие звуки. Ничего.

Только она оторвала ухо от поверхности, как в глубине зала, по ту сторону, раздался знакомый глухой звук.

— Кофемашина! — Юн снова приложила ухо к двери, желая убедиться в своих словах — Да, точно! Кто-то из барменов делает кофе.

Страх улетучился в моменте, и она схватилась обеими руками за ручки двери. Но остановила свое усилие в последний момент.

« Что, если это не бармены?» — на секунду почувствовала сомнения Юн — «Ну а кто еще?! Даже если это кто-то другой, что с того?» — с этими мыслями она приоткрыла дверь так, чтобы образовалась маленькая щелочка, через которую можно было бы увидеть часть зала.

«Никого. Странно.» — Юн очень медленно и аккуратно толкала дверь вперед, увеличивая себе обзор. Вскоре половина основного зала казино была полностью открыта. Но никого, абсолютно никого не было. Движение было только у пузырьков в недопитых бокалах игристого и у извилистых струек дыма, исходящих от недокуренных сигарет и сигар. Помимо бокалов и пепельниц, на столах были брошены закуски, фишки, бумажные обертки и даже деньги. На спинках роскошных диванов небрежно оставлены пиджаки и несколько женских сумочек.

«Все выглядит так, будто все посетители просто встали и вышли. Причем в дикой спешке. » — настороженно подумал Джон — «Или их попросили выйти… Все-таки облава? Но где тогда полиция?»

Юн продолжила медленно толкать дверь вперед, оголив начало барной стойки и разглядев пар от кофемашины. Ее мозг уже дорисовал скрытую часть бара, где Сэм мирно натирает бокалы, а на столешнице ее ждет чашечка ароматного кофе. Эти иллюзии прибавили ей смелости: Юн захотела открыть дверь настежь и уже напрягла для этого мышцы. Но ее опередил загадочный мужской голос из глубины зала —

— Смелее, Юн! Сколько можно тебя ждать?!

***

Джон выдохнул последнюю надежду остаться незамеченным и, словно расстроенный ребенок, которого раскрыли в игре в прятки, неохотно сделал шаг в приоткрытую дверь. Перед ним открылся абсолютно пустой, мертвый, но еще теплый зал казино. Помещение, словно благородного зверя из Красной книги, только что подстрелили и выпотрошили. Такая ассоциация пришла в голову Джону, когда он окунулся во внутреннюю атмосферу зала. Он чувствовал, как воздух изменился, что-то сильное и зловещее жило здесь. Освещение было приглушенно, что определенно добавляло мистики. Хорошо освещена была только зона бара, на игорные столы падал тусклый свет, стены казино и вовсе погрузились во тьму.

В помещении никого не было, кроме Сэма, прижавшегося к барной витрине с бутылками. Его лицо было бледным, будто вся кровь ушла в пятки. Взгляд прикован к посетителю напротив, на том самом месте, где несколько часов назад сидела Юн.

Джон сразу понял по оранжевому пиджаку, кто сидит к нему спиной.

«Опять он. Что за маскарад?» — настороженно подумал Джон и направился в сторону бара, попутно оценивая обстановку. Он делал медленные, но уверенные шаги умышленно, чтобы иметь время придумать план, исходя из ситуации. Но, на его удивление, ничего не приходило ему в голову. Джон чувствовал только страх и смятение, настолько сильное, что начали пульсировать виски и появилась нарастающая головная боль. Мужчина в оранжевом пиджаке все так же сидел спиной к приближающейся Юн, смиренно помешивая кофе в чашке.

«Неужели он решил отомстить мне за не вовремя принесенную выпивку?» — сам не верил в эту мысль Джон, созданную мозгом просто для отвлечения внимания и за неимением других вариантов.

— Что тут происходит? Где все посетители? — тихим и взволнованным голосом спросила Юн, переводя взгляд то на Сэма, то на оранжевый пиджак.

Сэм не мог долго смотреть в глаза Юн, настолько сильно он был напуган.

— А кто тебе нужен? — низким голосом ответил незнакомец и крутанулся на стуле, повернувшись лицом к Юн. — Мы все здесь гости. Не так ли? — загадочно произнес он, натянув хитрую улыбку. Стекла его темных очков блеснули яркой вспышкой, и Джона снова посетило жуткое чувство, будто он его уже где-то видел.

— Сэм, где Чао?! Мы что, закрылись? Почему этот господин тут один? — Юн пыталась говорить утвердительно, но ее голос дрожал — Вы из полиции? — добавила она, и ее вопрос прозвучал как крик отчаяния.

Сэм лишь отвернулся и принялся нервно протирать бокалы.

— Можно сказать и так. У меня есть некоторая власть — говорил загадками незнакомец. Он соскочил со стула и предстал в полный рост. Мужчина был немногим выше Юн, но рядом с ним она ощущала себя совсем крошечной. Джон подумал, что если бы он не видел его ранее в казино, то не узнал бы сейчас. Заурядный позер и жиголо превратился в что-то мистическое, сильное.

Его внешность не отличалась чем-то особенным. Темные волосы средней длины, стрижка каре, среднее телосложение, строгие черты лица. Глаза скрыты темными очками.

«Такая знакомая энергия… Будь прокляты эти провалы в памяти! Где же я тебя видел?!» — не оставлял попыток вспомнить незнакомца Джон.

Оранжевый пиджак легкой походкой проскользил в центр зала, запрыгнул на покерный стол, расшвыривая лакированными ботинками фишки. Он занял позицию и величественно развел руками в стороны, словно актер на сцене, затем синхронно сделал жест пальцами обеих рук. В эту же секунду из темноты вдоль стен зала казино одновременно шагнули вперед десятки вооруженных людей. Их черная современная экипировка выглядела очень внушительно. Не говоря уже об автоматах в руках.

«Похоже на облаву. Прикрыли казино.» — с тревогой размышлял Джон — «Но зачем все это шоу? Видимо, этому нарциссу в оранжевом не хватает внимания женщин.»

— Конечно, это лишь крошечный фрагмент моей власти. — незнакомец спрыгнул со стола. — Но, к сожалению, мои возможности ограничены.

— И поэтому ты мне поможешь. — утвердительно сообщил незнакомец и направился к Юн, не сводя с нее взгляда.

Юн невольно попятилась под напором энергии мужчины.

— Я?! — испуганно и удивленно ответила Юн, пятясь назад. — Но… Чем я могу вам помочь, господин?!

— Мда… Когда мы общались в прошлый раз, ты был более уверен в своих силах — с этими словами незнакомец резко ускорился и схватил Юн за правую руку.

Она сопротивлялась, пытаясь вырваться из захвата. Джон впервые почувствовал, насколько его нынешнее тело беспомощно, даже против не самого грозного мужчины.

Ловким и сильным движением руки незнакомец задрал рукав пиджака, оголив предплечье Юн, а вместе с этим и татуировку в виде раскрытой книги и капли крови. Он широко улыбнулся и ослабил хватку.

— Гораздо увереннее… Джон.

***

Джон провалился в бездну ужаса. Его имя из уст этого незнакомца прозвучало так, будто метеорит врезался в его душу и разорвал ее в клочья. Он физически ощущал воронку с нарастающей болью у себя в груди. Неконтролируемое чувство страха, смятения и ужаса поглотило Юн целиком, будто пасть мегалодона.

Она сделала несколько небольших шагов назад и наткнулась на барный стул. Это прикосновение дало слабый импульс и вернуло Юн из ада в настоящее. В панике она начала метаться и искать глазами возможности побега, продолжая пятиться.

Джон не мог контролировать свои мысли и тело, они были полностью подчинены беспощадному страху. Казалось, что в эти минуты он превратился в животное, отчаянно трепыхающееся в предсмертной агонии. Джоном руководили инстинкты, и ничего вокруг не имело значения, только одна задача — выжить.

Звон разлетевшегося вдребезги стекла взорвал сжимающийся пузырь вокруг него и впустил внутрь такой необходимый глоток воздуха. Чувства начали эхом возвращаться к Джону, он смог сориентироваться в пространстве. Но не понял, как оказался почти на барной стойке, с которой только что смахнул пустую чашку.

— Кто… Кто вы такой? — дрожащим голосом вымолвила Юн.

— Хм… Судя по выражению твоего испуганного лица, ты действительно не помнишь меня, — незнакомец сложил руки за спину и задумался. — Гораздо важнее, для чего я здесь, Джон. Не так ли?

— Или Юн? Как тебе больше нравится? — добавил мужчина в оранжевом пиджаке.

Джон молчал. Он постепенно приходил в себя. Гораздо быстрее обычного к нему возвращались ясность и контроль над собой.

— Молчишь? Ну да ладно. Пойдем, я объясню тебе твою задачу. Я, конечно, разочарован твоим новым образом. Тебе будет непросто — серьезным тоном бросил незнакомец, покачал головой и, не дожидаясь ответа, направился в сторону ВИП-комнаты.

Юн осталась стоять на месте, не реагируя. Цунами страха и ужаса прошло, внутри остался лишь легкий осадок адреналина. Вернув контроль над собой, Джон начал ориентироваться в ситуации, и положение его было незавидным.

— За мной, я сказал. — приказным басом рявкнул незнакомец.

Не успел Джон подумать, что никуда он не пойдет, пока тот не объяснит, что тут происходит, как по обе стороны от него появились двое рослых мужчин в шлемах и масках, с автоматами наперевес.

«Похоже, придется идти.» — быстро передумал Джон, учитывая два новых аргумента.

В помещении ВИП комнаты воцарилась совсем другая атмосфера. Внешне все выглядело неизменно, но отсутствие сексуальной музыки «Энигмы» и присутствия оранжевого пиджака кардинально поменяло пространство внутри. Именно незнакомец, по мнению Джона, создал ощущение сверхъестественной тяжести и вязкости воздуха одним своим присутствием. Даже языки пламени свечей стояли по стойке смирно, словно тоже подчинялись мужчине в оранжевом.