Миледи Грусть

Олег Шушаков

Миледи Грусть

Я УСТАЛ, ПРОСТИТЕ МНЕ УСТАЛОСТЬ

1994-1996

Утром грустно-снежным

Утром грустно-снежным

Выйду на перрон.

В пустоте безбрежной

Подплывёт вагон.

Одинокой тенью

Сяду у окна.

Больше нет сомнений.

Только тишина.

Больше нет надежды.

Только звон колёс.

Строй печально-снежный

Елей и берёз.

И берёзки с болью

Смотрят на меня.

Слишком поздно понял,

В чём моя вина.

Гулкими цепями

Из обидных слов

Разбиваем сами

Мы свою любовь.

Золото рассыпав

Золото рассыпав,

Нынче потемнела

Милая подружка

В сарафане белом.

Растрепало ветром

Девичью причёску.

Нынче попрощалась

С осенью берёзка.

Снова затрещали

Под ногами лужи.

Видно, очень скоро

Вновь наступит стужа.

Наметёт сугробов,

Разрисует стёкла.

Сколько раз мы вспомним

Об июле тёплом?

Сколько строк о лете

В тоненькой тетрадке,

Тихой грустью светел,

Перечту украдкой?

Я писал, печалясь

Красотой неброской,

Как мне сердце ранишь

Ты, моя берёзка.

Летом зеленела,

В осень золотилась.

Нынче потемнела.

Нынче загрустилось...

Пожелайте мне удачи, друзья

Пожелайте мне удачи, друзья,

Если вы ещё готовы простить.

Подо мною снова кружит земля.

Стюардессе, что ли, мне позвонить?

Самолёт оторван, тенью дрожит.

Я ремень свой застегну, не беда.

Объясните мне, куда он летит.

Только мне-то, всё равно, не туда.

Я мечтал о бесконечной любви.

Оказалось, что она до вчера.

Стюардессе, что ли, мне позвонить?

Только жаль, что мне она не сестра.

Самолёт взмывает за облака.

Видно, лётчику приснилась мечта.

Вы простите мне, что пьян я слегка.

Оттого ли, что вокруг высота?

Я не прятался за спины ничьи.

Я своё везде отзвякал сполна.

Стюардессе, что ли, мне позвонить?

Принесёт пускай она мне пивка.

Самолёт опять качает крылом.

Где-то там далёкий город Ивдель.

Где-то там Галина спит крепким сном,

Потому что для неё я нигде.

Мчится ветер за мною в туман.

Сколько вас осталось там, позади!

Вы, девчонки, мне простите обман.

Я и правда всей душой вас любил!

Самолёт скользнул почти что в пике,

Ярославской весны отхлебнул.

Я бы к Любе заглянул налегке,

Если б столько на себе не тянул.

Стюардессе, что ли, мне позвонить?

Сердце кровью уже изошло.

Что ещё придётся мне пережить

Из того, что навсегда уж прошло?

Самолёт уже садится в Москве.

Разве я хотел сюда прилететь?

Мне Диана только снилась во сне.

Как в глаза я ей смогу посмотреть?

Пожелайте мне удачи, друзья,

Если вы ещё готовы простить.

Подо мною снова кружит земля.

Стюардессе, что ли, мне позвонить?

Самолёт уже шасси отшуршал.

Тишина и все погасли огни.

Просто, я без вас девчонки пропал

И стюардессе меня не спасти...

Я не стану ничего вытворять

Я не стану ничего вытворять,

Я порядком уже натворил.

Лучше просто жизнь сначала начать

Изо всех ещё оставшихся сил.

Ничего, что поседели виски,

Я не всё ещё в жизни успел.

Я не буду больше пить от тоски,

Потому что ещё много дел.

Я ещё не разучился мечтать,

Не остыла ещё в жилах кровь,

И стихи не все успел дописать,

И еще, быть может, встречу любовь...

Видно, это неизбежно

Видно, это неизбежно.

Ты уйдёшь.

Ты решила, что меж нами

Только ложь.

Раз любимому не веришь,

Уходи.

Дай же Бог тебе удачи

Впереди.

Ты не верила мне с самых

Первых дней.

Объясняла это лживостью

Моей.

Был сварливый, был и жадный,

И дурак.

Я доказывать не буду.

Всё не так.

Я доказывать не буду

Ничего.

Счастье – дым, когда не веришь

Ты в него.

Лёгкой тенью дым растаял

В синеве.

Лишь похмелье в протрезвевшей

Голове.

Вот и всё. И ни к чему уже

Слова.

Без меня ты в дом чужого

Привела.

Вот как жизни повернулось

Колесо.

Ты наотмашь отомстила

Мне за всё.

Что бы ни было и кем бы

Я ни был,

Я бы вновь тебе поверил

И простил.

Но мосты ты все спалила

Позади.

Значит, это неизбежно.

Уходи.

В ответ на ваши резкие слова

В ответ на Ваши резкие слова

Я ничего не стану говорить,

Я знаю, если дама не права,

В ответ прощенья лучше попросить.

Ну, что ж,

Простите мне мои проблемы,

Я знаю, Вас от них уже тошнит,

И то, что не вписался в Вашу схему,

И то, что не Ален Делон на вид.

Простите, что когда-то в Вас влюбился.

Простите, что однажды разлюблю.

Простите, я мечтой своей забылся

Себе и Вам, как видно, на беду.

Простите мне расшатанные нервы,

Я знаю, в этом лишь моя вина.

Простите мне, что я у Вас не первый,

И то, что молодость моя уже прошла.

Да мало ль что ещё! И то, что денег много,

И то, что трачу их без толку, невпопад.

Я Вас прошу, простите, ради Бога,

Мне всё, в чём я пред Вами виноват...

Я был не прав

Я был не прав, от любимой

Требуя верности строгой.

Верность – это подарок

В мгновения сильной любви.

И, в назидание прочим,

Меня всемогущие Боги

Ввергли в жестокое горе

За прегрешенья мои.

Поздно приходит прозренье.

Оно ничего не исправит.

Верой и глупостью сам

В беды себя я вовлёк.

Верил в гордыне своей,

Что счастье меня не оставит.

С глупой беспечностью сам.

Счастия не уберёг.

Горе вином заливаю

И переживаю измену.

Вскрылся обман вероломный

Мужем, спешившим домой.

Это, наверное, Боги

Меня торопили на сцену.

Долго ль смеялись они?

Над вором?

Над ней?

Надо мной?

День растаял тенью серой

День растаял тенью серой

В пелене дождя.

Шёпот листьев пожелтелых

Укачал меня,

Шелест волн бездонно-синих

Грустью утомил.

Я уснул мечтой красивой.

Где же, где я был?

В облаках меня носило

Или между звёзд?

Где-то там, вдали, Россия,

Бесконечность слёз.

Где-то там, под снегом белым

Рощи и поля.

В тополях заледенелых

Песня, что мила...

Оттого, что я устал

Оттого, что я устал,

Может быть,

Я иду сквозь ночь один

В никуда.

Я тебя уже успел

Позабыть.

Оттого ли, что с собой

Не в ладах?

А быть может, потому что

Любовь

Ты вчера за деньги мне

Продала?

Мы с тобой уже не встретимся

Вновь.

Ну, и ладно! Раз такие

Дела.

Я не верю ни во что,

Только в ночь.

Оттого ли, что она

Навсегда?

Тьма ночная - безконечности

Дочь.

Там вдали, моя погасла

Звезда.

Я иду, свои не слыша

Шаги.

А быть может, не иду,

А лечу.

Я не вижу, где друзья,

Где враги.

Это ветром погасило

Свечу.

Эта пропасть безконечней

Всего.

Я молюсь, но не поможет

Мольба,

И однажды я ударюсь

Об дно.

Ну, и ладно! Значит, это

Сутьба...

Тенью вьющейся

Тенью вьющейся, дымно-светлой,

Эх, взлететь бы в облачный рай!

Только пустят ли в рай поэта

К белым ангелам горних стай?

Заслужил ли гуляка пьяный

Зачисления в их ряды?

Или в бездне, во тьме багряной

Истончатся его следы?

Нагрешил. Дорога земная

Никогда не была прямой.

Не слыхал, не видал, не знаю.

Кто при жизни тут был святой?

Я прощенья просить не буду.

Кто поймёт, тот и так простит.

Я - поэт! И всегда им буду!

А грехи мне Господь скостит!

На песке в далёких далях

На песке в далёких далях

Дышит море, в пене волны.

Пальмы веером лучистым

Раскачало ветром томным.

Небо крылья распахнуло,

Голубое, в перьях белых.

Солнце золотом палящим

Льётся, жжёт нагое тело.

Зачерпну в ладони море,

Подкрадусь к тебе сторонкой,

И в его прозрачных брызгах

Будешь ты смеяться звонко.

Встанешь, стройная, с улыбкой,

Чтобы в волны окунуться.

Если это сон прекрасный,

Не хочу уже проснуться!

Сыплется снег

Сыплется снег

На голову

Где-то там, далеко.

Где-то.

А здесь осень.

И просто идёт дождь.

Здесь шелестит волна

Тёплая,

Как молоко,

А на песке

Перед нами -

Сломанные ракушки.

Мы ими набьём карманы

И увезём

Домой…

Я устал от безумной гонки

Я устал от безумной гонки,

От ненужной пустой суеты.

Я хочу отойти в сторонку,

Надышаться твоей красоты.

Исцелованных губ коснуться,

Головою уткнуться в грудь,

Быть с тобой, и с тобой проснуться.

Да, не первый. Но в том ли суть?

Ты ласкала. Тебя ласкали.

Но сейчас ты рядом со мной.

Мы уже от любви устали,

Поцелуем меня укрой.

Мне хотелось найти защиту.

Обними меня и спаси.

Все они будут пусть забыты.

Их из памяти прогони.

Ты со мной. Я тебя изнежу.

Исцелую, вылюблю в дым.

Даже если я просто брежу,

Будь со мной, лишь со мной одним!

Только утром с постели встану.

Не сейчас. Через много дней.

Я хочу, чтоб и ты устала,

Не искала других. Не смей!

Жизнь – это только прочерк

Жизнь – это только прочерк

Между двумя датами.

Родился, тире, умер.

В землю сырую спрятали.

Знаю, придёт минута,

Растаю в тумане сером.

Никто обо мне не вспомнит.

Не был ни главным, ни первым.

Знаю одно – чистый,

Не убивал, не мучил.

Писал о любви лучистой,

Писал о любви жгучей.

Не рвался к деньгам и власти.

Они ни к чему поэту.

Я просто мечтал о счастье.

Не там, а на свете этом…

Та россия, что любил есенин

Та Россия, что любил Есенин,

Умерла в семнадцатом году.

А теперь лишь призрачные тени.

Ни людей, ни чести не найду.

Где деревни, что ему любились,

В избах сирых, в криках журавлей,

Запрокинутые в синь небесной выси

Над лучистой желтизной полей?

Те же звёзды, тот же месяц светит,

Клёны да берёзы шелестят,

Те же ивы клонят ветви-плети,

Те же галки кронами галдят.

Это место называлось Русью

Сотни лет. Увы, тому назад.

А сейчас её мне видеть грустно.

Отчего же отвожу свой взгляд?

Голь-колхозник – нищета-пропойца,

Бич вокзальный – ссаные штаны,

Мент-хапуга, рэкетёр-убойца,

Депутат – прислуга сатаны.

Всем плевать, что с Русью дальше будет.

Вор на воре карнавалом зла.

Только Бог, быть может, всех рассудит.

А меня прости моя земля…

В час луны зловеще-светлый

В час Луны зловеще-светлый,

В час ночной тоскливо-чёрный,

В час задолго-дорассветный,

В час исполно-приговорный,

Не прощённый, прочь гонимый

Безпощадно и жестоко,

Безнадёжно-нелюбимый,

Безконечно-одинокий,

Буду петь о нежно-милой,

Чудно-золотоволосой,

О безоблачно-красивой,

Звонко-ласковоголосой,

Буду петь о сероокой,

Без которой счастье - небыль,

Безнадёжно-одинокий,

Допою - и птицей в небо...

Усталость бывает разной

Усталость бывает разной

Вследствие разных причин.

Иная не свалит сразу,

Только нарежет морщин.

Накопится в чёрных стрессах

И сердце пронзит иглой.

Или тяжёлым прессом

Навалится боль волной.

Если грузить вагоны,

Бывает сладко устать,

Зная, что будет дома

Рюмка, борщ и кровать.

Ломит уставшее тело,

Если мешки таскал.

Нервы – другое дело.

Это уже тоска.

Если тяжёлый холод